0 просмотренных постов скрыто
Европа смертельно отравлена. Успеют ли найти противоядие?
Спецкор «Комсомолки» Дарья Асламова побывала в Бельгии и с ужасом убедилась в том, что эта страна превратилась в плацдарм, с которого ваххабиты начали завоевание Старого Света
Ближе к полуночи в маленькой брюссельской гостинице в пяти минутах от знаменитой Гранд Пляс портье Али надежно запирает дверь на множество замков. Через пару часов начнется настоящая свистопляска — пьяный уличный мордобой, звон битого стекла, крики дерущихся и стоны раненых. «Веселый у нас район, - с усмешкой говорит Али. - Центр города — самое опасное место в Брюсселе, но по ночам полицию здесь не увидишь. Разве что убьют кого-нибудь».
Для Али ночное дежурство — лучшее время. Можно сидеть в темноте, разрезаемой светом фар и пульсацией ночных реклам, курить (что строго запрещено) и даже опрокинуть рюмочку кальвадоса с каким-нибудь разговорчивым гостем. Вроде меня.
Али по происхождению марокканец, а по паспорту бельгиец — в третьем поколении. Да и сам отель принадлежит арабам, и вся обслуга — арабская. Али — из этих, «интегрированных». Не дурак выпить, любит девчонок, сигары, ночные клубы и ненавидит своих соплеменников из Моленбека, главного террористического гетто Европы (до него всего десять минут пешком).
«Я их боюсь, рано или поздно ОНИ до меня дотянутся, - тихо говорит Али. - И деваться мне будет некуда».
«Чепуха! - говорю я. - Ты нормальный веселый парень, и ребята ваши в отеле отличные. Вы ж не террористы какие-нибудь. Если какая-то заварушка, — ваше дело сторона».
«Ну, ты даешь! - хохочет Али. - А еще, говоришь, что военный корреспондент. Ты знаешь, что такое гражданская война? Нейтральных в ней убивают первыми. Война будет, я ее в воздухе чувствую. Даже не война, а сдача власти шариатским придуркам. Эти жирные брюссельские курицы из Европейского квартала (там находятся все главные институты Евросоюза — Д.А.) даже не пикнут, поднесут нам шариат на блюде, по всем законам демократии. Проведут референдум в отдельно взятом районе, и начнется. В ответ поднимутся местные националисты, и кого они пойдут бить? Чтоб мочить настоящих террористов в Моленбеке, у них кишка тонка. Они возьмутся за обыкновенных арабов, таких, как я, - разнесут мою гостиницу, выбьют стекла в парикмахерской у моего соседа-араба, где ты сегодня причесывалась. Хотя мы-то как раз нормальные бельгийцы. Я даже в Марокко никогда не был».
«Понятно: у нас в России говорят, что бьют не по паспорту, а по морде».
«А потом к нам придут «эти», из Моленбека. Отобьют мне печень за то, что я продаю алкоголь, да и сам выпиваю. А моему соседу-парикмахеру выдавят глаза (уже грозились!) за то, что у него и мужчины, и женщины вместе обслуживаются. И куда нам с ним деваться? Бежать к «своим»? А кто для нас «свои»? Для коренных бельгийцев мы всегда останемся «чужими». Придется «покаяться» и вернуться к якобы «своим». Чтоб голову не отрезали. И так поступят все «интегрированные мусульмане», которыми так гордится Евросоюз. Из страха. Из циничного расчета: в гражданской войне надо всегда переходить на сторону сильного. А сильный кто? Тот, кто не боится умереть. Ваххабитские фанатики».
Моленбек, кузница террористических кадров в Европе.
БРЮССЕЛЬ КАК РАЙ ДЛЯ ТЕРРОРИСТОВ
И всегда им был. Еще с 1960-х годов. Кто тут только не ошивался! «Красные бригады», боевики Ирландской республиканской армии, курдские партизаны, «оасовцы» (противники де Голля). Прямо рядом с вокзалом здесь можно купить любое оружие, - достаточно знать нужных вертких людишек. А можно и не знать. Есть известные бары, куда заходят только для того, чтобы найти посредников. Фальшивые паспорта — тоже специализация Брюсселя. Правда, сделать качественный европейский паспорт сейчас практически невозможно, так ведь он и не нужен. Для пересечения внутренних шенгенских границ достаточно «внутренней карты» (для профессионалов — плевое дело). Местные полицейские — люди воспитанные. Даже после громких терактов в Париже и Брюсселе франко-бельгийская граница не контролируется, в поездах проверяют только билеты, а уж хайвеи и вовсе красота. Если не превышаешь скорость, то ты приличный гражданин, даже если у тебя в багажнике труп и пара гранатометов из центрального парка Брюсселя.
