Глава 130. Код: Свобода Нулей⁠⁠

Транзитный рубеж

Кристальная чистота воздуха Ковчега осталась позади. Широкие створки внутреннего контура плавно сомкнулись, отрезая группу от мягкого света жилых секторов. Переходный шлюз встретил их резким падением температуры и запахом смазки. Здесь царила строгая индустриальная эстетика. Матовые полимерные панели сменились бетоном. Под высокими сводами гудели мощные промышленные фильтры.

Водовоз шел первым. Его широкая спина в тактической куртке служила надежным ориентиром в полумраке технического коридора. Оперативник задавал быстрый темп. Следом уверенно вышагивала Марина Викторовна. Женщина двигалась легко и пружинисто. Медицинские наноботы Зеро вернули ее телу забытую силу молодости. Вместо больничного халата на ней был надет плотный штурмовой комбинезон темного цвета, перехваченный широким ремнем. Замыкали процессию Игорь и Сергей. Аналитик нес на плече сумку с тактическим планшетом. Командир «Северных» на ходу проверял крепление кобуры на бедре.

Коридор вывел их на погрузочную платформу. Пространство шахты освещалось мощными прожекторами, свет которых, бил по всей длине ввысь . В самом центре бетонной площадки стоял подготовленный к рейду транспорт.

Это был тяжелый бронированный КамАЗ. Машина выглядела угрожающе. Трехосный грузовик опирался на огромные колеса с глубоким грязевым протектором. Матовая серая краска поглощала свет прожекторов. Кабина была усилена наварными стальными листами. Лобовое стекло защищала прочная металлическая решетка. Вместо стандартного тента на раме покоился цельнометаллический кузов-кунг, запертый на мощные электромагнитные замки. Подвеска грузовика заметно просела под тяжестью загруженного арсенала и продовольствия.

Водовоз остановился у массивного переднего бампера. Он развернулся к своим спутникам. Лицо оперативника превратилось в каменную маску. Взгляд стальных глаз сфокусировался на Марине Викторовне.

— Время вышло, — голос Водовоза прозвучал сухо и жестко, перекрывая гул вентиляции. — Транспорт готов. Оружие и провизия загружены. Нам необходимо закрепить правила игры перед вашим выходом на поверхность.

Марина Викторовна выпрямила спину. Она встретила взгляд оперативника с абсолютным спокойствием лидера, привыкшего нести ответственность.

— Я слушаю вас, Петр, — произнесла она. Ее голос звучал звонко и уверенно.

— Тайна Ковчега является абсолютным приоритетом, — начал Водовоз, чеканя каждое слово. — Ваша дочь, Виктор и все остальные бойцы «ЭкоСити» не должны получить ни малейшего намека на существование этого подземного города. Никаких упоминаний об искусственном интеллекте. Никаких рассказов про квантовые сканеры или нанороботов. Ваше чудесное исцеление требует безупречного прикрытия.

Оперативник сделал шаг ближе.

— Легенда сформирована и утверждена Советом. Вы проходили лечение на глубоко законспирированной медицинской базе группировки «Северные». База расположена в старых бункерах Карельского перешейка. Врачи — бывшие военные хирурги работающие на высшие эшелоны власти. Они использовали передовые экспериментальные разработки.

Водовоз обвел взглядом Игоря и Сергея, требуя подтверждения. Командир «Северных» молча кивнул.

— Настя и Виктор увидят ваше состояние, — продолжил связной. — Они инженеры. Они зададут вопросы. Вы обязаны списывать результаты регенерации на шоковую терапию и действие мощных клеточных стимуляторов. Никаких чудес. Только суровая медицина и удачное стечение обстоятельств.

Марина Викторовна скрестила руки на груди.

— Я прекрасно понимаю цену ошибки, Петр. Мои люди получат именно ту версию событий, которую вы озвучили. «Северные» оказали нам беспрецедентную помощь. Наш долг перед ними огромен. Никто в «ЭкоСити» не станет копать глубже этой легенды. Радость от моего возвращения заглушит любые подозрения.

— Оборудование в кузове вызовет вопросы, — вмешался Сергей, подходя к борту грузовика. — ЭМИ-пушки и генераторы холодной плазмы выглядят слишком футуристично для подвальной сборки.

— Мы учли этот фактор, — спокойно ответил Водовоз. — В сопроводительных документах, которые лежат в бардачке, указано, что это экспериментальные прототипы корпорации «Щит». «Северные» якобы перехватили конвой с этими разработками полгода назад. Оружие лежало на складе и ждало своего часа. Корпуса излучателей намеренно состарены. Мои техники нанесли на них царапины и следы технической смазки. Они выглядят как трофеи.

Игорь подошел к тяжелой водительской двери. Он с силой потянул за металлическую ручку. Дверь поддалась с глухим скрипом тугих петель. Командир забросил ногу на высокую подножку и оказался в просторной кабине. Приборная панель была очищена от лишней электроники. Вместо цифровых дисплеев перед водителем располагались классические аналоговые циферблаты. В центре торпеды был закреплен единственный защищенный навигатор.

Марина Викторовна уверенно поднялась по ступенькам с противоположной стороны. Она заняла пассажирское кресло. Пружины амортизатора мягко скрипнули под ее весом. Женщина привычным жестом пристегнула многоточечный ремень безопасности. Сергей запрыгнул в кабину следом, устроившись на заднем ряду сидений.

Водовоз подошел к открытому окну водителя.

— Маршрут проложен, — произнес оперативник. — Навигатор выведет вас точно к воротам базы Скрапов. Двигайтесь максимально осторожно. Туман на поверхности сейчас критически плотный. Видимость составляет менее десяти метров. Включайте желтые противотуманные прожекторы сразу после выхода из шахты.

Игорь вставил ключ в замок зажигания. Дизельный двигатель ожил с громоподобным ревом. Вибрация огромного мотора передалась на рулевое колесо. Из выхлопной трубы, выведенной наверх за кабиной, вырвалось облако черного дыма.

— Принято, Водовоз. Мы уходим, — ответил командир «Северных», переключая тумблеры на панели.

Оперативник отступил на безопасное расстояние и поднял руку.

Платформа под колесами грузовика дрогнула. По периметру огромного бетонного круга зажглись желтые сигнальные огни. Сработали мощные электромагнитные замки, удерживающие многотонную конструкцию.

Начался подъем.

Грузовик вместе с куском бетонного пола устремился вверх. Шахта лифта поглотила машину. Тьма за окнами кабины сменялась редкими вспышками технических ламп. Звук работающих подъёмника сливался с рокотом дизеля. Игорь крепко держал руль. Марина Викторовна смотрела вперед. Ее лицо выражало абсолютную концентрацию. Она возвращалась на войну.

Давление начало ощутимо меняться. Воздух в кабине стал холодным. Запах машинного масла вытеснялся запахом сырой земли и мокрого асфальта.

Подъем замедлился. Платформа с тяжелым стуком зафиксировалась в верхних пазах шахты.

Над кабиной разъехались створки маскировочного люка. Ветви деревьев и куски дерна раздвинулись в стороны. В лобовое стекло ударил тусклый утренний свет.

Игорь включил дворники. Резиновые щетки смахнули с бронированного стекла мелкую морось. Командир нажал на кнопку активации прожекторов. Три мощных желтых луча прорезали серую мглу перед капотом.

Грузовик тронулся с места. Огромные колеса перекатились через край платформы и с чавканьем погрузились в раскисшую весеннюю грязь. КамАЗ медленно выехал из замаскированной шахты. Тяжелая машина ломала сухие ветки, прокладывая путь сквозь лесную чащу.

Створки люка за спиной сомкнулись, возвращая лесной поляне первозданный вид. Бронированный транспорт уверенно выкатился на разбитую грунтовую дорогу. Густой весенний туман мгновенно обволок серый кузов, скрывая грузовик в своих влажных, непроницаемых объятиях. Путь к базе «ЭкоСити» начался.

