Величие шоколада и великий манипулятор

Последнее время мистер Поттер размышлял о довольно интересных вещах. Да, и крайне интересных, и довольно перспективных. Применительно к одному ушастому вредителю.

Раз удалось хорошо поиграть, то, отдышавшись, и похвалив подругу за успешную игру… Раз она очень любит такие похвалы… можно и проверить некоторые соображения. Тем более что Гермиона всегда рада поговорить с Добби, узнавая от него разные новости, пусть и отражённые головой домовика. И какие-то вещи об эльфийских обычаях тоже рада узнать, которые довольно интересны и самому Гарри. Поэтому, появись, Добби, если можешь!

– Добби рад служить великому герою!

– Слушай, Добби, а как ты относишься к шоколаду?

– О, Добби преклоняется перед величием шоколада как особо ароматного продукта! Но знает только аромат, а не вкус. Всем домовикам запрещено есть шоколад, под страхом магического отката! Так же как и грызть миндаль…

Если эльф нарушит табу, его настигнет жидкое покарание. И он немедленно опростается, прямо на кухне, к великому позору всей общины. Тогда его посадят в самый грязный котёл, и каждый должен будет ударить его поварёшкой, два раза! И алюминиевым молотком для отбивания мяса, один раз.

А главный эльф-повар, его старший помощник и средний помощник добавят от себя скалками, по вкусу. А вкусы у них жёсткие! И это только за порчу пола и воздуха! Потом будет наказание за воровство шоколада, оно двойное против наказания за жидкое на пол.

При этом главный повар должен будет наказывать, пока не устанет. Наш главный повар – очень выносливый, и любит наказывать, прямо как иные неправильные волшебники…

Ничтожный Добби позволил себе жаловаться на эльфийские порядки и отвлекать величайшего из освободителей! Добби… отрежет себе мизинец левой руки тупым ножом и отдаст великому Гарри Поттеру! Всё равно он отрастёт уже через две недели!

– Пожалуй, это лишнее, Добби. У героических мальчиков вполне достаточно мизинцев… Ведь ты не жаловался, а просто рассказывал нам о порядках эльфийской общины, справедливых и суровых. Ведь так, Гарри?

– Именно так. И нам с Гермионой было интересно узнать об этих порядках. Потому что мы, в отличие от менее великих колдунов и ведьм, интересуемся жизнью волшебных народов. Потому что все мы дети Мать-и-Магии, и не забываем об этом! Так… Суровые у вас, я вижу, нравы, суровые, и жёсткие тоже…

Мы, конечно, не будем вмешиваться в эльфийские порядки. Но мы можем тебе дать магический совет, поскольку Добби нам, великим и мудрым, в чём-то и симпатичен. Потому что хорошо выполняет наши просьбы. И мы можем тебе рассказать, как исполнительный и верный домовик всё же сможет пробовать шоколад, понемногу…

– Ничтожный Добби не может поверить в такое чудо! Потому что очень ничтожный… И человеко-безобразный!

– Тебе придётся это сделать, мой верный Добби. Если домовик зарабатывает себе шоколад хорошим исполнением приказов великих волшебников, он может его есть, понемногу. И становиться человекообразным, постепенно…

Слушай меня внимательно, низший эльф Добби. Магия запрещает есть шоколад, так? То есть откусывать кусок, потом его жевать, а затем глотать и чувствовать, что мир стал немножко лучше, так?

– Великий мальчик Гарри Поттер совершенно правильно толкует эльфийское шоколадное табу. Другие сладости, впрочем, тоже нельзя кусать, жевать и глотать. Даже драже, которым волшебные дети часто стреляют друг в друга из трубочек, нельзя.

Так больно убирать драже! Добби даже страдает от этого, ведь он чувствительный эльф и в последнее время даже позволяет себе размышлять о несовершенстве (красивое слово!) мира…

– Так вот, Добби. Слушай великий секрет из моих уст и не говори, что не слышал. Другим эльфам доверять его не стоит, Мать-и-Магия может быть против. Но раз ты, в будущем, станешь моим слугой, ты достоин за свои усилия, которые я ценю, пробовать шоколад. Исключительно ради очеловечивания.

Потому что если радоваться только от работы, ты так и умрёшь эльфом, что неплохо, поскольку эльфы – знатные работяги и долгожители. Но если ты будешь получать радость от поеда… пробования шоколада, то это уже человеческая черта, очень хорошая! Ты понял?

– Добби станет человекообразнее?

– Да, и довольно заметно, я полагаю. Так вот. Ты не кусаешь, и не жуёшь, потому что нельзя. А мы чтим табу! Но ты пальцами отламываешь кусок шоколада, или любой сладости, что ненаказуемо. Потом отломанное кладёшь в рот, что также разрешено. А потом начинаешь, с помощью слюны, растворять сладкое во рту. Путём постепенного рассасывания.

И тогда во рту у тебя накапливается сладкая и вкуснейшая слюна. И ты можешь её постепенно глотать, понемножку. Потому что жидкое пьют, а не едят, понял? Это, во-первых.

А во-вторых… Шоколад, смешанный с твоей слюной, становится, частично, частью самого Добби. И спокойно проглатывается, со всем максимальным удовольствием. Ты легко научишься рассасывать шоколад во рту, мой смышлёный Добби. И глотать его в жидком виде, что не запрещает магия. Если, конечно, у домовиков есть слюнные железы и, соответственно, слюна…

– У домовиков нет железа, но полно слюны, о величайший из мудрейших толкователей эльфийских законов! Мы умеем плевать, в ладошку, это ненаказуемо, а также умеем захлёбываться слюной, когда сильно проголодаемся. Здесь мы очень похожи на людей… Добби не обидел юных магов таким смелым сравнением?

Тут нашлось что сказать и у мисс Грейнджер.

– Что ты, конечно, нет! Я добавлю кое-что к тому, что мудро сказал Гарри. Поскольку законы домовых эльфов старинные, в них нет запрета на поглощение сладких напитков, изобретённых позднее. Будешь хорошо служить великому, и я научу тебя варить какао, по вкусу.

Это как шоколад, только жидкий и горячий. Я считаю, это ускорит твоё очеловечивание, Добби. Особенно если ты будешь читать книги, а также грамотно писать и быстро считать!

– Добби будет рад служить обретённой ведьме, сильной и доброй, чтобы пограмотеть! Она достойная подруга величайшего из…

– О, за «обретённую» ты много получишь, доброжелательный и проницательный низший эльф. Я в долгу у домовика, неожиданно. Двух слов иногда не свяжет, а главное сказал, не ожидала… Пустячок, а приятно!

– Что, Добби? Ты явно чего-то хочешь сказать, но боишься, так?

– О, великий герой так проницателен… Ничтожный Добби очень боится гнева магии. Вдруг он будет покаран жидким наказанием и за рассасывание? Ведь пути магии неисповедимы, Добби подслушал такое слово и оно показалось ему очень красивым…

Добби очень хочет верить великому герою, но всё-таки боится… Боится испортить воздух, пол и настроение добрых волшебников!

– Добби вправе сомневаться, это очень по-человечески. Ты на верном пути, Добби! А сомнения маги проверяют, ставя эксперимент. Гермиона, пожертвуешь кусочком плитки?

– Она последняя, и с орешками, но ради науки… не вопрос! Вот, держи квадратик, Добби… Да, можешь понюхать, наслаждаться ароматом шоколада – это совершенно точный путь к очеловечиванию. Гарри объяснит тебе, как можно проверить саму Мать-и-Магию, Мерлиновым попущением да Морганы желанием…

– Да, нюхай ещё, Добби, нам приятно, что ты получаешь удовольствие за свою верность и службу. А теперь отломи половинку от квадратика. И аппарируй в туалет, а там сделай, как учили.

Ты же запомнил? Вот и действуй, как я сказал. То есть рассасывай слюной и понемногу глотай, очень маленькими порциями. Ступай. Потом доложишь результат эксперимента…

***

…О, у Добби всё получилось! Он рассосал целую половинку квадратика, и долго ждал, опасаясь, но ему ничего не было. А потом медленно проглотил и чуть не лишился чувств… от восторга чувств!

Его жизнь изменилась к лучшему! Добби познал величие шоколада по-настоящему – сначала осязал в руках и вынюхивал, а потом держал во рту, растворяя слюной, что было прекрасно, как ничто! И, наконец, ничтожный низший эльф, юный и некрасивый, осмелился проглотить шоколад, в жидком виде!