Все церкви Брюсселя находятся под круглосуточной охраной полицейских.
А все-таки, почему именно Бельгия? Это крохотное искусственное государство-монархия, куда насильственно втиснуты две ненавидящие друг друга нации — валлоны (говорящие исключительно на французском) и фламандцы (лингвистический багаж аж три языка — голландский, английский и французский). Французский фламандцы учат исключительно для того, чтобы доказать этим упертым валлонам, что мы люди прагматичные, вежливые и готовы даже ВАШ язык выучить. Взаимная ненависть достигает высот неслыханных (арабы и евреи отдыхают). Если браки между евреями и арабами все-таки существуют, то фламандцы и валлоны категорически отказываются спариваться друг с другом. (Наверняка есть исключения, но мне почему-то не встречались.)
В стране царит полувековой бардак. Только в Брюсселе 19 коммун и 6 полицейских участков. (Раньше их было 19!). Если вы переезжаете из одной коммуны в другую, вы сразу выпадаете из поля зрения местных властей, которые вечно ставят палки друг другу в колеса, отказываются сотрудничать, гадят как могут соседям и ябедничают на них в федеральное правительство, в котором тоже крайне запутанная система управления. Все попытки фламандцев (Брюссель когда-то был чисто фламандским городом) упорядочить и централизовать этот дурдом упирались в нежелание местной франкоязычной бюрократии хоть что-то менять, - ведь тогда множество никчемных бездельников потеряют теплые насиженные места с гарантированной высокой зарплатой. Фламандцы плюнули и уехали из столицы (их теперь всего 70 тысяч на 1100000 человек брюссельского населения.)
Если вам надо спрятаться, лучше места чем Бельгия и не придумаешь. «Террористы всегда использовали преимущества географического положения Бельгии, - говорит профессор геополитики Пьер-Эммануэль Томанн. - Маленькая богатая страна с раздутым и неповоротливым бюрократическим аппаратом, отличные дороги, большие порты, трафик оружия, снисходительная полиция. А рядом огромные города — такие, как Париж, Лондон, Амстердам, и добраться до них можно за считанные часы. А главное — никакого контроля на границах».
«Здесь очень привлекательная среда для международной организованной преступности, - подтверждает бывший член Европарламента Филип Клэйс. - Калашников можно купить прямо на улице. Суды мягкие. Даже если полиция хватает преступника, то суд его отпускает: «О, давайте дадим ему еще один шанс! Он еще может исправиться. У него было тяжелое детство». Разумеется, позиция «добро пожаловать, террористы, главное, не совершайте преступлений в Бельгии» была неофициальной, но удобной, поскольку избавляла от ответственности. Начиная с убийства в 2001 году министра обороны Афганистана легендарного Ахмада-шах Масуда абсолютно ВСЕ крупные мировые теракты так или иначе имели связь с Брюсселем, с районом Моленбек».
КАК САУДИТЫ ЗАХВАТИЛИ ЕВРОСОЮЗ
Все началось опять-таки с маленькой Бельгии. В 60-х годах процветали традиционные отрасли экономики франкоязычной Валлонии — добыча угля и черная металлургия. «В Бельгии тогда никто не хотел браться за тяжелую или грязную работу, - рассказывает бывший секретный агент французских спецслужб Клод Монике. - Тогда бельгийцы импортировали из Турции и Марокко десятки тысяч людей. Турки обосновались, но все их конфликты до сих пор не выходили за пределы общины. С марокканцами оказалось сложнее. Деревни и маленькие города целиком были перенесены из Марокко и превратились в гетто. Целые племена сохранили семейные и соседские связи, не обращая внимания на тот простой факт, что они уже живут в другой стране. Следующее поколение выросло в гетто, но ничего не знало об исламе. Хотя хотело знать».