Тяжелый бронированный КамАЗ с ревом пробивал себе путь сквозь плотную, осязаемую пелену весеннего тумана. Серая мгла поглотила все краски мира, оставив лишь мутные силуэты деревьев по обочинам и бесконечную, чавкающую под широкими колесами грязь. Видимость упала до критических десяти метров. Желтые лучи противотуманных прожекторов грузовика с трудом разрезали эту влажную, висящую в воздухе взвесь, выхватывая из темноты глубокие колеи, заполненные ледяной талой водой. Дворники монотонно, с ритмичным скрипом ходили по лобовому стеклу, смахивая крупные капли оседающей мороси.

Игорь уверенно сжимал массивное рулевое колесо. Командир «Северных» вел многотонную машину плавно, интуитивно угадывая коварные сюрпризы разбитой лесной дороги. В кабине было тепло, мощная печка гнала горячий воздух, высушивая промокшую обувь.

На заднем сиденье Сергей манипулировал тактическим планшетом. Аналитик перевел устройство в режим защищенной связи, настраивая узконаправленный канал для контакта с базой Скрапов.

— Вызываю «ЭкоСити», — произнес Сергей, активируя микрофон гарнитуры. Голос аналитика звучал ровно и деловито. — Борт «Северных» на подходе к вашему внешнему периметру. Расчетное время прибытия составляет семь минут. Мы везем драгоценный груз. Готовьтесь встречать. Открывайте ворота по нашей световой команде.

Сквозь треск статических помех в динамике прорвался голос Миры. Девушка-хакер из группировки Скрапов ответила мгновенно.

— Принято, «Северные». Мы вас ждем. Периметр на взводе, туман режет видимость до нуля. Двигайтесь строго по центральной колее, шаг вправо или влево расценивается как угроза. Наши стволы смотрят на дорогу. Дайте три коротких вспышки дальним светом за пятьдесят метров до ворот. Конец связи.

Марина Викторовна, занимавшая место на переднем пассажирском сиденье, с живым интересом наблюдала за переговорами. Основательница базы «ЭкоСити» совершенно преобразилась. Молекулярная регенерация Ковчега стерла с ее лица годы тяжелой болезни и изнурительного подпольного быта. Кожа светилась здоровьем, глаза горели молодой, неиссякаемой энергией. Она постоянно меняла позу, разминала пальцы, поправляла воротник своего нового штурмового комбинезона, словно ее тело переполнял избыток электрического заряда, требующий выхода.

— Вы послушайте только, какие они у меня строгие стали, — с гордой, искренней улыбкой произнесла Марина, поворачиваясь к Игорю и Сергею. — «Шаг влево расценивается как угроза». Настя выдрессировала их идеально. Я оставила ей горстку напуганных инженеров и злых уличных пацанов, а она сколотила из них настоящую армию.

Женщина закинула ногу на ногу и звонко рассмеялась. Ее смех заполнил тесную кабину грузовика, разряжая густое, повисшее в воздухе напряжение.

— Знаете, мальчики, — продолжила Марина, активно жестикулируя. — Я там, в этой медицинской капсуле, много думала. У меня было время переосмыслить всю нашу тактику. Мы слишком долго сидели в глухой обороне. Мы прятались за бетонными заборами, огрызались из пулеметов и ждали, когда Соколов нас додавит. Это проигрышная стратегия. Теперь все изменится. Мы перенесем линию фронта на их территорию. Нам нужно расширять зону влияния, забирать под свой контроль соседние промзоны, объединять мелкие группы выживших. Я чувствую в себе силы свернуть горы! У нас появятся новые технологии, новое оружие. Мы построим вокруг «ЭкоСити» настоящий укрепрайон, с которым придется считаться всему этому их министерству!

Сергей, продолжая следить за показаниями сканеров на планшете, одобрительно кивнул.

— Ваш энтузиазм заразителен, Марина Викторовна, — отметил аналитик. — Энергия лидера сейчас необходима Скрапам больше, чем бронелисты на воротах. Они истощены морально. Ваше появление станет для них мощнейшим катализатором.

КамАЗ тяжело перевалился через глубокую рытвину. Огромный кузов лязгнул металлом. Грузовик неумолимо продвигался сквозь серую мглу.

Обычным людям, чье зрение было ограничено стеной тумана, этот лес казался мертвым и абсолютно пустым. Только голые стволы деревьев и капающая с веток вода. Реальность выглядела иначе.

Вдоль всего маршрута следования бронированного грузовика, укрытые плотной пеленой испарений и складками рельефа, неподвижно стояли тяжелые боевые роботы Ковчега. Аватары Зеро застыли среди деревьев, превратившись в монолитные, смертоносные статуи. Их системы активного поляризационного камуфляжа работали безупречно, транслируя на поверхность брони изображение окружающего туманного леса. Они сливались с пейзажем на сто процентов.

Оптические сенсоры невидимых стражей плавно поворачивались вслед за проезжающим КамАЗом. Холодный инфракрасный свет матриц просвечивал чащу на километры вокруг. Роботы контролировали каждый куст, каждый овраг и каждую сопку. Их тепловизоры искали малейшие признаки засад мародеров или патрулей «Стальных Псов». Многоствольные кинетические системы и лазерные излучатели находились в состоянии предельной боевой готовности. Стоило любой угрозе появиться на горизонте, невидимый эскорт мгновенно превратил бы ее в пылающую пыль, обеспечивая абсолютную безопасность драгоценного пассажира в кабине грузовика.

КамАЗ миновал последний изгиб лесной дороги. Впереди, сквозь густое серое марево, начали проступать размытые, темные контуры высоких бетонных плит. Это был внешний периметр «ЭкоСити».

Игорь перенес руку на подрулевой переключатель. Он трижды моргнул дальним светом мощных светодиодных фар. Ослепительные белые вспышки пронзили туман, ударив по скрытым оптическим датчикам базы.

Территория за забором мгновенно ожила.

Внутри двора «ЭкоСити» атмосфера была наэлектризована до предела. Густой туман действовал на нервы защитникам лучше любой психической атаки. В такой видимости враг мог подойти вплотную к стенам, оставшись незамеченным. Бойцы Скрапов занимали позиции на угловых вышках, до боли в глазах вглядываясь в серую пелену. Пальцы лежали на спусковых крючках пулеметов.

Прямо перед массивными, наглухо закрытыми стальными воротами стояли Настя и Виктор. Полевой командир и главный инженер группировки вышли встречать союзников лично.

Настя сжимала в руках короткоствольный штурмовой автомат. Ее лицо, перемазанное машинным маслом и сажей, выражало крайнюю степень напряжения. Она постоянно переводила взгляд с ворот на экраны портативного сканера, прикрепленного к предплечью. Рядом застыл Виктор. Инженер держал наперевес тяжелый плазменный излучатель кустарной сборки. Очки на его переносице запотели от сырости. За их спинами возвышались исполинские фигуры братьев Глыбы и Скалы. Великаны держали наготове ручные противотанковые гранатометы, готовые разнести любую подозрительную технику в клочья.

Из рации на плече Насти раздался голос Миры.

— Салли, вижу визуальный сигнал. Три вспышки по центру. Это они. Транспорт чист, тепловые сигнатуры соответствуют заявленным габаритам.

Настя глубоко, судорожно выдохнула, выпуская изо рта облачко белого пара.

— Открывайте ворота, — скомандовала она, опуская ствол автомата вниз. — Глыба, Скала, блокираторы в землю. Живо.

С оглушительным, лязгающим грохотом, перекрывающим шум капели, тяжелые электромагнитные замки отщелкнулись. Массивные стальные створки ворот медленно, с натужным скрежетом шестерен поползли в стороны. Противотаранные бетонные цилиндры послушно ушли под асфальт.

Из серого тумана, освещая мокрый двор желтым светом фар, вынырнула широкая кабина бронированного КамАЗа. Грузовик, тяжело переваливаясь на стыках плит, вкатился на территорию базы. Мощный дизельный двигатель издал последний утробный рык, и машина плавно остановилась точно в центре плаца. Тишина, наступившая после выключения мотора, казалась звенящей.

Настя и Виктор, не опуская оружия окончательно, напряженно смотрели на темное, обледенелое лобовое стекло грузовика. Сквозь блики тумана разглядеть сидящих внутри было невозможно.

Раздался громкий, металлический щелчок дверного замка. Тяжелая пассажирская дверь КамАЗа со скрипом распахнулась настежь.

