"Джихад"⁠⁠3

Сторожил я будучи ПТУшником одну стройку летом. Днём работал на ней, платили мало, ну я и пошёл сторожем.

Стройка была большой. Сторожей людей было двое. А вот третьим и наверное самым лучшим сторожем был огромного размера алабай. Кудлатый и нетипичного белого цвета. С обрезанными ушами. Весил больше ста кило, ел как трое таких как я. А я поверьте был вечно голодным ПТУшником. Наверное это был метис. Чистопородные псы меньше.

Пёс-великан периодически творил чудеса. То когда его забывали отпустить вечером он рвал цепь как гнилую верёвку и сам обходил стройку, то когда ему совсем было скучно и его никто не видел (или он думал что его никто не видит) он спокойно перепрыгивал двухметровый бетонный забор и гулял вокруг стройки где-то час. Если его тут же не бежали возвращать.

Никогда не лаял ночью. Повизгивал, тыкался носом в бедро. А вот днём бывало его доводил котяра наш. Сядет перед его будой и смотрит в глаза. Джихад не выдерживает и пару раз гавкает глубоким басом. Так что стёкла в сторожке подрагивают. Кот ретируется. Ночью кот бывало со мной и псом обходы делал. Не то чтоб пёс с ним дружил, не замечал просто. Кроме случаев когда тот вот таким наглым макаром перед будой сидел и пялился.

Однажды на стройку залез вор. Джихад тихо подошёл сзади и сел. Вор обернулся и обмер. Попытался уйти, Джихад молча щериться начинает. Так и сидел час, пока мой напарник его не застал, когда обход делал. Стройка наша была заодно ещё и с достроенного конца автостоянкой. Как-то выпившие дальнобойщики рыпнулись не в мою смену на сторожа. Чего они не поделили я уже и не помню. Помню что неправы были дальнобои. И тут подошёл и стал со сторожем рядом Джихад. Один водила сразу в кабину полез. Второй оказался не трусом и замахнулся. Джихад прыгнул на него. И придавил за плечи лапами к забору. И постоял так дыша в лицо человеку горячим собачьим дыханием и укоризненно глядя в глаза. Потом опустился на четыре лапы. Протрезвевший водитель пошёл умываться и стирать штаны. Кроме шуток. Честно говоря я на его месте наверное бы обосрался.

Джихада приучили слушаться нас. Иронично кося на меня своим карим глазом пёс с ленцой выполнял команды. Я не боюсь собак. Но этот пёс вызывал у меня уважение. И поначалу когда я подходил к его буде и он ворчал на меня, когда я сыпал ему кашу в миску он вызывал во мне легкий приток адреналина и дрожь в коленках.

Потом мы крепко задружились. Я вообще люблю животных. А этого пса никто не гладил. Первый раз я почесал ему за обрезанным ухом. Собака страшно удивилась и пристально уставилась на меня. Я почесал ещё. Обрубок его хвоста неуверенно дёрнулся. А потом пёс неуклюже ткнул меня носом и тихонько заскулил прося ещё. На следующий день я купил щётку для собак и вычесал его. А то он ходил в колтунах. Потом не удержался и помыл. На удивление собака не сопротивлялась. Только я дурик не знал что собак человечьим мылом мыть нельзя. И огромный пёс стал реально похож на плюшевую игрушку чисто белого цвета. Прямая короткая шерсть закурчавилась. Собака перестала несмотря на размер смотреться страшно, а стала жутко няшной. С него смеялись. А меня слегка наругали. Потом директор привёз собачий шампунь. И пёс обрёл снова свой страшный вид. Только стал чище. В темноте, он как будто слегка светился. Так мы и провели лето. Днём я работал не раз проходя мимо спящего в буде товарища. А вечером он видя меня повизгивал и тыкал носом. Я его отпускал и он шёл обходить владения.

Когда я ушёл оттуда другие сторожа говорили что пёс с месяц грустил. Потом хозяин стройки забрал этого медведя себе.