И тут Бельгия опять отличилась, первой из европейских стран признав ислам официальной религией еще в семидесятых годах. Разумеется, встал вопрос о мечетях. В этот момент на историческую сцену вышел бельгийский король Бодуэн, который не разбирался в исламе, зато интересовался нефтяными контрактами с Саудовской Аравией. В парке нашли огромный заброшенный выставочный павильон, который превратили в Брюссельскую соборную мечеть, а ключи торжественно отдали саудитам, тем самым создав первую ваххабитскую площадку в Европе.
«Вряд ли тут был злой умысел, - размышляет французский разведчик Клод Монике. - Кто тогда разбирался в тонкостях ислама? Логично было предполагать, что те, кто контролируют Мекку и Медину, и должны заниматься воспитанием европейских мусульман. Саудовские имамы приехали сюда, ничего не зная ни о западном образе жизни, ни вообще о христианах. Даже их арабский сильно отличался от марокканского и алжирского диалектов».
«Постепенно саудиты взяли контроль не только над бельгийскими, но и над французскими мечетями, - говорит член Исламской партии Айт Йеттиг. - Ваххабизм ничего общего не имеет с мирным интеллектуальным исламом. Это опасная секта, созданная с помощью англичан, которые заключили пакт с саудитами еще в 19 веке и помогли им завладеть главными святынями мусульманского мира — Меккой и Мединой. Англосаксы оказывают протекцию королям Саудовской Аравии, а те с их финансовыми возможностями продвигают в Европе свою версию ислама. Проблема в том, что деньги, на которые спонсируются мечети, не прозрачные. Никто не знает, сколько этих денег, на что они идут и откуда они. Официально они могут прийти через Турцию, Алжир или Марокко, но это саудовские или катарские деньги».
В 80-х годах экономика Валлонии рухнула (фактически прекратилась добыча угля и сильно снизилось значение черной металлургии). Экономический центр переместился во Фландрию с ее высокоразвитой химической, нефтехимической и текстильной промышленностью, туризмом, индустрией хай-тека, фармацевтикой, крупнейшим портом в Антверпене, который также является мировым центром торговли алмазами. Фактически Фландрия стали кормить Валлонию и заодно множество мигрантов, ставших бельгийцами, которые потеряли работу и перешли на полное содержание государства.
Молодые арабы либо болтались на улице, продавая наркотики и оружие, потом попадали в тюрьмы, где за их «воспитание» брались мусульманские фанатики. Либо сердобольные родители посылали маявшихся от безделья детей в мечети (ведь в мечети плохому не научат!), где их обучением занимались ваххабитские имамы. Новообращенных сначала отправляли в Афганистан сражаться с русскими, потом на войну в Боснию, где они резали головы сербам и хорватам, ну и далее по списку войн. К двухтысячному году Бельгия превратилась в главный европейский центр мусульманского радикализма.
ПОЧЕМУ ЕВРОПА СОВЕРШАЕТ САМОУБИЙСТВО
«Мама Меркель», как называют канцлера ФРГ мигранты, выглядит хладнокровной прагматичной немецкой фрау, напрочь лишенной сентиментальности. Остальные лидеры Европы тоже не страдают «любовью к человечеству», однако, упорно проводят политику массовой миграции, которой просто убийственна для их собственных избирателей. Со стороны это похоже на помешательство. К примеру, высокопоставленный брюссельский чиновник, отец 19-летней немецкой красавицы Марии Ладенбургер, изнасилованной и убитой афганским беженцем, просит всех сочувствующих не тратить деньги на цветы, а сделать пожертвования в пользу мигрантов. (Кстати, сама девочка была активным волонтером и работала в лагере беженцев.) Можно, конечно, подумать, что человек от горя головой тронулся, но как-то не в ту сторону.
«Политкорректность — это болезнь, - говорит председатель католической партии «Сивитас» Алан Эскада. - После терактов в Париже и Брюсселе Европарламент пытается протолкнуть расширенный закон о воссоединении семей, чтобы мигранты смогли привозить с собой не только жен и детей, но и родителей, дедушек и бабушек, кузенов, дядей. Короче, весь клан. В свою очередь, вновь прибывшие также подпадут под закон о воссоединении и потащат за собой целое село или даже племя. Следовательно, миграция станет легальной и непрерывной. Налицо изменение популяции Европы. Также усиленно проталкиваются идеи о «позитивной дискриминации» коренных жителей. Раньше на гоcслужбе в Бельгии могли работать только люди с гражданством, что естественно. А сейчас хотят сделать квоты для неграждан, даже в полиции и в армии!»
