Глава 19. Расставание
Алексей проснулся рано. Он вышел на улицу и решил прогуляться по селу пока остальные спали. Туман, опустившийся ночью, уже начал рассеиваться. Небо на горизонте пылало, окрашивая в красные тона все вокруг. Остатки тумана завершали картину, от которой становилось не по себе. Силуэты зданий, деревья, пруд возле школы, все казалось нереальным. Какой-то ужасный сон, из которого никак не выбраться - подумал Алексей. Он подошел к водоему. Пруд, еще вчера бывший пусть и не очень чистым, но вполне пригодным для купания, начал цвести. За одну ночь вода превратилась в зеленую, отвратительно пахнущую массу. Постояв пару минут, он отправился к школе. У входа стоял караул. Алексей поздоровался с двумя военными, охранявшими вход:
- Утро доброе, как служба?
- Да нормально все, только скука смертная, - ответил один из них: скорее бы уже сниматься отсюда, да двигать на юг.
- А ваши семьи? - спросил Алексей.
- Я своей не успел обзавестись, родители в Перми, так-что уже их не увижу. Смирился. У Миши, - оглянулся военный на напарника: эвакуировали. Они где-то в пути в основной лагерь.
Алексей промолчал.
- С полковником не пропадешь, - продолжил контрактник: он, как все началось сразу городок на уши поставил, наших и призывников, тех кто захотел - отпустил. Для оставшихся сделал все, что мог. Нашел родственников, пропихнул семьи в первых эшелонах, чтобы служилось спокойно.
- Ясно, а мои за Рыбинском. В деревушке. Пытаюсь пробиться к ним, - наконец ответил Алексей.
- Ну до Волги мы тут все более или менее контролируем, на конвои мародеры больше не нападают, но на одиночных путников - бывает. Будь осторожен, - сказал тот, которого звали Мишей.
В этот момент к ним приблизились несколько человек в форме.
- Ну наконец то. Смена пожаловала. Ну давай, бывай: ответил один из контрактников и оживленно заговорил с прибывшими однополчанами.
Алексей постоял еще пару минут глядя на пруд и неспеша побрел к палатке. Дима еще спал, свернувшись калачиком на раскладушке и прижимая к себе планшет. Ирина сидела, расчесывая волосы. Мария колдовала над походной горелкой - ставила чай.
Сергей был уже на ногах. Он сидел на перевернутом ящике у входа, крутил в пальцах пустую пачку из под сигарет. Курить ему было нечего - последние сигареты кончились еще вчера.
Увидев Алексея, он поднял голову, и кивком поздоровался.
Мы решили эвакуироваться, - сказал Сергей. Он отбросил смятую пачку, и посмотрел в упор на Алексея.
- А ты? К своим?
Получив утвердительный ответ Сергей полез во внутренний карман куртки. Вытащил ключи - потертый брелок с резиновым человечком, которого Дима повесил на него пару лет назад, когда Сергей только купил себе машину мечты.
- Держи.
Алексей уставился на него, не понимая.
- Ты чего? Это же твоя машина.
- Была моя, теперь твоя, - Сергей сунул ключи ему в ладонь. - На своей машине в колонне делать нечего - только место занимать, да топливо жечь. А тебе каждая минута дорога. И надежнее моего патруля найти что-то будет сложно, сам знаешь. Бери и не спорь.
- Серега...
Алексей сжал ключи. Металл быстро нагрелся в ладони. Машина Сергея - не новая, побитая жизнью, но надежная, как танк. Он с детства был охотником - к этому ремеслу с самых ранних лет его приучал отец. Как только позволили средства, Сергей решил подобрать себе железного коня под стать увлечению - его выбор остановился на патруле лохматого года выпуска с огромными 35-ми колесами, лебедкой на мощном кенгурятнике и внушительным багажником на крыше. Несмотря на то, что машине стукнуло уже почти 30 лет - благодаря постоянным вложениям Сергея, это был по прежнему идеальный с технической точки зрения внедорожник. Ирина уже все знала. Сергей успел обсудить с ней это решение, когда они только проснулись.
- Ты только живой останься, Леша. Найди своих. Может еще встретимся.
- Обязательно, - пообещал он, хотя прекрасно понимал, что они уже никогда не увидятся. Добраться до переправы, как-то обогнуть город, уничтоженный ядерным ударом - на это уйдет столько времени, что даже при самом благоприятном сценарии дорога на юг для него будет закрыта.
Пока Алексей стоял, размышляя о своей незавидной доле, проснулся Дима. Он сел на раскладушку и сонно тер глаза. Увидев ключи в руках Алексея, он спрыгнул с кровати и подбежал.
