Утренний кот, или кофе с молоком.
Иной раз хочется разметать облака по небу, выплеснуть чашку горячего кофе в морду проходящему мимо коту, и спросить:
- Ну, что, сволочь, жарко небось? А в ответ услышать: - Никак нет, товарищ, кофе ведь с молоком был. Даже приятно.
И ничего не понимая смотреть в след этому самодовольному коту, который, уходя, еще и нагло облизывается. И бормотать себе под нос: "Черта с два я еще хоть раз в жизни кофе с молоком выпью, только черный - как смола в аду"!
Но нет облаков в небе, коты куда-то попрятались, а в магазин не завезли молока. Вероятно, коровы иссякли, или трава перестала расти.
Что ж. Иду по улице, пиная валяющиеся на дороге консервные банки, апельсиновые корки и еще теплых алкоголиков.
За углом встречаю невыспавшееся солнце, которому никак не удается взобраться на небо. Солнце расстроено и вот-вот заплачет. "Не плачь, говорю, солнце мое, давай помогу". И подсаживаю его на водосточную трубу, по которой до неба всего четыре этажа. Светило, покряхтывая, забирается наверх и благодарно загорается ярким светом. Сразу становится весело, светло, и легче жить на белом свете, потому что жить на сером - совсем не весело.
Радостные обитатели мансарды вызывают пожарную машину. "Глупые, - смеюсь я, - вы что, никогда не видели солнца?" И ухожу, рассматривая мир, и отыскивая, чтобы еще в нем подправить.
Побродив так полдня по Питеру, успеваю привести город в порядок. На Садовой - показать дорогу заблудившемуся трамваю, на Гороховой - перевести старушку через дорогу, у моста Александра Невского - застрелить трех ротвейлеров: нечего гулять где ни попадя, и пугать добропорядочных бюргеров.
Удовлетворенный делами рук своих возвращаюсь домой. У порога сидит утренний кот и с надеждой на меня посматривает.
- Что, - говорю, - кофе хочешь?
- Хочу, - мурлыкает кот.
Я смотрю на закатное небо. Махнув мне благодарно рукой, солнце спускается по трубе на улицу. Оно живет здесь неподалеку. Врут, думаю иностранцы, совсем не западе оно заходит.
- У меня и молока нет, - говорю я
- Это ничего, - соглашается кот, - сойдет и без молока.
- Ну, тогда заходи, брат мой меньший, - говорю я, беру кота за хвост, и мы оба пропадаем в черном проеме дверей.
Автор - Алексей Живой
- Ну, что, сволочь, жарко небось? А в ответ услышать: - Никак нет, товарищ, кофе ведь с молоком был. Даже приятно.
И ничего не понимая смотреть в след этому самодовольному коту, который, уходя, еще и нагло облизывается. И бормотать себе под нос: "Черта с два я еще хоть раз в жизни кофе с молоком выпью, только черный - как смола в аду"!
Но нет облаков в небе, коты куда-то попрятались, а в магазин не завезли молока. Вероятно, коровы иссякли, или трава перестала расти.
Что ж. Иду по улице, пиная валяющиеся на дороге консервные банки, апельсиновые корки и еще теплых алкоголиков.
За углом встречаю невыспавшееся солнце, которому никак не удается взобраться на небо. Солнце расстроено и вот-вот заплачет. "Не плачь, говорю, солнце мое, давай помогу". И подсаживаю его на водосточную трубу, по которой до неба всего четыре этажа. Светило, покряхтывая, забирается наверх и благодарно загорается ярким светом. Сразу становится весело, светло, и легче жить на белом свете, потому что жить на сером - совсем не весело.
Радостные обитатели мансарды вызывают пожарную машину. "Глупые, - смеюсь я, - вы что, никогда не видели солнца?" И ухожу, рассматривая мир, и отыскивая, чтобы еще в нем подправить.
Побродив так полдня по Питеру, успеваю привести город в порядок. На Садовой - показать дорогу заблудившемуся трамваю, на Гороховой - перевести старушку через дорогу, у моста Александра Невского - застрелить трех ротвейлеров: нечего гулять где ни попадя, и пугать добропорядочных бюргеров.
Удовлетворенный делами рук своих возвращаюсь домой. У порога сидит утренний кот и с надеждой на меня посматривает.
- Что, - говорю, - кофе хочешь?
- Хочу, - мурлыкает кот.
Я смотрю на закатное небо. Махнув мне благодарно рукой, солнце спускается по трубе на улицу. Оно живет здесь неподалеку. Врут, думаю иностранцы, совсем не западе оно заходит.
- У меня и молока нет, - говорю я
- Это ничего, - соглашается кот, - сойдет и без молока.
- Ну, тогда заходи, брат мой меньший, - говорю я, беру кота за хвост, и мы оба пропадаем в черном проеме дверей.
Автор - Алексей Живой