puppyangel

Весной 2026 года Дагестан пережил несколько этапов сильных ливней и подтоплений. После дождей 28–29 марта вода затопила дома, дворы и улицы, а 5 апреля на регион обрушилась новая волна осадков — ещё более масштабная. Подтопленными оказались тысячи домов, сели повредили дороги и мосты, а жители экстренно эвакуировались из опасных районов.

В таких ситуациях все ресурсы закономерно брошены на спасение людей. Бездомные животные оказываются внутри того же чрезвычайного положения, вот только возможности уйти в безопасное место у них нет. Особенно трудно приходится мамам с новорождёнными щенками и хвостикам с травмами, которые не могут быстро спастись от воды.

Именно во время этих весенних наводнений в Дагестане мы забрали под опеку сразу несколько собачьих семей и одну травмированную малышку. Рассказываем их истории.

Олли и семь малышей: родиться посреди наводнения

Олли родила семерых щенков прямо на территории городской больницы. В любое другое время трудно назвать это место подходящим для собачьей семьи, а весной 2026 года к обычным проблемам добавилась ещё и вода: больница оказалась в зоне подтопления. Малыши были совсем крошечными и не могли никуда уйти за мамой.

Сама больница работала в режиме ЧС, принимая пострадавших, и руководство требовало экстренно убрать животных с территории. Олли бы и рада спасаться сама, но бросить семерых детей она не решилась. Без помощи человека у всей семьи практически не оставалось шансов.

Мы забрали Олли со всеми малышами под опеку фонда и вывезли в ростовское подразделение. Там щенки смогли делать то, что им и положено в этом возрасте: засыпать в тепле рядом с мамой, сытно есть и расти.

За несколько месяцев семеро крошек превратились в крепких самостоятельных подростков. В августе Олли вместе со взрослеющими детьми переехала из Ростова в троицкое подразделение. Там щенки активно общаются с людьми, занимаются с кинологом и готовятся к будущей жизни дома.

Элли и щенки: вода ушла, а проблемы остались

Семью Элли нашли уже после того, как пик паводка спал. Собачуля спрятала новорождённых щенков в заброшенном сарае, который после стихии остался единственным сухим укрытием в округе. О маме с малышами нам сообщили местные жители.

Элли была сильно истощена. Чтобы кормить малышей, ей приходилось регулярно уходить на поиски пропитания. Но взять крох с собой было невозможно, и они оставались в разрушенном сарае одни и полностью зависели от того, вернётся ли мама.

Для этой семьи опасность не закончилась вместе с дождями. Вода ушла, но после неё остались размытые дороги, грязь и разрушенные укрытия. Пока люди ликвидировали последствия паводка, бездомным собакам нужно было заново искать пропитание и безопасные места для ночлега.

Мы забрали Элли с малышами из сарая, и через пару месяцев ту крошечную компанию было не узнать. Щенки быстро выросли и начали с любопытством изучать мир. Элли к этому моменту уже выполнила главную мамину задачу — выкормила и защитила всех своих малышей.

В августе подросшие щенки Элли — как и семья Олли — переехали в Троицкое подразделение. Они успешно проходят социализацию, а следующим важным этапом для них станет поиск семей.

Вишенка: иногда от стихии не убежишь

История Вишенки совсем другая: у неё не было щенков, которых нужно спасать, Вишенка и сама была ещё совсем малышкой. Из-за тяжёлой травмы она почти не могла нормально ходить.

Она жила на улице в Буйнакске. Вторая волна подтоплений могла стать для Вишенки смертельной: из-за больной лапки она передвигалась с трудом и в случае быстрого подъёма воды просто не смогла бы выбраться. Мы успели забрать щенулю под опеку фонда и перевезти её в Ростовское подразделение.

Врачи начали разбираться со старой травмой лапки. Обследования показали паралич лучевого нерва и полную потерю глубокой болевой чувствительности. Передняя лапа практически не работала: во время движения щенуля задевала ею препятствия, повреждала кожу и сильнее нагружала остальные конечности.

