Бык, китайцы, Млечный Путь. Часть 2⁠⁠

Дописала рассказ, будет 5 частей.

1 часть тут

- Говоришь, созвездие Лиры?

Отец широко улыбнулся.

- Пойдем, времени мало, скоро тут будут фараоны из Агентства.

- Но я вывел из строя маяк...

- Ты молодец. И Рыжий Гарри отчитался, что видел тебя.

- Так вот почему цена за проезд была такой демократичной?

- А то! - Отец довольно рассмеялся, - тебя, считай, по себестоимости заправили. Горжусь, что ты вспомнил о нем. И разгадал шифр.

- Я как ребенок, которого похвалили за кривую поделку. Считал себя самым умным, а оказалось, что шел по заранее продуманной дорожке.

Отец пожал плечами.

- Ты и правда ребенок в этом. Но еще не поздно научиться. Сейчас закрой Дриаду, поставь повышенный уровень безопасности, пусть немного поломают голову. Полетим на Ангеле. - Он поднял палец. - Не спорь, пожалуйста. Готов поспорить, у тебя там жучков воткнуто мама не горюй. А обезвреживать времени нет. Потом как-нибудь заберешь со штрафстоянки. Если решишь вернуться к законопослушной жизни.

- А почему ты думаешь, что я могу не захотеть?

Какое-то время мы шли молча он впереди, я чуть дальше по узкой колее между скал.

- Ты можешь хотеть все, что угодно. Ученым, кипяченым. Не в моем праве уже тебе что-то советовать. Но какое-то время тебе придется меня внимательно слушать, если мы не хотим присесть на нары. Или что там сейчас нам светит. Я-то быстро откинусь на тот свет, а тебе за помеху следствию сидеть. Так что если я говорю бросать корабль, ты его бросаешь. Если я говорю снять портки и приседать, ты сначала приседаешь, а потом узнаешь, зачем это надо было. Потому что опыта в пиратстве, заметь, успешном пиратстве, у меня гораздо больше.

- Окей, окей, капитан. Энсин Ригз будет паинькой на вашем судне. Драить палубу портками без вопросов.

- Тьфу ты. На такое у меня робот имеется. Прибереги портки.

В шлюзе Ангела он снял шлем и сказал:

- Пока мы не начали обниматься, у меня будет еще одна просьба. Деактивируй имплант.

Я набрал воздуха, чтобы ответить, но он перебил.

- Кроме маяка на корабле и жучков от Агентства, тебя отслеживают по импланту. Это же идеальный жучок, он всегда с тобой и авторизуется по днк. Еще и официально обновления скачивает, небось. Если хочешь, познакомлю тебя с одним умельцем, поставит кастомную прошивку, и фараоны тебя не достанут. Узнаешь, каково быть свободным.

- До этого я вполне себя чувствовал свободным. У меня были права, защита и черт побери! Что это? - Я больно ушибся о ящик, стоящий посреди коридора.

- Гранаты, не волнуйся, руки убрать не доходят.

- ЧТО?!

- Ну как идти на дело без гранатов? Витамины, железо, ты их в детстве любил, помнишь? В холодильник убрать надо, а то испортятся.

Я застыл с очевидно дурацким выражением лица.

- А ты думал, я ящик с боевыми гранатами посреди коридора бросил? Обижаешь, конечно, они в оружейном. - Отец явно наслаждался эффектом. - Бластер можешь там оставить, нечего с собой таскать.

Отцовский Ангел сильно изменился за десять лет. Обновленный, чистый интерьер, новая электроника - дешевле было бы новый купить. Удивительная верность вещам, при его-то образе жизни. Корабль легонько затрясся, меняя курс, и меня качнуло в сторону. Отец "запутывал следы", а меня отправил на дезинсекцию.

Я проверил специальным инструментом наличие следящих устройств у меня в скафандре и нашел небольшую карту памяти, встроенную в микрофон. Видимо она записывала все наши разговоры. Какой же я был наивный дурак, раз полагал, что Агентство будет действовать только разрешенными методами.

Я подходил к командному отсеку, когда услышал тихую песенку. Отец пел! Я тихо зашел внутрь, стараясь остаться незамеченным. Он смотрел на вытянутые иглы звезд в искривленном пространстве и дирижировал пальцем:

Нам с тобой надоело хлопать

Дверью и рваться бой

Деревянной гортани шепот

Прозвучал, просто будь со мной

Мы недолго с тобой прожили

В дом вошла вражья сучья рать,

Мою милую жинку убили

Ну а я ушел воевать

В свете красного Ориона

Мы сомкнули свои ряды

Войску вражьего бастиона

Дали славной большой ***ды

Он обернулся на меня и рассмеялся, довольный собой.

- Джонни, сменишь меня, пока не долетим до Веги? Пользуясь случаем, загляну в медодсек. Регулярный диализ - залог чуть более долгой жизни. А ты сможешь прикинуть, где нам искать дальше следы этой загадки.

