История одного упыря (часть10)
А гифка вообще левая, по прикольная)
Продолжение (часть12)
На то, чтобы добраться до грубого, словно вытесанного из огромной каменной глыбы здания милиции Зорину потребовалось около пяти минут - невероятное время для обычного человека. Пусть даже на машине. Заходить через главную дверь Антон побоялся, и потому ему пришлось карабкаться на задний двор через двухметровый забор с натянутой сверху колючей проволокой. Мягко приземлившись на золотистый песок, он молнией проскользнул через тренировочную площадку с турниками и шведской стенкой и остановился под самыми окнами здания милиции. Поглядел наверх, выискивая взглядом стекла своего старого кабинета. На каком этаже он был? Кажется, на третьем... Да, все верно: четвертое окно справа, третий этаж. Всего лишь год назад Антон сидел на подоконнике, отодвинув в сторону вечно валявшиеся где попало бумаги, и курил, пуская клубы дыма в форточку; но теперь ему казалось, что с тех пор прошло очень много времени. И Зорин даже не помнил, какого цвета стены в его кабинете, где стоял его стол - практически все было стерто меняющимся сознанием. Всего лишь один мощный прыжок отделял его от открытого настежь окна знакомого кабинета.
- Надеюсь, Мишка все еще работает в милиции, - сказал сам себе Антон и прыгнул, зацепившись руками за оконный выступ. Затем подтянулся и заглянул внутрь.
Кабинет не особо изменился за год - увидев его, Зорин сразу это понял. За одним из столов, спиной к окну, сидел толстый человек в милицейской рубашке. На серо-голубой ткани отчетливо виднелись крупные мокрые пятна - бедняге было слишком жарко, даже не смотря на сквозняк, гулявший по помещению. Антон толкнулся руками и буквально влетел в кабинет. Как ни странно, он приземлился на деревянный пол практически бесшумно, и мужчина не заметил незваного гостя. Зорин некоторое время стоял неподвижно и просто наблюдал на работающим человеком - казалось, что он был смутно ему знаком, но изменения, произошедшие с ним за год были слишком разительны, и Зорин просто не верил своим глазам.
- Привет, Мишка, - хрипло произнес он. Мужчина испуганно вздрогнул и замер. Посидев так с минуту, он, не поворачиваясь, тихо и с ужасной неуверенностью в голосе спросил:
- Зорин?
Антон лишь улыбнулся и молча кивнул. Наконец, Баринов медленно встал и повернулся к окну. Теперь Зорин смог его как следует разглядеть.
Толстый, потный, но все с тем же смешливым огоньком в круглых от удивления глазах и небрежно уложенными темными кудряшками, Мишка являл собой жалкое зрелище. Из стройного красавчика он превратился в самого обыкновенного мужика средних лет. "А ведь ему сейчас, кажется, не больше двадцати пяти", - подумал Антон и покачал головой.
- Женился? - Зорин кивнул на правую руку бывшего сослуживца и друга. Зоркий глаз упыря заметил блеск золотого кольца.
- Угу, - Мишка улыбнулся и довольно продемонстрировал безымянный палец. - На Гальке, ты должен ее помнить.... - он осекся. - Куда ты тогда пропал?
Зорин пожал плечами и молниеносным движением очутился в старом затертом кресле у стены. От неожиданности Мишка снова вздрогнул.
- Я умер, - Антон широко улыбнулся, обнажая свои белоснежные клыки, и почесал длинным когтем нос. Баринов резко побелел, затем покраснел и рухнул на стул, ни на секунду не отводя испуганного взгляда от Зорина.
- Твою мать, да кто ты такой?!
Пухлая влажная рука милиционера потянулась к телефонной трубке.
- Даже не думай, дорогой друг, - в голосе Зорина послышались металлические нотки. Ложноножка серебристой сияющей амебы отделилась от тела хозяина и моментально достигла телефонного аппарата. Выдернутый чем-то невидимым для обычного человека провод лишил Мишку последнего шанса на спасение. Внутреннее чутье подсказывало ему, что кричать бесполезно: его убьют раньше, чем успеет хотя бы открыть рот.
- Я же не сделал тебе ничего плохого, - то ли спросил, то ли просто сообщил Баринов. Бедняга весь покрылся пятнами от нервного перенапряжения.
- Я и не собираюсь тебя калечить или убивать! - устало воскликнул Зорин. - Мне всего лишь нужна твоя помощь.