И Добби не покарали высшие силы, потому что великий освободитель так сказал! Шоколад, смешанный с Добби, зашёл в Добби, и не вышел! Добби в полном восторге, он хочет плакать от счастья…

Хотя домовикам это не рекомендуется уставом кухонной и уборочно-оттирательной службы… Добби должен вернуть вторую половинку квадратика, раз эксперимент закончился?

– Нет, Добби, не нужно возвращать. Ты прекрасно провёл эксперимент, не обгадился, ха-ха-ха-ха! Поэтому ты можешь вознаградить себя второй половинкой. Попробуй её рассасывать прямо здесь… Ты чего ревёшь?

– Добб-би-би п-плачет от рад-дости, о великий повелитель шоколада и м-магических смыслов! Добби очеловечивается и х-хочет поплакать ещё, от радости, потому что ранимый… Добби имеет п-п-право?

– Конечно, Добби. Поплачь сколько хочешь, коли ранимый. А потом приступай к рассасыванию. И помни, что если служишь Гарри Поттеру, толкователю смыслов, верно ты сказал, да…

И одному, э-э-э… из иерархов тонких сущностей, я сказал… то имеешь право получать награды, вплоть до шоколадных… Да, Добби, глубоко вдыхай запах шоколада, всей грудью, ведь это шоколад мудрейшей из девочек, которая пожертвовала его тебе!

Во имя науки и, э-э, как говорит мудрейшая, прикладного манипулирования… Надеясь, кстати, на то, что ты первым из эльфов пойдёшь путём очеловечивания. И я тебя тоже поддержу на этом непростом пути, не будь я сам Гарри Поттер, победитель магических тварей и борец с неправильными Малфоями!

Подставляй лысинку, сейчас тебе волшебства добавлю, прямо на чудо-шоколад, носи на здоровье!

***

– Гарри, это высокий класс манипулирования, высочайший! Портреты директоров Хогвартса аплодируют тебе, хотя и сидя. Ты удивил не только Добби!

– Ну, получается кое-что… иногда, я же с Дурслями живу, я же в школу ту хожу, удивляюсь, не брежу… Да и ты с обещанием какао впечатлила нашего ушастика, он новый комплимент сказал, который не комплимент, а верное наблюдение!

– Это про обретённую? Да, приятно было услышать, необыкновенно. Добби неглуп и развивается на глазах, под нашим влиянием. Следит, охраняет, подслушивает волшебных дитятей, потом толково пересказывает, да, два раза было толково…

И как может, тоже пересказывает. О, я буду давать ему книжки, сначала для малышей. Это эксперимент!

– Я участвую, Гермиона! Кстати, о миндальных орехах. Если их не грызть, а поедать в виде муки, во всяких там пирожных, то магия же не будет против?

– Ты действительно велик и повелеваешь тонкими сущностями, героический Гарри Поттер!

– Да, я помню, ты ещё в подземельях про моё величие говорила, только без сущностей… Но я же расту, прямо как Добби! А ты высоко котируешься у эльфов, в почётном статусе обретённой! Я про такой у современниц и не слышал, явно ведь редкость, правда?

– Только у одного котируюсь, и тот чуток того… Впрочем, он как раз, может быть, и поумней остальных, раз любопытный. Мы ведь с другими не сравнивали, у Малфоя же эльфа для опытов не допросишься, всё себе, всё себе, вплоть до прибивания, и кипятком ещё… Жадина этой Малфой, и садист, в придачу!

Хотя трудно Добби расспрашивать, даже мне. Потому что любимый ответ: Добби так чувствует, у Добби это картинкой в голове, Добби что-то толкает или ведёт, Добби очень хочет и тогда получается очень хорошо и быстро, особенно аппарировать. Добби любит прыгать по Хогвартсу, когда хорошее настроение, или плохо спится после свежей поварёшки...

Гарри утвердительно кивнул. Да, этот домовик очень любопытный, хотя и простодушный. И, возможно, действительно очень преданный, раз настолько любит об этом говорить. А это не так сложно проверить, какими-нибудь несколькими новыми экспериментами...

*** 

– Добби, в Хогвартсе возникла небольшая проблема. Слизеринцы не хотят изучать магических созданий, из чувства презрения. А, между тем, разве может быть их образование полноценным без знаний о домовиках?…

Правильно мыслишь, Добби! Поэтому начни с простого. Собери образцы кала мужских и женских эльфийских особей, в твёрдом и жидком виде… Сможешь найти жидкий образец, Добби?

– Это непросто, эльфы обычно жидко не ходят, если не наказаны магией, но Добби постарается… Старшие эльфы говорят, что если съесть шоколада, даже немного, то магия накажет, потому что вкушать шоколад – табу.

И тогда из эльфа выйдет тоже коричневое, но с противоположным вкусом и запахом, и вроде бы в жидком виде, но Добби точно не знает, потому что не видел. Добби проверит в безопасном месте и получит запрещённое удовольствие от шоколада! За это он легко обделается, хоть два раза…

…Добби рассказал домовым эльфам про искусство рассасывания сладостей, нешоколадных, чтобы не шокировать (красивое слово!). И его многие поддержали, особенно из молодёжи и женской части. А старшие обзывали порченым и хотели наказать, в три поварёшки и один молоток для отбивания антрекотов, то есть довольно серьёзно…

Но женские эльфы пожалели Добби и спрятали его в котле, где раньше готовился шоколадный крем, и который ещё не отмывали. Добби отчистил котёл изнутри, чередуя рассасывание с проглатыванием кусочков.

И вскоре убедился, что от избытка шоколада из Добби выходит полужидкое. Добби съел не так много, чтобы было жидким, как заказывали великие, потому что стеснялся. И был наказан магией совсем несильно, и всё спрятал в баночку… Добби виноват?

– Что ты, Добби, полужидкое почти так же интересно! Для слизеринцев. Ведь они точно такого не видели! Ты только Пивзу поручи доставку образцов на стол Слизерина, перед десертом. Чтобы наблюдали разницу между продуктами одного цвета – шоколадом и его противоположностью.

Это называется диалектика, Добби! Да, ещё нужна таблица – сколько жидких и твёрдых отходов выходит из эльфа, в расчёте на единицу еды. По сравнению с волшебниками, которые со Слизерина. Это будет уже настоящий научный труд, а он особенно очеловечивает, учти.

Да, примером волшебника сделай мистера Малфоя. Он немножко тщеславный, ему будет приятно, что именно его отходы послужили образцом для сравнения. И обязательно укажи на бумажке с графиком, что кал мистера Малфоя гораздо лучше, чем у домовиков. И, после высушивания с измельчением, мог бы служить отличной приправой к праздничным трапезам навозных жуков.

Так, я слышал, что зайцы, бывает, свой помёт едят, когда в организме некоторых элементов не хватает… Поэтому, Добби, попробуй вычислить разовую дозу измельчённого вторичного продукта, который сам Малфой мог бы употребить без вреда для здоровья. И человеческого продукта, и от Добби продукта.

Я навскидку тебе подскажу, что около половины выдавленного из тебя за раз мистер бывший мог бы получать обратно, да. И не только без вреда, но даже с пользой. Ведь в Малфое определённо чего-то не хватает, каких-то важных элементов, начиная с совести. И чувства самосохранения ещё.

Конечно, вычисления могут быть и очень приблизительны, чтобы быстрее и проще. И не бойся ошибок, друг Добби, ни в коем случае! Главное, хвалить кал наследника, чтобы ему было приятно. Мы же хотим подружиться с мистером Малфоем, этим очень неуживчивым магом?

Во-о-от! И потом обведи полученные сведения рамочкой, чтобы хорошо было видно. И фамилию Малфоя крупно и жирно... А я с Пивзом договорюсь, будто это он эксперимент ставил, как бывший лекарь, дошекспировских времён. Это важный эксперимент, я так считаю, и ты тоже так считай!

– Добби попросит старших посчитать, потому что они что-то такое ведут, особенно про расход ценной еды. И эльфы не стесняются своих отправлений, как это делают волшебники, и спокойно такое обсуждают. Добби постарается узнать настоящие отличия эльфов и магов, а результат покажет великому освободителю.

А потом передаст Пивзу. Полтергейст справится с курощением вредных учеников, потому что особенно вредный! Он хорошо сможет посмеяться над Малфоем и слугами!

Успехи ботаника и заучки

– Вот ведь бессмысленная картинка, – в сердцах высказался Рон, обсуждая нового привратника взамен дезертировавшей, после ужасных повреждений со стороны Сириуса Блэка, Толстой Дамы. – Подлый трус да подлый трус какой-то, когда никто не трусит и жестянку эту, крикливую, не трогает. Орёт как заведённый, и почти одно и то же. Ведь бессмыслица же!