- Дядя Леша, ты на нашей машине поедешь? А она не сломается?
- Не сломается, Дим. Я ее беречь буду.
- А ты приедешь к нам?
Алексей присел на корточки, положил руки на плечи пацана.
- Приеду, Дим. Обязательно. Вы там с мамой держитесь, ладно? И отца слушайся. Он у тебя молодец.
Мария подошла последней. Протянула термос, и пакет с бутербродами.
Алексей вышел на улицу. Уже окончательно рассвело - если эту желтую муть над головой можно было назвать рассветом. Туман почти рассеялся, оставив после себя липкую, тяжелую духоту, от которой влажная ткань одежды прилипала к телу. Сергей догнал его у выхода со стадиона. Они пошли по дороге, на встречу уже начали попадаться люди. Лагерь просыпался, готовился к новому дню - для кого-то последнему на этом месте.
У школы Сергей остановился.
- Ну пока не прощаемся, - будем ждать тебя на стоянке.
Они обнялись. Коротко, по-мужски, хлопнув друг друга по спине. Переговорив с военными у входа, Алексей получил разрешение на визит к командиру. Полковник уже сидел за столом, который был завален картами и бумагами, и сосредоточенно писал что-то в журнале изредка поглядывая в экран ноутбука. Увидев Алексея, он отложил ручку.
- Явился. Что решил?
- Решил, товарищ полковник. Еду.
Полковник кивнул - будто другого ответа и не ждал.
- Упрямый ты, Николаев, но понять можно. Он откинулся на спинку стула, скрипнувшего под тяжестью тела. - Ладно. Давай посмотрим, как тебе лучше до своих добраться.
Он взял свой планшет и открыл карту.
Алексей всмотрелся. На экране четко прорисовывались значки тактической обстановки и элементы рельефа: дорога, блокпосты, река, леса и поля, переправа - понтонный мост, помеченный зеленым значком.
- Переправа работает. Там наш блокпост, дальше - Заволжье. Тут, - палец полковника сместился севернее, - Пошехонский район. Вот Кременево. Что сейчас там - не знаю. Мы туда не доходили.
- А банды?
- Были. Местные отморозки, мародеры. Мы их как можем прижимаем, но гарантий не даю, могут и вернуться. Так что будь на стороже.
Полковник отложил планшет.
- Оружие есть?
- У товарища были ружья. Они на блокпосте.
- Ружья для такой затеи не оружие, ты ведь на Урал собрался? Понимаешь же, что возвращаться сюда будет бессмысленно - нас тут уже не будет, - Полковник вздохнул и потянулся к рации на столе. - Прапорщика Демидова ко мне, живо.
Через пару минут в кабинет вошел коренастый мужик лет сорока, в камуфляже без знаков различия.
- Звали, товарищ полковник?
- Демидов, этому орлу нужно снаряжение. Автомат, боеприпасы, сухпай. И одень во что-нибудь поприличней, чем эта гражданка. - Полковник кивнул на потертую куртку Алексея. - Выдай ему все что нужно. И проследи, чтобы все подогнал как надо.
Демидов окинул Алексея оценивающим взглядом. Не проронив ни слова, они вышли из штаба, прошли через двор к одноэтажному зданию. Внутри пахло маслом, пороховой гарью и кожей. На стеллажах вдоль стен громоздились ящики, коробки, комплекты формы в пакетах, цинки с патронами. В углу стоял токарный станок, накрытый брезентом.
Прапорщик подошел к одному из стеллажей, порылся и вытащил сверток.
- Примеряй. Куртка полевая, камуфляж «Цифра». Штаны там же. Подкладка - мембрана. Размер твой, должен подойти. Алексей переоделся прямо там, не стесняясь Демидова. Форма была чуть великовата, но сидела удобно. Ткань плотная, с какой-то пропиткой, но явно дышит - не то что его потрепанная жизнью куртка.
- Обувь у тебя и своя хорошая, - сказал прапорщик глядя на ботинки Алексея.
- Теперь главное, - с этими словами Демидов подошел к железной двери и набрал комбинацию на замке. Через пару минут он вернулся с новеньким, в заводской смазке автоматом. Черный пластик цевья, приклад, планка Пикатинни на ствольной коробке. От него пахло заводской смазкой и чуть-чуть - порохом, будто из него уже успели пострелять, но совсем немного, для пристрелки.
- АК-15. Калибр 5.45. Повезло тебе - как раз партию получили незадолго до всего этого. - Он протянул автомат Алексею. - На, подержи, привыкай.
Автомат оказался легче, чем ожидал Алексей. Удобно лежал в руках, приклад регулировался под плечо, цевье эргономичное - ложится в ладонь как влитое.