Восстановить лапку было уже невозможно, поэтому хирурги приняли решение об ампутации, чтобы избавить малышку от боли и постоянных травм.

После операции Вишенка переехала в Тульское подразделение и быстро научилась бегать на трёх лапках. Ей потребовалось совсем немного времени на адаптацию, но жизнелюбия и азарта у неё точно не убавилось! Волонтёры рассказывают, что Вишенка остаётся невероятно подвижной, ласковой и жизнерадостной девочкой.

Почему важно не проходить мимо

Наводнение — это время, когда тяжело помогать всем одновременно. Пока все силы брошены на эвакуацию людей и восстановление инфраструктуры, застрявшие в беде животные часто остаются незамеченными.

В таких историях всё решают простые действие — заметить и сообщить. Собака не позовёт на помощь и не объяснит, что оказалась в ловушке. Но один внимательный взгляд способен спасти целую жизнь.

Стихию не остановить, но в наших силах изменить судьбу тех, кто пережил её последствия. Вы можете поддержать наших подопечных или рассказать о них друзьям — часто именно с репоста начинается путь хвостика к собственному дому! А с теми, кто уже готов отправиться домой, можно познакомиться на сайте фонда в разделе «Ищем дом!».

Летом 2025 года жизнь маленького Серого резко изменилась: после огнестрельных ранений он больше не мог ходить на всех четырёх лапках. Вернуть прежнюю походку не удалось, но прогулок он не лишился — мы помогли Серому снова выйти на улицу, только уже по-другому.

Как мы встретились с Серым

По словам очевидцев, утром в одном из дворов мужчина открыл огонь по щенку из пневматического оружия. Серый не успел убежать и получил несколько ранений в спину. Когда малыша нашли, он лежал на улице практически без движения и не мог подняться.

Мы сразу взяли Серого под опеку фонда. В первые часы главным было оценить полученные повреждения и помочь щенку выйти из шока — врачи опасались, что ранения затронули позвоночник и внутренние органы.

Ехать в Москву сразу было нельзя: для долгой дороги Серый был слишком слаб. Первую экстренную помощь ему оказали ветеринары в Дагестане. Лишь после того, как состояние малыша удалось стабилизировать, мы смогли перевезти его в столицу.

Пули повредили спинной мозг

В Москве обследование показало последствия стрельбы: пули остались в теле Серого и повредили спинной мозг. Задние лапки оказались парализованы — самостоятельно ходить щенок больше не мог.

Врачи назначили Серому курс реабилитации, чтобы попытаться восстановить двигательные функции. Каждый день малышу разрабатывали лапки и суставы, делали массаж и поддерживали тонус мышц.

Поначалу Серый очень боялся людей: прятал мордочку и избегал любого контакта. Но постепенно привык к врачам, начал откликаться на их голоса, а однажды впервые позволил себя погладить.

В программу занятий входили массаж, работа с лапками и обязательная палочка для Серого.

Реабилитация не вернула опору

Серый прошёл полный курс лечения и интенсивных занятий. Мы очень надеялись на восстановление, однако чувствительность в задних лапках так и не появилась — опоры на них больше не было.

Тогда наша задача изменилась: нужно было помочь Серому свободно двигаться даже без задних лапок. Мы заказали для него индивидуальную инвалидную коляску, строго подогнанную по размерам и анатомии. Осваивать её долго не пришлось: Серый быстро разобрался, как управлять колёсами, и снова смог самостоятельно гулять.

Жизнь в новом формате

Когда лечение завершилось, Серый переехал домой к нашему волонтёру Алине. Там он живёт и сейчас, продолжая поддерживающие занятия для мышц.

Осваиваться на новом месте ему помогают хвостатые соседи. Вокруг у Серого уже не больничные стены, а домашняя обстановка, компания других собачуль и прогулки, на которые он выезжает с удовольствием.

Коляска не ограничивает маршруты: Серый спокойно ездит, где захочет.