- Помощь? - переспросил Мишка, не веря своим ушам. Неужели монстр перед ним серьезно настроен на мирный лад?
- Да, - Антон кивнул. - Помоги мне эвакуировать людей из города. Скоро здесь будут военные и всех вырежут к чертовой бабушке. И да, тебе тоже советую убираться куда подальше.
- Что за бред ты несешь? - Баринов никак не мог расслабиться и плохо понимал, что вообще происходит.
- Объяснять долго и муторно, но это не бред. Так ты поможешь?
Мишка почесал кучерявую голову и сморщился:
- Ты ничего не хочешь объяснять, а я должен тебе верить? Вдруг ты просто псих, который задумал шутить?
- Я похож на психа? - Антон задумался. - В любом случае, если я расскажу правду, то тебя убьют.
Оба мужчины надолго замолчали. В голове Баринова крутились с бешеной скоростью самые разные мысли, и Антон не смог толком разобрать ни одной, но зато понял, что друг ему верит и готов помочь.
- Ты такой один? - спросил наконец Мишка.
- Нет, таких много, но они немного иные. Более жестокие, более тупые и кровожадные. Они все были когда-то людьми, но в их нынешнем состоянии они опустились до уровня тупых хищников. Мы, охотники, зовем их упырями.
- Поэтому в городе так много непонятных убийств и исчезновений? - Мишка поднялся, взял с подоконника зеленую папку и протянул ее Зорину. Похоже, его страх поутих, и он все-таки признал старого товарища. Антон молча пробежал глазами печатный текст и медленно кивнул.
- И я стал жертвой, но мне повезло. Остался человеком. Уродливым, странным, но - человеком.
Зорин почесал свои шрамы на лице и горько вздохнул.
- Извини, но нам нужно идти, - он поднялся и подошел к Баринову, протягивая ему руку.
- Куда? - Мишка подозрительно оглядел когтистую лапу, но все же схватился за нее.
- У меня план, - Зорин широко улыбнулся и легко подхватил тучного друга, закинув на плечо, словно тушу убитого барана. От неожиданности (в который раз?) Мишка вскрикнул. Но не обращая на него и малейшего внимания, Антон вскочил на подоконник. - Нужно напугать людей. Милиционер - символ защиты, силы. А что будет, если мент окажется беспомощным перед монстром? Ясное дело, народ испугается. А если ты будешь еще и кричать: "Бегите, несчастные, иначе все сдохните!", то наверняка все получится и людишки сами сбегут. Как думаешь?
- А у меня есть выбор? - Баринов потер ушибленный об оконную раму лоб; Зорин засмеялся и сделал "шаг в бесконечность"...
..."Жди меня возле рынка", - этот слабый, но вполне различимый мысленный сигнал Воронов уловил, когда уходил от пятого посещенного им агента. Все его спокойно выслушивали, верили и начинали спешно собирать вещи для бегства из родного города. Неспешным шагом Евгений добрался до места встречи и уселся на одном из балконов, заставленном благоухающими цветами. Из всего этого зеленого изобилия Воронов смог узнать только розы с алыми бархатистыми бутонами. Все остальное либо было смутно знакомым, либо никак не поддавалось идентификации. "Кажется, вот та штука, похожая на кактус, эпифиллюм? Не помню, хотя супруга фанатела от таких - с огромными розовыми цветками. Красивые. И у Марии Григорьевны, моей первой учительницы в кабинете тоже были такие. А вот тот цветок! В плетеном ярко-фиолетовом горшке, словно вылепленный из воска. Название так и крутится на языке..." К сожалению, вспомнить его у Воронова не получилось: началось представление.
Разгар дня, обеденное время, и толпы народу наводнили рыночную площадь, шумя, крича и распространяя при движении головокружительную смесь запахов духов и пота. Старушки, одетые в забавные разноцветные панамки, весьма активно шастали по рынку: кто-то предлагал свои товары, кто-то требовал у чернявых продавцов овощей скидку, жалуясь на не проходящие артрит и геморрой. Воронов безучастно взирал на этот муравейник с высоты четвертого этажа и невнимательно слушал городскую какофонию, как вдруг какое-то необъяснимое предчувствие заставило его повернуть голову. И оно не ошиблось.
Бледная человеческая фигура в черной одежде ловко прыгала с крыши на крышу, уверенно приближаясь к площади. Кота она ничуть бы не удивила, если бы не одно НО: в руках существа было что-то большое и явно тяжелое. Лишь присмотревшись, Воронов понял, что это - человек в милицейской форме.