– Отнюдь не бессмыслица, если такой пароль, нет. С его точки зрения, подлый трус – просто лишённый храбрости простолюдин, и всё, – отчеканила Гермиона. – На языке сэра Кэдогана это должно означать, что здесь маловато аристократов. Он такой средневековый, этот Кэдоган…

Сзади послышался издевательский хохоток. Опять Малфой, опять подкрался…

– Твоя нечистокровная подружка, как ни странно, права! Эта подлая Грейнджер…

– Что ты сказал, кусок ..?

– Чистую правду, которая так легко выговаривается, если б вы знали, да куда там! Чтобы простолюдины представляли это удовольствие… они должны быть аристократами. Вот так! Какие же вы непросвещённые и жалкие… Ничтожество – вам имя!

Подлый – это простолюдин, а для таких сэров, как Кэдоган, или я, обычное определение, не более. А если ругательство, то исключительно по мнению низших классов, обладателей грубых ушей и маленьких мозгов. Высшие этим словом вообще разговаривают, помечая недостойных. Ибо…

– Ибо, ибо… рак и рыба! Мерзкий ты, Малфой, и словечки твои мерзкие. Потому что это логический вывод, я учил! И гнусный ты тоже, и всё что от тебя исходит – гнусь и мразь! Жопа ты с ручкой, Малфой, говорящая, и охрана у тебя такая же!

Малфой, шипя про невежу-предателя, отошёл. Гарри похлопал Рона по плечу:

– Молодец, хорошо отшил. Странно, что Малфой сразу отцепился. Наверное, стишок не выучил!..

***

– О, какой ты невежда, Поттер! Даже наши ругательства тебе освоить не под силу, а ведь они полны больших и малых магических смыслов. Хужесквибный – это никакой не магл, ты, полукровка Запретных лесов! Ибо маглы вообще вне категорий, они же беспалочковые и неприкасаемые, практически.

Запомни, горшочек с непонятным мусором, бес-па-лоч-ко-вы-е! Пусть сквибы тоже, но они хоть в курсе, зачем палочка и прочее… Ругать волшебника маглом – это сразу дуэль, и до смерти! По крайней мере, до середины настоящего столетия, когда скрепы стали скрипеть, под натиском всевозможной маглятины…

Понял, жалкий невежда Поттер? Поэтому выучи, и крепко, обитатель дна Норы и частичный Уизли, извини за такое грубое, но точное сравнение! Хужесквибный – это характеристика паршивого мага, вот. То есть Лонгботтом – сквибный, Уизли – хужесквибный, и Грейнджер аналогично!

А ты, Поттер… поскольку я очень справедлив в критике, ты лучше, чем хужесквибный. И даже лучше, чем сквибный, признаю. Ты… э-э, гэ на палочке, вот. На волшебной палочке, бесспорно, и во имя справедливости!

Гарри на это ответил как-то неубедительно, но прибавил в копилку грехов наследника кое-что увесистое. Посмотрим ещё, кто там на палочке. Ещё когда Невилл про фекальницу рассказывал, так богатая мысль родилась. Для тебя, дракончик ты, сомнительный и противный… Мы тебя ещё на палочку наденем, и ты на ней повертишься, чудосквибный!

О, про Снейпа хорошая строчка придумалась, две! Помяни чертёнка, и уже дьявол постучался… Нормальный стишок получается, длинный и обидный. А кто подтолкнул? Дракошечка, наш любимый провокатор!

Отработка

Моешь грязный тазик,

Так себе работа,

И пускаешь газик

В приступе зевоты.

Зельевар заходит,

Следит за часами,

Грязного подбросит,

Трясёт волосами,

Отпускает неохотно,

На отца ругается,

Слушать так его мерзотно,

Злобы прибавляется.

Представляю, как его

Мордою носатою

Тычу в грязный котелок,

С тряпкой обоссатою!

Наша ненависть крепка

Силой обоюдною,

Мне от Снейпа – тумака,

Ему – в глаз прилюдно!

Чтоб рассыпался мой враг

Пеплом, вроде Квирелла,

Я себе желаю благ –

Снейпы чтобы вымерли!

***

Невилл довольно скоро опробовал возможности новой палочки. Однако настоящий тайный триумф испытал в начале зимы. Это было недели за три до рождественских каникул. Слизеринцы ему подсыпали чего-то неправильного, вот только Невилл быстро почувствовал привкус и проявил бдительность. То есть, на всякий случай, прервал десерт и поспешил в туалет.

Предчувствия его не обманули. Вскоре организм покинула нормальная личинка и приличное количество жидкого. Невилл меланхолично продолжил заседать, на всякий пожарный. Зелья прослабления всякие бывают, он в курсе. Подумаешь, что уже всё, застегнёшься, пройдёшься… а оно раз – и снова действует!

Поэтому Невилл думал о своём, радуясь, что и время есть, и что чары очистки воздуха не дадут заподозрить, что это один видный ботаник испортил атмосферу. Штаны он уже натянул и готовился, через пятнадцать-двадцать минут, покинуть помещение. Потому что в животе всё было совершенно спокойно, и опасное время, с точки зрения срабатывания некоторых зелий по второму разу, уже заканчивалось.

И тут в туалет зашла компания слизеринцев, причём, судя по голосам, тех самых, которые заинтересованными взглядами проводили его в момент покидания Большого зала. Пропущенный десерт было жалко, поэтому сразу возникла мысль об отмщении. И вторая мысль – а как именно?

И тут внизу большой друг растений увидел знакомые шикарные туфли. Крокодильчики! Малфойчик! В соседней кабинке! И, судя по звукам, начал справлять малую нужду. Наверное, чтобы не рисковать, используя писсуар, где запросто можно попасться под пресловутый шланг мистера Крэбба…

Мистер Лонгботтом сработал очень быстро, почти не раздумывая. Секунда – и он стоит, выписывая палочкой несложный росчерк, прекрасно отработанный. Тут из другой кабинки послышался шум спускаемой воды, а Вингардиум Левиоза сработала и от тихого возгласа. Потому что заклинание было выражено и чётко, и с огромным желанием.

Отложенная авторская личинка поднялась почти к потолку, после чего послушно рухнула вниз, к соседу. И попала, судя по истошному воплю. Гриффиндорец успел покинуть туалет за несколько секунд до того, как Гойл, держась за пояс брюк, выскочил из своей кабинки, реагируя на негодующий крик босса. Других слизняков не было, поскольку Крэбб, с разрешения Драко, остался снаружи, остановившись поболтать с Миллисентой Булстроуд.

Телохранитель постучал в кабинку Малфоя – мол, босс, что случилось? Я готов защищать, если что! Неужели туалетная бумага кончилась? Или пальчик случайно испачкался? Так вы ведь Очищающее на «превосходно»…

Тут дверца открылась, и Гойл увидел босса, застывшего на месте со спущенными штанами и пахнувшего… плохо, очень плохо. Потому что на причёске было много коричневого, а часть мягкой массы уже свалилась прямо за шиворот. А одна коричневая струйка ползла прямо по лбу… и вдруг капнула на кончик носа!

Наследник очень хотел кричать ещё, но уже не смел открыть рот, во избежание наихудшего. Потому что капало минимум с двух сторон. Мистер Малфой нервно показал в унитаз, медленно и предельно аккуратно натягивая штаны. Вассал заглянул и увидел палочку.

Он тут же сообразил: босс неправильно использовал Очищающее. И получил обратный эффект – умножение загрязнения. От этой неожиданности палочку выронил и теперь нуждается в помощи, поскольку доставать из унитаза…

Здесь мистер Гойл оказался наполовину прав – Драко как раз хотел выполнить Очищающее. Ну, чтобы не оставлять каплю в панталончиках: пусть там и чары самоочистки, но аристократу положено быть брезгливым. И, получив мягким и уже остывшим по голове, выронил от неожиданности палочку, причём неудачно.

Да, босс выронил магический проводник и обтекает. Гойл не рискнёт колдовать свой вариант Очищающего, слишком велика ответственность, здесь же не задница! Но кое-что он может и без магии, и посодействует немедленно, сообразно вассальному долгу. Потому что мистер Гойл умеет и мыслить, и выполнять распоряжения, он очень чёткий!

Грегори быстро выхватил палочку из жёлтой воды и побежал споласкивать. Потом обтёр туалетной бумагой и вручил боссу, который обтекал всё сильнее. И продолжал молчать, боясь новых капель. Та, что упала на нос, теперь украшала тыльную часть ладони, и смотреть на неё не хотелось категорически!..

