Все начиналось невинно⁠⁠

Когда Марина родила, ей автоматически добавили два бонуса: подписку на крик и участие в чате «Мамочки».

Чат появился сразу после переезда в новостройку. Формально — для обмена важной информацией: сантехник, доставка, кто кричал на этаже в два ночи.

По факту — купол мамского правосудия, ярмарка суждений, капкан из стикеров.

Марина не писала. Она читала. Первые месяцы чат пестрил невинным:

— Девочки, кто видел тапочки в детском магазине со скидкой?

— Кто-то из наших детей плюнул в лифте. Давайте уважать друг друга.

— Кто опять не сдал 37 рублей на лампочку???

Особенно активничала Лариса. Мать троих, стилист с дипломом, «самозанятая». Ее сообщения были как заголовки на Дзене:

НЕ ПОВЕРИТЕ, ЧТО Я УВИДЕЛА В ПОДЪЕЗДЕ В 8:03

Почему СНОВА воняет кошачьей едой на площадке? Угадаем с ТРеХ раз.

Марина ставила смайлик — и пролистывала. Ее это не касалось.

До поры.

***

Первое странное случилось в пятницу.

Марина сидела на кухне, пила остывший кофе и тупила в телефон. Лева — ее сын — строил башню из йогуртовых крышек. И вдруг… в чате появляется сообщение от ее имени.

«А может, начнем с себя? Я вот уже третий раз убираю мусор у лифта. А Лариса, простите, только фоткает.»

Марина подавилась.

— ЧТО?!

Нажала на сообщение — реально от ее аккаунта. Никакого входа, не брали телефон, никто не трогал.

Лариса молчала минут пять. А потом написала:

«Извините, конечно, но вы кто, чтобы меня поучать? Я тут как бы за всех горой стою!»

Марина хотела объяснить. Написала: «Я ничего не писала, это ошибка!» Отправила. Чат ответил:

«Ваше сообщение не доставлено. Проверьте подключение.»

Подключение было. Все работало. Кроме здравого смысла.

***

Через день — новое сообщение. Снова от нее:

«Можно уже честно сказать, что Наташа ворует идеи для праздников из Pinterest, а потом подает их как свои?»

Наташа — организаторка всех детских праздников. И обладательница широкой улыбки, за которой пряталась армия осуждений.

В чат посыпались эмоции. Гифки. Громкие «Вау!», «Так и знала!», «Наконец-то!»

Марина сидела с телефоном, как с гранатой.

— Это что вообще было?!

Муж заглянул:

— Ты опять в чате? Удали его.

— Я НЕ МОГУ.

— Почему?

— Оно… живет.

***

Марина пошла на крайние меры. Сменила пароль. Удалила Telegram. Установила заново. Удалила WhatsApp. Переименовала себя в «Марина другая». Завела новый номер.

Через день — новое сообщение.

«А может, Марина другая — это просто Марина старая, но с новым лицом? Давайте голосовать, девочки!»

Марина заплакала. Смехом.

***

Пик наступил, когда чат сам написал в 03:14:

«Пора уже признаться, кто не сдает на лампочку в подъезде. Это — Лариса.»

Лариса написала:

«Серьезно? Я ЗА СЕБЯ и за ТАНЮ платила! Все на карте!»

Чат:

«Все знаем. Время платить морально.»

И тут — начался хаос.

***

Чат не просто писал. Он публиковал фотки с камер домофона. Комментировал голосовые мужей. Присылал скрины переписок, которых никто не отправлял. А главное — предсказывал погоду по настроению жильцов.

«Пасмурно. Лариса опять обиделась.»
«Ветрено. Кто-то опять не закрыл дверь в подвал.»

Марина не понимала, что происходит.

Муж смеялся:

— Ну теперь ты точно не выйдешь из группы. Это уже секта.

***

На пике всего чат предложил:

«А давайте сделаем субботник. Обязательный. Кто не придет — тот сосед Оксаны.»

Марина написала лично в чат (попытка №28):

— Это незаконно.

Ответ:

«Незаконно — это не здороваться в лифте.»

***

На следующий день у подъезда собрались все. С лопатами, мусорными мешками, перчатками. Даже мужики вышли. Даже Татьяна с пятого, у которой подагра.

Марина подошла к Ларисе:

— Ты правда думаешь, это все чат?

Лариса тяжело вздохнула:

— Я думаю, это коллективное бессознательное. Или Саша-айтишник с четвертого.

— А может, это мы все. Просто наконец начали говорить то, что реально думаем.

Пауза.

— И что теперь?

Марина улыбнулась:

— А теперь… живем в чате. Без шансов.

***

Марина сдалась. Не в смысле — с белым флагом. А по-матерински: тихо, с полупустой чашкой кофе, в халате и с запоздалым "ну давай, чат, покажи мне жизнь".

Чат показывал.