Председатель Католической партии "Сивитас" Алан Эскада: "Европа уже горит, а мы все спорим, кто будет вызывать пожарников".
«То есть бодрые молодые террористы без паспортов или даже с паспортами из Сирии и Ирака (на территориях, захваченных ИГИЛ остались сотни тысяч официальных бланков паспортов) дружно пойдут служить в европейских армиях?!»
«Верно. Позитивная дискриминация также не позволяет полицейским в Бельгии обыскивать бородатого ваххабита с рюкзаком за спиной. Его, конечно, можно обыскать, но при этом нужно также обыскать бельгийскую бабушку с сумочкой, чтобы соблюсти политкорректность!"
СУВЕРЕНИТЕТ КАК УГРОЗА ГЛОБАЛИЗАЦИИ
Евроэлита совершенно оторвалась от реальности, она живет в гигантском мыльном пузыре. Мэр Антверпена говорит, что полиция слишком белая. Он чувствует себя виноватым. Министр внутренних дел хвастается тем, что у потенциальных террористов отбирают заграничные паспорта, чтоб они не уехали в Сирию. Одновременно их не садят в тюрьму, поскольку они еще не совершили преступления. Значит, они останутся в Европе и будут готовить свои теракты здесь. Защитить нас некому. Я был последним человеком в стране, проходившим обязательную воинскую службу. Ее отменили, и теперь молодые люди не знают, что такое воинская дисциплина, и не умеют обращаться с оружием».
«Столкновение цивилизаций — это бомба замедленного действия, - утверждает профессор геополитики Пьер-Эммануэль Томанн. - Она неизбежно сработает. Мы зашли слишком далеко с массовой миграцией и теперь вынуждены твердить, что ислам совместим с демократией. Несогласие с этим тезисом означает гражданскую войну. Мы притворяемся, чтобы избежать проблем. Если вы говорите, что нация должна стать сильной, вас немедленно обвиняют в фашизме. Первой в либерализме тон задает Германия. Мол, мы больше не делаем войну, но мы даем всей Европе уроки морали. Да, мы были очень плохими, а теперь нашли новую модель мира и собираемся научить вас, что такое мир. Эта идеология ослабила европейские нации и государства, и мы не можем больше контролировать движение капиталов и людей. Поэтому нами легко манипулировать. Власти твердят, что большинство мусульман являются умеренными. Это так. Но революции и войны начинает агрессивное меньшинство. Оно готово умереть, поэтому именно меньшинство творит историю. Вспомните большевиков. Вспомните стотысячную толпу на майдане, которая повергла в хаос Украину, страну с 47-миллионным населением!»
«Значит, война?»
Месье Томанн отводит глаза.
«Лучше выпейте бокал этого чудесного вина, вдохните его необыкновенный букет!»
Показать полностью
4
10 малолетних арабобельгийцев готовились взрывать Бельгию
Бельгийская полиция задержала десять подростков, подозреваемых в подготовке к совершению террористических актов в стране в период рождественских ярмарок. Об этом в субботу, 17 декабря, сообщает издание Laatste Nieuws.
Инструкции несовершеннолетние получали по сети в виде роликов, на которых боевики «Исламского государства» (ИГ, запрещенная в России террористическая организация) подробно рассказывали о действиях по подготовке терактов, в частности, об изготовлении взрывных устройств.
Информацию издания подтвердил представитель федеральной прокуратуры королевства Эрик Ван Дер Сипт. Он отметил, что задержанные подростки «рекрутированы террористическими организациями для подготовки или совершения терактов».
Издание также отмечает, что ИГ в настоящее время проводит вербовку европейских подростков-мусульман для подготовки их к совершению терактов.
Источник: Lenta.ru
Показать полностью
1
"Сегодня мы все бельгийцы"- сказал Ахмет и раздал своей группе бельгийские паспорта.
