Серия «Я подарю вам хаос»

При распаде этого вещества выделялось столько энергии в одной точке, что она разрушала пространство. На первой стадии происходило размягчение ткани вселенной, её можно было свернуть в бублик и прыгнуть на невероятные расстояния. Если же увеличить выброс энергии, то можно прожечь настоящую дыру в мироздании и провалиться в другую реальность, но это уже довольно тонкое искусство — нужно уметь направить разлом в нужную сторону и не переборщить с мощностью, иначе можно достигнуть дна и упасть в бездну, в нематериальный мир, где не существует привычных нам законов физики. Среди человеческой расы эта субстанция известна как элемент Вальмана-Штрасса, он же Е99, он же в простонародье Дохренариум (потому что все его характеристики максимальны).

Почти все цивилизации, которые открыли заветное вещество, использовали его для путешествия в другие миры, чтобы овладеть новыми ресурсами и территориями, чтобы распространить свой вид и обрести власть над другими. Как вы поняли, мы были из тех самых, которые не как все. Мы побродили по галактике, посмотрели на ближайшие планеты, задумались над огромными усилиями, которые нужны были для их терраформирования, обеспокоились о встречи с другими разумными цивилизациями и вернулись обратно. Наши технологии космических путешествий остались довольно паршивыми, зато мы стали активно изучать свойства энергии на субатомном уровне, особенно то, как она распространяется и переходит из одной формы в другую. Веками мы исследовали то, что для других рас было лишь вопросом фундаментальной физики, но, исходя из прошлого опыта, мы знали, что этот путь принесёт наибольшую выгоду.

В самом конце мы достигли настоящего триумфа, мы создали технологию дематериализации разума, мы совершили перерождение и стали другой формой жизни: чистая энергия, пульсирующая в пространстве, невидимая, неосязаемая, почти вечная, нестареющая, способная перемещаться, поглощать и управлять другой энергией. Главное — это заблаговременно создать подходящую оболочку, которую легко и удобно носить. На внешний вид тело может выглядеть как обычное живое существо, но внутри мозга должны быть импланты, способные принимать наши специфические сигналы извне. Процесс контроля над живым существом довольно сложная задача, требующая максимальной сосредоточенности. Фактически при этом происходит энергетическое сращивание нервной системы носителя с нашей сущностью. Обрыв такой связи, то есть смерть, причиняет нам сильную боль: это как потерять часть головы и потом долго отращивать новую. Эх, мы планировали усовершенствовать технологию, но потом случилась одна проблема.

На этом моменте я хотел бы задать вопрос в пустоту: что мы сделали неправильного? В какой момент мы должны были понять, что совершаем роковую ошибку? Может быть Боги, создавшие этот мир, были недовольны тем, что мы нашли дефект в их творении?

Мы никого не трогали и не искали встречи, неприятности сами нашли нас. Технологии на основе элемента Вальмана-Штрасса создавали огромные волны в нематериальном мире, которые засекли другие разумные существа. Они пришли к нам домой и стали угрожать оружием. На их взгляд, мы были цивилизацией-паразитом, мы могли плодиться, захватывать чужие тела, жить неограниченно долго и заполонить собой весь мир. Гости называли себя «Вселенским комитетом», но позже мы узнали, что это были просто громкие слова — миров великое множество, в них полно всяких разумных существ, они растут, развиваются, уничтожают себя и друг друга из-за алчности, это кипящий котёл, в котором иногда возникают всякие организации. Они появляются ради решения общих проблем или для наведения порядка, а потом распадаются на части. В этом океане всегда плавает крупная рыба и чудовища. Учитывая, что вначале нам выдвинули ультиматум и только потом уничтожили, то, наверное, мы встретились с акулой.

Как только мой кузен Рэд услышал про требования комитета, он сказал, что нужно рвать когти. Мы собрали оружие, технику, ценные ресурсы, ограбили пару лабораторий и магазинов, а потом вломились в Центр Управления Полётами. Мы убили всех на своём пути и завладели настоящим космическим кораблём. Кстати, моя первая профессия как раз лётчик-испытатель. Не успели мы слинять с планеты, как на неё сбросили бомбы с антиматерией, взрывы были такой силы, что горы скальной породы разбросало по космосу. Выброс электромагнитной энергии буквально стёр моих соплеменников из ткани вселенной. Нас осталось всего ничего, остатки выживших попытались скрыться от комитета, но эти мерзавцы твёрдо решили довести дело до конца. По нашему следу отправили армию киборгов и роботов, которые не знали усталости и могли преследовать нас до конца времён.

Потом, конечно, мне объяснили, что космос это жестокая штука, что уже произошла куча катастроф, когда «вселенские» организации через дипломатию пытались запретить опасные технологии и всё заканчивалось трагедией. Если нет быстрого результата, если не удалось найти общий язык на переговорах, то нужно сразу бомбить, пока никто не разбежался. Умом я это понимаю, но знаете ли, осадок всё равно остался! Теперь если кто-то огульно обвиняет целый народ, вид или страну, у меня в голове что-то переклинивает. Пускай другие цивилизации утверждают, что комитет проявил рассудительность и решительность, для меня это всё равно преступление. А мой кузен вообще относился к этому делу ещё проще, как-то раз он сказал, что это был всего лишь вопрос власти — когда комитет понял, что мы можем стать Богами, то наша судьба была предрешена.

Забавно, если так подумать, то Рэд мог спасти из всех своих многочисленных друзей и знакомых только меня, только я верил ему безоговорочно и мог поддержать сразу, вообще не задавая никаких вопросов. Рэд знал как устроен этот прогнивший мир, он видел чужие грехи насквозь, и поэтому его было просто невозможно обмануть или предать. И я до сих пор не понимаю, кем он работал на самом деле, то ли он был полицейским под прикрытием, то ли бандитом, который хотел захватить власть в целом городе.

В одно мгновение ока мы стали беглыми преступниками, которых приговорили к уничтожению на месте. Комитет распространил информацию по всем мирам, до которых только смог дотянутся. Ужасные слухи и пропаганда напугали развитые цивилизации и путь туда нам был заказан. В первое время мне было тяжело и непривычно, ведь я как обычный человек привык думать в рамках установленных правил, а теперь нужно было мыслить как преступник — больше не существовало никаких ограничений, нужно было делать всё, что угодно, чтобы выжить. И для меня это стало делом принципа, мы были просто обязаны сохранить правду о том, что произошло на самом деле, и пока существуем мы, существует и часть нашего вида, часть нашей цивилизации.