- Магазинов много не дам, самим нужны - продолжил Демидов, выкладывая на стол четыре пластиковых магазина. - В каждом по тридцать. Патроны 7Н22, бронебойные - мало ли, на кого нарвешься. Еще подсумок, разгрузка - вот, примеряй. Там карманы под магазины, под гранаты, аптечку.
Он помог Алексею надеть разгрузку, подогнал лямки. Разгрузка сидела плотно, не болталась, но и не давила.
- Хорошо. Теперь жратва.
Он достал со стеллажа большой армейский рюкзак и положил на стол. Подойдя к другому стеллажу он открыл одну из многочисленных коробок.
- Сухпай ИРП-Б. пять штук. Все что нужно, дней на пять хватит. Фляга алюминиевая, в подсумке. Дозиметр носи на воротнике. Не снимай. Если запищит - вали оттуда сразу, без оглядки. И маску одевать не забывай, - он кивнул на респиратор, висевший у Алексея на поясе. - В пыль не лезь.
Демидов застегнул рюкзак, протянул Алексею.
- Всё. Распишись вот здесь.
- Расписаться?
- Шучу. Иди уже. Удачи тебе, парень.
Алексей закинул рюкзак на плечи, автомат повесил на грудь стволом вниз, как видел у бойцов на блокпосту и вышел из мастерской.
На стоянке его ждали. Все четверо - Сергей, Ирина, Дима и Мария - стояли у шлагбаума. Дима держал в руках фигурку из пластилина - человечка с автоматом, похожего на тех, что он лепил всегда, только теперь с полосочкой на груди - разгрузка, надо полагать.
- Это тебе, дядя Леша! - Он сунул фигурку Алексею. - Чтобы не боялся. Он будет тебя охранять.
Алексей взял человечка, посмотрел на кривые, но старательные линии. Пластилин был теплым от Диминых рук. Комок снова подкатил к горлу.
- Спасибо, Дим. Классный подарок.
Он обнял Ирину, пожал руку Сергею, кивнул Марии. Потом забросил рюкзак на заднее сиденье машины, автомат положил на переднее, а пластилинового человечка пристроил на передней панели.
- Ну, давайте прощаться.
- Давай, Леха - удачи тебе.
Он сел за руль. Машина завелась с пол-оборота. Выехав с площадки, Алексей бросил взгляд в зеркало. Четыре фигуры у калитки стояли и смотрели вслед. Через минуту они скрылись за поворотом.
Дорога до города заняла больше времени, чем он рассчитывал. Лес по обе стороны дороги стоял уже совершенно мертвый. Деревья были покрыты темными разводами, будто их окунули в мазут. С елей и сосен осыпалась хвоя, образуя под деревьями черно-рыжие, гниющие ковры. Лиственные тоже стояли голые - листва пораженная грибком, опала и лежала под деревьями угольными трубочками.
Крайне неприятным был тот момент, что Алексей не мог даже открыть боковые окна. Он и так дышал через раз, чувствуя, как першит в горле от микроскопических спор плесени, поразившей все вокруг. К тому же, он вспомнил слова Марии про легочные инфекции, которые могли вызвать эти споры и еще плотнее закрыл окно, после чего переключил вентиляцию на внутреннюю циркуляцию - пусть лучше будет душно, чем наглотаться этой дряни.
Почти все время дорога проходила в лесу, кое-где ныряя в низины, где стеной стоял туман - густой и белый, как парное молоко. В этих местах видимость падала до десятка метров и Алексей полз на первой передаче, вглядываясь в молочную муть. Фары выхватывали из нее только мокрый асфальт, да черные стволы у обочин.
Иногда на обочинах попадались брошенные машины. У некоторых были открыты двери, рядом валялись вещи - кто-то явно собирался быстро, взяв только самое необходимое. Видимо людям повезло нарваться на очередной конвой - о других вариантах Алексею думать как-то не хотелось, но отбиться от этих мыслей не получалось: ему уже несколько раз попадались автомобили с разбитыми стеклами и продырявленными пулями кузовами. Он проехал еще километров десять, когда впереди послышался гул. Алексей сбросил скорость и всмотрелся вдаль: явно колонна. Она шла ему навстречу. Он съехал на обочину, заглушил двигатель и вышел. Автомат предусмотрительно оставил в машине.
