История китайского общества простым языком. Часть III⁠⁠

Следующей после эпохи династии Шан следует эпоха династии Чжоу. Традиционно она подразделяется на времена Западной (1046-771 гг. до н. э.) и Восточной (770-256 гг. до н. э.)

Давайте сначала кратенько охарактеризуем эпоху. Эпоха началась одновременно с рождением конгломерата народов, которые объявили себя цивилизацией и Ойкуменой, и начертили воображаемую линию по периметру своих границ, за которой располагались варвары. На вершине восседал чжоуский ван, который символическими магическими бронзовыми изделиями одаривал знать народов, вместе с которыми победил шанцев. Соответственно, они собирали классическое ополчение знатных родов для совместных походов за пределы Ойкумены и отражали вторжения народов в пределы Ойкумены. Здесь неуместны сравнения с западноевразийскими цивилизациями, будь то Древняя Греция или Древняя Персия по той простой причине, что - и китайцам также неочевидна причинность оного на Западе, как для нас неочевидно оное в Китае - в Западной Евразии мало связанный конгломерат очень часто сражается ещё и друг с другом, внутри своей Ойкумены. Так вот во времена Западной Чжоу подобное происходило настолько исчезающе редко, что я даже с ходу не назову какой-нибудь мало-мальски важный конфликт.

Вообще, складывается впечатление, что все части Ойкумены были заняты своими делами. В восточной части происходила колонизация (говоря русским языком - завоевание и переселение на завоёванные территории общин) аустрических общин Шаньдуна; на северо-востоке - колонизация будущей Китайской равнины, на западе - экспансия в направлении нынешней провинции Гансу, на юге - укрепление аустрических народов Чу и экспансия на юэские территории аустрического же (но при этом чжоуского) народа Ву. Обманываться не нужно - по всему периметру границ были достаточно воинственные и сильные народы, чтобы за себя постоять, поэтому иногда они давали серьёзный отпор, в том числе и ответными, порой весьма болезненными ударами. Но против лома нет приёма - Чжоу действовало сообща, имея сильный тыл, а кланы явно соревновались в том, чтобы заполучить желание очередного вана-военачальника (там даже был свой Карл Великий или князь Святослав - знаменитый Му-ван) помочь именно на этом фронте в тяжёлой борьбе.

Всё вместе это приводило к росту товарообмена, взаимопроникновению культур, межобщинным бракам, одним словом - к экономическому и культурному взрыву. Шутка ли - сравнивать Шан и Египет некорректно (последний находился на недосягаемой вышине), а вот сравнивать Восточное Чжоу и Державу Ахеменидов очень даже можно.

Общество Чжоу невероятно сложно охарактеризовать марксистскими терминами. Естественно, экспансия привлекала к труду большое количество пленённых нонкомбатантов. Естественно, богатеющая в походах знать становилась ещё богаче, усугубляя имущественное неравенство. Но одновременно с этим начинает формироваться китайский клан в деревне и феномен гожэнь (вы не поверите, это буквально 国人 - государственный человек) в городе как совокупность свободных людей, ядра коренного населения. Известно точно, что гожэнь прибывали многочисленными и нередко вооружёнными делегациями к феодальным дворцам, заключали с правителями коллективные устные договорённости, влияли на престолонаследие, одним словом, вели себя наподобие нашего родного древнерусского вече.

Вместе с тем начинает усугубляется непосредственное социальное расслоение - под ним историки обычно понимают "стеклянный потолок" для бракосочетаний (это когда вроде можно, но большая редкость) и ярко выраженные терминами ярлыки в письменных источниках современников.

Пестрейшую картинку социальных групп Китая эпохи Чжоу можно условно разложить на три вектора.

Первый из них - это место человека в имперской иерархии. Чётко разделяют человека общекитайского призвания (который принимает личное участие в инициативах вана), провинциального призвания (очень важный для общественной жизни своего народа) и уездного призвания (большой человек в родном городе и окрестностях). В те доимперские времена этот вектор находился в зачаточном состоянии, но расслоение по нему уже зарождается.