Сейчас у пёсика снова есть выбор: куда ехать на прогулке, с кем играть, где остановиться и что понюхать. Когда-то после выстрелов Серый не мог даже подняться с земли, а теперь уверенно задаёт направление своим колёсикам. И это лучшая иллюстрация того какую победу одержал этот парень.

Подписывайтесь на нашу страничку: здесь мы рассказываем истории подопечных — и тех, кто уже дома, и тех, кто только начинает лечение. Больше новостей — на сайте фонда https://puppyangel911.ru/

Самур лежала в бетонном сливе для талых вод в Дагестане и не могла пошевелиться. Ее сбили на дороге и уехали. Несколько дней собака провела в грязи и холоде. Единственное, на что ей хватило сил – отползти подальше от дороги. Когда волонтеры нашли ее, Самур была почти полностью парализованной.

Возвращение к жизни

Благодаря вашей поддержке волонтеры забрали Самур и начали долгую борьбу за ее восстановление. Рассчитывать на то, что она снова пойдет, не приходилось – травма была слишком тяжелой. Животные с повреждением спинного мозга часто остаются парализованными навсегда. Но это не приговор, а просто другой образ жизни, к которому можно адаптироваться.

Впереди Самур ждали операции, бесконечные процедуры и месяцы реабилитации. Каждый день требовал сил, времени и ресурсов. Лечебный корм, медикаменты, пеленки – без всего этого мы бы не справились. И помощь пришла от нашей подписчицы Татьяны. Она передала в фонд целый запас подарков, в том числе и важные лекарства. Этого хватило на несколько месяцев вперед.

Но была и другая проблема: от долгого лежания на одном месте у Самур начали появляться пролежни. Ей очень нужно было двигаться, но без специальной коляски это было почти невозможно. Подходящая модель стоила слишком много для волонтеров. Мы объявили сбор, и, благодаря помощи неравнодушных людей, у Самур появилась коляска. Вместе с ней появилась возможность шаг за шагом помогать девочке вставать на лапки.

Переезд и новые друзья

Изготовленная для Самур коляска не сразу пришлась ей по вкусу. Первое время она настороженно косилась на странную конструкцию и не понимала, зачем ей это нужно. Но со временем нашей подопечной удалось приспособиться и начать ходить самостоятельно.

Теперь Самур живет так, будто наверстывает упущенное. Коляска подарила ей возможность исследовать мир, носиться по коридорам и радоваться мелочам. И ее характер-ураган раскрылся. Она безобразничает с щенячьей непосредственностью, устраивает хаос и, кажется, ни минуты не сидит на месте.

Несмотря на трудности, которые встретились на жизненном пути Самур, она всегда остается на позитиве и радуется каждому дню, заражая всех оптимизмом.

Жизнь на полную

После травмы, которая парализовала её почти полностью, Самур живёт на полную катушку. Она ни в чем себя не ограничивает: гуляет, играет, гладит котиков, впитывает каждый лучик солнца.

Сейчас Самур живёт в подразделении фонда, где о ней каждый день заботятся волонтеры.

Следить за её приключениями можно на сайте «Щенячьего Ангела» — там мы регулярно рассказываем, как дела у нее и других наших подопечных: https://puppyangel911.ru/schastlivye-istorii/

Мы нашли Марика еще щенком. Он умирал на улице от травм: кто-то жестоко обошелся с ним и выбросил. Его передняя лапка была порублена на части, кости раздроблены, были признаки некроза. Еще немного, и начался бы септический шок. Благодаря вашей помощи мы смогли спасти малыша от худшего. Но Марик оказался не единственным, кому предстояло помочь, – у него была большая семья, к которой он привел нашу команду.

Операция и восстановление

Мы экстренно перевезли Марика в Москву, но в клинику он попал в критическом состоянии: все показатели были сильно ниже нормы, органы почти не справлялись. Врачи сразу начали интенсивную терапию: обезболивание, инфузии для стабилизации, хирургическую обработку раны.