Из кабины, легко оттолкнувшись от высокой подножки, на мокрый, покрытый масляными разводами асфальт спрыгнула фигура в темном штурмовом комбинезоне. Приземление было мягким, пружинистым, лишенным старческой грузности. Человек выпрямился во весь рост и сделал шаг вперед, выходя на свет дежурных прожекторов двора.

Настя замерла. Сердце в ее груди пропустило удар, а затем забилось с бешеной, оглушительной скоростью. Кровь отлила от лица, пальцы, сжимающие рукоять автомата, внезапно ослабели. Оружие выскользнуло из онемевших рук, с глухим, металлическим лязгом ударившись о мокрый бетон, и отлетело в грязную лужу. Девушка не обратила на это ни малейшего внимания.

Перед ней стояла мать.

Но это была не та изможденная, высохшая болезнью и годами подпольной жизни женщина, чье лицо было изрезано глубокими морщинами, а глаза прятались за толстыми стеклами очков. Это была Марина Викторовна из старых, довоенных фотографий. Ее лицо сияло абсолютным, совершенным здоровьем. Кожа была гладкой и упругой, темные волосы рассыпались по плечам густой волной, в них не осталось ни единой седой нити. Но главное — это были ее глаза. Глаза, полные жизни, ясности и безграничной, всепоглощающей материнской любви.

Марина тепло, открыто улыбнулась. Эта улыбка, лишенная тени страданий, осветила мрачный, индустриальный двор лучше любого прожектора. Она раскинула руки в стороны.

— Ну здравствуй, доченька, — ее голос прозвучал чисто, глубоко и сильно, без привычной старческой хрипотцы.

Настя издала сдавленный, прерывистый звук, похожий на всхлип. Панцирь жесткого полевого командира, грозы северных пустошей, который она наращивала годами, разлетелся вдребезги за долю секунды. Она сорвалась с места, не обращая внимания на чавкающую грязь под ногами, и бросилась вперед.

Девушка с размаху врезалась в мать, обхватив ее шею руками с отчаянной, мертвой хваткой. Марина крепко прижала дочь к себе, гладя ее по вздрагивающим плечам и зарываясь лицом в непослушные темные волосы. Настя уткнулась лицом в плечо матери и зарыдала. Это были слезы абсолютного, очищающего облегчения. Она плакала навзрыд, громко, выплескивая наружу все скопившиеся за месяцы одиночества страхи, отчаяние и боль потерь.

— Мама... живая... ты живая... — бессвязно бормотала Настя сквозь слезы, не в силах разжать объятия.

Марина гладила ее по спине, тихо приговаривая слова утешения, ее собственные глаза подозрительно блестели, но лицо сохраняло выражение безграничной нежности.

Виктор, стоявший в паре метров от них, медленно опустил ствол плазмомета. Тяжелое оружие уперлось дулом в асфальт. Инженер, чья жизнь строилась на законах физики и математической логике, был потрясен до глубины души. Он поднял дрожащую руку, снял с переносицы свои прямоугольные очки и судорожно протер линзы грязным рукавом куртки, словно подозревая, что стекло искажает реальность. Но, водрузив очки обратно, он увидел ту же картину.

Чудо произошло. Технологии, о которых говорил этот странный доктор Латко, превзошли самые смелые, самые фантастические ожидания.

Бойцы Скрапов, столпившиеся у ворот и выходов из цехов, стояли, замерев, словно парализованные. Суровые, бородатые мужики в промасленных робах и камуфляже с открытыми ртами наблюдали за невероятной сценой воссоединения. Исполины Глыба и Скала застыли как изваяния, не решаясь сделать ни шагу, чтобы не разрушить этот хрупкий момент.

Юный хакер Вжик, выскочивший на крыльцо штабного корпуса с недоеденным бутербродом в руке, так и остался стоять с открытым ртом. Кусок колбасы выпал на бетон, но мальчишка этого не заметил. Его глаза, расширенные от изумления, перебегали с плачущей Насти на помолодевшую основательницу базы.

Марина, наконец, мягко отстранила дочь, заглядывая в ее заплаканное, перемазанное грязью и машинным маслом лицо. Она ласково стерла слезу с ее щеки.

Затем женщина повернулась к стоящим вокруг бойцам. Она выпрямилась, и в ее позе мгновенно проступила стать и уверенность истинного лидера группировки. Марина обвела взглядом замерший двор, останавливаясь на каждом знакомом лице.

— Виктор! Рада видеть, что ты еще не разобрал базу на микросхемы, — ее звонкий голос разнесся над плацем. Инженер, очнувшись от оцепенения, расплылся в широкой, совершенно не свойственной ему счастливой улыбке.

— Семён! Надеюсь, твои сварные швы стали крепче! Дядя Боря! Порох еще сухой? — Марина продолжала приветствовать своих людей, обращаясь к каждому по имени или позывному.

База «ЭкоСити» словно очнулась от долгого, тяжелого сна. Тишина взорвалась бурей эмоций. Со всех сторон посыпались радостные крики, свист и аплодисменты. Бойцы, бросая оружие на ремнях, начали сбегаться к центру двора, образуя плотное, гудящее кольцо вокруг Марины и Насти. Люди тянули руки, хлопали друг друга по плечам, смеялись, не в силах сдержать восторга. Возвращение их лидера, живой и полной сил, стало для банды мощнейшим моральным стимулом, доказательством того, что в этой бесконечной войне есть место для победы.

Игорь и Сергей, наблюдая за этой сценой из открытых дверей кабины КамАЗа, сдержанно улыбались. Для командира и аналитика «Северных» это был момент профессионального удовлетворения. Их операция по укреплению союза и поднятию боевого духа Скрапов увенчалась абсолютным, безоговорочным успехом. Фасад был выстроен безупречно.

Радостный гул, заполнивший двор «ЭкоСити», напоминал шум прибоя. Бойцы толпились вокруг Марины, перебивая друг друга, забрасывая ее вопросами и просто наслаждаясь моментом возвращения лидера. Однако женщина, прекрасно понимая психологию своей банды, мягким, но властным жестом остановила эту эйфорию.

— Всему свое время, ребята! — звонко произнесла Марина, поднимая руки. — Мы обязательно пообщаемся. Сейчас у нас есть более насущная, приятная задача. Семён, Глыба! Займитесь кузовом. Мы привезли вам гостинцы.

Великаны с готовностью шагнули к заднему борту КамАЗа. Игорь разблокировал электромагнитные замки. С тяжелым металлическим лязгом створки кузова распахнулись. Из темного нутра броневика пахнуло холодом автономных рефрижераторов и густым, сшибающим с ног ароматом настоящей еды.

Семён, присвистнув от удивления, заглянул в кузов. Там ровными рядами стояли тяжелые термоизолированные ящики.

— Грузим, парни! — скомандовал Семён, подхватывая первый контейнер. — Аккуратнее, тут явно не сублиматы!

Началась спорая, слаженная разгрузка. Бойцы выстроились в цепочку, передавая ящики из рук в руки, направляя этот ценный поток прямиком в пищеблок.

Из дверей столовой, вытирая руки о передник, выбежала Лена. Увидев Марину, повариха охнула, ее пухлое лицо залилось слезами радости. Женщины крепко обнялись.

— Мариночка, родная моя... — причитала Лена, похлопывая основательницу базы по спине. — Я же каждый день свечку ставила... А вы... вы как девчонка выглядите!

— Все хорошо, Ленусь, я в строю, — с теплой улыбкой ответила Марина, отстраняясь. — Принимай хозяйство. Мы привезли вам настоящий праздник.

Лена, быстро утерев слезы, переключилась в рабочий режим. Она бросилась к вносимым ящикам, с профессиональным азартом срывая пломбы. Внутри, в специальных секциях, лежали сочные, свежие куски отборного мяса, россыпи ярких овощей, экзотические фрукты и целые блоки готовых, запеченных деликатесов.

По базе мгновенно разнесся сводящий с ума аромат жареного мяса и специй, вытесняя запах сырости и оружейной смазки. Бойцы, привыкшие к скудному пайку, сглатывали слюну, суетясь вокруг столовой.

Тёма-Вжик, забыв о своей роли крутого хакера, вертелся вокруг Марины, как привязанный.