На то, чтобы добраться до грубого, словно вытесанного из огромной каменной глыбы здания милиции Зорину потребовалось около пяти минут - невероятное время для обычного человека. Пусть даже на машине. Заходить через главную дверь Антон побоялся, и потому ему пришлось карабкаться на задний двор через двухметровый забор с натянутой сверху колючей проволокой. Мягко приземлившись на золотистый песок, он молнией проскользнул через тренировочную площадку с турниками и шведской стенкой и остановился под самыми окнами здания милиции. Поглядел наверх, выискивая взглядом стекла своего старого кабинета. На каком этаже он был? Кажется, на третьем... Да, все верно: четвертое окно справа, третий этаж. Всего лишь год назад Антон сидел на подоконнике, отодвинув в сторону вечно валявшиеся где попало бумаги, и курил, пуская клубы дыма в форточку; но теперь ему казалось, что с тех пор прошло очень много времени. И Зорин даже не помнил, какого цвета стены в его кабинете, где стоял его стол - практически все было стерто меняющимся сознанием. Всего лишь один мощный прыжок отделял его от открытого настежь окна знакомого кабинета.
- Надеюсь, Мишка все еще работает в милиции, - сказал сам себе Антон и прыгнул, зацепившись руками за оконный выступ. Затем подтянулся и заглянул внутрь.
Кабинет не особо изменился за год - увидев его, Зорин сразу это понял. За одним из столов, спиной к окну, сидел толстый человек в милицейской рубашке. На серо-голубой ткани отчетливо виднелись крупные мокрые пятна - бедняге было слишком жарко, даже не смотря на сквозняк, гулявший по помещению. Антон толкнулся руками и буквально влетел в кабинет. Как ни странно, он приземлился на деревянный пол практически бесшумно, и мужчина не заметил незваного гостя. Зорин некоторое время стоял неподвижно и просто наблюдал на работающим человеком - казалось, что он был смутно ему знаком, но изменения, произошедшие с ним за год были слишком разительны, и Зорин просто не верил своим глазам.
- Привет, Мишка, - хрипло произнес он. Мужчина испуганно вздрогнул и замер. Посидев так с минуту, он, не поворачиваясь, тихо и с ужасной неуверенностью в голосе спросил:
- Зорин?
Антон лишь улыбнулся и молча кивнул. Наконец, Баринов медленно встал и повернулся к окну. Теперь Зорин смог его как следует разглядеть.
Толстый, потный, но все с тем же смешливым огоньком в круглых от удивления глазах и небрежно уложенными темными кудряшками, Мишка являл собой жалкое зрелище. Из стройного красавчика он превратился в самого обыкновенного мужика средних лет. "А ведь ему сейчас, кажется, не больше двадцати пяти", - подумал Антон и покачал головой.
- Женился? - Зорин кивнул на правую руку бывшего сослуживца и друга. Зоркий глаз упыря заметил блеск золотого кольца.
- Угу, - Мишка улыбнулся и довольно продемонстрировал безымянный палец. - На Гальке, ты должен ее помнить.... - он осекся. - Куда ты тогда пропал?
Зорин пожал плечами и молниеносным движением очутился в старом затертом кресле у стены. От неожиданности Мишка снова вздрогнул.
- Я умер, - Антон широко улыбнулся, обнажая свои белоснежные клыки, и почесал длинным когтем нос. Баринов резко побелел, затем покраснел и рухнул на стул, ни на секунду не отводя испуганного взгляда от Зорина.
- Твою мать, да кто ты такой?!
Пухлая влажная рука милиционера потянулась к телефонной трубке.
- Даже не думай, дорогой друг, - в голосе Зорина послышались металлические нотки. Ложноножка серебристой сияющей амебы отделилась от тела хозяина и моментально достигла телефонного аппарата. Выдернутый чем-то невидимым для обычного человека провод лишил Мишку последнего шанса на спасение. Внутреннее чутье подсказывало ему, что кричать бесполезно: его убьют раньше, чем успеет хотя бы открыть рот.
- Я же не сделал тебе ничего плохого, - то ли спросил, то ли просто сообщил Баринов. Бедняга весь покрылся пятнами от нервного перенапряжения.
- Я и не собираюсь тебя калечить или убивать! - устало воскликнул Зорин. - Мне всего лишь нужна твоя помощь.
- Помощь? - переспросил Мишка, не веря своим ушам. Неужели монстр перед ним серьезно настроен на мирный лад?