Обследование лапки показало несколько переломов и отмирание тканей. Марик больше не мог на неё опираться. По заключению хирурга, единственным решением стала ампутация и формирование культи.

Марик перенес операцию героически и очень быстро начал восстанавливаться. Но впереди его ждали новые испытания: анализы выявили гепатозоон – паразитарное заболевание, требующее комплексного и длительного лечения. Поэтому, помимо обработок шва, малыш начал получать полный курс терапии.

Все это время Марик находился под круглосуточным наблюдением ветеринаров: ел с аппетитом, пытался играть и учился заново двигаться уже без лапки.

Переезд домой

Марик полностью восстановился после операции, завершил лечение от гепатозооноза и переехал в троицкое подразделение. Уже тогда было видно, как уверенно он чувствует себя на трех лапках – сохранив щенячий оптимизм и готовность дружить со всем миром!

Марик восстанавливался быстро. Через два месяца лечение завершилось, и, как только врачи разрешили его забирать, за ним сразу же приехала мама Мария из Ростова-на-Дону. Марик получил новое имя — Азор, а в семье его уже ждала целая компания друзей: дети и два спасенных котика.

Дорога до дома прошла отлично. Первую ночь малыш спал крепко, только под утро запросился на ручки к маме. По фото и видеоприветам уже было видно, что хвостику очень полюбилась новая домашняя жизнь.

Азор уже едва умещается на руках у мамы, но, несмотря на взросление, он по-прежнему остается проказником: то утащит носок на сохранение, то перепрячет игрушки в новые уголки. Еще наш выпускник занимается с кинологом и делает успехи. С такой поддержкой в лице большой семьи – ничего удивительного!

Мама и сестрички

Марика мы забрали одного. Но вскоре нам сообщили, что где-то неподалёку остались его мама Мона и сестрички — и мы вернулись за ними.

Малинка, Мелисса, Муни и Минни прошли необходимые обработки и вакцинации, освоились в приюте и успели очаровать всех хвостатых обитателей и волонтеров. Впрочем, задержались они ненадолго – каждая быстро нашла свой дом.

Малинка (теперь Энит) обрела дом в дружной московской семье с девятилетней дочкой и котом-найденышем. С котиком отношения прошли классический путь от непонимания до настоящего союза – теперь они спят вместе. Энит растет сообразительной девочкой: уже умеет сидеть и давать лапу, хорошо гуляет на поводке. За 4 месяца дома она очень повзрослела и теперь ходит в туалет только на улице, а также спокойно остаётся одна.

Мелисса (теперь Гуччи) переехала в Одинцово к семье с тремя детьми. Родители долго мечтали о собаке и единогласно решили не брать породистого щеночка, а подарить дом малышу из приюта. На первой встрече Гуччи быстро растопила сердца всех – не растерялась, охотно знакомилась и тянулась даже к самым маленьким членам семьи.

Муни стала настоящей городской барышней и переехала в Балашиху к активной девушке Алине. Увидев Муни, Алина сразу поняла – это ее девочка. На выходные наша выпускница ездит с мамой в дом, где живут родные. Теперь у Муни две любимые локации – для прогулок и обнимашек.

Минни (теперь Габриэла) переехала в Германию к замечательной семье. Ее мама работает врачом, папа возглавляет предприятие, а еще у Габби появились юный друг и любимый дедушка! Когда мальчик уходит в школу, Габби отправляется к бабушке и дедушке, где все внимание достается ей.

Мона – продолжение истории

История этой семьи началась с Марика, продолжилась счастливыми переездами сестренок, а теперь – очередь мамы Моны. Она заботливо вырастила своих детей и проводила их в новую, домашнюю, жизнь. Самое время и ей найти дом.

Мона – молодая и деликатная собачуля, которая за свои полтора года успела стать мамой и отлично справиться с этой задачей. В ней сочетаются нежность и внутренний стержень. А еще она умеет жить в ритме того, кто рядом.