Колонна выползала из-за поворота медленно, тяжело, как доисторический зверь. Впереди шли два БТР-82А. Из люков торчали головы в шлемофонах, пушки на башнях смотрели в сторону обочин. За бронемашинами шли тяжелые армейские грузовики: «Уралы» и «Камазы». В кузовах некоторых сидели люди - плотно, как сельди в бочке, другие везли какие-то грузы. За ними показались автобусы. «ЛиАЗы», «ПАЗики», даже пара туристических - видно, реквизировали где-то. Замыкала колонну пара «Тигров» с крупнокалиберными пулеметами на крышах. Их стволы медленно водили из стороны в сторону, высматривая угрозу. В крайнем броневике рядом с пулеметчиком сидел офицер с биноклем - он проводил взглядом Алексея, задержался на секунду, оценивая - свой или чужой? - и отвернулся. Алексей стоял у обочины и смотрел, как мимо проползает этот поток. Сотни людей, все они ехали на юг, к теплу, к жизни, о которой никто ничего не знал. Дети в автобусах прижимали лица к стеклам, кто-то махал рукой - просто так, на всякий случай. Алексей поднял руку в ответ. Колонна прошла быстро, последняя машина скрылась за поворотом и на дороге снова стало тихо. Только гул двигателей еще долго висел в воздухе, смешиваясь с туманом. Алексей постоял еще немного, потом сел в машину и поехал дальше.
Выстрел грянул неожиданно. Пуля ударила в левое переднее крыло, взвизгнула и рикошетом ушла в лес. Алексей рефлекторно вдавил педаль газа в пол. Внедорожник взревел, рванул вперед, подпрыгивая на ухабах. Второй выстрел - пуля ушла в молоко, потом последовал третий и заднее стекло брызнуло в салон осколками. В него тут же ворвался влажный, спертый воздух. Алексей пригнулся, насколько позволял руль, и гнал, не разбирая дороги. Из-за деревьев слева выскочили двое. Мелькнули перекошенные лица, стволы охотничьих ружей, грязная одежда. Он вывернул руль вправо, машина чуть не улетела в кювет, но в последний момент Алексею удалось вернуть ее на дорогу. Сзади закричали и снова выстрелили, но уже безрезультатно.
Он несся так минут пятнадцать, пока лес не расступился, открыв за собой небольшое поле, заросшее бурьяном. Здесь он сбросил скорость и перевел дух. Руки дрожали, сердце колотилось. В зеркале заднего вида было пусто. Погони не было.
Он остановился прямо посреди поля, заглушил двигатель. Несколько минут сидел, сжимая руль, пытаясь унять тряску в коленях. Потом вышел и осмотрел машину. На крыле вмятина, но оно не пробито. Со стеклом задней двери беда - надо что-то делать. Алексей открыл дверь и немного пошарившись в багажнике нашел большой плотный мусорный мешок и широкий скотч. Он избавился от остатков стекла и заклеил получившейся заплатой окно, постоянно прислушиваясь. Бандиты видимо посчитав его слишком сложной целью от преследования отказались.
Он достал автомат, передернул затвор. Патрон вылетел - Алексей его подобрал, протер и вставил обратно в магазин.
Солнце тем временем уже клонилось к закату, свет стал густым, багровым, как запекшаяся кровь. Длинные тени от деревьев тянулись через поле, и в каждой тени мерещилась опасность. В темноте, по этим дорогам явно лучше не передвигаться. Он снова сел за руль, проехал еще несколько километров. Поле снова сменил лес, в который он и съехал по одной из грунтовок. Найдя относительно сухое место под раскидистыми старыми елями он остановился - их черная хвоя еще не успела осыпаться и создавала некоторое подобие крыши. Алексей заглушил мотор и вышел. Стояла звенящая тишина, только где-то далеко в глубине леса ухал филин.
Алексей разложил водительское кресло, достал спальник, а автомат положил на соседнее сиденье, под правую руку. Есть он не хотел, чего не скажешь о мучительной жажде, которую он испытывал после нападения. Он открутил крышку термоса и налил в нее чай. Он был все еще горячий и чуть сладковатый. Алексей сидел в машине, глядя, как за окном сгущается тьма. Временами в ней вспыхивали и гасли бледные огоньки - то ли светляки, то ли гнилушки на поваленных стволах, то ли еще что-то, чего он не знал, да и не хотел вдаваться в подробности. Рядом, на торпедо, стоял пластилиновый человечек с автоматом.
- Ну что, солдат, - прошептал Алексей, - давай дежурить по очереди. Я пока посплю, а ты смотри. Человечек молчал, но в багровых сумерках его черные точки-глаза, казалось, смотрели на дорогу.
Алексей откинулся на сиденье и прикрыл глаза. Завтра - Мышкин, переправа. Что за ней - неизвестно. Спал он плохо, вздрагивая от каждого шороха, но никто не пришел. Ночь выдалась тихой, если не считать далекого, протяжного воя, похожего на волчий. Алексей проснулся, но не стал выяснять, кто это был. Он просто крепче сжал автомат и стал ждать рассвета.