Brissenden

В аду - аврал. Кипит работа,
бедняг-чертей бросает в жар:
Заклинил наглухо ворота
Егор Тимурович Гайдар.
То изнутри его толкают,
А то снаружи тычут в зад,
Шампунем, маслом поливают,
Ан - не вперед и не назад!
Сам Сатана примчался в спешке,
Налег плечом - увы, никак.
Кричит:
- Да где же этот грешник
Отъел себе такой пердак?!
Дежурный чёрт спешит с докладом:
- Где-где - в России!
Он один семь миллионов мором-гладом
Извел народу, Господин.
Считай, он сам их всех и слопал,
так и не диво, что широк.
Кольнуть его трезубцем в жопу?
- А если лопнет?
- Не дай Бог!
Меж тем из душ новоприбывших
(А их немало собралось)
Выходит эдакий парнишка:
Большие руки, мощный торс,
На прессе кубики бугрятся,
И дельтовидные - вполне.
Он, и не думая стесняться,
Подходит прямо к Сатане
И говорит ему:
- Послушай, не надорвать бы вам пупки.
Дозволь-ка мне по этой туше
Слегка въеать с одной руки?
Рассвирепел Владыка ада:
- Презренный смертный, ты нахал!
Да что ты можешь?
- Было надо - рукой автобусы тягал.
- Ну, что ж, попробуй. За работу,
Когда осилишь ты её,
Клянусь, не пожалею квоты -
Поедешь в райской житье!
А не осилишь - твою душу
Велю швырнуть в кипящий кал.
Но парень черта не дослушал,
Шагнул к Гайдару - и въеал.
Ударил сноп говна и пара!
И, испуская жуткий рёв,
Душа товарища Гайдара
Умчалась в сторону котлов.
Аплодисменты! Поздравленья!
А Сатане уже несут
Бланк по УДО освобожденья
И апелляшку в Страшный Суд.
- Сдержал свое ты, смертный, слово.
Сдержу и я. Кого писать?
- Ну что ж, пиши - Турчинский, Вова.
А Трахтенбергу - не въе*ать?
- Да ладно, успокойся, парень -
Бери манатки, топай в рай.
Мы сами этих двух попарим,
А ты - со Штирлицем бухай!