Красавица здорова, привита и стерилизована, паспорт – тоже есть. Осталось найти только теплые объятья, и тогда история этой большой семьи завершится как в сказке.

Задать любые вопросы или согласовать дату и время знакомства с Моной или другими подопечными «Щенячьего Ангела» можно, написав нам или позвонив по телефону: +7 (911) 88-911-00.

Этой зимой мы стали опекунами Рады, которая попала под поезд— перед этим её специально привязали к рельсам. У неё были раздроблены лапы, началась сильная кровопотеря и серьёзно пострадала мордочка. С вашей помощью нам удалось спасти ей жизнь, а затем с помощью пластической хирургии — вернуть возможность нормально жить.

Диагноз и план лечения

Ветеринары провели первичный осмотр, взяли анализы и поставили предварительный диагноз: истощение, частичное отсутствие тканей мордочки, серьёзные травмы правой тазовой конечности и хвоста.

Чтобы стабилизировать состояние, Раде провели хирургическую обработку ран, ввели обезболивающее, поставили инфузии и назначили курс антибиотиков.

Как только нашей подопечной стало лучше и пришли отрицательные анализы на инфекции, мы перевезли её в Москву. После осмотра хирурга стало ясно: без операции не обойтись — многие ткани восстановить уже невозможно.

Раде ампутировали остатки хвоста и фрагмент третьей фаланги пальца на правой задней лапе. Ткани отмирали, поэтому других вариантов не было. Саму лапку удалось сохранить: дальше врачам предстояло восстановить её функциональность.

Самой сложной была ситуация с мордочкой. Её передняя часть оказалась отсечена — не хватало большого участка кожи, часть носа была утрачена, а левая брыль (верхняя губа) имела глубокий дефект. Внутри носовых ходов уже начала образовываться грануляционная ткань. Так организм пытался закрыть повреждение. Но если её не удалить, она перекроет дыхание.

С такой мордочкой Рада не могла нормально дышать, есть твёрдую пищу или пить. Рваные раны, которые неправильно заживали, провоцировали воспаления и боль. Исправить это могла только пластическая операция. Но для этого девочке нужно было пройти многочисленные обработки, чтобы ткани успели максимально восстановиться.

Подготовка к пластической операции

Раду перевезли в Троицкое подразделение — там она оставалась под круглосуточным наблюдением нашего ветеринарного врача и волонтёров, пока набиралась сил перед следующим этапом лечения.

Примерно через месяц съездили в клинику на контрольный осмотр. Лапа, на которой удалили фалангу, заживала хорошо. Часть швов уже сняли, остальные запланировали убрать через несколько дней.

С хвостом процесс шёл медленнее — воспаление сохранялось, поэтому швы решили пока не трогать. Если снять их раньше времени, рана может разойтись. Нити оставили ещё на несколько дней, чтобы ткани окрепли.

Самым волнительным был осмотр пластического хирурга. Доктор осмотрел обширное повреждение мордочки и вынес вердикт: операция возможна. Она должна была вернуть Раде способность нормально дышать, есть и пить.

Мы сразу же записались на операцию. А до этого момента Рада продолжала назначенное лечение.

Когда пластика — необходимость

Пластическая хирургия бывает двух видов — эстетическая и реконструктивная. Первая решает косметические задачи, вторая восстанавливает функции. Если коррекция формы ушей — это вопрос вкуса, то ринопластика при затруднённом дыхании уже имеет медицинские показания.

«В крупных городах чаще всего реконструктивная пластика используется при онкологических операциях. Например, большая злокачественная опухоль удаляется с большим захватом тканей, которые затем нужно восстановить. Кроме того, нередки случаи, когда нужна реконструктивная хирургия из-за травм, если речь заходит о животных, живущих на улице, в частных домах», — объяснила Анастасия Ващилина, врач-хирург ветклиники «Медвет».

В случае Рады пластика была необходимостью, а не выбором. Из-за обширной раны нельзя было ограничиться простым заживлением: организм начал бы закрывать повреждение грубой рубцовой тканью, которая усугубляет проблему.