Я кивнул и открыл панель навигатора. Лететь в искривленном космосе было неуютно, а прозрачная звездная карта меня успокаивала. Иконка корабля мигала на прямой линии между точками прыжка рядом с таймером выхода из него, создавая видимость безопасной и управляемой системы. В детстве я любил дежурить за папиным пультом управления. Обычно я отключал пульт и нажимал на все кнопки, отдавая приказ воображаемому отряду штурмовать планету древних демонов. Джим Хартстил, героический борец с силами зла!

Мой взгляд упал в кучку хлама в гравитационном "бардачке". Плоская картинка с маленьким мной выглядывала из-под термокружки. О боги! Я на ней стоял в той самой позе героического Джима. Технология двадцать первого, нет, двадцатого века, если мне не изменяет память. Как оно вообще сохранилось за эти годы.

Я нежно погладил картинку. Кое-где уже были белесые заломы, но дух того вечера сохранился. Последнее фото, которое сделала мама на какую-то музейную технику из ограбленного хранилища. Иглы звезд расплылись, и я не сразу понял, что это слезы навернулись на глаза. Я аккуратно поставил картинку на место.

- Я скучал, мам.

Странно, что он сохранил именно это мое фото. Учитывая, как тщательно он избавлялся от всего, что напоминало о маме. Обида привычным шипом шевельнулась внутри, и я так же привычно засунул ее подальше. Воспоминания у меня никто не сможет забрать. И ее фотографии из архивов розыскной базы. Мистер и миссис Ригз. В кого только такой ребенок вырос.

- Ба, да это сам Джимми Хартстил за работой. - Отец, конечно же, заметил, что я поправил картинку. - А у нее был талант видеть людей в прицеле, да?

- Жаль, что других шедевров не сохранилось.

Отец застыл. Я вздохнул и двинулся в каюту.

- ... очень пожалел, - хрипло донеслось мне в спину.

- Что?

- Я очень пожалел, что уничтожил все ее фотографии. Твоей мамы. - Отец стоял спиной к проходу и как будто сгорбился. - Я думал, что мне станет легче, если ничего не будет напоминать о ней. Но легче не стало. Спасибо Ангела удалось выкупить обратно.

- Я тебе тоже напоминал маму?

- Больше всего. - Он пощелкал какими-то переключателями, как будто собираясь с мыслями. - Я испугался тебя потерять. И оградил тебя как смог.

Я шумно выдохнул. Заставил себя вдохнуть. Выдохнул. Как учила тетя Дженни. Медленно и глубоко. Один, два. Один, два, три. Один, два, три, четыре. Только цифры и дыхание. Прошлое в прошлом, будущее в будущем, ноги на полу. Один, два, три, четыре, пять. Я дошел до восьми и, когда боль отступила, открыл глаза. Отец молча и обеспокоенно наблюдал.

- Возможно, это стоило сказать не на смертном одре.

- Возможно. - Он снова нацепил маску пофигиста. - Зато теперь мне терять нечего. Я даже пойму, если ты решишь меня сдать.

- Там дальше посмотрим.

Кораблик на схеме моргал желтым. Скоро начнется перегрузка на выходе из искривления, так что я бы успел пристегнуться в каюте, если бы прибавил ходу. Но вместо этого я плюхнулся в одно из боковых кресел с невозмутимым видом. Моя маленькая месть, оставить себе эту часть контроля над собой.

Удачливый Ангел, названный в честь моей мамы, Ангелины Ригз, мягко завибрировал и как будто со стоном вернулся в нормальное пространство. У меня еще плясали пятна перед глазами, а привыкший к перегрузкам отец уже запустил свои пиратские скрипты и болтал ногой, откинувшись в кресле пилота и почти не выдавая своего напряжения.

Я нащупал в кармане самокрутку и поджег ее, откинувшись в кресле. Ну точно бунтующий подросток. Отец не любил табачный дым. Рядом со мной мягко зашуршала вытяжка.

- Спасибо.

- Твое здоровье. - Отец отсалютовал мне фляжкой. - Добрались удачно, хвоста пока нет. Ты нашел что-нибудь интересное на Альфа Лиры? Кроме, разумеется, сверхмассивной планеты в поясе астероидов, которая нас размажет при посадке.

- Больше планет вокруг звезды не наблюдается, а значит, значит...

- Можно выдвинуть гипотезу о том, что планета когда-то была, но ее разорвало вот этой малышкой. - Отец ткнул фляжкой в оранжевого гиганта, проносящегося на огромной скорости сквозь пояс астероидов. Они, как ягнята, беспорядочно разлетались, пытаясь задержаться вокруг нового объекта, но стягивались обратно пастухом-звездой. Не все, часть сжиралась мелкими всполохами огромной пылающей планеты, но на общее количество это как будто не влияло.