— А как они это сделали? А там правда лазеры вместо скальпелей? А вы их сервера видели? — подросток сыпал вопросами со скоростью пулемета, заглядывая ей в глаза.

Марина с улыбкой трепала его по вихрастой голове.

— Видела, Тёма, видела. Всему свое время, расскажу. Помогай лучше столы сдвигать!

В столовой кипела работа. Бойцы с грохотом сдвигали грубые деревянные столы в один длинный ряд. Лена, командуя своими помощниками-роботами, расставляла чистую посуду. Кто-то притащил старый музыкальный центр, и под сводами спортзала зазвучала бодрая, ритмичная музыка, добавляя атмосфере праздничного безумия.

Настя, стоя у входа в столовую, держала свой тактический планшет. Она перевела системы безопасности базы в режим автоматического контроля - теперь вооружением управлял их ИИ.

— Вышки, отбой. Передаю управление периметром нашему ИИ. Спускайтесь, переодевайтесь. Гуляем, — скомандовала полевой командир в рацию.

Спустя несколько минут парни с вышек, сбросив тяжелые бронежилеты и камуфляж, ввалились в зал в обычных футболках и джинсах. База «ЭкоСити» гудела от радости.

Игорь и Сергей заняли места за длинным столом вместе со всеми. Аналитик с интересом наблюдал за этим стихийным, искренним проявлением человеческих эмоций, отмечая, как быстро стираются границы между суровыми бойцами и обычными людьми перед лицом простых радостей.

Марина Викторовна встала во главе стола. Шум мгновенно стих. Женщина подняла пластиковый стакан с фруктовым соком. Ее взгляд обвел каждое лицо.

— Друзья мои, — начала Марина, и ее голос звучал сильно, наполняя зал уверенностью. — Я знаю, как вам было тяжело этот год. Я знаю, что каждый из вас рисковал жизнью, удерживая эту базу и защищая наше дело. Я хочу сказать огромное спасибо всем вам. Насте, которая взяла на себя эту тяжелую ношу. Виктору, Семёну, Боре. Всем вам.

Она повернулась в сторону, где сидели две смущенные девушки-ассистентки из медицинского блока.

— Особая благодарность вам, девочки. За то, что не отходили от моей капсулы, за ваш труд в том подвале. И, конечно, парням, которые этот подвал пробили в камне. Мы выстояли. И теперь мы будем двигаться дальше. За нашу победу!

Зал взорвался радостными криками и звоном стаканов. Торжество вступило в самую активную, шумную фазу. Бойцы набросились на еду, смеялись, обсуждали новости. Музыка играла громче.

Ровно в 13:00, когда праздник был в самом разгаре, Марина Викторовна подала знак Насте, Виктору и Дяде Боре. К ним присоединились несколько инженеров и операторов, ответственных за управление боевыми машинами. Костяк банды стараясь не привлекать внимания, покинул столовую и направился в штабное помещение.

В кабинете царил полумрак. Марина подошла к двум длинным, тяжелым металлическим ящикам, которые были выгружены из КамАЗа в первую очередь и оставлены здесь. Настя и Виктор с недоумением переглянулись.

Марина решительно откинула стальные защелки. Крышка первого ящика с тихим лязгом открылась.

Внутри, на ложементах из плотного, серого полимера, покоилось оружие. Это были массивные, угловатые установки, лишенные привычных стволов и магазинов. Корпуса излучателей были выполнены из матового, темного металла, испещренного охлаждающими ребрами и сложными, непонятными для Скрапов коннекторами.

Дядя Боря, старый оружейник, шагнул вперед. Он наклонился над ящиком, его глаза расширились. Ветеран благоговейно провел мозолистым пальцем по гладкому корпусу одной из установок.

— Что это за зверь, Марина? — хрипло спросил он, не в силах скрыть профессионального трепета. — Калибр непонятен. Системы подачи питания нет. Это не кинетика и не плазма, которую мы знаем.

— Это тяжелые электромагнитные излучатели направленного действия, Боря, — ровным, холодным тоном пояснила Марина, меняя роль радушной хозяйки на жесткого стратега. — И портативные генераторы холодной плазмы. Подарок от наших союзников.

Она обвела взглядом застывших от изумления Скрапов.

— Эти системы способны выжигать электронику и плавить силовые каркасы техники на расстоянии полутора километров, — добавила женщина, указывая на установки. — Они абсолютно безопасны для людей, но смертельны для машин.

Марина выпрямилась, ее лицо стало жестким.

— Сегодня вечером мы начинаем интеграцию этого оборудования на наши платформы. «Стальные Псы» вероятно готовятся к нападению. Мы должны встретить их во всеоружии. Мы превратим их хваленую технику в металлолом еще на подступах к нашим воротам. Подготовка к обороне начинается прямо сейчас.

Инженеры и операторы, осознав мощь предоставленного арсенала, мгновенно переключились в рабочий режим. Виктор уже вытаскивал планшет, прикидывая схемы подключения новых орудий к энергоустановкам их роботов. Дядя Боря аккуратно извлекал первый излучатель, оценивая его вес и габариты для монтажа на турели.

В это время дверь штаба открылась. В кабинет вошли Игорь и Сергей. Командир «Северных» был уже в своей куртке.

— Ваша база теперь в надежных руках, Марина Викторовна, — произнес Игорь, коротко кивнув. — Наша миссия здесь завершена. Нам пора возвращаться. На поверхности нас ждет своя часть работы.

Марина благодарно посмотрела на мужчин.

— Удачи вам, ребята. И спасибо за всё. Держите связь, — ответила она.

Игорь и Сергей покинули базу.

Настя, проводив взглядом союзников, повернулась к стоящему в дверях Вжику. Подросток, услышав о подготовке к обороне, примчался в штаб.

— Вжик, — резко скомандовала полевой командир. — Хватит жевать. Бери свой эндуро и дуй на север. Нам нужны свежие разведданные. Прощупай периметр Псов. Узнай, что они там готовят. Выдвигаешься немедленно.

Хакер серьезно кивнул, развернулся и побежал в сторону гаражей.

База «ЭкоСити» торжественно и окончательно перешла под жесткое, уверенное управление Марины Викторовны. Праздник на поверхности уступил место холодному расчету грядущей войны.

Серый, промокший насквозь Петербург остался где-то далеко вверху, затерянный в клубах весеннего тумана. Транспортная капсула Ковчега, поглотившая Игоря и Сергея в транзитном тоннеле, с хирургической плавностью затормозила у перрона шлюзового отсека. Двери разъехались в стороны, обдав прибывших потоком очищенного, прохладного воздуха.

На платформе их уже ждал Водовоз. Оперативник стоял у массивного металлического стола, заставленного раскрытыми полимерными кейсами. Рядом с ним, в полной готовности, находились Вика, Алиса и Ксюша. Девушки сменили повседневную одежду на темные, неприметные тактические куртки. В их глазах читалась напряженная, профессиональная собранность.

— Вы вернулись вовремя, — вместо приветствия произнес Водовоз, бросив короткий взгляд на часы. — Оборудование откалибровано и готово. Предлагаю не тянуть кота в долгий ящик. Разбирайте комплекты.

Игорь и Сергей подошли к столу. Внутри каждого кейса, на ложементах из плотного поролона, покоились три изящных устройства. Автономные микро-дроны доставки, те самые «стрекозы», выглядели абсолютно реалистично. Их серо-зеленые биополимерные корпуса и тончайшие, полупрозрачные крылья были неотличимы от природных оригиналов.

Рядом со стрекозами лежали небольшие, матовые прямоугольники, напоминающие утолщенные смартфоны без экранов.

— Это приемники рассеянного инфракрасного излучения, — пояснил Водовоз, беря один из приборов в руку. — Они настроены на уникальные частоты наших дронов. Радиоэлектронный купол изоляторов давит любые радиоволны, но свет обойдет глушилки. Густой туман на поверхности сейчас работает на нас. Он создаст эффект линзы, преломляя и рассеивая направленный луч в атмосфере.

Оперативник поднял одну из стрекоз за фасеточную "голову".

— Процедура заброски жестко регламентирована, — начал инструктаж связной. — Вы выдвигаетесь на позиции. Радиус — от пятидесяти до ста метров от внешнего бетонного забора. Выбираете укрытие: заброшенное здание, трансформаторную будку, густой кустарник. Главное условие — прямая видимость неба над изолятором.