У пластики была и ещё одна причина — менее очевидная, но не менее важная. Собаки понимают друг друга не только через позы и звуки, но и через мимику. Травма Рады нарушила этот канал общения: другие хвостики перестали считывать её сигналы — не могли понять, испугана она или хочет играть, готова к контакту или просит не подходить. Поэтому пластика решала не только физическую проблему, но и возвращала Раде часть её собачьего языка — возможность снова быть понятой другими хвостиками.

Пластика после тяжёлой травмы — не редкость среди наших подопечных. Похожим образом мы боролись за Даная — ему восстанавливали подвижность локтя после травмы, из-за которой лапа начала разлагаться.

Плановая реконструкция мордочки

Рада прошла все обследования, сдала анализы, и её допустили к операции на мордочке. Ветеринары решили провести реконструкцию в два этапа: сначала восстановить часть носа, а затем уже брыль.

По словам Анастасии Ващилиной, врача-хирурга ветклиники «Медвет», которая делала Раде вторую часть операции, этапность связана с большим количеством сложностей. Среди них — подбор кожного лоскута с максимальным сохранением кровотока, борьба с раневой инфекцией, что особенно актуально при застарелых ранах и риск осложнений уже после операции.

«Если очень быстро все отрезать и также зашить, а в итоге окажется, что там есть какая-то бактерия, которую мы не победим, сгниет резко все. Поэтому пересаживаются поэтапно, и первая пластика становится базой для второй. Если первый лоскут еще не прижился, а мы уже к нему пришиваем второй, они будут тянуть в разные стороны. Из-за этого повышаются риски расхождения швов. Поэтому с реконструктивными операциями мы делаем всегда по пунктам. У меня были животные, у которых было по пять-шесть этапов», — добавила врач-хирург.

Раде провели пластику носового зеркала с помощью метода аксиального лоскута — взяли собственный участок кожи мордочки с хорошим кровоснабжением, растянули и закрыли им дефект. В этом случае новая часть приживается надежнее, чем при простом пересаживании тканей.

Риск серьёзных осложнений или гибели животного при таких операциях минимален — слишком тщательно всё продумано заранее. Только на планирование под седацией уходит около часа: ветеринары размечают на теле будущие разрезы, делают примерочные лоскуты из плёнки и проверяют, как кожа поведёт себя в движении. Операция начинается только тогда, когда врачи уверены, что и рана, и донорский участок закроются правильно.

После первой операции Раду оставили в стационаре клиники под круглосуточным наблюдением. Ей ежедневно обрабатывали швы и три раза в день промывали нос. Динамика была положительной, поэтому день второй операции настал довольно скоро.

«Я полностью закрыла Раде тканями резцовый ряд спереди, все передние зубки. При этом использовали скользящий лоскут с губы. Также закрыт дефект в области носа. Теперь она может дышать, а ее слизистые не будут пересыхать. Вернулся и облик. Из послеоперационных рисков — расхождение швов и инфекция из-за разлизывания. Уберечь морду от этого, к сожалению, не всегда получается, потому что язык находится совсем рядом. Чувствительности тканей Раде будет достаточно — в течение года это станет полностью зажившей кожей», — рассказала Анастасия Ващилина.

Прогноз по заживлению был хорошим. Через несколько недель Раду должны были привезти на снятие швов и контрольный осмотр — и следующие недели мы внимательно наблюдали за тем, как она восстанавливается.

Контрольный осмотр и новая жизнь

Наконец прошёл этап заживления, и мы с Радой поехали на плановый прием. Наша девочка была рада видеть знакомых врачей. Ветеринары сняли швы и осмотрели результат: ткани зажили хорошо.

У Рады начался новый период в жизни. Она понемногу осваивается среди других наших подопечных в троицком подразделении, набирается сил под чутким присмотром волонтеров.