Обретя палочку, наследник Малфой почувствовал себя уверенней. Надо поторопиться, а то вдруг кто-то увидит! Переживать это вот неслыханное безобразие он будет потом… Драко собрался с силами, осмелился открыть рот и быстро произнёс формулу Очищающего. Оказалось, эффект очень частичный, поскольку заклинание призвано убирать немного и аккуратно.

А когда на голове столько… даже вес чувствуется, не говоря о запахе! Зашёл по-маленькому, получил по большому! А главное, часть большого сюрприза сползла и за уши, и за шиворот, и наверняка есть где-то ещё.

Потому что падало с высоты, судя по силе удара, и частично разбрызгалось. Совершенно точно, что расползлось… И вес всё ещё чувствуется. Придётся повторять, а мистер Гойл проконтролирует результат.

Стоять пришлось долго. Только после двадцатого заклинания вассал сказал, что нормально теперь, босс, только запах. Наверное, от мантии, потому что стекало. Наследник нервно содрал одеяние. Да, многовато следов, а магия уже кончается, надо отдохнуть… Словом, это был неудачный день. И покушавшегося обнаружить не удалось.

Такие шутки, в принципе, могли проистекать и от слизеринцев, да и барсуки способны... А грифы тем более, они-то и с огромной радостью способны. А если ворона обидели, так и равенкловец мог мстить, неважно кому!

Очень неудачный день, очень. Он же так чувствителен ко всему безобразному, как всякий аристократ. На шоколад пока даже смотреть не хочется, сразу вспоминается цвет… Не вспоминать, а контролировать даже мысли, и даже в волнении, как учит папочка, строго! И напоминает мамочка, мягко, но не без настойчивости…

Так, не думать про мягкое, тёплое, остывшее, воню… не думать, ни в коем случае! Маглорубка тоже безобразно выглядит после работы, и запах не лучший, но это же очистка мира от маглятины! Поэтому он тренируется в этом благородном деле, он же наследник.

И садовые гномы после нарезки весьма зловонны, и… Надо медитировать и не думать о коричневом и мягком, не думать, а гнать магию по каналам, не обращая внимания на запах от изгаженной мантии…

Нет, по каналам это не плывёт. Ни в коем случае не плывёт! Не думать о мягком и легче воды, гнать магию по каналам… вообще не думать!.. Гойл, заткнись, а то зажалю, как в прошлый раз, и ещё хуже!..

Вассал заткнулся и подумал ещё раз. Сделав вывод, что спрашивать босса, почему в унитазе была только жёлтая вода, а всё коричневое оказалось на голове, не следовало. Когда у босса проблемы, его ни в коем случае не следует расспрашивать! А лучше держаться подальше, и всё…

Хотя его вопрос и закономерный, и небезынтересный. И его можно обсудить с мистером Крэббом, человеком пусть и тугодумным, однако, несомненно, очень практическим…

***

Утопили в ведре крысу,

Запинали Грейнджер кису,

Остаются пустячки –

Маглокровку гнать в толчки!

А предателя кровей

Гнать из Хогвартса взашей!

Остаётся Гарри Поттер,

Очень кислый в горшке портер,

И ещё Лонгботтом вялый,

Что ботаник полинялый,

Плюс воняет негров кучка

И та Хагридова жучка,

И профессор, что обшарпан,

И чернилами закапан!

И профессор валерьянок,

Что дуреет после пьянок!

Он неплохо поставил грязнокровку и прочий гриффиндорский мусор на место, и даже достал преподов, очень метко. Поэтому последний куплет придётся исполнять аккуратно, в безопасных местах. Да, он немножко отомстил бобрихе за прошлые дурацкие выпады. Конечно, очень частично отомстил. Но будут и другие стихотворения. И заклинания. Чтобы визжала, как сейчас, и ещё громче! Да, чтобы знала своё место…

– Мистер Малфой! Ваша хамская заносчивость недопустима! Позволю напомнить, что богатые тоже плачут!

– Богатые не плачут, никогда, жалкая маглокровка! Они веселятся, до колик смеясь над вами, хужесквибными голодранцами… и будущими голодранками! Изыди, изверженка из нашего совершенного мира!

Гермиона впилась ненавидящим взглядом в отливающую нежным, чуть пепельным цветом макушку. Богатые волосы, а цвет просто роскошный… Слишком быстро отросли, и наследник забыл, как жалко и цветасто выглядел после смачивания соком росянки, с марганцовочкой. Ничему не учится? Тогда пусть будут на полу!

Мисс Грейнджер тоже выучила Секо, и умеет его бросать не только далеко, но и точно. Настольный теннис очень способствует глазомеру, хоть у мистера Поттера спросите! А наследничек привык издалека метать, по принципу «попадёт – не попадёт, а кого-то полоснёт». На тебе, дворянчик, моё первое боевое заклинание, которое как бы нельзя! Секо!

Сверкнула быстрая жёлтая полоска. Малфой пискнул, ощутив, как быстрое дуновение чуть пригладило голову. Вроде, не попала, криворукая… Почему эти красивые волосы на полу? Это же его! А-а-а-а!..

Наследник не сдержал возмущённого вопля. А грязнокровка, крикнув, что с тонзурой дурновоспитанный слизеринец будет ещё более красивым осликом, чем обычно, с достоинством удалилась. Победу она отметит в библиотеке…

Малфой растерянно то подносил руки к макушке, где волос осталось максимум на дюйм, не больше, да Мерлин-заика и Моргана воющая! То снова заворожённо смотрел на валявшийся под ногами густой волосяной кружок, не замечая жалкого оханья… Наконец, подхватил с пола свои волосы и, несвязно бормоча, судорожно принялся пристраивать обратно.

Тем временем Поттер, с Уизли и Лонгботтомом, оживлённо обсуждали случившееся и давали бессердечные советы: приклеить магловским клеем, чтобы с гарантией; нет, закрепить заколочками и скрепочками; или приделать ручечку, чтобы получилась крышечка для макушечки у Дракушечки…

А ещё можно продать грифам для коллекции трофеев; нет-нет, лучше всего отдать домовым эльфам, чтобы сделали красивейшую метёлку и выдавали передовикам уборки… И громко хохотали, пока у Драко не дрогнули губы.

Наследник, аккуратно держа верхушку причёски обеими руками, поспешил в подземелья. Может, крёстный поможет? Его волосы, его безупречные локоны… А вслед неслось торжествующее:

– Малфой, теперь ты знаешь, что такое снятие скальпа! Мисс Грейнджер это сделала, как делают детям младшего школьного возраста, в лайт-версии! А мы умеем и по-взрослому, не так аккуратно, но сильно! Мы бреющее учим, а выдёргивающее уже выучили! И тебя научим, даже если не захочешь!..

***

– У всех волосы как волосы, а у тебя, Грейнджер, какая-то, Мерлин прости, шерсть молодого здорового животного!

– Кто животное? – завизжала девочка, выхватывая палочку. И Малфой пожалел о сказанном, пожалел немедленно, хотя определения «молодое» и «здоровое» были сугубо положительны…

Ибо причёска его, тщательно уложенная, очень пострадала. Потому что Гермиона к середине третьего курса отлично знала, как правильно ухаживать за волосами. И как неправильно их ворошить, и потом закреплять этот беспорядок, тоже, на всякий случай. И клей от мистера Поттера носила при себе, раз такое быстрое и эффективное средство. И щит наследника пробила щекоткой, и ужасно надругалась над причёской беспомощно визжащего Драко.

Его чудные платиновые локоны в три секунды были заплетены в добрую сотню мельчайших косичек. И в следующие секунды пропитаны магловским суперклеем. У наследника возникли проблемы, потому что он, придя в себя, хотя и знал немало заклинаний для ухода за шевелюрой, ничего не смог сделать с магловским клеем, так быстро схватывающимся…

И Помфри не смогла, хотя и морщилась, и ругалась, обиженная на неподдающееся проклятие. Это же вызов её профессионализму! Непарируемый вызов, да Мерлин завязавший и Моргана-стёклышко!

В итоге она сурово сказала: «Придётся сбрить!» И наколдовала парик, прямо из сбритого. Драко, пытаясь осознать прозвучавший приговор, утратил дар речи, а медиведьма тут же привела намерение в исполнение.