Водовоз активировал приемник. На верхней панели устройства тускло загорелся ряд светодиодов.

— В 14:45 вы одновременно активируете дроны. Стрекозы запрограммированы на автономный полет и преодоление высотных преград. Они перелетят через стену и колючую проволоку, найдут оптимальную, скрытую точку для наблюдения — кирпичную кладку вышки, кронштейн фонаря, толстую ветку старого дерева.

Он указал на первый, зеленый светодиод на приемнике.

— Как только дрон зафиксируется на позиции и активирует оптический камуфляж, он пошлет короткий, направленный в зенит инфракрасный импульс. Ваш приемник уловит рассеянный в тумане сигнал и зажжет первый индикатор. Это означает: «Заброс прошел успешно, объект на позиции».

Водовоз перевел палец на второй, желтый светодиод.

— Стрекоза перейдет в режим интервальной съемки с минимальным энергопотреблением. Триггером послужит любое движение в зоне прогулочного двора. Как только алгоритмы дрона зафиксируют вывод заключенных и начнут сканирование лиц в толпе, устройство пошлет второй импульс. Загорится желтый индикатор. Статус: «Наблюдение активно, поиск цели».

Оперативник посмотрел на каждого из присутствующих, акцентируя внимание на самом важном моменте.

— И наконец, красный индикатор. Он загорится только в том случае, если дрон успешно идентифицирует лицо нашего агента — Сани, Кира или новичков — спикирует вниз и успешно передаст капсулу с камерой объекту. Это будет финальный сигнал: «Операция завершена, груз доставлен». Сразу после этого дрон самоуничтожится, запустив процесс биологического распада корпуса.

Инструктаж был предельно ясным. Команда молча, с осознанием ответственности, разобрала кейсы со снаряжением. Каждый получил по одному основному дрону и два резервных на случай потери или сбоя аппарата.

Быстрый подъем на лифте в конспиративную квартиру прошел в тишине. Весенняя погода на поверхности полностью соответствовала метеосводкам Зеро. Плотный, удушливый туман накрыл город серой ватной пеленой. Видимость сократилась до двадцати метров. Сырость пробирала до костей.

Водовоз лично развез команду по точкам. Его фургон маневрировал по мокрым, безлюдным улицам окраин. Первой высадили Ксюшу у северного изолятора, куда предположительно доставили Кира. Девушка, накинув капюшон, быстро растворилась в тумане, направившись к заброшенным гаражам недалеко от периметра тюрьмы. Затем по своим локациям разъехались Алиса и Вика. Сергей занял позицию на восточной окраине. Игоря высадили последним, у южного спецблока. Водовоз отогнал машину в соседний квартал, оставаясь на связи в качестве мобильного координационного центра.

Время неумолимо приближалось к назначенной отметке.

Игорь сидел на корточках в густых, колючих зарослях шиповника. Кусты надежно скрывали его фигуру от возможных патрулей, а впереди, сквозь серую дымку, смутно вырисовывалась циклопическая, глухая бетонная стена изолятора. Монолитные плиты, увенчанные кольцами "Егозы", выглядели неприступной крепостью. Тишина нарушалась лишь далеким, глухим лаем караульных собак.

Командир посмотрел на тактические часы. 14:44.

Он открыл кейс, извлек из поролонового корпуса хрупкую стрекозу и положил ее на раскрытую ладонь. Палец нащупал крошечный, скрытый сенсор активации на брюшке устройства.

14:45.

Игорь, Сергей, Вика, Алиса и Ксюша, находясь в разных концах города, синхронно нажали на сенсоры.

Механические насекомые ожили. Тончайшие, прозрачные крылья задрожали с высокой, неразличимой для человеческого уха частотой. Пьезоэлектрические приводы издавали лишь легкую, едва уловимую вибрацию.

Стрекозы одновременно сорвались с ладоней оперативников. Крошечные аппараты, повинуясь заложенным в них полетным заданиям, стремительно, почти вертикально взмыли в серое, туманное небо. Они мгновенно слились с окружающим фоном, растворившись в плотной пелене сырости.

Бортовые системы навигации микро-дронов работали безупречно. Оптические стерео-датчики, пробивая туман в инфракрасном спектре, безошибочно определяли расстояние до преград. Механические насекомые уверенно набирали высоту, пролетая высоко над бетонными заборами, стальными вышками и мотками колючей проволоки. Радары радиоэлектронной борьбы, установленные по периметру изоляторов, продолжали методично сканировать эфир, оставаясь абсолютно слепыми к пролетающим над ними безмолвным, биополимерным устройствам.

Миновав внешний и внутренний периметры безопасности, стрекозы начали плавное, контролируемое снижение над территориями прогулочных дворов. Их микропроцессоры анализировали ландшафт, выбирая идеальные, недосягаемые для охранников точки наблюдения. Одна стрекоза мягко опустилась на металлический кронштейн прожектора, вмурованного в стену здания. Вторая приземлилась на толстую, переплетенную ветку старого тополя, чудом уцелевшего на территории тюремного двора.

Как только дроны зафиксировались на выбранных поверхностях, их корпуса покрылись мелкой, переливающейся рябью. Система активного камуфляжа мгновенно подстроила цвет и текстуру биополимера под окружающий фон. Механические насекомые слились с металлом и древесной корой, став абсолютно невидимыми.

Спустя секунду, крошечные инфракрасные излучатели, расположенные на спинках дронов, выдали в затянутое тучами небо короткие, мощные импульсы.

Игорь, затаивший дыхание в мокрых кустах, смотрел на экран приемника в своих руках. Верхний светодиод на черной панели ярко, обнадеживающе вспыхнул зеленым цветом. Рассеянный туманом сигнал достиг цели.

Точно такие же зеленые огни зажглись на приборах Сергея, Вики, Алисы и Ксюши. Первый этап заброски прошел безупречно. Пять автономных глаз Ковчега заняли свои скрытые позиции над глухими бетонными колодцами дворов.

Стрекозы перешли в режим максимального энергосбережения. Их фасеточные глаза-камеры замерли, ожидая появления малейшего движения в пустых, огороженных решетками пространствах.

Оперативники на земле, сжимая в руках приемники, погрузились в тягучее, нервное ожидание. Следующий сигнал должен был поступить с началом дневной прогулки заключенных. Игра нервов вступила в свою решающую фазу.

Юный хакер Тёма, известный в подполье под коротким позывным Вжик, виртуозно вел кроссовый мотоцикл сквозь заросли северных пустошей. Глухой лес Ленинградской области встретил его суровой весенней распутицей: плотные деревья и узловатые корни создавали на пути естественные капканы.

Его байк кардинально отличался от привычных ревущих эндуро — парень полностью перевел его на электрическую тягу. Мощный мотор, установленный в ступице заднего колеса, выдавал колоссальный крутящий момент с первой секунды. Двигатель работал беззвучно: здесь не было цепной передачи, выхлопной трубы и грохота сгорающего топлива. Лишь влажный хруст ломающихся веток да чавканье густой грязи сопровождали движение машины.

Колеса с глубоким агрессивным протектором уверенно вгрызались в почву, вышвыривая из-под крыльев комья земли. Мощная подвеска легко проглатывала удары корней и скрытых под лужами камней. Тёма двигался быстро, умело используя инерцию тяжелого корпуса для преодоления крутых склонов.

Сырой холод второй половины дня неумолимо пробирался под толстовку. Плотный туман оседал на одежде тяжелой росой, заставляя тело дрожать, а визор легкого шлема постоянно покрывался каплями. Подросток периодически смахивал влагу перчаткой, восстанавливая обзор.

Пейзаж вокруг тонул в сером мареве, съедавшем очертания деревьев уже в двадцати метрах впереди. Ориентироваться приходилось исключительно по встроенному в панель навигатору и топографической карте. Хакер намеренно избегал накатанных грунтовок, прокладывая маршрут по самому бурелому, чтобы гарантированно разминуться с патрулями мародеров. Балансируя на широких подножках, он заставлял байк послушно огибать сосновые стволы. Каждая минута требовала предельной концентрации: любой скользкий склон грозил падением.