Законы Бельгии наделяют мэра небольшого города властью выдачи паспортов и поэтому в течение десятилетий бланки Бельгийских паспортов хранились примерно в 600 городских зданиях мэрии, разбросанных по всей Бельгии и, как правило, охранялись такие здания только обычной дверью на замке.
В одном только 1996 году мало помалу было украдено 3600 паспортных бланков. К 1997 году было похищено так много бланков Бельгийских паспортов, что США пригрозили Бельгии отменой безвизового режима для обладателей Бельгийских паспортов, и тогда Бельгийские власти стали хранить паспортные бланки в ультрасовременных зданиях в жилой части Брюсселя (а так же в консульства и посольства в других странах).
(c) статья "How to Fake a Passport" в New York Times от 10.02.2002
Пруф: http://www.nytimes.com/2002/02/10/magazine/10PASSPORT.html?p...
Перевод: http://www.gloffs.com/faked_passport.htm
Текст заголовка (с) Салекс c "Цугундера"
Показать полностью
Марш против страха в Брюсселе отменили из-за страха перед терактами
Ранее организаторы марша заявляли: «мы хотим показать, что город Брюссель и страна в целом не запуганы терроризмом после взрывов 22 марта».
«Мы присоединяемся к предложению властей отложить мероприятие и просим людей не приезжать в это воскресенье из соображений безопасности», — говорится в сегодняшнем официальном заявлении организаторов.
Показать полностью
Политика мультиджихадизма: как Бельгия вырастила тех, кто ее потом взорвал
Для многих терроризм и Бельгия были несовместимы вплоть до ноября 2015 года, когда организаторами терактов в Париже оказались выходцы из брюссельской коммуны Моленбек. Этот район моментально приковал к себе внимание журналистов и экспертов. После трагических событий в самом Брюсселе в марте этого года стало очевидно, что “моленбекский след” в последних громких терактах в Европе - неслучаен. Ruposters разбирается, что превратило столицу Бельгии в центр европейского джихадизма.
Откуда там взялись мигранты
После Второй мировой Бельгия нуждалась в низкоквалифицированных кадрах для разработки угольных месторождений. В это время миграционное законодательство было зарегулировано, и рабочих рук не хватало. Было принято решение подписать договор с Италией, чтобы впустить в страну временных трудовых мигрантов. Он был расторгнут в одностороннем порядке после ряда серьезных аварий и большого количества смертей итальянских шахтеров в Бельгии.
Власти королевства были вынуждены искать новые источники рабочей силы, и в 60-х подписывается новое миграционное соглашение с Марокко и Турцией. Если раньше бельгийские власти закрывали глаза на нелегальных мигрантов, то теперь все стало законно.
Миграция в Бельгию из Турции и Марокко
Нефтяной кризис 70-х годов снизил потребность в чернорабочих, но миграция продолжилась - рабочие активно пользовались правом на воссоединение семьи. Бороться со злоупотреблениями в этой сфере начали только 10-15 лет назад, когда тренд сместился с трудовой миграции на прием беженцев.
В 1974 ислам получил статус признаваемой государством религии. На практике это означало, что мусульмане смогли получать субсидии для финансирования своих религиозных институтов и организовывать исламские курсы в государственных школах. Мигранты, которые не должны были задержаться в стране надолго, стали гражданами Бельгии.
Доля мусульман в европейских странах, 2010. Бельгия на первом месте
В эти же годы Саудовская Аравия и другие страны Персидского залива стали активно спонсировать школы в королевстве с более строгой религиозной составляющей - начало расти напряжение между умеренной, марокканской, религиозной традицией и радикальной - ваххабистской.
В последнее время бельгийские власти начали стимулировать мигрантов добровольно возвращаться на родину, но по понятным причинам эта кампания не возымела особого успеха.
Преступность в Бельгии
Огромное количество неустроенных мигрантов не может не создавать проблемы для страны. И первая из них - преступность. Прошедшие несколько лет в Бельгии прошли под знаком ухудшающейся криминогенной обстановки (и параллельной радикальной исламизации). Дошло до того, что в 2012 году на тот момент министр иностранных дел королевства в шутку сравнил печально известный Моленбек с Афганистаном.
За шесть лет до этого, в 2006, местная (с марокканскими корнями) журналистка попыталась разобраться с “феноменом Моленбека”, написав книгу “В секретном маленьком Марокко”. Уже тогда специалисты по миграционным процессам предполагали, что ситуация будет только ухудшаться.