Мы прыгали по мирам, забегали на планеты второго эшелона, воровали технологии и ресурсы, устраивали хаос, отстреливались от киборгов комитета и снова меняли планету. Мы могли бежать, но не могли спрятаться — технологии на основе элемента Вальмана-Штрасса постоянно оставляли след, а у нас не хватало знаний и возможностей, чтобы добиться полной невидимости. Даже не знаю сколько времени мы убили на эту беготню, я просто перестал считать дни и года. Каких только глупостей мы не вытворяли, чтобы нас, наконец, не оставили в покое. Рэд пробовал прыгнуть в самые дальние и неизведанные миры, он использовал предельную энергию от элемента Вальмана-Штрасса и вплотную приблизился к нематериальному миру, откуда нет возврата. Не могу даже представить себе, что он там увидел, но его разум помутился. Его стали мучить кошмары, он просыпался в холодном поту и не мог понять, где находится.

Вскоре после изменений в рассудке, Рэд нашёл способ отделаться от киборгов и машин комитета. Мы высадились на планету, на которую сбросили бомбу на основе элемента Вальмана-Штрасса. Всё пространство вокруг эпицентра частично провалилось в небытие, оно бесконечно падало вниз, вызывая опасные аномалии, разрывы во времени, выбросы радиации и дыры в соседние миры. Это был опасный лабиринт, который позволил нам окончательно запутать следы. Конечно, отправляться туда было полным безумием, но нам было не привыкать. Приключение выдалось весьма трудным и очень долгим, но в конце концов мы смогли выбраться из аномалии и оказались на самом краю бытия. После стольких лет мы смогли вздохнуть с облегчением. В это было даже трудно поверить, мы несколько лет ждали возвращения роботов комитета, но нас уже никто не преследовал. Может быть они даже решили, что мы сгинули в том аду.

Нам захотелось скрыться, уйти как можно дальше от развитых цивилизаций, чтобы эта история больше никогда не повторилась. Если бы кто-то из «акул» узнал о нашем существовании, то они бы испугались и объединили свои силы с другими, чтобы уничтожить угрозу. В их глазах мы всегда будем паразитами, которые могут быстро размножаться и захватывать целые планеты. На самом деле это не правда, мы не можем почковаться или делиться как бактерии. Чтобы осуществить их сценарий, нам бы пришлось искать добровольцев, желающих пройти процедуру дематериализации сознания, нам бы пришлось выдумать идеологию, вести информационную войну и сражаться за умы живых существ. Я думаю, что вселенная не готова к такому подарку судьбы.

Так вот, вернёмся к нашим баранам, то есть к нам, мы решили найти какой-нибудь задрипанный уголок во вселенной, до которого ещё не добрались щупальца высокоразвитых цивилизаций. Далеко не с первого раза, но нам удалось откопать золотую жилу: целая серия одинаковых миров, расположенных рядом друг с другом. Одна и та же планета, один и тот же вид гуманоидов и очень схожая история. Чтобы перемещаться между этими мирами достаточно было использовать ничтожные доли элемента Вальмана-Штрасса, просто прожигай дыру и проваливайся на «этаж» ниже — а рядом уже будет мир-близнец. Для нас это было очень удобно, не нужно каждый раз приспосабливаться, изучать новые языки, традиции и историю. И что самое интересное, на этой планетке было немного руды с бесценным элементом.

Вот тут мы и расслабились, стали жить на широкую ногу и ни в чём себе не отказывать. И именно тогда я столкнулся со своей настоящей сущностью, до этого момента я просто не представлял в кого мы превратились. Мы ведь могли стать Богами для этих человеков, мы могли принести им свет высших цивилизаций, дать им передовые технологии, установить вечный мир и процветание, мы могли решить их проблемы, но что мы сделали вместо этого? Мы просто хотели разграбить каждую страну на своём пути, мы действовали как обыкновенные преступники, желающие получить самое вкусное и самым лёгким способом. Обычно мы маскировались под бизнесменов-инноваторов, выводили на рынок новые устройства, зарабатывали кучу денег, находили связи в правительстве и направляли людей на поиск нужной нам руды. Нам даже не хотелось возиться с обогащением редкоземельных элементов, мы подкидывали им изобретения, которые ускоряли прогресс, но только ради своей выгоды. Естественно, если кто-то вставал на нашем пути или хотел вывести на чистую воду, то мы устраняли его. Мы добыли столько трансурановых элементов, что у нас потекли слюнки. Жадность пересилила страх, мы вышли на ближайший галактический чёрный рынок и стали торговать избытками. Теперь у нас вообще было всё, о чём мы только могли мечтать (хотя это компенсировалось тем, что мы были ужасными транжирами).

Я занялся профессиональным гедонизмом, я искал новые удовольствия и способы развлечь себя. Из реальных дел меня интересовали разве что новые трюки, с помощью которых можно было быстрее выжать из туземцев ресурсы. Я не обращал никакого внимание на то, что творит Рэд, я заполнял пустоту внутри себя, я убивал то ли себя, то ли время. А когда я, наконец, открыл глаза, то было уже слишком поздно. Рэд принялся уничтожать миры туземцев, одну планету за другой, всё более извращённым и дьявольским способом. Это заставило меня пробудиться — даже для меня это было перебором. К этому моменту наши пути уже начали расходиться, мы окучивали разные миры и редко поддерживали связь, но когда я перемещался в поисках новой «добычи», то мог наблюдать результаты его трудов.

Наверное мне стоит извиниться за столь длинное начало, но не бывает истории без предыстории, я должен был рассказать всё это, чтобы вы могли почувствовать атмосферу наших безумных странствий. И не волнуйтесь, я не собираюсь оправдывать себя — для этого мне придётся посмотреть в зеркало и вспомнить все свои грехи, чего я делать точно не собираюсь. Я хочу поведать вам правду ради одной конкретной цели, которую вы сможете понять позже. К счастью для вас, я не профессиональный писатель, и никого не собираюсь мучить длинными описаниями или великими философскими идеями, я могу вспомнить только интересные вещи, ибо ничто другое в моей голове не оседает. Концовка будет просто охренительной. А ну стоять! Не перелистывать! Без середины вы ничего не поймёте! Поэтому постараемся следовать классической линейной схеме: от начала к концу.

И напоследок, я тот ещё барон Мюнхгаузен и поэтому можете смело уменьшать размах моих приключений в два раза, также я не очень хорошо ориентируюсь во времени, так как не пользуюсь часами, однако при всём этом градус безумия остался почти в точности таким же, каким он был на самом деле, но за вычетом нецензурной лексики. Так уж вышло, что я дал своим подружкам сие произведение на редактуру, и они убрали всю обсценную лексику (и мой самый последний недостаток — использование скобок, я искренне не понимаю почему их не любят писатели и редакторы, на мой взгляд они прекрасно помогают сдерживать все эти ненужные лирические отступления (но главное в этом деле не злоупотреблять)).

Глава 2. Чума, Война, Голод и прочие развлечения

Начнём с небольшой лжи, на первый взгляд я существую как обыкновенный человек, и это связано с тем, что моя энергетическая сущность плавно перетекает в электричество в мозгу. Это мой мост в реальный мир и поэтому одно влияет на другое, я также как и вы чувствую боль, радость, похмелье и усталость, у меня тоже есть периоды активности и сна, в общем, можете сопереживать мне как обычному человеку.