Добравшись до заданного квадрата, Тёма сбросил газ. Впереди сквозь пелену проступил глубокий овраг со скользкими глинистыми склонами. Спешившись, он крепко обхватил руль обеими руками и шаг за шагом начал спускать мотоцикл на дно, упираясь ботинками в рыхлую землю. Удерживать тяжелую машину, норовившую сорваться кубарем, стоило огромных усилий. Напрягая мышцы спины, парень плавно зажал тормоза, и заблокированное заднее колесо прочертило в глине ровную борозду.

Оказавшись внизу, он прислонил эндуро к поваленному стволу и принялся за маскировку. Набрасывая на корпус сухие еловые лапы, прошлогодний папоротник и куски мшистой коры, Вжик тщательно скрывал блестящие элементы рамы и колеса. Пальцы, закоченевшие от сырости, почти потеряли чувствительность. Для верности он зачерпнул пригоршню липкой грязи и щедро обмазал фару, зеркала и приборную панель, исключая малейшие блики. Отойдя на пару шагов, Тёма удовлетворенно осмотрел результат: электробайк превратился в бесформенную кучу лесного мусора, идеально сливающуюся с рельефом.

Целью хакера была вершина высокого холма, господствующего над местностью. Подъем давался с трудом: Тёма цеплялся за переплетенные корни, подтягивая тело вверх, пока тяжелые ботинки соскальзывали по мокрому мху. Легкие обжигало от прерывистого, тяжелого дыхания. Сжав зубы, он сделал финальный рывок и перевалился через край обрыва. Упав на колени прямо в сырую траву, парень жадно глотал туманный воздух, пока уставшие мышцы горели от напряжения.

Вершина холма густо заросла колючим кустарником и молодым ельником. Пробираясь в самую чащу, Тёма нашел идеальное укрытие между двумя гранитными валунами — защищенную от ветра площадку с отличным обзором в сторону заброшенного завода, где базировались «Стальные Псы».

Сбросив рюкзак, он онемевшими пальцами расстегнул тугие защелки и достал из влагозащитного отсека матово-черный жесткий кофр. Внутри, в ложементе из пенополиуретана, лежал разведывательный квадрокоптер. Аппарат выглядел хищно и технологично: карбоновые лучи, широкие несущие винты и корпус, покрытый радиопоглощающей матовой краской. Тёма поочередно разложил лучи до отчетливого щелчка фиксаторов, извлек массивный пульт с антибликовым сенсорным экраном и запустил бортовые системы. На брюшке дрона тускло замигали зеленые индикаторы. Пока пульт синхронизировал каналы связи, выводя строки калибровочных данных, парня колотило от пронизывающего озноба. Справившись с дрожью, он положил пальцы на стики управления.

Выверенное движение — и электродвигатели отозвались тихим, комариным жужжанием. Квадрокоптер плавно оторвался от земли, подняв облачко сухой листвы, и завис на уровне лица. Оптическая стабилизация безупречно удерживала аппарат вопреки порывам ветра.

Вжик бросил взгляд на экран и плавно добавил тяги. Дрон взмыл вертикально вверх, пробил кроны деревьев и мгновенно растворился в густом сером молоке тумана. Видимость на дисплее упала до нуля, сменившись сплошной белой пеленой. Ориентироваться в таких условиях приходилось исключительно по телеметрии и GPS-модулю, корректируя курс короткими движениями стиков. Влага быстро конденсировалась на объективе, размывая изображение. Быстро протерев экран пульта рукавом, Тёма понял, что попытка рассмотреть базу мародеров с высоты обречена на провал.

Хакер мгновенно сменил тактику. Потянув левый стик вниз, он заставил дрон снизиться до уровня верхушек вековых сосен, где туман был не таким плотным. Ювелирно ведя аппарат над самыми кронами и рискуя зацепить ветки лопастями, Вжик вывел его к бетонному периметру завода. Дрон аккуратно скользнул в густое сплетение сухих ветвей старого погибшего дуба.

Надежно скрытый облупившейся древесиной, квадрокоптер замер. Эта позиция обеспечивала идеальный угол обзора и полную маскировку. Тёма активировал систему активной стабилизации и включил режим программной фильтрации помех. Умные алгоритмы начали отфильтровывать частицы тумана, искусственно повышая контрастность. Серое мыло на экране медленно, словно театральный занавес, поползло в стороны.

Парень затаил дыхание. На дисплее четко прорисовались массивные бетонные стены индустриальной зоны, а объектив сфокусировался на грязном внутреннем дворе базы «Стальных Псов». Камера зафиксировала первые пугающие кадры вражеской цитадели.

Хакер активировал запись, отправляя кадры напрямую в память пульта. Пульсирующий красный индикатор в углу экрана начал отсчет секунд фиксации надвигающейся угрозы.

Внутренний двор базы мародеров представлял собой площадь с отдельными ангарами и строениями. В самом центре площади возвышался массивный бетонный пандус, ведущий в недра подземного бункера. Внезапно на воротах закрутились огромные шестерни, натягивая толстые приводные цепи. Покрытые ржавчиной и нагаром бронированные створы со скрежетом поползли в стороны, открывая широкий зев подземного гаража, откуда мгновенно вырвались клубы сизого пара.

Из темного провала медленно выплыли чудовищные силуэты тяжелых шагоходов. Эти гротескные, устрашающие машины были собраны кустарным гением из остатков строительной техники. Основой стальных монстров послужили переваренные под новыми углами стрелы экскаваторов, а в движение их приводили толстые гидравлические поршни, покрытые потеками масла. Ступни из двутавровых балок с тяжелым гулом опускались на землю, продавливая глубокие кратеры.

Корпуса машин, обшитые разномастной броней, топорщились рядами острых шипов из арматуры. На плечевых пилонах располагались боевые модули: спаренные крупнокалиберные пулеметы хищно скалили длинные стволы, а с другой стороны башен торчали трубы самодельных ракетных установок с фугасными снарядами. Дизельные двигатели оглушительно ревели, выбрасывая из вертикальных труб черный едкий дым, который сливался с туманом и покрывал броню копотью.

Используя оптический зум, Вжик разглядел сквозь стальные решетки кабин экипажи «Стальных Псов». Громоздкие бугаи в клепаных кожаных куртках уверенно дергали рычаги управления, а худые агрессивные панки с разноцветными ирокезами в роли наводчиков проверяли пулеметные ленты и тестировали углы наведения меняя направления орудий.

Один из шагоходов замер посреди двора. Его башня со скрежетом повернулась в сторону старых бетонных блоков. Раздался треск, и спаренные пулеметы выплюнули снопы огня. Яркие трассеры мгновенно разнесли преграду в пыль, оставив лишь дымящуюся воронку и облако цементной крошки. Тестовый залп подтвердил чудовищную огневую мощь техники. Шагоход неуклюже переступил, вдавливая обломки в грязь, а следом за ним из бункера поднялся гусеничный монстр с широким бульдозерным отвалом, способным снести любые ворота.

Внимание Вжика переключилось на верхний ярус комплекса. На бетонном балконе над бункером стоял Шрам — главарь банды мародеров, облаченный в длинный темный плащ. Опершись на парапет, он удовлетворенно наблюдал за развертыванием своей стальной армии. Объектив зафиксировал его профиль, обезображенный страшным рубцом и искаженный хищной улыбкой. Лидер «Псов» упивался превосходством своих машин, коротким жестом руки направляя следующие экипажи на плац.

Масштаб катастрофы тяжелым молотом ударил по сознанию хакера. Всего несколько таких шагоходов сотрут базу «ЭкоСити» в порошок за считанные минуты. Бетонные заборы Скрапов сложатся как карточные домики под пулеметным шквалом, а гусеничные тараны вскроют периметр для обезумевшей толпы рейдеров. По спине Тёмы скатилась холодная струйка пота. Информации было достаточно, а дальнейшее наблюдение грозило обнаружением, да и аккумуляторы дрона быстро расходовали заряд, борясь с порывами ветра.

Парень рванул левый стик пульта на себя. Квадрокоптер вышел из режима зависания, вынырнул из ветвей дуба и скользнул обратно в туман. По кратчайшей траектории он преодолел расстояние до холма и завис над оператором. Тёма поймал аппарат за шасси и отключил питание.

