333

Тополя

Тополя Тополь, Деревня, Школа, Война

В 2014 родители приехали в гости из ближнего зарубежья.Батя в своей деревне не был где-то лет тридцать,попросил свозить его туда,говорит хочет в последний раз на свой дом посмотреть,да на кладбище сходить.Ехать около 300 километров,утром и выдвинулись на моей машине.Добрались без происшествий хоть и было дождливо в дороге.Проехались по деревне,Батя даже кого-то знакомого встретил,постояли у дома отчего,заехали в школу.Батя говорит,что на войну уходили 11 добровольцев и посадили возле школы 11 тополей,которые здесь и росли,а теперь 11 коротких,как память пней в рядок.

Дубликаты не найдены

+16

тут смотря когда садили, если когда в 1941-45 уходили, то тополям тем пздц... сами бы упали давно.

надо было кедрач садить, тот долго живет...

+34

Теперь серьезно. для тех кто не знает , что такое тополь.   тополь одно из самых опасных растений во время ураганов. которые в последнее время зачистили на территории центральной России. Ну а со старостью  сухие ветви  отпадывают и без ветра.

А дерево высокое, тяжелое.  упадет мало не покажется.

раскрыть ветку 4
+13

Ага, мы как-то выкорчевывали тополя во дворе, которые предыдущий хозяин посадил. Деревья высотой с трехэтажный дом, а корневая система меньше, чем у яблони. Как только в земле держался. Ну его нафиг такую опасность вблизи дома и линии электропередач иметь.

раскрыть ветку 3
+4
У меня два тополя во время урагана упали на дачный дом. На удивление ничего не сломали а аккуратно легли. Было очень весело распиливать на весу эту громадину, и в итоге остались пеньки метра по 4 с прибитой поперек доской, которые в тот день уже не было сил добивать. А ночью пошел дождь, и они встали обратно... Так и стоят с прибитой поперек доской.
раскрыть ветку 1
+1

У нас во дворе, в высоту до моего 6 этажа вымахали, ветки огромные,  пуха летом куча. Столько жалоб на них было, и то спустя столько времени, спилили только ветки в конце прошлого года.

+16

Что-то вспомнилось.

"Да, взметнулась волна горя, но подержалась, подержалась и стала спадать, и кой-кто уже вернулся к своему столику и – сперва украдкой, а потом и в открытую – выпил водочки и закусил. В самом деле, не пропадать же куриным котлетам де-воляй?". М.Булгаков.

Пух, аллергия, свет загораживают, а что памятные... Небось некому уже помнить. Кто уехал, кто умер. Вот и результат. Грустно.

раскрыть ветку 2
+22

Не столько пух и аллергия сколько корневая система у тополя малюсенькая и они создают опасные ситуации, разрушают здания при падениях, а для падения им уроган не нужен

Печальная, горькая, мерзкая ситуация но по фактк просто не те деревья выбрали :(

раскрыть ветку 1
+1
Можно посадить другие, тут же знак, память.
+5
Не тот вид деревьев посадили. Надо было что-то более долгоживущее.
раскрыть ветку 1
0

Кедровую сосну, например)

+5

У нас в Светлогорске есть тополиная аллея посаженная ветеранами в 70х, пока стоят, но жить им осталось не долго.Век тополя даже короче людского.

+2

вроде тополя сажают на заболоченых участках, он как водохлёбы хорошие

а так блять ненавижу сука этот пух ебучий, везде летает сука в нос лезет вечно

0

Я пару лет назад папу в Тронгзунд возил, теперь Высоцк. Нашли дом, где они жили, вернее стену от него, к ней теперь детский сад пристроен. Дошли до крепости где они от бомбёжки прятались в первые дни войны.

-1
Я одна пух поджигала? Было весело.
-8

Вооот Тополя!

Иллюстрация к комментарию
раскрыть ветку 1
-2
Тополя, тополя, тополя...
-25

Суки... Че...

раскрыть ветку 29
+8

чё, сучить то , по поводу и без? тополь растение скороспелое. быстро растёт. быстро превращается в" деловую древесину". но так же стремительно стареет. у нас тоже из-за реконструкции спортзала спили аллею. но на стену укрепили мемориальную мраморную доску. небольшой конфуз вышел. не нашлось подходящих анкеров. село же всё на гвоздях и саморезах. закрепили на чопиках. потом перенавесили с города привезёнными анкерными болтами.

раскрыть ветку 2
+2

А ещё от них пуху летит,аллергики и не только просто стреляются

0
Ии ? Они проросли?
+19

Кто суки?Те,кто тополя спилил?А если бы они от старости на детей упали,кто был бы суками?Тополь-это самое недолговечное дерево,надо было дубы сажать!