Второй из них - это профессиональное место человека. Зарождаются китайские кланы, которые передают умение воевать по наследству. Существуют кланы, которые специализируются на горнорудном деле. Естественно, вместе с зарождением гражданской администрации в Восточном Чжоу появляются соответствующие кланы. Здесь важно понимать китайский контекст - через две тысячи лет, когда появятся раскидистые деревья городских кланов-цехогильдий (это когда семья в пару тысяч человек занимается всей керамикой в провинции, от первичного передела до сбыта), история функционирования подобного способа общественного устройства зарождается в Чжоу.

Третий вектор самый важный. Его китайская традиционная культура описывает как соответствие добродетели. В отличие, например, от Индии, в Китае царила потенциальная меритократия - предполагалось, что добродетельный крестьянин сможет стать даже чиновником и придворным, тогда как дурной аристократ способен своими злодеяниями уничтожить весь свой клан. Если рассуждать в социоэкономических понятиях, это означало, что бурлящий общественный котёл регулярно "выплёвывал" на обочину жизни всех тех, кто ему не пригодился, для кого не находилось ни дела, ни работы, ни применения. Их именовали 小人 (сяожэн) - буквально "низкий человек". И, напротив, наверх выбивались 君子 (цзюньцзы) - буквально "государев сын". И вот какая любопытная штука - первую тысячу лет государство не обладало ни институтами, ни инструментами для регулирования статуса "добродетельности" человека - подобный функционал брала на себя сама община. В художественных текстах вы могли встречать такие слова: "Человек Х слыл в Сучжоу добродетельным". Или, наоборот, вспомните момент в книге "Троецарствие", когда бегущий от Цао Цао антигерой Люй Бу не смог войти в якобы свой город, потому что горожане не открыли ворота со словами: "Мы уже присягнули Цао Цао". Всё потому что Люй Бу хоть и был многократно сильнее Цао Цао как полководец или воин, но народ (здесь, кстати, отлично подходит дореволюционный русский термин "мiръ") уже потерял к нему доверие и уважение.

Таким образом, в эпоху Чжоу вместе с рождением общекитайской Ойкумены появляется сноп свойств рядового китайца. Во-первых, он имеет принадлежность к своему клану. Во-вторых, он имеет принадлежность к своей гожэнь/общине. В-третьих, он имеет принадлежность к Ойкумене - к Срединному государству. В-четвёртых, он имеет место в общеимперской иерархии (как правило, низкое, если мы берём рядового китайца). В-пятых, он имеет профессиональную самоидентификацию (наследуемую, но не предопределяющую). В-шестых, он занимает некое место в иерархии от 君子 до 小人, которую определяет не он сам, а мiръ. В рамках всех этих "ползунков" определяется его социальный статус и с абсолютной долей вероятности этот человек не имеет равных себе - хоть на йоту, но другой китаец будет или выше него, или ниже.

Всё вышеперечисленное помогает понять, что в период Чжоу не сложилась феодальная формация. Народ был самоовооружённым и саморегулируемым. Я даже больше скажу - на долгие века он таковым и останется. Феодальная элита попросту не обладала способностью принуждать "эксплуатируемое" население - находящийся в паутине общинных социальных связей человек сталкивался с катастрофическими трудностями, если покидал её. И именно они - отринувшие социальные нормы - маркировались общиной терминами, которые переводят как "солдаты" и "разбойники" - неспроста в Китае в принципе не сложилось уважения к необщинным вооружённым людям. Любопытно, что социально одобряемая альтернатива службе феодалу путём выхода из общиной появится много позже - это даосские и буддистские храмы. Но об этом мы поговорим тогда, когда в Китае зародится храмовый даосизм, и когда сюда придёт буддизм.

Я прошу вас, прочитавших это, не забывать и о совокупности других, не социокультурных, а антропологических различиях между китайскими общностями. Всё ещё в эпоху Чжоу Китай - это конгломерат народов, это минимум пять (смотря как считать) вошедших в Ойкумену цивилизаций, это большие различия между ними в языках, одеждах, традициях, праздниках и прочих культурных маркерах.

В следующей части я расскажу моему любимому подписчику про именно провинциальные различия, поскольку лучше всего будет про них рассказать в статье, посвящённой Эпохе Воюющих царств.