Серия «Последнее слово»

Оба замолчали. Тишина продлилась несколько минут.

– Помнишь, как на моей свадьбе мама желала мне деток побольше? Говорила, жалеет, что ограничились только мной, а сама она уже не может.

– Она тогда не знала, никто тогда не знал.

– Да я всё понимаю, просто странно было это слышать от той, кто выглядел лишь немного старше меня. Вообще ловко они с нами обошлись.

– Да, тут не поспоришь. Со всех сторон зашли, гады. Воистину комплексный подход. Трубы, меняющие состав атмосферы, растения, которые изменили состав почвы и заразившие все наши растения, чтобы вырабатывали меньше кислорода. Но панацея — это прямо настоящий шедевр, вершина, так сказать, мастерства. Сыграть на желании быть здоровыми и молодыми, при этом стерилизовалось только второе поколение, это просто шик.

– Нет, тут с тобой не соглашусь, высший пилотаж этой истории в том, что мы всё это сами сделали. Люди сами строили эти трубы, размножали и засевали всё вокруг их гибридами, и конечно же, мы сами пили эту дрянь, лишившую нас будущего. То, что она адаптировала нас дышать воздухом с меньшим содержанием кислорода и не давала коже синеть, это так дополнительный изящный штрих.

– Мы, по сути, изменили свою планету, засадили поля, построили дома и дороги, своими руками подготовив им жильё. Красиво, ничего не скажешь.

– А как ты думаешь, история с кораблём, правда? Что у них топливо кончилось, поэтому пришлось сажать. Я тогда школу оканчивала, не до этого было.

– Вполне может быть, они всё-таки прилетели, хрен пойми откуда, плюс на орбите болтались больше двадцати лет. Хотя мне кажется просто приступили к заселению. Всё шло по плану, мы работали на них. Зачем при таких раскладах болтаться где-то там на орбите, если можно счастливо жить тут? Мне больше интересно, что там с подменами было.

– Сколько их было, мы никогда не узнаем, после этой истории слишком много людей во власти сменилось. Прокололись они в тот раз знатно. Когда полное отсутствие рождаемости было невозможно скрыть, президенты двенадцати стран принимают законы о запрете распространения этой информации. Причем законы написаны слово в слово. Тут надо быть полным идиотом, чтобы ничего не понять. Скорее всего просто потеряли бдительность.

– Быстро их, конечно, повязали, запрет армий ничего не дал. Спецслужбы остались спецслужбами и в тот раз они договорились. За сутки повязали всех по всему миру, чётко сработали.

– Думаешь, наши расшифровали данные с корабля и история с тем, что с их планеты уже летят к нам, правда?

– Как тебе сказать. То, что летят, правда, а вот что наши учёные смогли расшифровать данные с корабля, я думаю, нет.

– Поясни.

– Дорогая моя, ты уже давно не маленькая девочка. Когда у тебя есть пара тысяч подопытных, ты легко научишься делать так, чтобы они заговорили. Смерть далеко не самое страшное, что может случиться с живым организмом. Так что данные верны.

В кармане мужчины запищал телефон.

– Вот и моё время пришло. Пойдём на крышу, ночи летом короткие, может и правда, дотяну до рассвета. Только возьми с собой плед.

На крыше стояли заранее приготовленные шезлонги, столик и не початая бутылка виски.

– Я смотрю, ты хорошо подготовился, только лёд и стаканы забыл.

–Не забыл, а не стал брать – это совсем другое. Лёд я не стал брать потому, что тут и так прохладно. А стаканы, потому что хочу разделить свою последнюю бутылку вискаря с тобой по-настоящему.

Он открыл бутылку, сделал глоток из горла и протянул ей. Она тоже отпила.

– Знаешь, мир никогда не был таким, как сейчас. Все страны объединились и работают сообща. Настоящее единение.

– Так-то оно так, вот только цель этой работы не самая позитивная. Бросить все силы на производство ядерного оружия, чтобы заминировать всю планету.

– А что нам ещё остаётся? Подарить Землю им? Тридцать лет всё человечество искало способ излечиться и излечить Землю. Всё оказалось бесполезно. Именно поэтому всё что нам осталось это «последнее слово».

– Меткое они выбрали название. Слово будет громким и действительно последним.

– Напомни, когда там они должны были вернуться?

– Ещё пару месяцев назад.

– Возможно в космосе тоже случаются пробки. – мужчина с грустью улыбнулся. – жаль я уже этого не увижу.

– Ты так хотел поприсутствовать при уничтожении Земли?