Бритьё было почти мгновенным, но травма, какая же это невыносимая травма! Увидеть голый череп, до неузнаваемости исказившееся лицо... Нет, только не бритьё головы, нет, нет… Верните мои локоны! Парик очень искусственно выглядит, недопустимо искусственно, эта медиведьма явно не знаток трансфигурации…

Питончики мороженые

Питончик замороженный

Распался под стопой!

Ох, Драко корчит рожу,

Какой же он тупой!

Однако не только замечательно находчивой мисс Грейнджер всяких Малфоев доить! Раз маги у нас такие азартные и пари обожают. И мы наследника благородного рода на слабо раскрутим! Пусть и не на сотню золотых, но дело ведь в принципе, так? Зачем останавливаться, Малфоя надо гнать так, чтобы вспотел и плохо пахнул…

Пусть Дракончик только и делает, что нам проигрывает, и подряд! Мистер Поттер обдумал, насчёт раскрутить, и уже готов выигрывать интересное пари. Которое, он уверен, всем понравится. Не зря популярную книжку про интересные физические опыты читал, спасибо подруге-умнице…

– Слышали, Рон опять носки сломал и порезался, а Поттер туфли вообще вдребезги разбил!

– Кому?

– Да Малфою, кому же ещё! На мелкие кусочки, прямо в пыль! Кстати, вполне заслуженно, я считаю, хоть и маглятиной. И туфли вдребезги, и репутация слизня трещинами…

– Ну-ка, подробнее, подробнее…

***

В этот раз Поттер попросил у ассистентки Снейпа немного сжиженного воздуха – для урока чароплетения. Мол, надо продемонстрировать опыт с низкими температурами, их сочетанием с чарами, приложенными к твёрдым и мягким предметам… Да вот столечко, в бутылочку, и всё. Ой, спасибо, спасибо!..

Большой сосуд Дьюара с жидким воздухом в лаборатории имелся. Некоторые ингредиенты следовало сильно охлаждать, или, напротив, хранить в крепко промороженном виде. Или подвергать мгновенной заморозке, а Глацио не всегда бывало быстрым и морозило лишь поверхность.

Серьёзные заклинания резкого холода были не такими сильными. Поскольку волшебникам в старину температуры ниже тридцати градусов по Цельсию просто не влезали в голову. Что и понятно – голова же от охлаждения сжимается, пусть и самая волшебная.

Мистер Поттер выглядел заинтересованным и ответственным мальчиком, с вполне скромными учебными запросами. Поэтому ассистентка налила немного дымящейся жидкости сначала в кювету, а оттуда – в небольшую склянку. И видела, как знаменитый мальчик направился к аудитории профессора Флитвика…

…Наследник Малфой демонстрировал своё фирменное дрожание левой ноздрёй, в знак особенно изысканного презрения к низшим. Этот Поттер привычно кривлялся, не давая пройти в класс чароплетения, и цеплялся к благородным. И нёс какую-то особенную чушь:

– Малфой, спорим, я одним ударом разобью твоих крокодильчиков на стеклянных каблучках, просто вдребезги разобью! По одному-единственному удару на каждую туфельку – и они в куски! Причём без всякой магии. Но ты побоишься спорить, я твою натуру знаю!

– Что ты можешь понимать в аристократических натурах, полукровец! И мои туфли не крокодиловые, а из редкой змеиной кожи! И каблуки хрустальные, а не из стекла, не видишь? Тебе, наверное, твои маглы даже хрусталь протирать не доверяли? О, жалкий слепец, наблюдающий мир через магловские стёклышки…

– Да неважно, пусть будет змеятина с хрусталятиной, тебе, кстати, идёт. А спор такой, Малфой. Я ударю своим ботинком по твоим хрустальным яйка… то есть змейкам – и всё, они в куски и крошево. Даже подошва! Два удара – и двух змеек как не бывало, на моём факультете одобрят. Спорим? Или дрейфишь?

– Они зачарованы от стаптывания и оттаптывания, а также от налипания грязи и промокания! И выдержат удар не только магловского ботинка. Эта такая вещь, которой ни у кого… кроме, разве что, мисс Гринграсс… неважно. Магией тебе с ними не справиться, это вне сомнения.

…Так, Бомбарду не применять, потому что в школе нельзя! Наверняка твоя магловщина будет очень похожа на прочие сомнительные приёмчики мистера Поттера. Пресловутого обижателя троллей засовыванием волшебной палочки им в ноздрю. Что более чем негигиенично, ведь такой обычай здороваться существует только у маглов, не так ли?..

Подтверждаешь, что обойдёшься без заклинаний, ну-ну… Значит, будешь нападать на мои питончики как последний магл, да? Вполне в твоём вкусе, Поттер, кто бы сомневался…. Что ставишь, недочистокровный? Парик Грейнджер? Или знаменитые своей твёрдостью и остротой носки Уизли?

Или какой-нибудь ненужный побег от Лонгботтома отщипнёшь? Я, наверное, предпочёл бы побег-другой, чисто для зелий, ведь недосквиба не жалко, почти как тебя, хужесквибного…

– Десять галеонов, – Гарри побренчал монетками в кошельке. – А вся магловщина в одной склянке, не зачарованной. Никакой магии, повторяю. Можешь проверить, если сумеешь.

– Ставишь два пятачка? Наверное, Уизли собирал, танцуя перед входом в барсучью нору? Какой-нибудь дёрганый магловский танец, на который способен даже Уизли… Этих барсуков так легко обмануть, правда, Поттер?

Пара пятачков, ха-ха и хрю-хрю, если переводить с языка, понятного норным предателям! Ну хоть что-то. Смотрите все – ставлю двадцать галеонов, что два удара не сделают моим великолепным вещам ни-че-го. Там был такой питон… питонище!

Но только ногой, Поттер! И твоей, а не ещё более чудовищного Уизли. Он и ударом своего неопрятного копыта магию вытянет, есть такое подозрение!

Среди собравшихся раздались смешки. Рон засопел и стал угрожающе смотреть на весельчаков. Тем временем Гарри быстро расстелил перед Малфоем припасенную тряпку. Тот подчёркнуто брезгливо встал, разувшись, на неё и осведомился, не кусок ли это мантии какого-нибудь предателя крови? Что было бы крайне, крайне невежливо!

Хотя чего можно ожидать от того, кто воспитан маглами и ютился в крохотной магловской избушке, как и полагается домовому эльфу... Хотя нет, маглам эльфы не положены! Значит, ты был на уровне садового гнома, Поттер? Или они магликам тоже не положены, как считаешь?

– Что ты, Малфой! – воскликнул Гарри с добродушным смешком, переждав утробное ржание Крэбба и Гойла. – Какая мантия-хиромантия, я человек экономный, не говоря уже о Рончике… Это мне друзья подарили, домовые эльфы!

Народ захихикал, даже некоторые слизеринцы. Драко поджал губы, чуть-чуть, как учили. Надо же, ведь ничего не стесняется. Ну да, раз домовиком пахал на маглов, то сам такой и есть – магловоспитанный домовой эльф, внук уважаемого лорда Поттера. Какой позор!..

Наследник уже думал высказаться по этому поводу более развёрнуто, как вдруг Поттер достал из сумки непонятный толстый свёрток и стал его разматывать. Если молоток достанет, то это будет нарушением правил спора, все свидетели!

Но под двумя тряпками обнаружилась только лишь покрытая ледком, или просто густым инеем, небольшая бутыль. Шрамоголовец открутил пробку и, защитив руки неопрятными тряпками, вылил в его милые туфельки какую-то дымящуюся жидкость. Всё заволокло паром.

Он что, кипяток влил, кретин? Намёк, что сварит всех змей? Это тоже нарушение… Хотя заклятие прочности должно нейтрализовать и кипяток, если его будет не слишком много… Пар какой-то холодный, странно… Даже очень холодный! Но где странно, там и магия! А обещал, что без магии! Гнусный лжец…

– Приступаем к демонстрации силы магловских опытов, превосходящих даже магию! – заголосил шрамоносец. Очень противным голосом, как ярмарочный зазывала просто… – Данная жидкость – всего лишь обыкновенный воздух, охлаждённый так, что превратился в специальную такую водичку!

Да-да, очень специальную. И которая на ваших глазах быстро превращается обратно в воздух, просто очень холодный воздух, ледянее, чем в горах. Можете поднести руки и почувствовать, что это только холод, и всё!…

Ощутили, какая холодина идёт? Но мы позаботимся, чтобы уважаемый мистер Малфо-о-ой ни в коем случае не простудился! Он уже никогда не вступит в эти очень холодные, я гарантом!.. Итак, все видят, что жидкий воздух снова стал газообразным, а туфельки – совершенно сухие, только покрылись изморозью?..