Итак, наступило типичное утро понедельника, глаза не открывались, руки с трудом нащупали бутылку, зелёный змий отравлял мою жизнь, я пытался бросить, но болезнь всегда возвращалась. Первая мысль, которая пришла в голову, сразу же оказалась на языке.

— Лиза! Лиза! Быстрей беги сюда!

Раздался стук каблуков по паркету.

— Эдмон, что случилось?! — заволновалась она.

— Какого чёрта у тебя такое дурацкое имя?!

— Потому что меня зовут Сюзанна!

— Слава Богам! Так держать, ты молодец.

Я вылил содержимое бутылки на лицо, слегка взбодрился, попытался подняться, стукнулся головой о потолок и упал со шкафа на пуховый белый ковёр внизу.

— Боже мой, Сюзанна, какая ты стала грубая и гладкая, — я попытался её обнять, но она ускользнула из моих рук.

— Это наш крокодил Данди. Открой уже, наконец, глаза! — раздался её голос откуда-то сверху.

— Не хочу и не буду. У меня опять светочувствительность, я вижу всякую ерундовину перед глазами.

Ах да, забыл сказать, за время земных странствий у меня появились две подружки — Сюзанна и Ребекка, мы сразу друг друга многократно полюбили и жили долго и счастливо. Ради меня они готовы были пойти на всё что угодно, и потому не задумываясь совершили процедуру дематериализации. То как я их встретил это умопомрачительная история, которая заслуживает отдельной книги. Если вкратце, то они любят заниматься спортом, боевыми искусствами и йогой. Ребекка выбирает тела мулаток, а Сюзанна блондинок с короткими волосами, Ребекка спокойная, а Сюзанна требует «активную» любовь. Так, с этим разобрались, поехали дальше: Сюзанна топнула каблуками, скрутила мне руки за спиной, подняла в воздух и ткнула лицом в окно. Я вежливо ответил.

— Твою ж мать! У меня аж искры из глаз посыпались!

— Ты сам просил об этом вчера вечером.

— Ась?

Подошла Ребекка и включила диктофон перед моим ухом:

— И не давайте мне отдыхать больше одного вечера! Мы пришли сюда по делу! Если буду ерепениться, то прижми к стенке и выбей всю дурь!

— Кстати да. Где мы? Что мы тут потеряли?

— Рэд! — крикнула в ухо Сюзанна. — Мы искали Рэда! Мы нашли его в этом мире! — придавила меня к стеклу ещё сильнее.

— И что потом?

— Кто-то запаниковал и решил для храбрости немного напиться.

— Ну ещё бы! Это ж Рэд! Он безмерно крут и жуть как опасен!

— А ты сам из какого теста сделан?

— Да хрен его знает! Я уже давно запутался!

— Ну вот и он тоже! Вы же родственники, два брата-акробата, которые чокнулись из-за слишком долгой жизни.

— А ну да, точно! Теперь всё сходится. Мы два отродья хаоса, поэтому у каждого есть возможность прибить другого. Окей! Пора браться за дело. — я наконец открыл глаза, стало жутко больно, от этой картины у меня закружилась голова. — Сюзанна, детка, а ну выкинь меня через окно прямо в тот бассейн!

Ей палец в рот не клади — сразу выкинула. Вся физиономия покрылась порезами, я совершил кульбит, сальто-мортале, упал на батут, отпружинил и очутился в воде. Вот это я понимаю начало утра, и плевать, что уже смеркалось. Я наконец взбодрился, пришёл в себя и нашёл любимые чёрные очки с защитой от ультрафиолета. Пока я одевался и готовился к встречи, Ребекка лежала на диване и рассказывала важные подробности.

— Эдмон, этот мир скатывается в пучину анархии.

— Родная стихия!

— Но из-за страха и отчаяния.

— Ой, а это уже не чудненько.

— В Евразии заканчивается супер пупер война против Евразийского Альянса, войска НАТО проиграли и теперь жители США ждут возмездия, когда к ним прибудут корабли с вражеским десантом. Обыватели сходят с ума, они разоряют целые города, тратят последние деньги или бегут в леса и пустыни, чтобы жить как отшельники.

— Ничёсе расклад. Сколько у нас времени?

— Пару дней всё будет спокойно — Евразийский альянс занят тем, что добивает последние анклавы, но их крылатые ракеты падают на города уже сейчас, самолёты пытаются пробиться через ПВО, а линкоры стреляют дальнобойной артиллерией по целям на берегу.

Как всегда я накинул чёрную рубаху, тёмно-фиолетовый пиджак, взял с собой оружие, гаджеты для защиты и даже тяжёлую артиллерию: пушку, которую нельзя показывать на людях — бластер, стреляющий шаровыми молниями. Это убойная вещь, была способна нанести урон даже существам из живой энергии.

— Ну как тебе прикид? — спросил я, глядя в широкое напольное зеркало размером в человеческий рост.

— Мне нравится.

— Но думаю, что штаны лучше всё-таки надеть. Куда они подевались?

— Их крокодил захавал и утащил себе в логово.

— Опять?! В следующий раз заведём что-нибудь более безобидное. Сюзанна! Заводи лимузин, мы срочно едем в бутик Версаче, я не собираюсь жертвовать стилем в такой ответственный момент.

— Может не будем тратить время на ерунду? — Сюзанна зашла в спальню с лазерной винтовкой, она готовилась быть на прикрытии и перезаряжала тяжёлое оружие. — Просто надень серые джинсы.

— Фу! А ну снимай с себя килт, я лучше буду в нём, чем в плебейских джинсах! Их изобрели для того, чтобы одевать зэков!

— А если я заштопаю брюки?

— А что, так можно что ли?

— Ну да, вещи можно чинить, а не покупать новые.

— Да ну бред какой-то! Но да ладно, попробуй свою магию, а я продолжу с Ребеккой. Милая, напомни мне, пожалуйста, почему мы решили, что Рэд находится именно в этом мире?

— Так он и не скрывается. Вот, смотри.

Ребекка включила телевизор, который занимал целую стену, и стала щёлкать по каналам, пока не нашла моего кузена в прямом эфире: он стоял за кафедрой, в белоснежной мантии епископа и вешал людям лапшу на уши. Он так любил этим заниматься, что у него при этом горели глаза, Рэд был жутко харизматичен и обаятелен в такие моменты.

Пока не забыл, мы, естественно можем выбирать самые необычные тела и проявлять чудеса конспирации, но чтобы не сойти с ума и помнить, кем ты являешься на самом деле, лучше стремиться к чему-то постоянному и привычному, что соответствует натуре. Поэтому Рэд обычно выглядит как поджарый блондин с короткой причёской, а я косматый, пепельно-чёрный брюнет со взглядом ворона.

Вернёмся к выступлению Рэда по телевизору.