- Да, - Антон кивнул. - Помоги мне эвакуировать людей из города. Скоро здесь будут военные и всех вырежут к чертовой бабушке. И да, тебе тоже советую убираться куда подальше.
- Что за бред ты несешь? - Баринов никак не мог расслабиться и плохо понимал, что вообще происходит.
- Объяснять долго и муторно, но это не бред. Так ты поможешь?
Мишка почесал кучерявую голову и сморщился:
- Ты ничего не хочешь объяснять, а я должен тебе верить? Вдруг ты просто псих, который задумал шутить?
- Я похож на психа? - Антон задумался. - В любом случае, если я расскажу правду, то тебя убьют.
Оба мужчины надолго замолчали. В голове Баринова крутились с бешеной скоростью самые разные мысли, и Антон не смог толком разобрать ни одной, но зато понял, что друг ему верит и готов помочь.
- Ты такой один? - спросил наконец Мишка.
- Нет, таких много, но они немного иные. Более жестокие, более тупые и кровожадные. Они все были когда-то людьми, но в их нынешнем состоянии они опустились до уровня тупых хищников. Мы, охотники, зовем их упырями.
- Поэтому в городе так много непонятных убийств и исчезновений? - Мишка поднялся, взял с подоконника зеленую папку и протянул ее Зорину. Похоже, его страх поутих, и он все-таки признал старого товарища. Антон молча пробежал глазами печатный текст и медленно кивнул.
- И я стал жертвой, но мне повезло. Остался человеком. Уродливым, странным, но - человеком.
Зорин почесал свои шрамы на лице и горько вздохнул.
- Извини, но нам нужно идти, - он поднялся и подошел к Баринову, протягивая ему руку.
- Куда? - Мишка подозрительно оглядел когтистую лапу, но все же схватился за нее.
- У меня план, - Зорин широко улыбнулся и легко подхватил тучного друга, закинув на плечо, словно тушу убитого барана. От неожиданности (в который раз?) Мишка вскрикнул. Но не обращая на него и малейшего внимания, Антон вскочил на подоконник. - Нужно напугать людей. Милиционер - символ защиты, силы. А что будет, если мент окажется беспомощным перед монстром? Ясное дело, народ испугается. А если ты будешь еще и кричать: "Бегите, несчастные, иначе все сдохните!", то наверняка все получится и людишки сами сбегут. Как думаешь?
- А у меня есть выбор? - Баринов потер ушибленный об оконную раму лоб; Зорин засмеялся и сделал "шаг в бесконечность"...
..."Жди меня возле рынка", - этот слабый, но вполне различимый мысленный сигнал Воронов уловил, когда уходил от пятого посещенного им агента. Все его спокойно выслушивали, верили и начинали спешно собирать вещи для бегства из родного города. Неспешным шагом Евгений добрался до места встречи и уселся на одном из балконов, заставленном благоухающими цветами. Из всего этого зеленого изобилия Воронов смог узнать только розы с алыми бархатистыми бутонами. Все остальное либо было смутно знакомым, либо никак не поддавалось идентификации. "Кажется, вот та штука, похожая на кактус, эпифиллюм? Не помню, хотя супруга фанатела от таких - с огромными розовыми цветками. Красивые. И у Марии Григорьевны, моей первой учительницы в кабинете тоже были такие. А вот тот цветок! В плетеном ярко-фиолетовом горшке, словно вылепленный из воска. Название так и крутится на языке..." К сожалению, вспомнить его у Воронова не получилось: началось представление.
Разгар дня, обеденное время, и толпы народу наводнили рыночную площадь, шумя, крича и распространяя при движении головокружительную смесь запахов духов и пота. Старушки, одетые в забавные разноцветные панамки, весьма активно шастали по рынку: кто-то предлагал свои товары, кто-то требовал у чернявых продавцов овощей скидку, жалуясь на не проходящие артрит и геморрой. Воронов безучастно взирал на этот муравейник с высоты четвертого этажа и невнимательно слушал городскую какофонию, как вдруг какое-то необъяснимое предчувствие заставило его повернуть голову. И оно не ошиблось.
Бледная человеческая фигура в черной одежде ловко прыгала с крыши на крышу, уверенно приближаясь к площади. Кота она ничуть бы не удивила, если бы не одно НО: в руках существа было что-то большое и явно тяжелое. Лишь присмотревшись, Воронов понял, что это - человек в милицейской форме.