Вуаля! И вот сейчас все узрят, что делает сверхнизкая температура с материальными предметами. Даже если они защищены всевозможными чарами и стоят золота больше, чем весят сами! Ты, Дракончик, такую низкую температуру на Луне мог познать, но вряд ли познал, ибо слабо тебе!

…Трекс, пекс, фекс! Лёгким движением руки аристократические лапоточки одного важного наследника превращаются в очень твёрдые предметы. И, подчеркну, очень охлаждённые и оттого очень-очень хрупкие! А теперь резким движением ноги…

Пар уже совсем рассеялся. Покрывшиеся изморозью туфли выглядели теми же: совершенно целыми и столь же непристойно шикарными. Поттер театрально занёс над ними ногу. Повторил дурацкие «трекс, пекс, фекс». И резко опустил свой неновый ботинок на изящные изделия лучшей итальянской работы, дважды.

Послышался треск, оба раза. И замечательные питончики разбились на добрые полтора десятка кусков каждый! Собравшиеся ахнули, Гермиона гордо встряхнула гривой, гордясь могуществом науки большого мира.

Вассалы раскрыли рты и потрясённо замычали, Миллисента Булстроуд лишь коротко простонала. Драко же просто лишился дара речи. Его питончики, миленькие, полтораста галеонов пара, нет, нет!..

Гриффиндорец, ликуя от выигрыша, стал глумиться:

– Что, сменки-то нет, Малфо-о-ой? Экий ты непредусмотрительный. А ещё в волшебную школу ходишь! Можешь один ботинок у Крэбба взять, а второй у Гойла. Потому что своих не дам, даже и не проси! Хотя размер у нас, по-моему, одинаковый… Гони галеончики, наследник! Проиграл вчистую, терпила!

Телохранители, с открытыми ртами наблюдавшие проигрыш босса, почти одновременно закивали, готовясь разуться. Крэбб даже успел скинуть один ботинок, некрасивый, и такой здоровенный, что в нём можно было бы попробовать утопить котёнка – с целью подразнить Макгонагл.

Хотя деканшу грифов дразнить – потом котят молоком поить. Причём будучи трансфигурированным в чашку, хотя это и запрещено правилами. Но если ты заместитель директора, то у тебя свои отношения с правилами, интимные такие…

…Но два-три раза в семестр, а то и чаще, кто-то всё равно нарывается и знакомится с ощущениями, когда из тебя едят. Или пьют. Все прошедшие через такую трансфигурацию единодушны, что очень гадкое ощущение.

Но обычно Маккошка превращает в чашку только ступню, что вполне дозволяется, ибо это частичная трансфигурация, и всё. Тогда ощущения в организме, что сейчас вот пьют прямо из тебя, котятами, гораздо слабее. Но всё равно тошнотворненько, так что наказание сильное!

Малфой неохотно полез за монетами. Что за невезение! Какая-то хитрая магия, которая разрушила все заклятия на лучшей в мире обуви… Его любимые питошки, как он их про себя называл… Кожа питона идеальна для его туфель!

Но вот когда наступаешь на Шрамоносца, то сплошной убыток… До чего неприятно, что многие радуются его поражению, низкие завистники. А Поттер же потом и сочинит что-нибудь, ядовитое и очень лживое. Или преувеличенное…

Эх! Ладно, аристократы всегда платят свои долги. Но если могут, потом взыскивают вдесятеро! Ты задолжал мне, плут Поттер, ты, жалкий горшочек ненужных проблем!.. Обуви-то у него полно, но в чём теперь прикажете возвращаться в гостиную? Как бы к Флитвику не опоздать, недочеловечек этого не любит...

Гриффиндорцы не расходились, а ждали момента, когда Малфой босиком поплетётся в подземелья Слизерина, глотая слёзы обиды и дрожа ухоженными локонами. «Вы меня так просто не возьмёте!» – яростно подумал Драко.

Маккошка, конечно, очень вредный зверёк, но научить умеет. У неё попробуй не научись. Для этого Уизли надо быть! А он истинный аристократ, таких в школе вообще нет!

Наследник гордо посмотрел на ждущих его унижения грифов. И фирменным Секо идеально разрезал тряпку, на которой стоял, пополам. Потом по очереди превратил каждую половину в туфлю, стараясь не смотреть на пялящихся грифов.

Не собьёте с концентрации, негодяи! Малфои прекрасно концентрируются! И поэтому концентрируют у себя в руках всё самое лучшее. А уж в домах-то своих как концентрируют! Почему-то ни один мэнор Норой не обозвали, ха-ха…

Новые туфли получились, правда, оранжевые и старомодные, но делать нечего. Раз проиграл двадцать галеонов, далеко не последних, терпи и ущерб стилю. Цвет на самом деле хорош, очень насыщенный, но вот фасон…

Ладно, потом потренируемся, чтобы модно получалось, пригодится. В этой школе всё может пригодиться, и даже то, что нельзя, и совершенно не нужно, тоже пригодится! Это закон такой, Мерлином-пачкуном его по всем параграфам…

– Неплохо для наследника! – снисходительно похвалил Поттер. – А такой апельсиновый цвет – это комплимент Рональду? Прогиб засчитан, Малфо-о-ой! А чего носки такие тупые сделал? В честь Крэбба и Гойла, что ли? Сейчас же остроносые в моде…

Драко, не отвечая, побыстрее удалился, сопровождаемый вассалами и насмешками разнузданной грифни. Ладно, за обедом настроение поднимется, если подлый полукровка не подсыплет чего-нибудь, особенно в десерт…

Вслед донёсся торжествующий голос Поттера: «Видали рожу? Как у Малфоя-то матка сразу опустилась!» …и недовольное выговаривание Грейнджер.

Наследник кипел, ощущая жестковатые подошвы временной обуви. Никакой культуры речи, настоящий босяк… Удачливый босяк! Заставил будущего лорда разуться и работать сапожником, публично. Новое унижение!

Гриффиндорцы торжествовали: жалкий босой Малфой ничего не смог сделать! А только, закончив источать словесную вонь, посмотрел на говнодавы вассалов… сморщился, довольно жалким образом…

Да, наколдовал что-то, типа, из апельсинных корок, и попрыгал заедать поражение в свой змеиный угол. Плохо, что не босиком попрыгал, но в целом всё очень хорошо!..

И оранжевое с его зеленоватой мантией совсем не сочетается, хоть даже последнего магла спроси!

Предовольный Гарри собрал ледяные осколки крокодильчиков-питончиков и завернул в одну из тряпок, которыми защищал бутыль с жидким воздухом. Змеиная кожа – ингредиент далеко не из последних, во многих зельях применяется. Законный трофей, безусловно. Зелья будут потрачены на вас же, наследник Малфой, готовьтесь! И держитесь!

***

…Рон был готов хлопать себя по бокам, подобно Хагриду, и даже подпрыгивать – вот это магия! А густо парящая ледяная вода – это же она с зельем особым, да, точно! Объяснение относительно сжижения газов не влезало никак. Он же выучил, раз Грейнджер прямо не слезала, что всякий газ – это род воздуха, а жидкости – разновидности воды. С твёрдыми телами вообще ясно всё было.

Но жидкий газ? Бредни магловские, вот и всё! Но ощущения от этого фокуса какие-то неприятные. То есть видеть поражение главного гадика в змеятнике очень приятно, где-то на уровне среднего пищевого восторга, не меньше.

Но если подумать, как вот он сейчас делает, подумать головой, и этой, как Снейп выражается, внутренней мозговой ниткой… Поттер же перед всеми обещал без магии управиться. А сам? Правда, все поверили и никто не обозначил сомнений.

Ну, раз слабоумные такие, то куда деваться? Какая-то сволочь давно уже высказалась, что девиз гриффиндорцев – слабоумие и отвага! Нет, это неправильная мысль, не нужно её думать, ну её… Ладно, раз не хотят делиться секретом окаменяющего кожу зелья и обманывают, значит, плохие друзья. Что уже давно ясно! И сладким маловато делятся, тоже давно…

Это что же – его шоколадную долю съедает лопоухий домовик? Он видел у этого придурка Добби фантики, несколько раз. Какое унижение!.. Про это лучше тоже не думать, а то вообще аппетита не будет. В смысле, аппетит-то будет, а вот удовольствия убудет…

А про что тогда думать? Например, про то, как бы он это хорошее окаменяющее холодильное зелье прямо на Малфоя бы вылил! Пусть помёрзнет! Затем палкой по башке – и осколки наследника домовики в мешочек сметают, шустренько. А потом Эванеско, по кучке из наследника, именно Эванеско, чтобы вообще никаких следов!..