— Мои дорогие братья и сёстры, настал судный день. Скоро весь этот мир будет уничтожен в нечестивом пламени атомной войны. Наши правители уже готовятся выпустить джина из бутылки, они собираются применить самое страшное оружие в истории. Не поддавайтесь наивной лжи слабовольных людей, вы не сможете укрыться от этого ужаса в бункере или в лесу. Вы не сможете пережить катастрофу, если останетесь в этом проклятом мире. Но Бог никогда не оставляет свою паству, он дал нашим учёным озарение, он дал им ключи от Рая. Вам осталось только найти в себе смелость, отказаться от прошлых грехов, оставить оружие, материальные ценности и сделать шаг в светлое будущее.

Рэд раскинул руки в стороны, камера поднялась вверх, проплыла над епископом и сфокусировалась на необыкновенно красивом портале позади него. Рэд оборудовал настоящую физическую лабораторию прямо внутри храма, он и его люди принесли устройства из далёкого «будущего», компьютеры, чипы, полупроводники, редкие элементы и компактные источники энергии, которые смогли создать стабильную и живучую пространственную аномалию. Она требовала постоянной подпитки, но поддерживать её в таком состоянии было гораздо проще и дешевле, чем создавать каждый раз заново и тратить элемент Вальмана-Штрасса. Полупрозрачная зеркальная сфера висела в воздухе, она пульсировала, кипела и в ней отражался рай, обещанный Рэдом.

Ребекка устала слушать моего кузена и выключила звук, чтобы он её не перебивал.

— По моим прикидкам, — сказала она, — Рэд относительно недавно переродился, накинул свежее тело и теперь веселится.

— Думаешь ничего серьёзного?

— Аппетит приходит во время еды. Он открыл сеть порталов по всей стране и отправил через них целую армию людей. Речь идёт о сотнях тысячах, может быть даже о миллионе. Толпы отчаянных буквально прыгают туда. Всякие военные преступники, сторонники режима, которых обязательно накажут после смены власти, чиновники, бандиты, радикалы и националисты, ненавидящие другие страны, напуганные до смерти гражданские и просто глупцы, обманутые Рэдом. И чем больше ракет падает на города, чем ближе войска Евразийского Альянса, тем шире становится человеческая река.

— А куда смотрит американское правительство?

— Им глаза выкололи и руки отрубили — кто-то устроил теракт в здании парламента и устранил всю верхушку. А так как близится военное поражение, то никто не хочет быть главным и брать на себя ответственность — это самоубийство. Конгрессмены пытались насильно выбрать одного счастливчика, но он демонстративно убежал в портал Рэда.

— Интересно знать, что по ту сторону?

— Ну, пока ты боролся с зелёным змеем, я прогулялась до храма и попросила случайного человека пронести с собой микродрона с камерой и межпространственным коммуникатором.

— Я заинтригован! Так что там?

— Ничего необычного. Мы там уже были: скучный мир, в котором победили Христианские фанатики.

— Что-то не припомню такого.

— Ну там женщины ходят с покрытой головой, а особо красивых заставляют носить пояс верности.

— Вспомнил! Жуткая жуть! И как они относятся к мигрантам-тунеядцам?

— Нормально. Рэд установил с ними контакты, объяснил ситуацию, представился ярым Христианином, и попросил их заняться благотворительностью, чтобы те направили бедных и несчастных на путь истинный, научили их трудиться и забыть про грехи.

— Забавно! Зная Рэда, могу сказать, что их всех ждёт офигительная подстава.

— Ещё бы. А мы что будем делать?

— Ходить и дышать по возможности. Предлагаю отправиться прямо в логово Рэда. Я хочу встретиться с ним и поговорить. Не будем делать никаких резких движений и глупостей. Его не возьмёшь с наскока и голыми руками, нам нужно наблюдать, быть рядом и искать подходящую возможность.

— Великолепный план, Эдмон. Надёжный, как швейцарские часы.

— Как бы да, но не нет, если долго думать, то Рэд опять пропадёт. А чем быстрее мы его остановим, тем больше миров спасём.

— Отлично сказано, тогда выдвигаемся?

— Давно пора. Чего мы вообще ждём? Сюзанна! Заводи лимузин!

//-----------------

Продолжение https://author.today/reader/186638/3065006 или далее в комментариях

Но мы успели сделать только первый шаг, и наш энергетический рай и технология перерождения остались только мечтой. Теперь мы жалкие остатки со скромными возможностями и ресурсами. Чтобы начать всё заново нам потребуется захватить власть над целой планетой и столетиями направлять усилия этого общества в одно русло — в изучение теоретической физики. А ещё нам потребовалось бы найти и потратить кучу элемента Вальмана-Штрасса, провести опасные эксперименты и привлечь внимание Вселенского комитета и других акул из глубокого космоса. Наверное, когда-нибудь я попробую ступить на этот путь из-за отчаяния, но пока страх перевешивал всё остальное.

Я живу с проклятием бессмертия и с тревогой думаю над будущем. Если бы не Сюзанна и Ребекка, я бы, наверное, сошёл с ума, ибо одиночество это яд для разума. Но на какие муки я их обрёк? Они ведь совсем молоды и не понимают того, что их ждёт. А ведь они ещё и женщины! А что если у них заиграет материнский инстинкт? Им придётся наблюдать за тем, как стареют и умирают их собственные дети. А если они попросят сделать их бессмертными? Это же цепная реакция, я стану кем-то вроде графа Дракулы, который был прародителем рода вампиров. Кто-то может сказать, что в этом нет ничего плохого, но я уже боюсь последствий. Фактически я буду ответственен за то, что натворит будущий клан, которым я не смогу управлять. Уж извините, но я немного знаю как устроено человеческое общество, и понимаю, что потомки будут думать о своём сохранении и процветании. В конечном счёте они начнут бороться за власть и выживание организации, а для этого нужно принимать в свои ряды новых членов. Вот это как раз и будет то, чего так боялся комитет.

Всё! С нытьём закончили, возвращаемся к делу. Наступило ужасное утро непонятного дня. Состояние было таким невнятным, что я решительно не понимал, что произошло прошлой ночью. Я открыл глаза, но ничего не изменилось. Я хотел позвать на помощь, но опять ничего не получилось — раздались какие-то непонятные звуки и бульканье. Потом я наконец додумался поднять голову из тарелки с салатом, который уже пустил сок.

— Чёрт! Сюз! Ребекка! Почему я опять ничего не вижу! — озадачился я.

— Сними повязку, Эдмон, — раздался голос Ребекки в моей голове.

— О, спасибки! — я убрал с глаз бинты и попытался разглядеть комнату, в которой находился. — Странно… В одном глазу мутнее, чем обычно.

— Ты после операции, тебе пересадили донорский.

— Так вот почему у меня так голова раскалывается. Это отходняк от наркоза! Одна загадка решена. А что у меня в тарелке? Очень похоже на салат с курочкой.

— Это был наш крокодильчик Данди, он опять цапнул твои штаны, и ты в жару гнева пристрелил его из Магнума 44 калибра.