Сейчас Раде два года, и она ищет дом. Она не боится людей, но ей нужно немного больше времени, чем другим, чтобы расслабиться и довериться — Рада ценит тишину и предсказуемость, любит спокойные прогулки и свою лежанку больше, чем шумные игры. Ей нужен внимательный и терпеливый человек, который не будет торопить её саму привыкать к новой жизни.

Рада здорова, привита, стерилизована, у неё есть ветпаспорт. Если вы готовы стать для неё тем самым терпеливым и внимательным человеком — звоните: +7 (911) 889-11-00.

А если пока не готовы, но хотите помочь — сейчас под опекой «Щенячьего Ангела» больше 800 животных, и у каждого своя история. Почитать о них можно на сайте фонда «Щенячий Ангел».

Рэя нашли в Дагестане ещё щенком с перебитыми передними лапами. Что случилось — сбила машина, ударили или придавило по нелепой случайности — мы так и не узнали. Ясно было одно: малыша нужно срочно спасать.

Обе лапы перебиты, а хвост всё равно виляет

Местные врачи в Дагестане предложили ампутировать обе лапы сразу. Мы решили сначала показать щенка специалистам в Москве и забрали найдёныша под свою опеку.

В клинике «Медвет» его осмотрел хирург Илья Фёдорович Вилковыский. Диагноз был серьёзным: вероятный разрыв нервов плечевого сплетения и полное отсутствие чувствительности в левой лапе. А во время осмотра с Рэя сняли 60 клещей!

Пироплазмоз и маленький шанс

Клещи оставили не только счёт в 60 штук — они заразили Рэя пироплазмозом, опасной кровепаразитарной инфекцией. Сначала пришлось лечить именно её, и лишь через месяц, когда Рэй поборол болезнь, дошла очередь до лапы.

Мы отправились в клинику «Зоостатус» к реабилитологу. Шанс был небольшим: если нерв уцелел хотя бы частично, регулярные занятия и жёсткий ортез могли всё исправить. Рэй взялся за курс физиотерапии с той же готовностью, с какой до этого проходил лечение от инфекции.

Ампутация

К сожалению, улучшений не было. Повторное обследование подтвердило: нерв повреждён необратимо, лапка отмирает. После заключения невролога врачи приняли решение об ампутации.

Операцию провели там же, в «Медвете». Она прошла успешно — а Рэй, едва открыв глаза после наркоза, уже вилял хвостом, будто это не он только что перенес операцию. Через два дня его выписали и перевезли восстанавливаться в подразделение.

Три лапы и никаких комплексов

Реабилитация прошла быстро — во многом благодаря волонтёрам и врачам, которые терпеливо помогали Рэю выстроить новый баланс. Довольно скоро он уже носился на трёх лапах так, будто других вариантов никогда и не существовало.

Когда Рэю исполнилось 8 месяцев, начались поиски семьи.

Долгая дорога домой

Рэя несколько месяцев навещала семья, прежде чем решится забрать его в свой дом — там уже жили три кота и пожилой пёс. С котами Рэй мирно разошёлся по углам в первый же день. А вот со старичком-соседом дружба так и не заладилась.

Рэй, кажется, сам не до конца понял, что случилось — но обратно в приют вернулся уже другим щенком: чуть более взрослым и явно расстроенным.

Позже он съездил на благотворительную выставку-пристройство вместе с нашим подопечным Алтеем — знакомства с новой семьёй не случилось, но внимания и объятий оба хвостика получили сполна.

Рэй сегодня

Сейчас Рэю 4 года. Он всё так же обожает людей: подставляет бок для почесушек любому, кто окажется рядом, и носится по территории с таким азартом, будто участвует в гонках. Три лапы вместо четырёх, совершенно не мешают его активным играм.

Подходящая семья пока не нашлась — но мы продолжаем искать. Если хотите познакомиться лично с этим неунывающем трёхлапиком — приезжайте в приют! Согласовать визит можно по номеру: +7 (911) 889-11-00. А если питомца завести пока не готовы — поделитесь его историей с друзьями: может быть, среди них тот самый человек, которого Рэй ждёт.