В 2001 году Брюссель, по версии Urban Audit, занял четвертое место среди европейских столиц по уровню преступности, а в 2012 авторитетный немецкий канал ZDF признал Брюссель самым опасным городом на континенте. Судя по тому, что, обладая 500-1000 евро, за час в Моленбеке можно обзавестись боевым оружием - эти показатели не должны удивлять.
Ситуация беспокоила не только коренное население, но и бизнес. Крупная американская консалтинговая компания BBDO (300 офисов в 80 странах) вынуждена была уйти из Брюсселя в 2011 году. В письме на имя главы Моленбека отмечалось, что за несколько лет сотрудники компании более 150 раз подверглись нападениям со стороны молодежи - выходцев из Северной Африки и Ближнего Востока
Агрессивная исламизация
В Моленбеке сейчас проживают примерно 100 тысяч человек, каждый четвертый из них - мусульманин. Из них выходцев из Марокко - около 70%, Турции - 20%, остальные - из Албании, Египта, Пакистана и других стран. Всего население Моленбека с 1980 по 1993 годы увеличилось почти на 30% - как раз в основном за счет мигрантов из Африки и Ближнего Востока.
Мечеть в Моленбеке
В Моленбеке действуют 22 мечети - в четыре раза больше, чем католических храмов, которые в 2006 году служили ночлежками для нелегальных мигрантов. И это исключительно те мечети, о существовании которых известно администрации города. Никто не знает, что в них происходит - хороший контакт налажен с одной лишь главной мечетью района. А все потому, что в Бельгии функционирует от 328 до 380 мечетей, большая часть из которых в той или иной степени закрыта для посторонних.
В начале 90-х, после волнений в Моленбеке, власти попытались изменить ситуацию и решили заняться социальным оздоровлением района: в заброшенных фабриках и промзонах возникали арт-кварталы, престижные апартаменты и офисные центры. Финансовое вливание получила и местная футбольная академия. Однако тактика “джентрификации” потерпела неудачу.
Жизнь в Моленбеке, хотя с виду и обладает всеми признаками привычно европейской, уже давно переориентировалась на мусульманские, причем радикальные, традиции. По словам местного жителя, женщина без платка и даже человек, которые решил поесть в Рамадан, непременно становятся объектом для нападок со стороны радикальных исламистов.
Рекруты радикалов
По данным видного бельгийского арабиста, до 1260 человек из Бельгии (не менее 170 уже вернулись обратно) прошли войну в Сирии и Ираке за последние пару лет, что очень много для страны с 500 тысячами мусульман. Война в Ираке в 2000-х стала первой кампанией, в которой приняли массовое участие новые европейцы - около половины всех бойцов, уехавших бороться с НАТО из Старого Света, имели бельгийские и французские паспорта.
Исламисты, замеченные в связях с террористическими ячейками, компактно проживают в Моленбеке. В этом районе действовала организация “Шариат для Бельгии”, рекрутирующая бойцов для ИГИЛ и пропагандирующая радикальный ислам. Впервые она привлекла к себе внимание после празднования годовщины терактов 11 сентября в 2011 году. Спустя год ее лидера арестовали.
Радикалы поджигают рождественскую елку. Брюссель, январь 2016
Абауд Абдулхамид, подозреваемый в организации парижского теракта, родился в Бельгии в 1987 году. Его семья переехала из Марокко и жила в преуспевающей части района Моленбек. Он сам успел немного поучиться в престижной католической (!) школе. И это не единственный джихадист из Моленбека, который в детстве постигал азы католического богословия. По версии источника из администрации школы, Абдулхамида отчислили за неподобающее поведение. В 2013 Абауд уехал воевать в Сирию, а в 2014 отправил туда своего 13-летнего брата (самый молодой “бельгийский” джихадист).
Его история, скорее, типичная, чем выбивающаяся из закономерности: дети мигрантов волны 60-х, не нашедшие места в жизни, хорошо поддаются вербовке. Особенно, если их угораздит оказаться в тюрьме, что при безработице в 40% и высоком уровне преступности в Моленбеке очень вероятно.