— Ну, что могу сказать? Я разочарован таким неоригинальным вкусом. А давайте заведём страуса?! Я слышал, что у них самые огроменные яйца.

— Не надо! Они могут прибить человека одним ударом ноги!

— А кенгуру?

— Они боксируют так, что мало не покажется. Всё, что родилось в Австралии, должно остаться в Австралии. Предлагаю взять колибри, они милые, красивые и забавные.

— Да… Не плохой выбор…

— Эдмон! Я уже чувствую, как ты хочешь попробовать их на вкус!

— Их мясо должно быть очень нежным! Возьмём сразу десяток, устроим им дивный сад с растениями и гнёздами. Обещаю, что съем только одну. Ну максимум три, если будут очень вкусными.

— Ну, зная тебя, можно сказать, что это уже большое достижение.

Кажется мы находились на моём космическом корабле и где-то на земной орбите (точнее сказать, это была очередная версия Земли в очередной параллельной реальности). Космический корабль звучит гордо, но как я уже говорил в самом начале, наш вид не успел довести эту технологию до высокого уровня. Потом, после геноцида, мы бродили с Рэдом по мирам второго эшелона, у которых дела были ещё хуже. Поэтому пришлось ремонтировать и копировать то, что уже было под рукой. В какой-то момент мой кузен угнал армейскую посудину одного продвинутого тоталитарного режима (ему нравилась его огневая мощь), а я так привык к этой тачке, что решил использовать её до самого конца. Всё-таки это было напоминание о родном доме. Наверное, в этом были все мои проблемы, я не мог отпустить прошлое также легко как Рэд. Вот он мог запросто сжечь все мосты за собой, он осознавал себя как уникальную сущность над вселенной, для него весь мир — это игрушка, созданная исключительно для его развлечения.

Издали наш корабль походил на гигантского спрута с солнечными панелями, хаотично расположенными отсеками, ядром генератора и роборуками манипуляторами. В “стоячем” режиме он раскладывался на составные части, а во время путешествий всё упаковывалось в компактный шар и защищалось энергетическим барьером. Стыдно сказать, но гравитация была только в кухонном отсеке. Гравипол — дорогая игрушка, которая жрёт много энергии, и для её установки на нашу посудину потребовался мастер с золотыми руками. Но вот на панорамные иллюминаторы я не пожадничал, уж больно они были красивые.

Я подошёл к “окну” и присмотрелся к планете — половина континентов была покрыта пустынями.

— М-да… — вздохнул я. — Чувствую, что мы не увидим там процветающие цивилизации…

В комнату вошла Сюзанна.

— Зацените штуковину! — после перестрелки с бандюками Рэда она потеряла кисть, и теперь весело размахивала крюком вместо неё. — Я настоящий пират!

— Вот это жуть! Я в прикольном смысле этого слова.

— Не волнуйся, я сделала съёмный киберпротез. Я теперь вообще трансформер! — убрала крюк и нацепила модель, которая была похожа на обыкновенную человеческую руку, её лишь немного выдавал оттенок кожи и специфическая моторика пальцев.

К сожалению, человеческие тела страдали плохой ремонтопригодностью, их приходилось восстанавливать киберимплантами, а не лечить в полном смысле этого слова. Но это гораздо круче, чем быть диплокроном с планеты Фаеркриз, где каждая взрослая особь носит в себе выводок, и если она получает сильную рану, то её организм просто взрывается, а так называемые детки по-быстрому сжирают носителя и расплываются по океану. Не сочтите за расизм, но ничего лучше гуманоидов вселенная не придумала!

Сюзанна тоже подошла к окошку и включила на нём лазерную проекцию, ей не терпелось как можно быстрее перейти к делу и потенциальной заварушке.

— На этой планете творится странная ерунда.

— А разве ерунда может быть не странной?

— Тогда назовём её загадочной. Так вот! Раньше здесь была высокоразвитая цивилизация, но теперь её города брошены на произвол судьбы. Никаких следов войны и хаоса. Никакого мусора на улицах, никаких баррикад, следов взрывов и человеческих останков. Их просто бросили.

— Ух, какая интрига!

— Это ещё не всё. Люди исчезли, а роботы нет! Целая армия примитивных роботов перекапывает землю на континентах, они добывают металлы и редкоземельные элементы, обрабатывают их на заводах и отправляют в один центр, находящийся в середине Евразии.

— А кто их ремонтирует и производит?

— Рядом с тем центром полно автоматизированных заводов. Я отправляла туда разведывательные дроны, и они успели заметить только роботов.

— Успели?

— Их сбили системы ПВО. Там есть боевые машины.

— Действительно загадочно. Куда им столько металла и прочего сырья? Они там что, пирамиды складывают?

— Складывают, но не из металла, а из грунта и скальных пород. Роботы копают циклопические катакомбы, в которые уже сейчас можно поместить несколько мегаполисов. Из одних тоннелей выносят почву, в другие заносят металлы и ископаемое топливо. Судя по сканерам энергии там творится что-то грандиозное. Извиняюсь за туфталогию, — оговорилась она, — но в центре этого центра находятся ускорители частиц и генераторы на основе элемента Вальмана-Штрасса. И судя по тем координатам, что ты получил из устройства Рэда, приёмник находится именно там.

— Один из приёмников, — грустно уточнил я.

Эх, как вы могли догадаться, с Рэдом не бывает просто, когда мы обработали сигналы с его устройства, то обнаружили, что существует два адресата в двух разных мирах. Сами понимаете, какие тут могли быть расклады. Возможно в обоих мирах существовали свои автономные машины судного дня. Возможно даже то, что если обезвредить одну, то активируется другое. От моего кузена можно было ждать всего чего угодно. Но всё-таки оставалась надежда на хороший исход, вряд ли он соорудил банальную бомбу, вирус или нанооружие. Подобные штуки могли навредить многим мирам, но они не представляли угрозу для мультивселенной. Если же Рэд действительно собрался изменить ход истории, если ему нужен был максимальный масштаб, то это должно было быть чем-то хитрым и сложным. Скорей всего, в каждом мире была только часть замысла, и чтобы остановить Рэда, мне нужно было увидеть картину целиком.

Сюзанна показала снимки центра с дронов-шпионов и указала на одну странную точку.

— Вот тут располагается один из входов в подземное царство.

— Минуточку! — пригляделся я к фотографиям и увидел странное здание. — Какое чудовище могло совершить такое преступление! Вы только посмотрите! Снизу это Австрийская крепость Хоэнзальцбург, но внутри стен стоят соборы Гауди и Святого Вита!

— Ауди? — переспросила Сюзанна. — Или Гауда, как сыр?

— Нет! Гауди — это архитектор! Эти два собора выполнены в Готическом стиле! А крепость в Романском!

— А не пофиг ли?

— Ну, в принципе да, аргумент... А замок обитаем?

— Может быть, но вокруг него полно пыли. Я пробовала установить радиоконтакт, но мне никто не ответил. Судя по сканерам, под замком расположен тоннель, ведущий в главный бункер, откуда можно попасть к машине судного дня.

