Привет, я Noado и я пишу авторские посты о мотоциклах.

На дворе 2026й год, июль. Погода выбирается из небольшого провала по температуре, резко набирая градусы, а я — выбираюсь в субботу из дома, пропустив 2 недели из-за топливного кризиса. Моего бака хватит на 500 километров загородных дорог без магистралей, а вот с компанией беда — китайские COMBAT с баком в 11 литров и расходом 5+.. 150 км хода и пора уже искать заправку. Так что сегодня наша цель — окрестности Серпухова.

Но начнём мы с последнего упоминания актуалочки — вот такая туча нас встретила на выезде из города. Да, это пожар в Ногинске, а мы около МКАД и за ближайшие десяток километров температура ныряет с нейтральных 22 до впечатляющих 17 градусов, и обратно. На Симферопольском шоссе хватает заправок и большая часть из них — работают. Спутнице актуальны такие наблюдения с её Комбатом, ведь её мотоцикл стабильно едет не выше 100 и расход при этом уже 5,5 литров. Так что, прокатившись до самого Серпухова, первым делом посещаем старый вокзал и смотровую ротонду ( 54.883713, 37.427005 ).

Это здание конца XIX (по другим источникам — начала XX) века и находится оно не у платформы. Это несколько запутанная история, но, как мне кажется, основная причина это постройка нового моста. Вокзал изначально строился на берегу реки, чтобы пассажиры могли легко пересесть на речной транспорт. Позже ветка была продлена интересным двухуровневым мостом по проекту А. Струве — двухуровневым и на каменных опорах, выполненных уголками для ледокола и направления сплавляемых брёвен. Но время шло, был выстроен новый железнодорожный мост, новый автомобильный мост (М2 пересекает Оку чуть ниже по течению) и старый мост какое-то время был только пешеходным, но после — был полностью разобран, а станция «Серпухов» находится раньше, в новом городе, с многоэтажками и торговыми центрами, в то время как «Ока» теперь — второстепенная платформа с вокзалом не у путей. Такой вот казус.

Попутно заглядываем на пляж, солнышко-то жарит основательно. На пляже оживлённо, почти никто не купается в реке, зато хватает загорающих, машин с лодками на прицепах, есть даже парочка сапов.

Едем поесть, на длинном светофоре фотографируя местный мурал. Улица «Центральная» нами была единогласно переименована в «Многолежачную», пока от пляжа до улицы Ворошилова поднимались — то ли 10 то ли 11 лежаков переехали, уж больно любит Подмосковье это дело.

Выбегаем за город, но недалече. Мы — на «Серпуховском ярусе» ( 54.895616, 37.450717 ). Что такое ярус понять в общем-то несложно, это «этаж», срез времени в виде слоя горных пород, обнажившихся обычно из-за того, что было ровно, а со временем появился крутой склон и кусок породы срезало достаточно глубоко. Мы же стоим ногами на какой-то свалке бетонных обломков и это — не Серпуховский ярус. Сам он — левее, а нам нужно попасть вон на ту дорожку внизу. Сделать это можно через посёлок или по квадроследам через лесок. Основательно всё обнюхав, оказываемся на месте. Если же вы не планируете бездорожье, то с дороги сворачиваете во второй, изгибающийся, проезд. Оставляете транспорт на развороте и идёте по квадро-пешеходной тропе к хвойный лесок, держитесь правой стороны, вдоль обрыва. Ближе к концу леска будут две пешеходных тропы вниз. Это самый простой путь.

А мы поехали на мотоциклах. Солнце жарит немилосердно, пускай дорога и сухая, но каменное плато есть только на фото, предыдущий участок преодолевался с боем с колеями, где то в одной лужа, то другая слишком глубокая, то в третьей грязь.

За это мы получаем срез пород, образовавшихся около 325–330 миллионов лет назад. Сейчас в Серпухове есть Серпуховские Мальдивы и Серпуховские Гавайи, но тогда тут плескалось настоящее море, на дне которого было то, что обычно в море и бывает: ракушки, ил, песок. Всё это теперь пласты известняка и глины, такой себе торт-медовик метров пять высотой.

Это не первый ярус, который я посещаю, мы уже были в «Стратотип Гжельского яруса каменноугольной системы» во время поездки в Гжель. Там было побольше уцелевших следов живых существ, тут — скорее разные каменюки.

На обратном пути решаем всё же проехать чуть иначе, до могилы Венгерский военнопленным. Необычное место для такого памятника ( 54.895463, 37.452473 ).

Физкультурные упражнения в +27 в экипировке, рассчитанной на +20, нас слегка подкосили. Поэтому поездку в Приокско-Террасный заповедник ( 54.910905, 37.570499 ) я вынужден оценить негативно. К зубрам нас не пустили — только в составе экскурсий, который проходят до 16 часов, а в 15:38 мы только у памятника были. По плану билеты должны продаваться в белом здании, но белое здание мы не нашли, куда билеты — тоже не поняли. Указателей мало, куда идти — непонятно. Попытались сделать круг — вышли к парковке с обратной стороны забора и запертой калитке. В чём смысл её запирать если у вас посетители плутают по территории и могут её с обоих сторон посмотреть? Непонятно. Музей природы? Нашли такие указатели, дошли по ним до самой двери, где обнаружили, что музей на ремонте. Может вам повезёт больше, но в точке, помеченной на карте как «зоопарк» мы увидели ноль животных.

