История про кота реаниматолога.
У меня чор крыса опухла сверх меры, пришлось везти сегодня оперировать. Ну, думаю, сотни лет эволюции наверняка наделили мою крысу способностью получать кайф от процесса — она ж лабораторная! Так что бояться не надо. Сижу, читаю книжку, жду. Минут через сорок зовёт меня доктор и приводит к столу, где лежит моё животное и едва ли можно сказать, что кайфует. Хрипит, язык набекрень, ни одна мышца не работает. Увы, говорит доктор, её долго наркоз не брал (лабораторная, хуле! с гордостью думаю я), а теперь похоже, что мозг не работает и вообще увы. Жаль, конечно, но на всё воля господа, как говорит наш прожект менеджер, объясняя гендиру просратые сроки. В общем, битых полчаса доктор ей чего-то колола внутрихвостно, я на ходу придумывал методику мануальной реанимации грызунов, а крыса уверенно собиралась помереть и никак иначе. К исходу первого часа доктор перестала колоть, я обдумал несколько вариантов дивана в освобождающуюся комнату и остановился на зелёном (придётся переклеить обои), а крыса гнула своё. И тут на соседний стол принесли кота. Просто на укол. Но эта серая трусливая тварь голосила так, будто у неё сейчас появится шов от шеи до пятого сосочка, в точности как у моей крысы. Притом без наркоза и неважно, что у кота нет сосочков. Но эти истошные вопли очевидно пробились в крысиное подсознание, замкнули какие-то жизненные цепи и примирили её с действительностью. Сначала она перестала хрипеть, потом начала моргать (тогда я стал подозревать, что коллекция икеевских диванов этого года мне не пригодится) и в завершение неуклюже, но решительно заползла мне в ладонь, напрочь раздумав покидать наш бренный мир.
Такая история, друзья.