История одного семинариста ч1
Почему я вообще решил верить в Бога? Бррр… Начнем с того что мой отчим решил воцерковить весь мир и решил начать с меня, поэтому постоянно втирал религиозную ахинею мне в уши по несколько часов, хотя сам всего лишь год назад ушел от эзотерики и сектантского течения под названием «Анастасия». В возрасте 14 лет я перевожусь в православную школу, в 15 лет начинаю ходить в алтарь как к себе домой, в 16 посещаю места с повышенным содержанием мракобесия - Дивеево, Оптина П., в 17 получаю благословение петь в церковном хоре – там одни дуры, но они же девушки, в 18 поступаю в семинарию, в 19 понимаю что я - идиот. Мной двигало невообразимых масштабов эго и тщеславие, быть для меня попом сродни стать космонавтом, все вокруг тебе целуют ручку, просят совета, беспрекословно тебя слушаются, ты центр вселенной, ты идеал и ты непогрешим…
Направляет в концлагерь поместный священник - он пишет отписку, а рекомендует он тебя в ближайшую семинарию. Моей стала Тобольская. Бррр… Холодное место, находящееся на верху склона, обдуваемое всеми ветрами севера. Нижний город разрушен, деревянные покосившиеся дома, всюду печальные люди-зомби и парочка туристов в поиске «северной романтики». А еще данная семинария славилась своими учениками-суицидниками: один повесился (С. Главацкий - 1992), другой упал с колокольни пьяным – его обмякшее тело с запиской нашли перед воскресной службой утром (В. Чепелюк - 1998), а еще один выбежал из общаги ночью в -30 в легкой одежде после допроса старшего помошника (С. Сидоров - 2003), нам преподы врали что его не нашли и он убежал в лес, хотя в СМИ сказали что он замерз на улице. Наверное четвертым мог быть я.
Подъем в 5:40 утра…Что?! Ах да, сегодня мой черед петь в хоре на крайне ранней литургии. Я порою спал там, даже бороться не мог со сном - это как острая диарея, главное не присаживаться, более стойкие пели и прислуживали, хотя прихожан в храме всего 8 человек было - "оглашенные" люди, наверное отсюда и пошло "оглашенные изыдите". Дальше завтрак, опять молитва, учеба до обеда. Церковные предметы – нуу тут все ясно: поем "это", читаем "это", тут поминки, а тут праздник Омской Божьей Матери и т.д.. Точных наук не было, зато были история, языки, философия – да да, педагогика, правоведение.
История – это обычный предмет как и в школе, программа такая же, заучивание дат и написание курсовой по церковному события, препод у нас был от Бога, он часто был дежпомом, делал ночные обходы, был не женат, но и не был монахом, да и попом не был, не знаю кем он был, зато любил рассказывать как Екатерина II стонала под конями и каким Петр I был гомиком. Русский язык вела бабушка – "божий одуванчик", постоянно орала на всех и кидалась словарем когда спрашивала правила правописания, а ей отвечали своими словами - "Ну кто нибудь скажет точное правило, бестолочи?!". Лицо ее я никогда не забуду, что-то похожее на это:
Помню как-то один семинарист помогал ей с уборкой библиотеки и поливкой цветов, получив ключ, он попросился в туалет, и пулей бежал делать дубликат. Вот так была получена возможность играть в Доку во время отбоя, но сидеть нужно было как мышки, ведь дежпом ночью ходит с фонариком.
«Рекс целестис параклетум, спиритус вене эн омни абсценитате…» Демон не появился, нет?! Ну ладно. Вы сейчас прочитали начало молитвы «Царю небесный» на латыни, поздравляю, вы освоили латынь. Именно так нас и учили всем языкам, даже английскому. Past simple, present perfect – пффф, вот символ веры на зубок прочесть на английском - это да, садись 5. Еще было пение, но это тоска смертная, есть слух, нет слуха – все равно пиши по нотам тропарики, то бишь молтивы. Помню как попросил у сатршекурсника эту самую тетрадь уже заполненную чтобы не тратить время на вырисовывание нот, но достопочтенный отче спалил и исправил предыдущие оценки на "2".