— А системы ПВО и злобная армия роботов-убийц?

— Замок расположен на самом краю, вся бурная деятельность идёт южнее, а с севера только голая пустыня, камни и помойка — там лежат какие-то большие непонятные корпуса то ли кораблей, то ли военной техники. К сожалению, сам замок находится в зоне действия ПВО, и к нему можно подобраться только хитрым способом — с помощью ног.

— Звучит как чётко продуманный план. Я думаю мы можем взять штурмовик, ты сядешь за орудие, а я за штурвал, мы полетим на сверхнизкой высоте и, так сказать, прощупаем обстановку. Ребекка, присмотришь за кораблём?

Ребекка нежно схватила мои импланты в голове и воспользовалась голосовыми связками:

— Ну, конечно, дорогой!

Я, естественно, не сопротивлялся, потому что это весьма романтично, когда две энергетические сущности так тесно соприкасаются друг с другом. В нашем корабле были предусмотрены специальные приборы, позволяющие управлять им, когда мы находились в состоянии без тела. Я мог спокойно оставить посудину на орбите, а сам спуститься с Сюзанной ради весёлых приключений. Ах да, мы же ещё мир спасали. В этот раз я не особо наряжался и даже согласился надеть джинсы. Зато мы взяли самый классный штурмовик из имеющихся, в отличие от всех остальных он был красным. Не помню где мы его достали, но сразу было понятно, что вещь крутая.

Глава 7. Хороший гость - хорошо прожаренный гость

Как только мы спустились на околоземную орбиту, то получили первый гостинец — среагировала космическая система обороны и по нам запустили противоспутниковую ракету. Видимо, после запуска наших дронов-шпионов хозяева планеты стали искать гостей и были начеку. Вначале я усмехнулся — подумаешь, одна сверхзвуковая ракетка! Я мог сбить её на подлёте лазерами. А потом сканеры сказали, что внутри целая ядерная боеголовка, от взрыва которой могло задеть и наш корабль. Пришлось постыдно спасаться бегством и лететь в обратную сторону.

— Ну ок, враждебная планета! — сказал я. — Первый раунд ты выиграла, но я ведь могу набрать сверхскорость! — на самом деле я никому не советую превышать гиперзвуковую скорость в плотных слоях атмосферы, чем выше плотность воздуха, тем больше выделения тепла, а энергетический щит у маломощного штурмовика не всесильный.

Я хорошенько разогнался и снова влетел в околоземную орбиту, и в этот раз средства обороны запустили целую дюжину ракет в нашу сторону. Кому-то было не жалко тратить на нас атомные бомбы! Они же стоят уйму денег! Признаю, что я решил не рисковать, и снова удрал наверх. Ракетки оказались хорошими и загнали меня далеко в глубокий космос, прежде чем взорваться. Несмотря на расстояние, осколки и излучение всё равно задели штурмовик, что говорило о большой мощности зарядов.

В дело вмешалась Сюзанна, сидящая сверху.

— Может того самого? Зайдём через Южный полюс? Обычно у людей там самая жидкая система ПВО. А потом будем лететь на сверхмалой высоте, чтобы скрыться от радаров.

— Хороший шаг. Но перед этим предлагаю сделать отвлекающий манёвр. Ребекка! — я вызвал главный корабль по спецлинии. — Сбрось какой-нибудь балласт, пожалуйста. Нам нужно обмануть местную систему ПВО.

Если бы я знал, что она собирается сбросить отсек с модной одеждой, я бы ей этого не позволил! Но таки меня не спрашивали, и куча гиперзвуковых ракет отправилась на уничтожение не менее дорогих шмоток (помимо всего прочего, там были одёжки короля Людовика и доспехи Генриха VIII!), а мы следом нырнули на полной скорости в сторону Антарктиды. Ракетного обстрела всё равно не удалось избежать, но мы выиграли время, смогли спуститься вниз и стали невидимыми для радаров и прочих средств обнаружения.

Путешествие затягивалось, мы летели на скромной высоте и поэтому огибали земной глобус по его поверхности. Зато успели оценить бескрайние просторы мирового океана, встретили перелётных гусей и слегка вздремнули. Хорошо, что у штурмовика был автопилот, и нас было двое, и поэтому мы могли хоть как-то развлечься. Ради конспирации мы пролетели от одного полюса к другому, а потом зашли в центр Евразии через Арктику. На континенте нас встретили вражеские зенитки и истребители. Мы мчались на максимально возможной скорости, и позади штурмовика оставался красивый фейерверк из взрывов и трассирующих пуль. Я летел ломаными кривыми, чтобы скрыть конечную цель маршрута и нам вроде бы это удалось. Или в том районе просто не было нужной авиации и средств ПВО. Перед центральной зоной наступило затишье, мы, наконец, приблизились к замку Хоэнзальцбург.

Штурмовик завис над пустынной местностью — на горизонте виднелись силуэты крепости, в воздухе царила подозрительная тишина. У меня проснулась паранойя, и я стал внимательно разглядывать показания сканеров. Сюзанна попробовала добавить капельку оптимизма и сказала.

— Вроде бы всё спокойно.

— Если только не смотреть на датчики шумов и инфракрасного излучения. Под нами находятся какие-то тёплые потоки материи. Они движутся к нам с двух сторон, зажимая в клещи.

— Но раз они подземные, то значит нас не касаются.

— Эм... а теперь они уже наземные.

Я навёл прицел и стал высматривать надвигающуюся угрозу. Вначале появились столбы пыли, а потом они — целая армада танков, самоходной артиллерии, бронетранспортёров, боевых машин пехоты и ракетных комплексов. Техника из двадцать первого века, простая, дешёвая, но весьма грозная. Они вышли из катакомб и теперь надвигались на нас сразу с двух сторон — два широких фронта, идеальное построение и ровные ряды. Не успел я удивиться, как показались сверхскоростные истребители и сразу выпустили по нам ракеты. Боеприпасов они не жалели и стреляли словно заградительным огнём, небо вокруг нас покрылось огненными тучами и дымом. Я не мог улететь с поля боя — пролететь через облако осколков на большой скорости было слишком опасно, и потому я метался над бронетехникой, с переменным успехом уворачиваясь от ударов. Пока энергетический щит выдерживал нагрузку, но у противника был огромный численный перевес, который медленно, но верно подтачивал наши энергетические ресурсы. В этой суматохе я даже не заметил одну странность, про которую упомянула Сюзанна.

— Это две вражеские армии!

— Что?!

— Они уничтожают друг друга!

Это было небольшое облегчение — мы были не единственной мишенью для участников войнушки, но каждая из сторон всё-таки тоже считала нас особо опасным врагом.