Трудности Рональда Великолепного

…У меня очень трудная семейная жизнь, а ещё нужно писать это сочинение для неправильной преподши, которая жалит всегда! Когда у тебя большая семья, надо писать про всех, но я пока не буду про всех. Я лучше потом. Писанина – трудная вещь, её всегда много. А когда надо про всех, то ваще капец как много.

Мне трудно жить, поэтому я завидую Поттеру, у которого почти никого нет, и всего один брат, да и тот двоюродный. Я уверен, что родные братья – самые опасные, а родная сестра – самая вредная. Это мой опыт трудной жизни, которая как ни у кого.

Приходится всем завидовать, у кого нет братьев, особенно близнецов. Потому что самые старшие братья давно из Норы сбежали и хорошо живут без нас всех. Правда, иногда помогают материально, но так себе.

И у меня мало игрушек, и все плохие. Из-за того что близнецы мне завидуют и всё портят. И Джинни им помогает, своими игрушками по моим попадает и ломает их. И свои тоже портит, но их не жалко, раз деревянные. Из дерева только буратин хорошо делать, и кубики ещё, а всё остальное некрасиво.

Хотя Грейнджер уверяет, что очень современно и экологично, но она же ничего не понимает. Хотя всё время читает какие-то толстенные книжки и делает вид, что всё-всё понимает. Я-то и названий часто не понимаю, а она уверяет, что всё поняла даже внутри книжки, прямо всё-всё.

Хотя столько сидеть над книгами вовсе не означает понимать, что в них написано. Это любому умному ясно! И потом заучка обожает про всякое говорить и судить. Всегда что-то такое говорит, часто ничего не поймёшь. У неё в речи столько слов непонятных, что кажется, будто она и не британка вовсе. А новозеландка какая-нибудь, или канадка, я не знаю.

Поттер – хороший друг, но проблемный, всегда забирает себе всю славу. Но её у него и так полно. И всегда говорит, что ему этой славы совсем не надо, она его раздражает, эта слава. И вообще, он – просто Гарри и ничего не помнит про свой подвиг, отвяжитесь и свалите на фиг.

А должен был запомнить, чтобы друзьям рассказывать, потому что страшно интересно. И не любит, когда его шрам трогают, а ведь страшно интересно. Умеет он раздражать своей везучестью, и в шахматы стал выигрывать чаще. Магловоспитанные лучше играют в шахматы, это заметно.

Правда, Поттер в настольный теннис научил играть, хорошую вещь, очень азартную. Особенно годится, когда конного боя нет и плюй-камни заняты. Только в этот пинг-понг трудно побеждать, хитростей много. А Гарри, и Грейнджер тоже, хорошо играют, потому что тренируются много.

И Лонгботтом тоже научился, тоже может выиграть, если разок только ошибёшься. Он очень настойчивый такой, в теплицах своих натренировался. Теперь уже не такой жирный и колдует лучше, даже как-то обидно…

И живёт Поттер совсем неправильно, я вот списал про его жизнь, так там всякая дрянь, почти как у меня. И даже играть ему не с кем, а только от брата убегать. Но за списывание я был наказан, потому что, по мнению училки, наши жизни совсем не похожи.

И приходится про эту дрянь, которая моя, снова писать. Потому что профессорша очень придирается, и всегда. И говорит, что я плохой буквопишущий ученик, ещё хуже остальных худших.

То есть хуже некуда, вот такие тут педагоги! И ещё якобы косноязычный до изумления, и часто говорю не то и не так. А также малограмотный и ленивый… как будто и прочего сказанного недостаточно. И что негр Дин Томас говорит по-английски в сто раз лучше меня, а пишет – в сто двадцать раз лучше.

И это как-то неприятно, хотя Дин нормальный парень, если на рожу его, гуталиновую, не глядеть, и списать всегда даёт. Конфет хороших никогда не имеет, это да. Но по-настоящему хорошие конфеты только у девчонок встречаются, а у них попробуй отбери, они же колдуют все.

Другие учителя тоже много придираются, говорят, что я ленивый и невнимательный, и не учу ничего. Как будто с Брюквицей сговорились, а так же нельзя. Мистер Уизли и учит, иногда, и внимает тоже, периодически.

Нет, когда астрономия эта, ненужная и по ночам, он не внимает, а ждёт, когда урок закончится, потому что спать давно пора. И если ночью не спать, то аппетит очень большой просыпается, в смысле, требовательный. И очень настойчивый, с ним нельзя бороться. Если с ужина в карманах не принёс, совсем плохо будет.

А профессор-кошка может в блюдечко с едой превратить, это совсем не питательно, а наоборот. Но когда травница тебя задом о кактус заставляет тереться, это хуже блюдечка, наверное. И вообще, в теплицах хуже, потому что до них из замка на улицу идти надо, часто в плохую погоду. В них и душно, и есть опасные растения, и много кактусов, и много липкой грязной земли. Да ещё навоз, который воняет.

На чарах Флитвик несколько раз колдовал розу прямо в задницу, чтобы не вертелся. А он же и не замечает, что вертится, у него так тело устроено. Как заучка говорит, оно не может пребывать в состоянии покоя… как там… Из-за обилия внутренней энергии при не сопротивлении мозгов, вот.

Но у него мозги никогда не сопротивляются, потому что вся энергия в тело уходит, незаметно. А Флитвик сразу замечает и наказывает, одинаково. Но это лучше, чем в теплицах, где и растения разные, и ещё уши в кактус могут, и кактус жрать могут! В смысле, прямо Рональдом и жрать, а это ужасно колюче…

А хуже всего зелья, конечно, там просто террор и подавление. Он так это зелье ненавидит и желает его напрочь скиснуть, что оно прямо бурлит. Но обычно не соглашается скиснуть, а только загустевает. Или меняет цвет, на неправильный, отчего зельевар совсем звереет.

Когда зелье не того цвета, Снейп вообще не может. И бесится, как Грейнджер, когда та сопли видит в неположенном месте, особенно на своей сумке и так далее. А он не замечает, когда резко выдыхает, если в носу что-то мешается и потом вылетает, там ведь быстро, так? То есть он не виноват, это же понятно.

И очень обидно, что всё время приходится страдать, хотя ты и не виноват. Потому что заучка научилась жалящему, и применяет! Хотя его нельзя, даже учителям. А она говорит, что раз Брюквик применяет, то она, как любимая ученица, в своём праве. Потому что таких, как он…

И дальше ругается, и обидно так, что прямо бы и убил, но нельзя. Потому что и жениться надо, когда-нибудь, и в школе такие порядки, что убивать только Поттеру можно, и только профессоров.

Хотя мистер Рональд Великолепный тоже крутой, он и тролля уронил, и ещё свёл с ума целого профессора! Совсем отрицательного и ненужного школе профессора, который сейчас в Мунго, что очень приятно. С тех пор он часто называет себя мысленно Великолепным, это очень красивое имя, которое, как там его… псевдоним.

Помимо квиддича ему мало что интересно. Очень хочется стать великим игроком, чтобы все называли Роном Великолепным, и сразу отличие от братьев было. Потому что среди них никто не великолепный. Но мётлы всегда занимают Фред и Джордж, и ещё Джинни туда же лезет, а она младшая и ей приходится уступать.

А она пользуется и ещё больше вредничает. Хотя близнецы намного страшнее вредничают, зато перед родителями не закладывают, считают себя выше этого. А Джинни только так закладывает, потому что девчонка и вредина.

На Гриффиндоре популярны конные бои, особенно на первых трёх курсах, близнецы в них и сами активно играют, и ставки принимают. Они Гарри и Шимуса на закорки берут, а на Невилле Гермиона разъезжает. Она и сама не любит стаскивать, и чтобы её хватали, ещё больше не любит.

Поэтому она заклинаниями кидается, метко так. И щекотку очень далеко бросает, все кони удивляются, да и всадники тоже. А Грейнджер такая весёлая делается, и уверенная, колдует быстро, потому что тренируется постоянно, зубрит и зубрит.

Она и ватные ноги коням делает, и склеивает ноги, а если грубость к себе чувствует, может и водичкой в глаз попасть. Как-то даже Фред от такой струи на колени падал. Рональда Великолепного братья себе на плечи уже почти не берут, потому что здоровый вымахал и, дескать, его дело – конское.