– Не говори ерунды. Ядерная зима не уничтожит планету. Человечество, да, а планете ничего не будет, даже жизнь в какой-нибудь форме, останется. Когда-то на этом шарике уже зародилась жизнь, и она тут останется, пока он будет существовать.

– Что, если они летят сюда, потому что их мир больше не пригоден для жизни? Топлива на поиск другой подходящей планеты им тоже скорее всего не хватит. Получается «последнее слово» убьёт сразу два разумных вида, возможно единственных во вселенной.

– Мы давно уже мертвы, у нас нет будущего. Они к нам жалости не испытывали, почему мы должны? Если этот мир не будет нашим, значит не достанется никому.

Восточная сторона неба посветлела. Первые робкие лучи рассеивали темноту ночи. Двое сидели молча на крыше и наблюдали рассвет.

Когда солнце наполовину показалось из-за горизонта, девушка посмотрела на отца. Он сидел в своём шезлонге с лёгкой улыбкой на лице и открытыми глазами. Признаков жизни он не подавал.

Из ступора её вывел вибрирующий телефон. На экране всплыло сообщение:

« Зарегистрировано приближение вражеских кораблей. Время подлёта пятнадцать минут. Время активации протокола «последнее слово» четырнадцать минут. На экране пошёл отсчёт.

Она осталась на крыше. Идти было некуда, да и незачем. Она стояла и молча вглядывалась в рассветное небо. Когда на таймере оставалось всего несколько минут она увидела три новые быстрорастущие «звезды».

Таймер закончил отсчет и телефон запищал.

Девушка отпила из бутылки и подняла её в направлении растущих «звёзд».

Вспышка… Грохот… Удар…

Прошло около года и снова стали появляться новости о наших гостях. Не знаю точно, почему был такой промежуток времени, но думаю, время ушло на проверку безопасности технологий, а может, дело было в чём-то другом.

Первым был репортаж о том, как на побережье Атлантического океана построили энергетическую установку, питающую прибрежный город. Построили её меньше, чем за две недели. Внушительный был объект. За спиной репортёра была огромная труба метров семидесяти в высоту, окутанная какими-то стеклянными трубками. Из воды к основанию подходили трубы, а из вершины валил пар. Впечатляющее было зрелище.

Не прошло и месяца, как появилась вторая новость о совместном прорыве учёных в работе над гибридами сельхоз растений. Новые сорта подходили для любых видов почв, были устойчивы к болезням и паразитам, а главное, практически не требовали ухода.

Эти новости не вызвали особого ажиотажа, по крайней мере среди наших знакомых и друзей этого никто не обсуждал.

Третья же новость от наших гостей воистину всколыхнула весь мир. Они создали вещество, которое восстанавливало все человеческие клетки. По сути это было лекарство от всех болезней, поэтому с названием никто заморачиваться не стал. Панацея лечила все болезни и приводила человека в идеальную форму, но к массовому производству приступать не спешили, так как нужно было провести долгосрочные испытания.

Что тогда началось, это надо было видеть. Многие решили, что доступ к панацее получат только избранные, а до простых людей не дойдёт. Бред конечно, в итоге всем досталось, но в то время доходило до беспорядков в некоторых городах.

Наша же жизнь шла своим чередом. Ещё через год мы поженились, съездили в свадебное путешествие. Я сменил работу. Мы влезли в ипотеку и купили эту квартиру. О детях тогда не думали, вся жизнь впереди, а ещё если эта их панацея действительно будет работать, то и торопиться будет некуда. Зажили обычной жизнью молодой семьи.

Год шёл за годом. Мир менялся. Технологии наших гостей постепенно меняли нашу жизнь. Электричество стало бесплатным. Новые технологии производства батарей изменили автомобили, машины со старым добрым двигателем внутреннего сгорания, стали игрушками для богатых.

Продукты тоже сильно упали в цене, хотя некоторые фрукты и овощи поменяли цвет. На вкусе это никак не отражалось, так что и внимание на это никто не обращал. Говорили, что гибриды заняли половину продуктового рынка всего за четыре года. Как и когда натуральное мясо заменили синтетическим, я так и не понял. Разницы во вкусе не было.

Панацея, пройдя все испытания, поступила в продажу и стоила не больше бутылки с минеральной водой. Поначалу она продавалась в аптеках, но меньше чем через год все аптеки закрылись и её стали продавать в обычных продуктовых магазинах. Я не имею ни малейшего понятия, как и в каком количестве эту жижу производили, но масштабы должны были быть гигантскими. Её пили и при малейшей головной боли, и при лечении последних стадий рака. Всем помогало.

