Когда-то давно, ещё в 90-е, довелось поработать в уголовном розыске.
ОВД находился в довольно паршивом районе Москвы, где в основном проживали спившиеся или сторчавшиеся семьи бывших лимитчиков - рабочих завода "Серп и молот" и обстановка вокруг была соответствующе-криминогенная.
Начальником ОВД был подполковник Белаев, человек весьма больших габаритов, бывший штангист, руководитель авторитетный и не терпящий возражений. Весил он килограммов так 150, называли его Розовый Слон, за глаза естественно.
Каждый день на территории ОВД совершалось в районе 10-ка преступлений, за которые отдел жёстко имело Управление.
У опера, выезжавшего на место преступления, было 2 варианта действий: повесить преступление (официально зарегистрировать его) - получить за свежий висяк сразу и потом, долго и нудно пытаться его раскрывать, в процессе раскрытия продолжая получать люлей от вышестоящего руководства. Второй вариант был вкуснее: положить преступление под жопу, т.е. спрятать и не регистрировать, параллельно навешав лапши на уши заявителю и другим заинтересованным лицам. Это требовало определенных навыков и смекалки, но в последствии полностью окупало себя. Оперов достигших 86 левела в этом хитром деле, начальство всячески поддерживало и ставило в пример. Не удивительно, что у молодых сотрудников мура, через 1-2 года работы, глаза становились как у проворовавшегося бухгалтера - косые и бегающие по сторонам. Им приходилось постоянного врать людям.
Тем не менее, преступления, которые не удавалось отправить "генералу Корзинкину" приходилось вешать. За каждое из них, на утреннем телефонном селекторе, генерал - начальник Управления жестко имел начальников ОВД, обкладывая их мужскими половыми членами, обещая уволить и отправить в родную деревню пахать на красном тракторе. Начальники ОВД, не хотели на трактор, хватались за сердце и по понижающей жёстко сношали личный состав.
Вот для этого и существовала в ОВД служба участковых инспекторов. Среднестатистический участковый, был существом задроченным, имеющим 100500 обязанностей, главной из которых была не помощь бабушкам и котятам (как бы вы могли подумать), не усмирение домашних алкоголиков-тиранов, а раскрытие мелких уголовных дел, которыми начальство перебивало нераскрытые преступления.
Каждый месяц, участковый должен был найти и раскрыть одно уголовное дело, неважно какое и где: мелкая кража, хулиганка, неуплата алиментов и т.д. В общей статистике эти раскрытия шли в противовес тяжелым нераскрытым преступлениям, и ОВД выглядел в шоколаде.
Если участковый забивал на это болт, то все кары небесные падали на его фуражку. Если же раскрывал - начальство на месяц отваливало и позволяло заниматься своими делами.
Участковые не были мазохистами от рождения - такая работа запростохрен никому не нужна. Они работали за квартиру. Служебную квартиру в итоге получали далеко не все, но тем не менее, терпеливо ждали и надеялись.
С этим периодом моей жизни, связано множество историй - грустных, весёлых и странных. Напишу, для начала, пару строк про участкового.
Старлей Юрка Керешов, к своим 30 годам успел повидать жизнь и поболтаться по миру. Пару лет отработал в Берлине таксистом, в перестройку занимался кооперативной деятельностью, чем то фарцевал, но в итоге осел в ментовке, как и другие участковые - за квартиру. Был он смешливым человеком невысокого роста, плотненьким и кругленьким. К указаниям руководства относился со здоровым похуизмом, виртуозно выкручиваясь из под карающего меча, при этом, умудряясь посмеиваться над вышестоящим начальством.
На его участке жила бабка. Бабка как бабка, но ипанутая на всю голову так, что жарко было всем. Бабка видела иноземные формы жизни. Крышу её дома постоянно посещали летающие объекты гуманоидных рас. ЛГБТшные инопланетяне нахально тырили у неё пенсию, спрятанную на полке с бабкиными трусами, жужжали двигателями своих НЛО под окнами, а из их антенн исходили мощные магнитные излучения.
Когда пенсии не было, из бабкиных розеток валил зеленый дым - таким образом, подлые мстили пожилой женщине за неуплату. На учёте у психиатра она не состояла, а значит, де-юре была здорова.
Бабка писала. Писала непрерывно, во все инстанции: в местную ментовку, в управление ГУВД, в Управу района, в Мэрию, Президенту, в ФСБ и Спортлото. Все указанные организации, спускали бабкины заявления "по территориальности" обратно - в родную помойку - ментовку. А там их получал "к исполнению" Юра Керешов.
В одно весьма прекрасное утро, Юрка получил из ФСБ очередное заявление, в котором бабка взывала к помощи спецслужб, угрожая, что если ФСБшники не помогут - она начнёт действовать сама, и тогда ФСБ расплодившее гадкую инопланетную заразу вздрогнет по взрослому.
ФСБ спустило к нам бабкину заяву с издевательской резолюцией "просим проверить факты изложенные в заявлении и принять меры".
Керешов это так оставить не мог. Он метнулся к бабке, опросил её и задокументировав мемуары на официальный бланк, захреначил заяву обратно в ФСБ.
С сопроводительным документом:
"Факты изложенные в заявлении, частично подтвердились. Необходим выезд ГРУППЫ УФОЛОГОВ. Начальник ОВД подполковник Белаев А.М."
При этом ловкий Юра, подсунул сопроводиловку подполковнику, которую тот подмахнул, как часто бывало, не глядя.
Заявление полетело обратно в ФСБ.
Через две недели состоялся закономерный финал этой истории. Подполковнику Белаеву по телефону позвонил ФСБшный генерал и вежливо поинтересовался: не слишком ли долго, тот занимает своё кресло?
При этом, ни хрена не въезжающий в ситуацию подполковник Белаев, в ходе разговора, менял свой природный розовый цвет лица на белый и зелёный. Через некоторое время, отдел вздрогнул от мощного рёва, раздавшегося из его кабинета:
КЕРЕШОООООООВВВВ, Б***Ь!!!!!
Вечером шефа увезли на скорой помощи, с сердечным приступом. А участкового Керешова даже не наказали. Подполковник Белаев вскоре слетел с должности по другой фигне. А Керешов получил хату и уволился из ментовки.
Впоследствии, насколько мне известно, он открыл в Москве свой ломбард.
Бабку вскоре увезла машина скорой помощи и больше её никто не видел. Соседи поговаривали, что не обошлось без мстительных гуманоидов.
