Agrippina.Zimina

Звали боксёра Урдвелл фон Штайн, или попросту Урдик. Много лет спустя сестра призналась: она долго подозревала, что выбрала породу неправильно и боксёры — не очень-то умные собаки. Но когда Урду исполнилось пять лет, рядом с ней оказался благородный, преданный, умнейший защитник и покровитель. Сначала сестра с трудом, но всё же справлялась с этой активной и ловкой собакой. Даже если щенок оставался закрытым в абсолютно пустом коридоре, где, казалось бы, нечего грызть, занятия всё равно находились. Каждый раз это был сюрприз. Однажды сестра ушла на работу (а она в то время очень много вкалывала), оставив собаку в пустом коридоре. Только в углу стоял тяжелый рулон толстого линолеума для прихожей — неподъемный, метра полтора-два высотой, источающий противный химический запах. Когда вечером усталая сестра вернулась домой, её ждала невероятная картина: рулон был аккуратно расстелен на полу. Объяснить факт того, как собака о четырех лапах смогла развернуть эту махину и перфорировать толстенный пятимиллиметровый материал по всему периметру, до последнего сантиметра, было невозможно. Апогея ситуация достигла, когда в квартире появилась кошка Муська. Начало её жизни было трагическим: к дверям собаководства подбросили коробку с крошечным котенком размером с ладошку. Он тут же отправился к сестре — она просто не могла отказать. Это оказалась кошечка, начисто лишенная хвоста (как сказала моя продвинутая сестра — «бобтейл»). Трехцветная — что должно приносить счастье хозяину, но в реальности приносило его только самой Муське. Она была прыгучая, весила килограмма полтора и обладала замашками провокатора. Сестра и не подозревала, что между кошкой и собакой возникнет преступный сговор. Однажды она захлопнула дверь, уходя на работу, но вспомнила про забытый кошелек. Тихонько вернулась и увидела в комнате следующее: перед высокой двухметровой стенкой лежал Урдик с выражением напряженного внимания на умной морде. А на самой стенке Муська тщательно готовила преступление. Там стояла машинка «Ундервуд» — тяжелый антиквариат, убранный с глаз долой. Муська понимала: Урдик до неё не допрыгнет, а сама она слишком слаба, чтобы просто столкнуть её лапкой. И она использовала свое тело как рычаг: уперлась спиной в «Ундервуд», а лапами в стену и по миллиметру сдвигала огромный агрегат к краю шкафа. Еще пятнадцать минут таких усилий — и на наивную собаку, лишенную глазомера, рухнуло бы десять килограммов металла. Сестра вскрикнула: «Боже, караул, убьешь собаку!». Реакция была как в замедленной съемке: Муська замерла, а Урдик с неописуемым удивлением воззрился на хозяйку. Хитрая кошка немедленно соскочила вниз с видом «меня тут вообще нет» и стала тереться о ноги. Была прощена, но «Ундервуд» задвинули подальше. Второй вопиющий случай произошел через несколько дней. Сестра купила Шапку — с большой буквы. Каждая женщина знает, как сложно найти шапку, которая подчеркивает достоинства. Эта была из соболя — мечта, инвестиция и эстеческое счастье. Хранилась она на почетном месте: на вазе, стоявшей на телевизоре, который в свою очередь стоял на высокой полке. Сестра возвращалась домой в прекрасном настроении: купила игрушку, печеночный паштет для Муськи и мелочи для себя. Но в квартире стояла подозрительная тишина. Ни одного зверя на горизонте — верный признак беды. Сестра вошла в комнату, и слезы хлынули из глаз: всё пространство было заполнено мельчайшими кусочками меха. Шапка была кощунственно сброшена с пьедестала организатором-Муськой и разобрана на «доатомарные» детали Урдиком. Судьба Муськи была решена. Она должна была переехать ко мне. Для чего еще нужна старшая сестра, как не для спасения в критические моменты? И я с этим согласна.