Основное достижение — я вешу пять зубрят, Аня Smile весит три зубрёнка. Ну и кукурузу купили, да. Бездарная организация.

Следующей точкой планировалась разведка известного мне карьера под Чеховым, отличающегося малой посещаемостью в силу сложного расположения.. но мы туда не доехали, потому что увидели самолётик! Это аэродром Волосово ( 55.067062, 37.454248 ) и прыжки с парашютом.

Территория не закрыта, я тут уже бывал, поэтому с уверенным видом идём на трибуны, располагаемся, прожариваемся, ждём новую порцию парашютистов.

Впечатления от самолёта странные. Если вы наблюдали, как взлетают обычные пассажирские самолёты в аэропорту, вы знаете, что разгон они берут большой и после отрыва достаточно быстро набирают высоту. Ан-2 же ощущается этаким трактором от самолётостроения. Летит с какой-то абсурдно низкой скоростью, но и высоту набирает медленно, делая под десять кругов над полем.

Закончив осмотр, возвращаемся к мотоциклам, получив случайную похвалу от других посетителей. Видимо, они перепутали мотоциклистов с парашютистами, мы тоже со шлемами и в «необычной» одежде. Обратный путь прошёл легко, запаса бензина хватило, чтобы заехать не на первую же заправку с бензином и огромной очередью, а на третью, с очередью более чем скромной.

Что сказать об этой поездке? Если много лет катаешься за город, кажется, что всё уже посмотрено и новое найти — сложно. Такой формат поездки «доедем а там поищем» для меня непривычен, но я не могу назвать его плохим. Кажется, что мы посмотрели-то всего ничего, но шутка в том, что мы катались весь день, видели интересное, выбирали делать то, что хотим сами. Так какая тогда разница, сколько точек охвачено?

Послесловие

У меня есть ТГ-канал с анонсами, новостями и краткими очерками, которые не всегда публикуются на Пикабу, его дублирует ВК. Спасибо всем, кто поддерживает посты донатом.

Она упала с высоты около четырёх тысяч четырёхсот метров, почти без торможения, со скоростью примерно тридцать шесть метров в секунду. Основной парашют не раскрылся, запасной вошёл в вращение и потерял форму. При таком ударе обычно не выживают: переломы множества костей, тяжёлые повреждения внутренних органов, остановка дыхания.

Но в сентябре 1999 года сорокасемилетняя Джоан Мюррей, банковская сотрудница из Шарлотты, осталась жива — и это до сих пор вызывает недоумение даже у врачей, которые её спасали.

До прыжка у неё было чуть больше тридцати успешных выходов в воздух; этот должен был стать очередным тренировочным. Она поднялась на высоту около четырнадцати с половиной тысяч футов, вышла из самолёта, и всё шло как обычно, пока купол основного парашюта не отказал. Запасной удалось задействовать лишь на небольшой высоте, но он быстро запутался и перестал работать. Падение продолжилось почти свободно, и приземление оказалось разрушительным: переломы руки, ноги, таза, рёбер, челюсти, множественные повреждения позвоночника, серьёзные травмы внутренних органов. По медицинской логике она должна была умереть в первые минуты.

По некоторым данным, поверхность, на которую она упала, была достаточно рыхлой, чтобы частично смягчить удар. Но решающим фактором стало другое: многочисленные укусы огненных муравьёв вызвали резкий выброс адреналина, который помог сердцу удержать ритм. Врачи позже говорили, что именно этот неожиданный гормональный толчок дал организму шанс пережить первые критические минуты. Скорую доставили быстро — точное время в разных источниках расходится, но речь идёт о десятках минут, а не часах. В больнице Джоан ввели в искусственную кому, провели около двадцати реконструктивных операций и семнадцать переливаний крови. Кома длилась примерно две недели.

Восстановление заняло годы. Она заново училась двигаться, переносить боль, возвращать контроль над телом. И всё же в 2001 году, по подтверждённым сообщениям прессы, Джоан снова совершила прыжок с парашютом. Позже она ещё несколько раз поднималась в небо, объясняя своё решение просто: страх не должен отнимать то, что тебе дорого. Это была не бравада, а спокойная попытка вернуть себе жизнь, которая однажды почти оборвалась.

По данным некролога похоронного дома Wilmington Cares, Джоан Мюррей умерла 23 мая 2022 года после длительной борьбы с раком. В некоторых пересказах встречается 2023 год, но более надёжным выглядит именно датированный некролог. Так или иначе, её путь завершился дома, рядом с близкими, а в памяти осталась история о том, как человек пережил падение, которое считалось несовместимым с жизнью, и сумел вернуться к обычным будням, не превращая свою судьбу в легенду.

ОБО МНЕ: Фотограф, видеограф, турист, путешественник. Живу поездками и сопровождаю группы туристов. Снимаю кино, которое потом видят три страны в своих телевизорах. Мои фильмы: https://rutube.ru/video/e63d90eefb3a1a18cfaadab9de5ec571/