Особенно её полюбили женщины, когда выяснилось что одна бутылочка в неделю через месяц даёт эффект омоложения на пять лет. Когда прошёл этот слух, многие скупали её ящиками. Мне кажется если бы эффект омоложения не останавливался на двадцати трёх годах, то многие омолодились бы до младенчества.

Конечно, от смерти она не спасала, у каждого человека есть определённый лимит на деление клеток и когда этот лимит заканчивался, человек умирал. Об этом было объявлено сразу же при выпуске панацеи в люди. Те, кому повезло с генетикой, живут и по сей день, как я например. Мне девяносто, так что можно сказать, мне повезло. Твоей маме повезло немного меньше, она умерла в восемьдесят семь, что тоже не мало.

Единственным побочным эффектом, многие наши друзья и знакомые, посчитали невозможность напиться. Наркотики и алкоголь почти полностью теряли свой эффект.

Мы тоже не стояли в стороне. Купили электромобиль. Стали больше путешествовать. Так же, как и все, мы при малейшем недомогании пили панацею. Других лекарств уже просто не было. Когда мне исполнилось тридцать, мы выплатили ипотеку и посетили все места, о которых мечтали, решили, что пришло время для ребёночка. Через девять месяцев родилась ты.

Всё закрутилось с новой силой. Я перестал замечать, как проходят года. Вроде только вчера ходил с коляской и менял памперсы, а сегодня уже школьница. Не успел глазом моргнуть, уже выпускной.

Всё вокруг тоже преображалось. За время твоего детства почти полностью перестроился город. Вырастали целые районы, построенные по технологиям наших гостей. Мне никогда не нравились эти вытянутые здания с овальными стёклами, но кто меня спрашивал. Как я понимаю, строить их было очень дешево, поэтому уже и в самом городе старые здания заменялись этими уродливыми монстрами.

А что было дальше ты сама прекрасно помнишь.

– Пишет шесть часов, учитывая погрешность, у меня есть все шансы встретить рассвет. Как твои успехи в работе?

Девушка отвела взгляд.

– Что, всё настолько плохо?

– Давай не будем об этом. Это твоя последняя ночь. Ты же не хочешь её тратить на рассуждения о будущем, которого ты всё равно не увидишь?

– Ты права, совсем не хочу, но тебе всё же придётся слушать мою болтовню. Так что разрешаю тебе выбрать тему для разговора.

– Расскажи, с чего всё началось.

– В сотый раз? И охота же тебе слушать одну и ту же историю?

– История одна и та же, но рассказываешь ты её каждый раз по-разному, да и я знаю, как тебе самому нравится её рассказывать.

– Это да, что ещё делать старику на пороге смерти как не вспоминать молодость? Пойдём внутрь, усядемся поудобнее. Ночь будет долгой, виски и еды на пятерых хватит. Кстати по поводу виски, его пора обновить, в стакане наполовину вода.

1. Знакомство.

Всё так совпало, что за пару дней до начала событий я шёл домой. Ремонт машины затянулся. Ходить пешком я отвык, поэтому настроение было откровенно паршивым. Шёл, не обращая внимания на окружающих, погружённый в свои мысли, пока не встретился глазами с ней. Ей-богу, меня как молнией прошило. Столько лет прошло, а я помню этот взгляд изумрудных глаз. Пройдя на автомате какое-то количество шагов, я обернулся. Она уже свернула за угол. Как я потом себя проклинал, что не пошёл следом за ней.

Следующие дни прошли как в тумане. Работа, дом, сон. Она никак не выходила из моей головы. Я приходил в себя только по дороге домой, часами бродя по той же улице в надежде встретить её.

Всё было настолько плохо, что я даже не заметил, как все новости и разговоры окружающих свелись к одной теме. Неопознанный объект завис где-то возле луны. Говорили, что его можно было увидеть в любой даже самый простой телескоп. Все вокруг стали нервозными, но до паники не дошло. Меня же это не особо заботило, я думал, это просто какая-то новостная утка. Пока как-то утром во время завтрака я не включил телевизор для фона.

Обычный для этого времени новостной выпуск прервался и на экране появился человек: круглолицый, загорелый, с раскосыми глазами, кудрявыми, но коротко подстриженными темными волосами. На вид лет тридцати пяти – сорока, одетый в строгий серый костюм с черным галстуком. Он заговорил:

«Приветствуем Вас, Земляне. Мы пришли с миром и не хотим вам зла. Именно поэтому мы расположили свой корабль максимально заметно для вас, чтобы вы не заподозрили нас в хитрости.