Окоченевшими пальцами он быстро сложил карбоновые лучи, убрал технику в кофр и закинул массивный пульт в рюкзак. Плотно затянув лямки и поясной ремень, Вжик ринулся вниз по крутому склону. Скользя по раскисшей глине и цепляясь за стволы берез, он стремительно спустился на дно оврага к замаскированному байку.

Хакер яростно раскидал ветки и папоротник, очищая раму. Перчатка стерла грязь с приборной панели. Вскочив в седло, Тёма повернул ключ зажигания — индикатор батареи вспыхнул зеленым. Выкрутив ручку акселератора до упора, он заставил заднее колесо бешено взрыть землю, выбрасывая фонтан грязи. Электробайк рванул вперед, легко преодолел скользкий подъем и помчался сквозь лес на максимальной скорости. Ледяной ветер бил в визор шлема, но Тёма спешил: нужно было доставить записи на базу до того, как стальная армада Шрама выйдет на марш.

Глубокий подвал базы «ЭкоСити» встретил спускающуюся группу густым запахом канифоли и нагретой изоляции. Пространство, вырубленное в монолитном бетоне фундамента, служило командным пунктом для управления тяжелыми механизмами. Стены помещения были опутаны толстыми жгутами силовых и оптоволоконных кабелей. Тусклые лампы выхватывали из полумрака ряды мониторов и пультов управления. Вдоль дальней стены выстроились шесть массивных кресел. Конструкции кресел были грубо сварены из трубчатых каркасов и сидений старых внедорожников, жестко закрепленных на вращающихся основаниях из толстой стали.

Настя шла первой, указывая направление. За ней следовали Марина, Виктор, Дядя Боря и еще двое крепких, сосредоточенных бойцов из штурмового резерва.

— Операторы, по местам, — скомандовала Настя, останавливаясь перед ложементами. — Проводим полную тестовую проверку машинами во дворе. Время не ждет. Нам нужно отладить интеграцию нового вооружения до наступления сумерек.

Бойцы и Виктор быстро заняли свои кресла. Процесс подключения требовал жесткой физической фиксации. Каждый оператор начал с ног. Они плотно вставили стопы в массивные, подпружиненные педали, расположенные в основании кресел. Эти педали считывали силу нажатия и угол наклона стопы, передавая телеметрию напрямую на ходовую часть гусеничных и шагающих платформ роботов.

Затем наступила очередь тактильного интерфейса. Бойцы натянули на руки тяжелые, многослойные перчатки. Внешний слой перчаток был выполнен из кевлара, внутренний — пронизан сложной сетью микроскопических датчиков сопротивления и пьезоэлектрических актуаторов. Перчатки плотно обжали пальцы и запястья, фиксируя суставы. Эта система обеспечивала полную передачу моторики оператора на манипуляторы робота и возвращала тактильную обратную связь: оператор физически ощущал сопротивление рычагов и отдачу оружия.

Финальным этапом стала визуально-акустическая интеграция. Бойцы надели громоздкие шлемы, закрепив их плотными ремнями на затылках. Встроенные в шлемы бинокулярные дисплеи полностью отрезали операторов от реальности подвала. Широкие наушники с плотно прижали уши.

Настя подошла к главному рубильнику на стене, закрытому защитным прозрачным кожухом. Она откинула пластиковую крышку и с силой опустила массивный рычаг вниз.

Контакторы в щитке громко щелкнули. Мощный гул трансформаторов наполнил подвал.

В этот момент сознание операторов покинуло их биологические оболочки. Системы шлемов мгновенно транслировали визуальные данные с камер роботов, стоящих во дворе базы. Бойцы увидели серый асфальт, покрытый лужами, облупленные кирпичные стены корпусов «ЭкоСити» и нависшее свинцовое небо. В наушники ворвался рев двигателей, работающих на низких оборотах, и свист холодного ветра. Тактильные перчатки передали вибрацию тяжелых металлических корпусов.

Вращающиеся основания кресел в подвале позволили операторам интуитивно управлять обзором. Стоило человеку в кресле повернуть корпус вправо, как многотонная башня робота на поверхности с металлическим лязгом послушно совершала аналогичный маневр, сканируя пространство двора оптическими сенсорами.

Металлические гиганты во дворе ожили. Тяжелые гусеничные «Кентавры» сдвинулись с места, оставляя глубокие борозды на влажном асфальте. Массивные руки-манипуляторы, подчиняясь движениям пальцев операторов в перчатках, плавно поднялись, проверяя углы наведения новых ЭМИ-пушек и генераторов плазмы. Синхронизация прошла безупречно.

Марина стояла у главного монитора, удовлетворенно наблюдая за успешным тестом.

Внезапно тяжелая металлическая дверь командного центра с грохотом распахнулась, ударившись о бетонный откос.

На пороге стоял Тёма. Подросток тяжело, со свистом хватал воздух ртом. Его лицо было покрыто слоем густой грязи, светлые вихры слиплись от пота и тумана. Безразмерная толстовка была насквозь мокрой. В трясущихся руках хакер сжимал небольшую флеш-карту, извлеченную из пульта управления дроном.

Вжик обвел безумным взглядом сидящих в креслах операторов, затем посмотрел на Марину.

— Они готовятся, — прохрипел парень, с трудом выдавливая слова. Он сделал два нетвердых шага к столу и протянул флешку женщине. — Там ад... Целая армия.

Марина выхватила носитель из рук подростка. Она вставила флешку в разъем центрального пульта и несколькими быстрыми касаниями сенсорной панели вывела картинку на огромный экран, занимающий всю стену командного пункта.

Изображение мигнуло и показало двор заброшенного завода. Внимание всех присутствующих приковалось к экрану. Они увидели распахнутые бронированные створы бункера и выходящих на поверхность чудовищных шагоходов, сваренных из стрел экскаваторов. Огромные механизмы, утыканные ржавыми шипами и спаренными пулеметами, ревели моторами, выплевывая клубы черного дыма. На экране шагоходы делали тестовые залпы по бетонным блокам, превращая их в крошку. Камера дрона зафиксировала фигуру Шрама, удовлетворенно наблюдающего за мощью своей армии с балкона.

Марина, не отрывая взгляда от угрожающих кадров, повернула голову в сторону Насти и коротко, резко кивнула.

Настя, стоящая у главного распределительного щита, мгновенно поняла приказ. Она откинула защитный красный колпак на пульте управления периметром и резким ударом ладони вдавила массивную кнопку.

Подвал озарился пульсирующим красным светом. Надсадный, тревожный вой сирены разорвал тишину командного центра, эхом разлетаясь по всем корпусам базы. База перешла в режим боевой тревоги.

На крышах кирпичных корпусов ожили автоматизированные спаренные пулеметно-ракетные турели. Защитные кожухи с лязгом откинулись, оптические сенсоры установок загорелись рубиновым светом, переходя в режим активного сканирования воздушного и наземного пространства.

Одновременно с этим с плоской крыши центрального здания с пронзительным воем турбин взмыл в воздух тяжелый, бронированный разведывательно-ударный дрон. Аппарат, ведомый заложенными алгоритмами ИИ, устремился на север, в сторону базы «Стальных Псов». Его задача заключалась в раннем обнаружении выдвигающихся сил противника. Преодолев расстояние в три километра, дрон совершил посадку на крышу полуразрушенного, заброшенного кирпичного дома на окраине поселка Сярги. Аппарат замер, отключив двигатели. Его мощная оптика и тепловизоры были направлены прямо на единственную дорогу, ведущую со стороны Токсово, фиксируя любое движение на маршруте.

Марина выхватила из зарядного стакана рацию общего оповещения.

— Внимание всему личному составу! — голос женщины, усиленный динамиками по всей базе, звучал твердо и безапелляционно. — На базу готовится массированное нападение тяжелой техники противника. Немедленно подготовиться к отражению атаки. Занять боевые посты!