раскрыть ветку 23
+3
Ну, ёлки! Опять как чуть что, так сразу про детей, для пущего драматизму в стиле газеты "Жизнь"? Мне - взрослому человеку тоже под тополем погибнуть как-то не улыбается.
раскрыть ветку 1
-12

И да.... Посмотрим что вы будете писать, когда на вашу память плевать будут.

раскрыть ветку 1
-18

Вы хоть один тополь обрушенный видели ? Сами,собственными глазами. Жаль, лежу в больнице. А то бы нафотал вам этих тополей, посаженных почти со дня основания города. А там деревня!!! Кому мешали? В конце концов, кто мешал рядом посадить замену и сделать аллею. И пост мой был не про спиленные деревья, а про отношение.  Дурни бля.

раскрыть ветку 18
ещё комментарии
-3
Чё заминусили то, Мичурины с айфонами, тополя прекрасно можно было просто подрезать, оставить один ствол, даже если подкоротить, и они никуда бы не упали. Здесь очевидный похуизм на память людей.
раскрыть ветку 1
0
С таким же успехом пеньки тоже дадут молодые побеги. И ещё очень долго будут напоминать безобидные кустики. Типа того
Иллюстрация к комментарию
ещё комментарии
Похожие посты
7869

Село Высотино Самарской области. Школа

UPD #comment_162545036

ответ министерства образования Самарской области, любезно предоставленный @Bezeus

Случилось мне по пути заехать в село Высотино Самарской области. В этом селе согласно Википедии и Всероссийской переписи населения 2010 года проживает 120 человек. Вот это место на карте.

Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео

В селе нет магазинов, банка, полиции, больницы и других привелегий цивилизации. Но зато есть ШКОЛА! Да, да. Огромное шикарное здание школы. Которое стоит на отшибе деревни, которое построили не известно зачем и почему. И которое конечно же стоит заброшенным, обдуваемое всеми ветрами и постепенно рушится/ растаскивается жителями на личные нужды. И у меня, как у честного налогоплательщика, возникли вопросы. Кто это сделяль? И на какие средства? И кто это одобрил?

Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео
Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео

Это фото школы. На мой взгляд не каждый город может похвастаться такими строениями.

Ниже несколько фото деревни. Было холодно и метель. Поэтому фоток мало и они не очень. Но общую картину передают.

Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео
Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео
Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео
Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео

Прошу поднять в топ ( тег без рейтинга поставлен), потому что очень интересно узнать историю возникновения этой школы. Может я не права, может это здание построило частное лицо на свои средства. Но по словам местных строилась школа. А если все же эту школу построили из бюджета государства то хотелось бы узнать зачем, почему, сколько стоило и кто виноват. А так же наказания ответственных лиц,  т.к. тут по-моему скромному мнению попахивает отмыванием денег, мошенничеством.


Upd от автора

Несмотря на наличие данного гиганта в соседнем районом центре Приволжье в 19 км вот уже несколько лет строится новая школа.

Село Высотино Самарской области. Школа Без рейтинга, Школа, Самарская область, Здание, Деревня, Самара, Длиннопост, Видео
Показать полностью 8 1
1837

Противогаз из прошлого

Вот такой немецкий противогаз сегодня надевал мой сын на ОБЖ. Откуда он в школе, неизвестно.

Противогаз из прошлого Великая Отечественная война, Вторая мировая война, Школа, Находка, Нацисты, Свастика, Война, История, Длиннопост

Меня больше удивляет не то, что он в школе, а откуда он в моем городе на дальнем востоке, где немцев никогда не было

Противогаз из прошлого Великая Отечественная война, Вторая мировая война, Школа, Находка, Нацисты, Свастика, Война, История, Длиннопост

Сын мой, тег мое

Показать полностью 1
846

Его нельзя хоронить!

Он свалился мне на голову — прицепом к продленке. Я не помню его фамилии, но не забуду его никогда

Светлана Комарова уже много лет живет в Москве. Успешный бизнес-тренер, хедхантер, карьерный консультант. А в 90-х она восемь лет работала учительницей начальных классов в глухих дальневосточных деревнях.


***


Продленку никто не хотел вести, поэтому ее торжественно вручили мне, как самому молодому учителю в школе. Педагогическая дедовщина, так сказать. Все нежелательные предметы и обязанности в деревенских школах сваливают или на самых молодых, или на самых безотказных. Я проходила по двум пунктам сразу. Времена поменялись — больше не прохожу ни по одному.