Я покачал головой.

- Маловероятно, что в такой системе могла сохраниться жизнь. Слишком хаотичное движение и опасность упасть на планету. И температура даже с поправками выходит далеко за условную зону обитаемости...

Лицо отца становилось все хитрее и хитрее. Я вскочил.

- Нет! Нееет! Не говори, что ты здесь нашел...

Отец примирительно поднял руки.

- Конечно, нет, на Альтаире я сказал правду. Я же обещал тебе не врать. Больше. - Он замялся. - Тут, как бы правильно выразиться... Вот, твои древние пастухи назвали бы это "дача". Или это не китайское слово? Что-то вроде незаметного убежища, где я предлагаю "перекантоваться". Опять не китайское? - Отец улыбался, довольный впечатлением. - Да где ж оно... Надо было табличку повесить "Дача Ригзов, осторожно, злой Цербер, сяке не наливают". Вооо, малыш немного сбился от такого соседства.

Он выделил на карте небольшой астероид поодаль от носящегося по орбите гиганта и разлетающихся собратьев. С относительно стабильной траекторией. На первый взгляд, обычный камень, ничем не отличающийся от кучи других. Если не приглядываться. В астероиде было весьма удобное отверстие естественной формы, куда бы вполне поместился по ширине не только небольшой корвет отца, но и, возможно, средний крейсер.

- Вот помру, можешь девушек водить в гости.

Я поперхнулся и сел.

Отец невозмутимо прокладывал "крысиный шаг", когда корабль имитирует прыжок и двигается обратно по своему следу по инерции, любимый пиратский прием.

- Шутка на троечку.

Я достал новую самокрутку и сам включил вытяжку. Ностальгия. В детстве как-то не понимаешь, что жизнь с такими родителями далека от нормальной. И строишь из того, что есть привычную картину мира. Пока не узнаешь другие истории.

Но сейчас я мог по достоинству оценить отцовское мастерство. До такой связи с кораблем мне бы нужно было отлетать не одну тысячу часов за штурвалом. Это как минимум красиво, хоть картину пиши.

- Чего ты там собрался? - видимо я по привычке начал разговаривать вслух.

- Жаль, что маминого аппарата больше нет. Я бы хотел тебя запечатлеть на память за любимой работой.

Отец поднял фляжку и скорчил глупое лицо. Я соединил пальцы в прямоугольник, изобразил звук затвора и хмыкнул.

- Да, самое то.

- Запоминай, Джонни. Я, конечно, оставлю тебе все записи, но память в нашем деле - главное. В импланте хранить категорически запрещаю!

- Ай, ай, сэр! Джонни младший закопает карту сокровищ на пустынном пляже.

- Ты меня понял.

"Дача" нас встретила мертвой тишиной, так что отец несколько раз ударил по месту предполагаемой панели. Ничего не произошло.

- Издержки человеческой памяти?

Отец пригляделся к рельефу стены и нащупал в отдалении нужный выступ. Замаскированная дверь открылась.

- Никогда не считай расстояние в шагах, Джонни. На смертном одре я начал мельчить.

- И никогда не бей стену кулаком, Джонни, - пробурчал я, перехватив руку отца, когда тот снял перчатку для подтверждения биометрии, когда мы прошли шлюз. Тонкая кожа на костяшках покраснела и припухла. - У тебя там есть лед?

- Зачем лед, я просто на минутку вытащу руку за дверь. Заодно может часть раковых клеток сдохнет. О, жаль, что ты не видел, как врач с Монтеги-3 предлагал мне буквально облучиться от их звезды, уверяя, что это не обычная радиация, а безвредная для организма и убивает все метастазы.

- Заманчивое предложение. А давно ты знаешь о диагнозе?

Отец замялся.

- Чуть больше года. Понимаешь, то одно, то другое, с делами разбирался...

- И не подумал, что научный сотрудник в лице твоего сына сможет тебе помочь с лечением?

- Какое там лечение. Мне тут предложили экспериментально телепортировать опухоль. Правда 80% шанс, что вместе с ней захватится еще какой-нибудь важный участок, и хорошо если сразу помру. В общем нет, пусть все идет как идет. Я достаточно пожил.

- Мнения родных, как обычно, не спрашиваешь?

Отец нахмурился:

- Джонни, меня за многое можно не любить. Обижаться, даже ненавидеть. Я был говно отцом. Но умереть хочу на своих условиях. И если ты хочешь со мной провести это последнее время, я буду благодарен, если эту тему мы закроем. Тем более, что лечить уже нечего. Я сделал то, что мог и то, что хотел. Иди давай, выбирай каюту. Только не справа, там мы с твоей мамой что только не делали...

Отец, насвистывая, скрылся из вида, как ни в чем не бывало.

Часть 3