Причина 1: Проблемы ассимиляции
Не только эксперты, но и сами выходцы из стран Востока и Африки называют нынешних молодых людей в возрасте 16-30 лет “потерянным поколением”. Они - представители третьего колена мигрантов, приехавших в Бельгию в 50-70-х годах прошлого века. Их деды и отцы занимались преимущественно тяжелым трудом, некоторые из них смогли даже продвинуться по карьерной лестнице и получить образование. Но ни они, ни их внуки так и не стали “своими” в бельгийском обществе.
Возможно, и это признают некоторые жители Моленбека, из-за того, что сами сознательно не стремятся раствориться в европейском социуме, уходя в добровольное гетто. И те, кто готовы к ассимиляции, становятся заложниками ситуации.
Рынок в Моленбеке
Причина 2: Особенности политической системы
Бельгия с момента своего основания в нынешнем виде (середина XIX века) развивалась как государство, разделенное (по языковому, культурному и экономическому принципам) на три главные части: Фландрию (более зажиточную), Валлонию и Брюссель (более социально-экономически отсталую). Это противостояние между фламандцами и валлонами длится по сей день, провоцируя затяжные политические кризисы, как в 2010-2011, когда на протяжении 541 дня страна не могла сформировать правительство. Система власти в Бельгии носит крайне сложный многоуровневый характер. Плюс такой системы - в том, что учитываются интересы всех групп населения, минус - управленческая машина часто становится неповоротливой и не способной быстро реагировать на возникающие проблемы.
Главы департаментов (всего 19) Брюсселя имеют весьма ограниченную - только административную - власть, и вынуждены постоянно согласовывать каждое действие с полицейскими департаментами в отношении всего, что касается поддержания порядка.
Как и в большинстве европейских стран, государство не экономит на содержании своих новых граждан. В Бельгии порядка 30% от ВВП тратиться на социальные нужды, получателями которых чаще всего становятся именно выходцы из Африки и Ближнего Востока. Например, на момент задержания бельгийской полицией джихадиста Малика Аль Рауда, он получал ежемесячное пособие по безработице в $1100.
В целом мусульманская община в Бельгии чувствует себя достаточно вольготно и пользуется преимуществами западного общества для достижения своих целей. Один из муниципальных депутатов от мигрантских районов в 2003 году отсидел 6 месяцев в тюрьме по обвинению в нанесении увечий своей жене. А в 1999 для своей партии он же написал программу из сорока пунктов, среди которых - введение смертной казни, легализация подростковых браков, изменение судебной системы в соответствии с шариатом, отмена банковского процента и сбор налогов с мусульман (закят).
Будни Моленбека
Причина 3: Ошибки силовых ведомств
Силовые ведомства, как и органы власти, как это ни странно, также попали под политику децентрализации. До недавнего времени за безопасность в каждом из 19 районов столицы отвечало свое полицейское ведомство. Их сократили до шести (к примеру, в 10-миллионом Нью-Йорке - один департамент), но сохранили три парламента и 589 муниципалитетов, что для города с населением в 1,2 миллиона - нонсенс. При этом их действия настолько не скоординированы, что после парижского теракта было сделано несколько противоречащих друг другу заявлений об уровне угрозы.
Кроме того, силовики внутри страны с неохотой делятся информацией с друг другом, в частности из-за того, что они зависимы от разных избирательных округов и выполняют приказы разных чиновников.
В ноябре 2015 года стало известно, что мэр Моленбека получила список с именами 80 потенциальных террористов из ее района. В список, в том числе, входили и два брата, участвовавшие в парижских атаках. Реакция мэра удивительна, но справедлива: “Что я могла с этим сделать? Отслеживание террористов не входит в мои обязанности. Это задача федеральной полиции”. Злая ирония в том, что два брата, участвовавшие в парижском теракте, жили в квартире в 100 метрах от ее офиса, а третий и вовсе работал в ... миграционном департаменте Бельгии.
Мусульмане вышли на улицы Антверпена, 2012
На федеральном уровне ситуация не лучше. Бельгийские силовики ответили отказом на предложение своих американских коллег о более тесном сотрудничестве по предотвращению терактов. А глава МВД Бельгии еще после терактов в Париже честно признался: “На данный момент мы не контролируем Моленбек”.
Показать полностью
5
2