У штурмовика было полное техническое превосходство, каждый выстрел нашего лазера сбивал как минимум один истребитель, наши ракетки взрывались с огромной мощностью и задевали даже наземный транспорт. Уклоняясь от ракет класса воздух-воздух я спустился вниз, поближе к танкам, и позволил Сюзанне расчистить небо. К моему удивлению, это заняло достаточно много времени, щит стал работать в полсилы и пропускать некоторые удары, которые пока оказались лёгким пощипыванием прочного корпуса. Но всё хорошее быстро заканчивается. По нам выпустили что-то адски мощное, оно пробило щит и повредило двигатель штурмовика. Пространство вокруг нас было ещё довольно сильно загажено взрывами и столбами дыма, но я таки рискнул и включил гиперзвук, чтобы наконец убраться с вечеринки. Мы пролетели примерно десять километров, а потом бедный штурмовик почувствовал себя совсем плохо и спланировал вниз. Мы почти долетели до территории, которую Сюзанна недавно назвала жестяной помойкой.

Я вздохнул с облегчением.

— Хуф, это конечно было весело, но воздушный бой не должен длиться так долго! Это изматывающее испытание.

— Эдмон!

— Что?

— Так ещё ничего и не закончилось! Я смотрю в прицел и вижу, что к нам приближаются танки. Одна армия уничтожила другую, и теперь отправляется добивать нас.

— Чего ждёшь?! Стреляй по ним!

— Тогда мы засветим нашу позицию, и по нам откроет огонь артиллерия.

— Так, погодь! Сейчас что-нибудь придумаю. — я ударил по приборной панели и двигатель выдохнул немного огня, мы сдвинулись с места на тридцать метров и опять застряли. — Кажется наша тачка ещё не совсем сдохла. Стреляй по моей команде по всему, что движется, а потом резко останавливайся. Давай, Сюзанна, жги!

Она выпустила пачку ракет по всему тому, что есть на горизонте, и потом я снова изо всех сил ударил по приборной панели, мы прыгнули на целых пятьдесят метров вперёд и уже через пару секунд рядом с нами прогремели взрывы снарядов от самоходной артиллерии. К счастью, стреляли они довольно метко, именно в то, самое место, где мы находились минуту тому назад. Мой манёвр был чертовски гениален, но бесполезен, несмотря на то, что Сюзанна подбила кучу танков, вместо них показались новые. Она уничтожила их тоже, мы снова прыгнули вперёд, но уже в последний раз. Артиллерия открыла огонь по площадям, и нас основательно задело. Штурмовик окончательно сдох, мы в спешке собрали самое необходимое для выживания и выбрались наружу. Интуиция подсказывала, что нужно изо всех сил бежать в сторону железной помойки и искать там укрытие.

Мы углубились, наверное, на целый километр, вокруг нас были сожжённые истребители, ударные вертолёты, примитивные боевые космические корабли, шаттлы, ступени межконтинентальных ракет и просто горы уничтоженных танков. Потом мы услышали звуки вертолётов, это был сигнал к тому, что пора спрятаться. Конечно, можно было выбрать первый попавшийся пустой танк или бронетранспортёр, но я предпочёл остов стратегического бомбардировщика, который лежал на куче мусора, и поэтому его нос возвышался над местностью. На мой взгляд это был хороший наблюдательный пункт. Мы пролезли через дыры в фюзеляже, пробрались через мусор и добрались до кабины пилотов. Я вытер платочком многолетнюю пыль и снова сел в командирское кресло.

— Эх, хорошая была махина, Сюзанна! Это ведь настоящий B-52!

Сюзанна присела ко мне на коленки.

— Что будем делать?

— Любоваться живописными окрестностями.

— Тогда держи бинокль.

Я взял игрушку в руки и стал смотреть в сторону замка, откуда наступала армия неизвестного и странного противника.

— Ну да, они идут по следу, танки заехали на территорию помойки... Ой, они выбросили десант с бронетранспортёров, это какие-то человекоподобные роботы с импульсными винтовками.

— И с красными линиями на груди?

— Как ты догадалась?!

— Вертолёты сбрасывают таких же бойцов.

Я опустил бинокль и увидел, что на территории помойки уже кружили вертолёты Ми-35 и сбрасывали этих самых железных солдат. Они разбили местность вокруг нас на квадратные сектора по километру и начали методичную проверку.

— Кажется нам конец, — спокойно сказала Сюзанна, — будем отстреливаться до победного? Устроим им партизанскую войну?

— Тебе бы лишь бы пострелять! Это конечно круто, но мы тут по делу.

— Есть какой-нибудь хитрый план?

— А это хорошая идея.

— Какая?

— Начать думать над новым планом. Я вот смотрю на всю эту ерунду и чувствую что-то знакомое.

— Да неужели?

— Всё это имеет смысл только в том случае, если было сделано по приколу.

— Разве?

— Я про то, что случилось перед замком. Это была большая арена. Высокие соборы замка это ВИП-ложа и хорошая точка для наблюдения. Кто-то собрал две армии друг перед другом и утилизировал их самым красочным способом.

— То есть мы оказались в нужном месте и в нужное время?

— Ну с нами это постоянно происходит, поэтому тут нет ничего удивительного. Или кто-то захотел совместить приятное с полезным. Он решил запустить приготовленные игрушки, чтобы сцапать нас.

— Точно! Он решил устроить убойную шоу с нашим участием.

— Ага, всё складывается.

— Только что это нам даёт?

— На первый взгляд ничего. Но с другой стороны, теперь мы точно знаем, что там в замке есть настоящий живой человек, который командует всеми этими роботами. Мы немного поняли его психологию и знаем, что он в силах нам помочь.

— Но я пробовала выйти с ним на связь и не получила никакого ответа.

— Ну значит настал мой черёд попробовать! Мы ведь захватили универсальный коммуникатор?

— Первым делом взяла! Вот держи.

У женщин столько тайников в одежде! В общем, я взял трубку и стал посылать радиосообщение в самом простом формате, чтобы его точно перехватили и перевели.

— Отличное было представление! — сказал я на самом популярном диалекте эпохи 21 века. — Надеюсь вы всё записали на видео? Хотелось бы глянуть на это со стороны.

Никто не ответил, и тогда я продолжил:

— Я знаю, что вы меня слышите, эти танки не могли оказаться там случайно, их должен был вывести человек, чтобы устроить представление. Вряд ли это были роботы или автоматическая система обороны.

— И что с того? — в эфире появился холодный властный голос.

— Ваши игрушки нас скоро убьют.

— Не надо было вторгаться в частную территорию.

— Позвольте нам уйти.

— У меня много дел. Вам есть, что мне сказать по существу?

— В ваших краях должен был появляться один знатный проходимец в белоснежном костюме, блондин с короткой стрижкой, мог представиться как Рэдмонд или Рэд, по натуре лживый двуличный бандит-террорист-анархист, который мог развести вас на какую-нибудь дичь. Я могу многое что про него рассказать.

— Говорите.

— При личной встречи. Я бы хотел увидеться с вами с глазу на глаз.

— Что вы ещё можете мне предложить?

— Помощь в борьбе с ним.

— Хм.