В столовой, расположенной на первом этаже, царил хаос. Бойцы, еще минуту назад жевавшие салаты и обсуждавшие новости, мгновенно побросали вилки. Стулья с грохотом полетели на пол. Люди срывались со своих мест и бежали по длинным коридорам в сторону оружейной комнаты. Там они торопливо срывали с вешалок тяжелые тактические бронежилеты, натягивали каски и разбирали из пирамид штурмовые автоматы. Несколько бойцов подхватили компактные переносные ракетные установки и цинки с боеприпасами.

Лена, находящаяся на кухне, быстро перекрыла газовые вентили на плитах. Повариха сбросила фартук, подхватила заранее собранный тревожный рюкзак и выбежала во двор, запрыгнула в кабину своего грузовичка и завела машину, через минуту она покинула базу.

В командном центре Марина продолжала отдавать распоряжения.

— Операторам — вывести всех роботов из цехов на плац, — скомандовала она, глядя на сидящих в креслах бойцов. — Инженерно-техническому составу и персоналу, не участвующему в прямом огневом контакте — немедленно спуститься в защитный подземный зал. Начать подготовку к экстренной эвакуации. Активировать системы дистанционного подрыва на всех подходящих грунтовых дорогах и просеках северного направления.

Во дворе базы взревели моторы. Пятнадцать бойцов, вооруженные компактными ракетными установками, оседлали тяжелые армейские квадроциклы. Машины с пробуксовкой сорвались с места, вылетели за открывшиеся ворота «ЭкоСити» и на огромной скорости понеслись вглубь леса. Их задача — рассредоточиться в заброшенных зданиях на дистанции от трех до пяти километров от базы в направлении надвигающейся угрозы, создав передовую линию засад.

В подвале Марина вывела на огромную стену-экран подробную топографическую карту прилегающей территории. Маркеры подсвечивали рельеф местности.

— Оцениваем возможные векторы атаки, — громко, обращаясь к командирам подразделений, произнесла Марина. Она водила лазерной указкой по карте. — Со стороны Ковголовских холмов и двух озер на северо-востоке они не сунутся. Рельеф сложный, болота, тяжелая техника там вязнет. Основные направления удара — строго север, со стороны Рапполово, или северо-запад, прорыв по трассе А-121.

Она начала раздавать четкие команды присутствующим командирам отделений.

— Берем под жесткий визуальный и радарный контроль ключевые точки, — указка прыгала по карте. — Мендсары, Сертолово, Нижние Осельки, новое Токсово и развязку у Скотного. Обеспечить непрерывный контроль воздушного пространства. Обо всех, даже незначительных перемещениях техники или скоплениях людей немедленно докладывать в штаб.

Командиры отделений, получив вводные, быстро рассаживались за боковые столы, оборудованные рациями и терминалами связи. Они начали связываться со своими бойцами на периметре, передавая координаты квадратов контроля и координируя действия воздушной разведки.

Инженеры, закончившие интеграцию нового вооружения, привезенного Мариной, подошли к операторам. Они передали уточненные данные по управлению ЭМИ-пушками и плазменными генераторами, указав новые функции кнопок на тактильных перчатках. Завершив инструктаж, технари спешно покинули командный центр, направляясь в зону эвакуации.

Настя и Виктор, заняв свободные кресла, натянули шлемы и тактильные перчатки. Они подключились к управлению двумя самыми мощными гусеничными платформами.

Тяжелые машины во дворе базы ожили. С натужным гулом сервоприводов роботы двинулись к воротам. Они выстроились в ровную шеренгу на мокром асфальте. Операторы провели быструю, финальную проверку всех систем — от поворота башен до калибровки прицелов. Оружие функционировало штатно.

Марина, глядя на экран, где отображались позиции роботов, начала выдавать координаты точек стоянки.

— Борт один, позиция квадрат B-4. Борт два, квадрат С-7, — чеканила она команды.

Роботы, подчиняясь приказам, по одному покидали территорию «ЭкоСити». Массивные бетонные ворота с тяжелым грохотом захлопнулись за последней машиной, наглухо запечатывая базу.

Тяжелые машины двигались по разбитым асфальтовым и грунтовым дорогам, рассредоточиваясь широким веером в потенциальном направлении атаки Шрама. Операторы использовали складки рельефа и заброшенные строения, маскируя свои массивные корпуса от возможного обнаружения с воздуха.

Из динамиков раций, установленных на столах командиров в подвале, поочередно начали поступать короткие, сухие доклады.

— Борт один, точка стоянки достигнута. Сектор под контролем. Оружие к бою готово.

— Борт три на позиции. Видимость в норме. Ждем гостей.

На огромную стену командного пункта выводились панорамные кадры с высотных дронов-разведчиков. Рядом развернулась тактическая карта, на которой ровным, зеленым светом горели маркеры расположения сил Скрапов, образуя плотную, эшелонированную дугу обороны к северу от базы.

Рация на столе Марины коротко пискнула.

— Штаб, это бункер. Личный состав эвакуирован в резервный туннель. Системы автономного жизнеобеспечения готовы. Люди в безопасности.

База замерла в тяжелом, напряженном ожидании. В командном пункте, где еще недавно кипела суета, воцарилась звенящая, давящая тишина. Слышно было лишь тихое гудение серверов и прерывистое дыхание операторов в VR-шлемах. Марина медленно подошла к кулеру, взяла пластиковую кружку и налила холодной воды. Она сделала небольшой глоток, не отрывая взгляда от тактической карты на стене. Ждем.

Пока в командном пункте «ЭкоСити» воцарялась звенящая тишина ожидания, в глубине весеннего леса, окружающего базу Скрапов, зашевелились скрытые тени. Плотный, холодный туман, окутывающий просеки, служил идеальным прикрытием для сил, о существовании которых мародеры Шрама даже не подозревали.

По прямому квантовому сигналу Зеро скрытая группировка тяжелых боевых андроидов Ковчега вышла из режима глубокого анабиоза. Из-под веток старого лапника, из глубоких оврагов и размытых весенними ручьями канав начали подниматься массивные черные силуэты. Тридцать тяжелых боевых единиц Ковчега начали свое скрытное выдвижение на позиции.

Машины двигались с невероятной, пугающей грацией. Их титановые суставы и приводы, оснащенные активными электромагнитными демпферами, не издавали ни единого звука работы механизмов. Тяжелые ступни не скрежетали по камням, а широкие гусеничные платформы мягко перекатывались по влажной весенней грязи, не оставляя глубоких следов. Встроенные системы активного поляризационного камуфляжа работали безупречно. Поверхность брони непрерывно считывала фактуру коры деревьев, цвет прошлогодней листвы и плотность тумана, проецируя их на внешние пластины. Роботы превратились в струящиеся, прозрачные ртутные тени, скользящие сквозь чащу.

Зеро вывел группировку на рубеж в пяти километрах к северу от базы «ЭкоСити», полностью перекрывая основную лесную дорогу со стороны Рапполово. Именно по этой просеке Шрам планировал направить свой стальной кулак.

Боевые машины Ковчега рассредоточились по флангам просеки, заняв позиции в глубоких зарослях ельника и за поваленными стволами деревьев. Они слились с лесом на сто процентов. Термодатчики их брони остыли, сравнявшись с температурой талых луж, делая машины абсолютно невидимыми для любых тепловизоров противника.

Тактический замысел Зеро отличался строгой, математической точностью. Роботы Ковчега не заменяли собой силы обороны Скрапов. Настя и ее бойцы должны были принять основной удар на себя, самостоятельно используя новые ЭМИ-пушки и генераторы холодной плазмы. Это сохраняло для внешнего наблюдения иллюзию обычной разборки банд мародеров на поверхности.

Задача скрытой группировки Зеро заключалась в обеспечении надежной страховки от поражения. Роботы Ковчега, затаившиеся в засаде, контролировали фланги и тыл. Они были готовы вступить в бой только в случае критического прорыва оборонительной линии Скрапов или при попытке Шрама ввести в бой скрытые резервы тяжелой техники, с которыми люди не смогли бы справиться самостоятельно.

Невидимый заслон блокировал пути обхода, создавая прочный, непроницаемый буфер безопасности. Боевые андроиды Зеро гарантировали, что у защитников «ЭкоСити» всегда будет право на ошибку, а любая критическая угроза их жизням будет ликвидирована до того, как она пересечет внешний периметр базы. Страховочная сеть была развернута, готовая сработать в самый опасный момент.