Продленка — это когда все неместные разъехались по домам, а ты, неместная, сидишь в школе с детьми, которых родителям некуда девать или нечем кормить. На продленке дают обед и полдник. В деревне нет работы, та, что есть — за копейки. Дома неместных за шесть километров от школы, автобусы два раза в день. Не успел — или час пешком в минус тридцать с влажностью 90%, или жди автобуса, который заберет тебя в семь вечера.


С обеда и до вечера я учу уроки с учениками от первого до восьмого классов (одна на всю домашку разношерстного кагала) и развлекаю их всем, чем только можно занять запертых с утра до вечера в сельской школе оглоедов. Детей из благополучных семей в продленку отдают редко. А с оглоедами бывает, мягко говоря, нелегко, особенно выучить уроки. С одним — запомнить «жи-ши пиши с буквой «и»», с другим — сочинение по книге, которую он в руки не брал.


Если «мой кагал» учится старательно, после домашних заданий я пересказываю им сказки Андерсена, фантастику или статьи из журнала «Техника — молодежи». Поощрение это было найдено эмпирическим путем после долгих баталий. Угроза «если не сделаете уроки, рассказывать ничего не буду» действует. Полтора-два часа на уроки, дальше тысяча и одна ночь с обещанием продолжить завтра. Жюль Верн, Конан Дойль и Андерсен на мое счастье были плодовиты, смоленский еврей Изя Озимов тоже не подкачал.


Семиклассник Сережка — мой луч света, ходячий позитив и редкий умница. Делает все быстро и мается в ожидании, пока все домучают домашние задания, а я их проверю. Я делаю вид, что не замечаю, как он шныряет по классу, подсовывая страдальцам решения. Он помогает мне проверять работы. Садится за первую парту, мухой делает домашку и просит начать пересказ книжек пораньше, шепотом, ему одному, а потом начать еще раз, уже для всех. Он готов по кругу слушать Брэдбери, я нашептываю ему через стол фантастику и таскаю из дома книги.


Парень удивляется мне, как волнистому попугаю в тайге: «У вас такие пальчики красивые, тоненькие, в деревне ни у кого таких пальчиков нет. У мамки руки не как у вас. И ногти у вас красные. Вырасту, куплю мамке лак, пусть ногти красит». Мне стыдно и хочется спрятать руки под стол. Мамка Сережки — техничка в детском саду. Вода из колодца, печь, огород, скотина. Как сказать мальчишке, что мамка не виновата в том, что у нее нет тонких пальчиков с красными ногтями? Она родилась не в том месте, где женщина может сохранить холеные руки до глубокой старости. Одна тянет двух сыновей. Сережка — ее опора и надежда. Младший — изворотливый, вороватый, брехливый и бестолковый. Сережка его очень любит — не находит себе места, когда братец в очередной раз попадается на чем-нибудь неблаговидном.


Сережка ходит за мной хвостом и с детской непосредственностью лепит комплименты. Он везде, я спотыкаюсь о него на каждом шагу. Через полгода приедет математичка, которой не хватит нагрузки, и продленку у меня заберут, чтобы ее догрузить. А Сережка продолжит ошиваться под дверью моего класса на переменах и после уроков. За лето он вымахает под метр девяносто, повзрослеет, научится смущаться, краснеть и станет заходить реже. Я люблю, когда он заходит, с ним тепло и интересно. Бывают люди, рядом с которыми всегда хорошо. Он такой. Его все любят. Еще через год я уйду в декрет, рожу дочь, а к моменту моего выхода из декрета Сережка уже закончит школу и куда-то исчезнет.


Потом будет ужас Чечни. Я открою дверь квартиры и увижу плачущую навзрыд директора школы. Потом я долго не смогу понять, что она бормочет, и сообразить, какой Сережка погиб. Да нет, бросьте, это какая-то путаница, другой Сережка! Потом много дней мы будем ждать, когда его привезут. Потом мы узнаем, что он погиб почти месяц назад. Вместе с ним к матери приедет военком и четверо солдат с оружием — похороны с почестями, выстрелы над гробом.


Мы будем искать цветы. Февраль, девяностые, Дальний Восток, сто километров от Хабаровска. Какие цветы? Все непоправимо, сделать ничего невозможно, нужно хотя бы остановить рефрен в голове: «у вас такие пальчики красивые, тоненькие…» В день похорон в своих классных комнатах мы срежем все цветущие герани, бегонии и декабристы и раздадим их его одноклассникам. Двухметровый позитивчик, как же так?!