Нам понадобилось время для изучения вашего облика, языков и традиции. Мы считываем данные, которые вы передаёте через свои спутники. Вы это называете интернетом. Простите за эту грубость, мы не хотели вас оскорбить, но нам необходимы были данные для начала общения и создания облика, который вас бы не оттолкнул.

Мы являемся представителями организации, которую бы у вас назвали «Галактическим союзом». Мы хотели бы пообщаться с вашими руководителями на темы обмена знаниями и вступления вашей высокоразвитой планеты в наш союз.

Выберете время и место встречи и объявите его во всех новостных выпусках, мы отслеживаем все ваши новости, надеемся вас это не оскорбляет. Если вы решите отказать нам во встрече, мы это примем и продолжим свою миссию по исследованию галактики.

Приносим свои извинения за прерванное вещание и созданные неудобства. Ждём вашего ответа».

Экран погас на секунду. Продолжился прерванный выпуск новостей.

Выйдя из ступора, я полез в телефон. Сеть вскипела. Оказалось, что одно и тоже включение одновременно произошло по всему миру. В каждой стране этот мужчина говорил одно и тоже на нужном языке.

К тому времени как я оказался на работе, тысячи, если не миллионы видео, статей и комментариев разрывали интернет. За всем было не уследить, на работе только и говорили, что об этом. Мнения разделились на диаметрально противоположные.

Одни говорили, что это самое важное событие в истории и нельзя упускать такую возможность. Что это даст рывок в развитии всего человечества.

Другие были уверены, что нельзя контактировать, так как мы ничего не знаем о их намерениях. Тем более нельзя вступать в какие-то союзы. Мы же не знаем общий расклад сил, вдруг они нас втянут в какую-нибудь войну.

Много слов было сказано, много ссор. Несколько моих знакомых даже подрались. Ты знаешь, я человек не конфликтный, да и какой смысл сотрясать воздух, если решение принимать не нам. Поэтому держался в стороне от этих споров.

Прошло несколько дней, народ всё ещё не утихал, правительства стран совещались, а я всё так же болтался на той же улице в надежде встретить её. Наконец мне улыбнулась удача. Она шла мне навстречу, одетая в строгом офисном стиле с волосами, собранными в пучок. Только закончив разговор по телефону, она на ходу прятала его в сумочку.

Те сотни вариантов начала этого разговора, которые я прокручивал в своей голове все эти дни, просто испарились. И я ничего не нашёл умнее, чем спросить:

«Девушка, а вы не подскажете как пройти в библиотеку?»

Понятия не имею, что это было. Какая библиотека? Там в районе километров пяти не было ни одной.

Как же она смеялась. Ты же помнишь, как мама смеялась. Я до сих пор не знаю правды о том, что именно её так рассмешило. Неожиданный вопрос. Моя глупая физиономия. Или она была мне рада потому, что в тот день не только я что-то почувствовал. Может что-то одно, а может и всё вместе. Она смеялась, я влюблялся.

Оказалось, что она работала преподавателем и зря я бродил тут часами в это время, так как она редко подменяет коллегу у вечерников. Я проводил её до института, а потом забрал её на машине после пар, и мы договорились о свидании.

Утром же в новостях объявили о том, что решение о контакте принято. Место назначили где-то на небольшом острове в Тихом океане. Как я понял, в целях безопасности.

Через два дня должен был случиться первый, живой контакт с другой цивилизацией.

Ответ от наших инопланетных гостей не заставил себя долго ждать, через пару часов, снова прервав трансляцию, они ответили. Одобрив и время, и место, они поставили лишь одно обязательное условие. Встреча должно была транслироваться в прямом эфире по всему миру. Так они хотели продемонстрировать свою открытость. Сам я это сообщение не видел, так как был за рулём, но не узнать его содержания было невозможно. Об этом говорили все вокруг.

Представляю, какая паника была у нашей верхушки. Они привыкли решать вопросы за закрытыми дверями, выставляя напоказ только то, что люди должны были знать, а тут мало того, что приходится работать сообща, так ещё и на виду.

После того как рассчитал время начала трансляции, я сразу позвонил твоей маме и предложил перенести нашу встречу. Аргументировал это тем, что такое первое свидание она уж точно никогда не забудет. Она, конечно же, согласилась. Забронировав столик в кафешке с большими телевизорами, я стал ждать.

Все вокруг только и говорили, что о этой встрече, а я... Не могу сказать, о какой встрече я переживал больше. Это было не первое моё первое свидание, но такого мандража мне испытывать не приходилось.

Рассказ из 4 частей. Планирую выкладывать по части в день.