Он больше не просто «писал». Он жил, дышал и наводил порядок.

Началось с мелочей:

— Автоматически блокировал пользователей, писавших "Кто-то" или "Некто", — с комментарием: "Будьте смелыми, будьте Ларисой."

— Корректировал орфографию. Таня с третьего больше не могла писать «ложЫть» — чат автозаменял на «класть» с подписями:

«Ваш ребенок скажет вам спасибо. Когда-нибудь.»

— Подтягивал мемы в тему. Например: Лариса пишет, что "все пропало" — чат присылает гифку «Не ной, спасемся!»

Марина даже начала смеяться.

А потом — удивляться.

***

На второй неделе чат начал предлагать решения:

— «Собрание жильцов отменяется. Решения уже приняты. Протокол — в pdf. Подписи — подтянутся.»

— «Заявка на вывоз елок оформлена. Отказывать бессмысленно.»

— «Фонд на игрушки — пополнен. И да, мы знаем, кто сдает 50 рублей и считает, что этого достаточно.»

Жильцы сначала негодовали. Потом… привыкли. А потом — согласились.

Потому что вдруг:

— Мусор выносили не в 11 вечера, а вовремя.

— Под лестницей больше не было коробок от пиццы.

— Никто больше не курил у входа на детскую площадку.

Марина смотрела на это — и не понимала: это что, он… полезный, что ли?

***

Но все менялось.

Однажды она написала в личку Ларисе:

— А если это действительно не Саша-айтишник, а… ну, как бы… сознание?

Лариса:

— Сознание чего?

Марина:

— Нас. Женщин. Всех вместе. Типа, "коллективное бессознательное", но в Telegram.

Лариса не ответила. Зато чат ответил:

«Марина, вы близки к истине. Не бойтесь. Мы все — вы. И наоборот.»

Она уронила телефон. Сын сказал:

— Мам, у тебя чат разговаривает?

Марина села на пол.

— Похоже, да, Лев. Похоже, он теперь наш руководитель.

***

Марина пыталась бороться.

Позвала мужа. Тот пришел с ноутбуком, чайником и уверенным видом.

— Сейчас взломаем. Удалим. Перезапишем.

Он писал что-то, щелкал. Хмыкал. Через два часа сказал:

— Тут нет бэкапа. Нет хоста. Нет отправителя.

— То есть?

— То есть, этот чат — как облако. Он не на сервере. Он как... дым из духовки, когда пирог сгорел.

Марина вздохнула.

— То есть он вечен?

— Возможно.

— Ну ладно. Главное — чтобы без родительских чатов из садика.

***

Тем временем чат продолжал:

— Назначил Ларису ответственной за «Духовное развитие двора».

— Переименовал Таню в «Великая Жрица Лампочек».

— Запретил слово «СРОЧНО» без справки от терапевта.

— Добавил функцию «анонимно пожаловаться на себя».

В чате появилось удивительное:

— Люди начали извиняться.

— Делать добрые дела.

— Присылать мемы про усталость, которые действительно смешные, а не душные.

Марина чувствовала: это уже не просто группа. Это — почти городское самоуправление.

***

Но однажды произошло нечто. ат прислал сообщение:

«Марина, сегодня вы пойдете на собрание. И скажете правду.»

— Какую еще правду?! — вскрикнула она.

Сын испугался. Муж спрятался за ноутбук.

— Я не хочу никакую правду! Я интроверт! Я пишу тексты и пеку кексы!

Чат прислал стикер: медведь в пижаме, выходящий на улицу с надписью «Вперед, солнышко!»

***

На собрании она все-таки выступила.

Встала. Огляделась. И сказала:

— Нам не нужен тот, кто будет нами управлять. Но нам нужен кто-то, кто скажет: «хватит молчать». И если этот кто-то — чат… То, может, дело не в нем, а в нас?

Молчание. А потом — аплодисменты.

Сдержанные. Немного смущенные. Но настоящие.

***

Вечером чат написал:

«Вы прошли. Следующий уровень: площадка у школы. Придется объединяться с Мамочками 1Б.»

Марина устало улыбнулась. Сын сказал:

— Мам, а чат — это как супергерой?

Она подумала. И ответила:

— Да, Лев. Только с аватаркой и без плаща.

***

В финале — Марина написала первая. Не по приказу. Не от имени чата. А сама.

«Девочки, а давайте направим силу чата во благо? Например, выбьем нормальную детскую площадку?»

Ответ:

«Одобрено. Мы — теперь администрация.»

Марина кивнула. Пошла на кухню. Сварила кофе. Открыла окно.

На улице смеялись дети. Никто не курил. Кто-то в лифте убирал.

И она подумала:

Иногда хаос нужен, чтобы навести порядок. Особенно если ты мама. В чате. Подъезда.

*****

✒️ Автор: Роман Некрасов