— Я бы не хотел вас торопить, но ваши солдатики уже готовятся расстрелять наше убежище из гранатомётов и импульсных винтовок.

— Хорошо, думаю один раз можно нарушить распорядок дня. — роботы остановились. — Ждите, мои помощники прибудут к вам в пределах шести минут, они будут лететь на источник радиосигнала.

— Но тут уже есть ваши вертолёты?

— Нет, я их всех запланировал отправить на свалку ровно к обеду, а на моих часах уже 11:55.

— Понял, спорить не буду, я вижу вы любите пунктуальность и исполнительность.

— Этот мир живёт планами, мистер, и вы должны заставлять других людей следовать своему плану, чтобы не быть частью чужого.

Ровно в 12:00 роботы-солдатики, танчики и вертолётики взорвались изнутри. Военная возня резко закончилась тишиной. Потом ещё через две минуты на свалку рядом с нами прилетел аэромобиль — судно на воздушной подушке, стилизованное под чёрный лимузин. Оттуда выплыли небольшие роботы, тоже на аэроподвеске, и предложили зайти внутрь. Выглядели они немного забавно: летающие коробки с клешнями, которые кто-то нарядил в костюмчики дворецких, а сверху прикрепил декоративные шляпки-цилиндры. Ну как мы мог ли устоять, конечно же мы зашли внутрь.

Глава 8. Райтфолл

Судя по убранству лимузина, хозяин замка знал чего хочет — он просто брал это, и его не волновало, что подумают другие. Например, в его аэромобиле эскорт класса был мини-бар с кофемашиной, но холодильник для льда и сливок отсутствовал! Видимо таинственный хозяин любил крепкие вещи без примесей. Сиденья были из прочной кожи и ужасно скрипели, но кондиционер работал просто прекрасно и бесшумно. Как я мог заметить, на этой планете хорошо изучили аэродинамику.

Мы подлетели к собору святого Вита и чуть не влетели в витраж, но это оказались автоматические ворота, ведущие в гараж. Роботы-прислужники любезно открыли двери аэромобиля, а один из них даже сделал поклон и указал клешнями в сторону парадной двери.

— Мистер Райтфолл ждёт вас в обеденном зале, — сказал он мягким и почти извиняющимся голосом.

— Дорогу подскажешь? — ответил я.

— Да, сэр.

Я присмотрелся к роботу и разглядел у него на бейджик на пиджаке имя Лео.

— А ты хороший малый, Лео.

— Спасибо, сэр, никто не хвалил меня последние шестьдесят три года восемь месяцев и три дня.

— А сколько тебе лет?

— Шестьдесят три года восемь месяцев и три дня.

Робот повернулся ко мне спиной и плавно поплыл в сторону дубовой двери. Мы прошлись через пару коридоров и мельком глянули на старинные приблуды замка: рыцарские доспехи, гербы, огромные картины, камины, в которые прислужники подкладывали поленья, куча декоративных серебряных вставок и линий на стенах, бежевые обои и многоярусные люстры, состоящие из свечек. Словно музей какой-то. Лео открыл перед нами трёхметровые двери, но сам побоялся зайти внутрь. Мы с Сюзанной проследовали в просторное помещение размером с футбольное поле, нас ждали три подготовленных места за столом и роботы-охранники, пытающиеся быть частью интерьера — некоторые парили над люстрой, другие находились между рыцарскими доспехами вдоль стен, их орудия были направлены прямо нас, а глаза-объективы следили за каждым нашим движением. Потом я опустил голову вниз и обнаружил, что чуть не угодил в лапы чудовища, лежащего на полу.

— Тарантул! — крикнул я от испуга и прыгнул на ручки к Сюзанне.

Пару лет тому назад у нас был небольшой эксцесс с биологическим оружием, в результате которого моё тело сожрали гигантские пауки, после чего у меня появилась арахнофобия (боязнь пауков), которая очень медленно выветривалась из моего разума.

— Эм, нет, — ответила Сюзанна, — это скорпион.

— А! Всего лишь! — я спустился на грешную землю и раздавил нечестивое создание каблуком. — Получай насекомыш!

В этот момент в комнату вошёл хозяин замка: высокий, худой, бледный, слегка в возрасте, мрачный, с тёмными зубами и с злобным взглядом, человек в испачканном сером (когда-то был белым) лабораторном халате. Из его карманов торчали инструменты, отвёртки, универсальные ключи и компактные плазменные резаки. Хозяин широкими шагами приблизился ко мне и оттолкнул рукой в сторону Сюзанны. Сделал он это так небрежно, словно я был мешком с картошкой. Потом он склонился вниз над тушкой скорпиона и поднял за хвост. Это оказалась механическая игрушка, очень искусная и дорогая вещь.

— Ой, — сказал я, — извините, у меня боязнь пауков.

— Люди... — проворчал хозяин. — От них одни неприятности...

— Разрешите представиться. Я Эдмон Ди Пикман, космический путешественник, — эх, если бы я знал, что буду в гостях, то обязательно бы надел брюки вместо этих противных джинсов.

— Максимилиан Райтфолл. Социальный архитектор девятнадцатого уровня, — грубо сказал собеседник, всё ещё тщательно изучая останки игрушки.

В комнату влетел очередной робот, он был больше своих собратьев-прислужников, но на нём была всё та же одежда дворецкого и цилиндр сверху. Райтфолл обратился к слуге.

— Что ты на это скажешь, Руперт?

Руперт остановился рядом с хозяином, но ничего не произнёс. Райтфолл продолжил.

— Почему от гостей одни неприятности, Руперт? Почему люди вносят хаос в тщательно сбалансированную и гармоничную систему?

Руперт промолчал. Райтфолл говорил с укоризной, и он словно заранее знал, что робот ничего ему не ответит.

— Что, не знаешь ответа, Руперт? Я тоже. Это какая-то непонятная вселенская константа — человеческая глупость.

— Но я с благими намерениями! Благее не придумать, — вмешался я в разговор.

Райтфолл вздохнул, вручил дворецкому останки скорпиончика, а потом указал гостям, то есть нам, на стол.

— Ладно. Перейдём к обеду. Присаживайтесь, скоро Руперт принесёт суп и бефстроганов.

— А можно фуа-гра с икрой и бананы в шоколаде?

— На обед принято есть суп! — рявкнул Райтфолл. — Это полезно для желудка!

— Да? Тогда убедили, я согласен, — искренне ответил я.

— Это хорошо. А то обычно люди упрямы и вечно со мной спорят.

Мы присели, и я стал разглядывать серебряные ложечки с чудной гравировкой, Сюзанна любовалась замысловатой картиной Босха с оргией (или что это вообще такое было? Никогда не понимал его творения) напротив нас, а Райтфолл краем глаза рассматривал руку-протез Сюзанны. Потом к нам залетел Руперт с кастрюлей и принялся разливать куриный супчик.

Когда очередь дошла до тарелки Райтфолла, он опять стал наезжать на бедного робота.

// продолжение в комментах или тут всё сразу