После учебы было одно из послушаний: уборка территории, разгрузка овощей, дежурство на кухне, уборка банной зАлы, да в семинарии была огромная баня с бассейном, это была главная забава архиепископа – париться с детьми из местного церковного интерната, даже в свою резиденцию их водил, оттуда же они у него сперли 300 000руб. налички и шиковали, но это другая история… темная история; я же при жизни еще учился в музыкалке и пел с девочками в хоре, поэтому моим послушанием было пение в королевском хоре, ну или турецком, или архиерейском... или как-то так. Но в этом нет ничего интересного, если ты на первом курсе то тебе просто орут в ухо, а ты повторяешь, ну и еще ты являешься живым пюпитром для старшаков который вовремя перелистывает странички, ведь пюпитр не хочет получит по печени сзади?!
Истинные привилегии открываются на 4-5 курсе, меньше грязной работы, больше свободы, больше прав, легче предметы, бородатые отцы смотрят с уважением, а не как на говно, субординация в семинарии это главное правило, все подчиняются более старшему. Даже с девочками из регентского или иконописного отделения нельзя было общаться и знакомится на 1 и 2 курсе, только с 3 курса, а до – глаза в пол, иначе объяснительная. Постоянно эти объяснительные, почему «то» почему «се», иногда даже по несколько бумажек за сильные косяки или же получаешь выговор, в таком случае ничего писать не требуется, напишут за тебя. Помню как меня с сокурсниками прикрепили к хозяину – молодому дьякону, который писал дипломную работу и заканчивал обучение, мы расставляли палатку перед праздником и барыжали дешевыми иконками перед храмом с покровительства вышестоящих структур.
Поднялся сильный порывистый ветер и пивную палатку начало уносить, мы держали. «Стойте до последнего!» – кричал наш будущий священник. Но палатка начала отрываться и кубырем катиться, выбив парочку зубов послушникам. «Держите, мать вашу! Меня убьют если она улетит… Да похуй мне на вас, ЛОВИТЕ ЕЕ!» - неистово вопил дьякон. Вот тогда впервые затрещали мои духовные скрепы. Понимаю что у него есть жена и недавно родился ребенок, он живет в плохо отапливаемом сыром помещении, хочет получить сан и уехать побыстрее по назначению в другой город, где ему выдадут казеную квартирку близ храма, но мы ведь тоже человеки и нам тоже хочется жить. В итоге эта гнида обвинила во всем нас, что это дескать мы начали играться с ней и свалили ее в обрыв. Мы пытались отстоять свою правоту, но все были против нас, весь наш курс отвернулся от нас. Друзьями были лишь те, кто поступал с твоего города вместе с тобой, а таких – единицы. Мы все были запуганными котятами и из нас делали мажористых свиней. В семинарию шли либо дети и знакомые действующих священников, либо отчаявшиеся в себе деревенские жители, либо юродивые, считающие себя исключением, к коим я и принадлежал. Но розовые очки спустя год с меня спали и я погрузился в царство тьмы, одиночества и отчаяния. В свободное время после послушаний я ходил на каток или ездил одиноко по старому городу, садясь в автобус с неизвестным мне маршрутом, убегал в ближайший лес, куда старшекурсники водили девушек на пикники. Видимо я просто не мог постоянно находится в Мордоре под личиной святости и мой разум требовал покоя, ведь вечером еще нужно сделать домашнее задание по предметам и вовремя успеть на отбой. Благо есть Дока и нотубук пока его не нашли дежпомы - "запрещеночка".
В следующий раз напишу про страшные сны которые до сих пор мне снятся, про приход Кирилла к власти, про отжатие площадей у местного техникума, про то как начал «глубоко капать» и как обрел спасение вместе со свободой.