Ну да, где-то так и есть, он отличный конь. На нём чаще Дин Томас гоняет, или Ли Джордан, они неплохо чужих всадников с места наземь рвут. Но Фред с Поттером, или Джордж с Финниганом ещё лучше рвут, если по справедливости.

И мы хорошо со Слизерином отыграли, даже Снейп был недоволен. И, как говорят, наказал своих, потихоньку. Хорошо бы, если правда. Удалось за счёт гриффиндорской смелости и умности наказать змей этих, тёмненьких. Но они сами напросились. Потому что вначале был вызов от слизеринцев всем грифам, очень наглый.

Они там, в своих подземельях, уверены в победе были, потому что Малфой хорошую тактику придумал. Чтобы с двух сторон Крэббом и Гойлом зажимать, а потом бить-добивать. А они же оба очень здоровые, эти Крэбб с Гойлом! Настоящие кони, того и гляди затопчут.

И Милли эта, Булстроуд, тоже здоровая, как никто (ну, из девчонок), а руками и сдёргивать умеет, и бить очень больно научилась. Такая и ногой сдёргивать может научиться, как обезьяна, хотя тупая страшно…

Когда встретились, на нейтральной территории, у воронов, то слизни сразу кривляться стали, дразниться. Не трусьте, дескать, мы вас не больно затопчем! Нет, лучше трусьте, потому что мы не удержимся, и тогда больно, очень больно вас всех…

В общем, уповали на своё физическое превосходство. Потому что когда Булстроуд на Крэббе верхом – это прямо осадная башня, как Грейнджер говорила. Точно, башня, и рукастая такая! И ногастая!

Ну, мы на этот вызов тоже достойно ответили, Гарри им для начала гадкими стишками навешал, они все и окислились, как Гермиона выражается. Этот конный бой в младшей возрастной категории из четырёх пар состоял. Когда Гарри на мне сражался, а Гермиона – на Невилле. Ну, а Милли и Драко на Крэббе и Гойле восседали, у них пары постоянные.

И нам надо было быстро действовать и не дать себя окружить, иначе сомнут. Близнецы правильную тактику подсказали, они конники опытные, но теперь стали меньше играть. Потому что у них и ценные зелья поспевают, чтобы внезапный понос колдовать, и так далее, очень всякое секретное, не всегда и подслушаешь.

Значит, Гарри прокричал свои частушки и лимерики, а потом очень стремительно наколдовал Экспеллиармус и обезоружил наследника. Пока тот ругался на всех, Гарри обезвредил Гойла щекоткой. И так хорошо колданул, что Грег ржал совершенно истерично и не мог остановиться.

Из-за этой истерики он ослаб и повалился на своего всадника, и больно. Потом было слышно, как они разбирались, визгливо и рычаще. Потому что мистер Малфой, видите ли, получил телесный ущерб. Ещё бы, если на тебя целый Гойл свалился!

Определённо, этот Драко излишне хрупок, и Гарри тоже так считает. Для плотного взаимодействия со своей охраной блондинчик годится, он очень цепкий и колдует неплохо. Но если конь упал, от Малфоя толку никакого, один визг. Он вообще, как девчонка, визжит и даже руками машет. Особенно когда Гарри ему стишком промеж рог заедет, или рогов, я не знаю, английский язык такой трудный, прямо не могу.

Ну, а когда Гойл на Малфоя падает, так это вообще идеал. Очень красиво Грег упал, и ещё красивее подняться не мог. А раздавленный Малфой – так это вообще идеал красоты, как Брюквик говорит! И совершенство гармонии, как Грейнджер красиво им крикнула, хотя и не очень понятно. Но когда Малфою про его гармоничность говоришь, он красиво бесится!

Значит, когда Грег от щекотки рухнул, я с Гарри на него заскочили и попрыгали от души. Потому что когда Малфоя таким образом давишь, он здорово визжит, далеко можно слышать. А Невилл, по тактике всадницы, в это время гарцевал вокруг Крэбба, уворачиваясь от его длинных ног, и от наездницы ног. Крэбб же не может с такой тушей быстро маневрировать, вот Гермиона длинноногую опасную Милли и подловила.

Та даже по Невиллу не успела попасть, как была выведена из строя той же щекоткой. Не упала только потому, что за уши Винсента держалась и чуть не оторвала их, дёргаясь от щекотки. Но они у него так прочно пришиты, что выдержали даже Милли. Потом Булстроуд всё-таки стала сползать, устав от щекотания, а Винс оказался стреножен и сдался. Поэтому потоптаться на нём не удалось, такая жаль, что вообще.

Победа была быстрой и безоговорочной, именно так Гарри провозгласил. Слизни, конечно, не успокоились, снова вызвали и подготовились лучше. Второй бой был дольше, но не сильно. Драко повесил Протего и метал через него Секо, от которых надо было защищаться. Но Гарри и Гермиона щиты хорошие умеют держать, и не сближались сильно. А Секо на расстоянии силу очень теряет, это известно.

Потом Гермиона быстро склеила ноги Крэббу. И то же самое проделала с Гойлом, причём издалека, чего враги не ожидали. Снова у них было падение, но Драко соскочил удачно и увернулся от разоружающего.

Ему бы, придурку белобрысому, Крэбба расколдовать, тогда были бы проблемы. Но Малфою же мстить надо, ему бы только к Гарри привязаться. Вот он нашу пару и атаковал, угостил щекоткой в упор. Я так дёргался, что Гарри еле держался. Это был критический момент всего боя.

Однако Невилл наколдовал Глацио, хоть и всего на пару секунд, и лёд был частичный, с проплешинами, но хватило. Уронил ботаник блондинчика, и прямо носом в пол. И Малфой, хотя падал не с Гойла, подумал, что сломал пальчик. Отчего так потом визжал, что даже громче, чем в прошлый раз. То есть когда мы из него слизеринство Гойлом выдавливали…

В общем чистая победа, и без малейших потерь с нашей стороны, приятно вспомнить и написать! И больше вызовов от слизеринцев воевать открыто не было. Поняли они, что не взять нас в конном бою, раз у них только Малфой нормально колдовать может. Хоть и грозно туши вассалов смотрятся, а их всё равно можно быстро вывести из строя. Да, если не дать себя им первыми ударить.

Теперь коварный Малфой перешёл к партизанской тактике – напал, куснул, ушёл. Или убежал, если противник удачно стал отвечать. Своим Секо он сильно режет, до крови, опасно. Это учитывать надо…

***

Эта часть черновика была несколько раз зачёркнута прерывистыми чернильными линиями. Но прочитать можно было свободно. Особенно если приноровиться к вольно приплясывающему почерку Рона, который любил применять разные начертания одинаковых букв. Ему так было проще писать, вот и всё.

…Вот его ругают все кто ни попадя, а он большое дело сделал, с упырём лучше смог подружиться, когда пальцы Форджа ему скормил. Потому что мудро догадался! Чердак большой, с него видней! Чердак удобный, бегай свободно!

Да уж, чердак солидный, есть где побегать! Другим так слабо, чтобы с упырём наперегонки, покойник же не устаёт. Когда он не в голодном периоде, так нормально можно побегать, мистер Уизли-младший очень быстрый…

Только в лабиринте у Борджина в Лютном можно так побегать. Говорят, там платят хорошо, если нормально убежал. То есть целеньким, более или менее. Правда, в лабиринте упыри быстрые, и скелет ещё прилагается, говорят, очень противный, кусачий. И предлагающий, если в тупичке зажал, какие-то неприличные вещи… Близнецы исхихикались, но ему не сказали, дескать, маленький…

Вот сестра его дразнит и всё время сердитая, что он её перед геройским Гарри плохо рекламирует. А он хорошо расхваливает, по-всякому! Просто там очень сложно всё обстоит, с рекламой, если бобриха прилипла как никто!

И у кого ещё списывать прикажете? Нет, сейчас Поттер стал быстрее эссе писать, и даже в запас, как Грейнджер учит. Но тоже не всегда разрешает один в один списывать, придирается и ставит условия!

Мол, преподы заметят, что Флитвик, что Минерва. А уж Снейп-то как отлично замечает!.. Да и Сандра Брюквик знает, что в литературе мистер Уизли-младший как свинья в апельсинах, а вот мистер Поттер много читал и читает, и у него мысли!

А у тебя их нет, поэтому от сих до сих спиши, ладно, а дальше давай, вон, по книжке шуруй. Прочитай начало и конец, и достаточно… для низшей положительной оценки!.. Так прямо в глаза и говорит!

Нет, ну после ужина читать, это же надо придумать! Это же Грейнджер надо быть… Поттер портится на глазах, и с этим следует что-то делать!