Знаете, что происходит с цветками декабриста в минус тридцать пять с ветром? Они замерзают как стекло, как только их вынесешь на улицу. И разбиваются как стекло! Парни, идущие перед гробом, бросают их в натоптанный снег. Цветы разбиваются в крупные красные осколки, и ты идешь за гробом по этим осколкам крови и видишь мать с некрасивыми красными руками, которую волокут по красному крошеву под руки, потому что она теряет сознание. Она не верит, что в этом длинном страшном гробу лежит ее ребенок. Она кричит, что это ошибка, и требует открыть гроб. И размазывающий кулаком слезы военком нарушает все запреты и дает отмашку на то, чтобы гроб вскрыли. Он просит у нее прощения за то, в чем никогда не был виноват. А вся деревня ревет и готова рвать в клочья и его, и четырех перепуганных ровесников Сережки, потому что сейчас эти пятеро воплощают для них всю несправедливость, весь ужас и все зло мира.


Ссутулившийся военком и съежившиеся солдатики, стоящие у могилы ровесника на страшном морозе и ветру в тонких вязаных перчатках, слушают, как проклинают их самих и их матерей, глотают слезы, но не могут ничего сказать в ответ. А когда откроют гроб, все станет еще страшнее, потому, что у человека, который когда-то был живым, веселым, теплым и добрым, не может быть такой страшной кожи — цвета покрытого белым налетом шоколада. И мать, увидев эту чужую темную кожу на лице своего веселого, доброго, двухметрового сына, будет радостно кричать над вскрытым цинковым гробом:


— Не он! Смотрите, не он! Его нельзя хоронить! Его мать где-то ищет!


И уже отморожены руки, а в голове все никак не останавливается голос: «У вас такие пальчики красивые, тоненькие….» И у меня больше никогда не будут расти декабристы. И я не помню его фамилии!


Автор: Светлана Комарова

Его нельзя хоронить! Рассказ, Школа, Жизнь, Длиннопост, Грусть, Смерть, Война
Показать полностью 1
760

Однажды, ранней весной

История эта произошла в одной из деревень за Уралом во время войны. На отшибе деревни стоял крепкий бревенчатый дом единоличника Корнея Петровича Ерофеева. Старик этот и до войны не отличался общительностью. Был бывшим кулаком. В коллективизацию отобрали у него землю. Так как не вошел в колхоз - не дали приусадебного участка, подталкиваемый нуждой, ушел в охоту и собирательство.


Голод и трудные времена оставил ему лишь одного сына, но и с ним отношения не ладились. Алексей Корнеевич повзрослев, стал комсомольцем. Отца не одобрял, часто спорил с ним. В семье Ерофеевых существовало железное правило, что семья принимала пищу всегда вместе и из одного ковша. Так маленький Лешка с матерью, до глубоко ночи ждали отца с промысла, если обещал в тот день вернуться. Так и впоследствии сам старик ждал, когда сын вернется с общественной и партийной работы. Правда пока мать была жива, они за столом то и дело разговаривали. О разных делах, об охоте, которой старик обучил свое чадо, о делах на деревне. Когда же хозяйки в доме не стало, сидели и кушали молча, что на их стол посылала судьба.


После была война. Алексей Корнеевич, как и положено ушел на фронт. Изредка писал короткие письма. Мол, отец, все со мной хорошо, воюю, как могу и умею. Через время пришло другое письмо – плохое, вместе с похоронкой. В похоронке сухие строки, а вот письмо написано сослуживцами. Описано было в нем как жил его сын и как погиб. Что взят был в разведку из-за навыков в охоте, служил смело, имел подвиги. Погибель его настигла на задании за линией фронта. Выходя с задания к своим, их настиг немецкий патруль. Алексей был легко ранен, но вызвался прикрывать отход. Была слышна долгая перестрелка. Товарищи на следующую ночь, как положено, вернулись за телом товарища, но на тропе его не обнаружили. Сын охотника, используя темноту и заросли, сумел запутать немцев и уйти в чащу. Однако, сам угодил в капкан упав в овраг и обессилев, остался в нем лежать. К утру его в этой западне застали «полицаи» и там же добили, штыками, дабы не тратить патронов. Сняли сбрую, нож, автомат и ушли в комендатуру за «наградой».


Жизнь старика стала совсем тяжкой, живности в округе не стало, так как народ оголодал и в пищу уже шли иногда чуть ли не грызуны. В деревню привезли эвакуированных детей из Ленинграда, так весь излишек продовольствия сельчан шел эвакуированным крохам. Корней Петрович тем временем совсем на людей и на судьбу осерчал. Обиделся он страшно. Зарок себе дал - более не с кем не говорить. А позже после скитаний по лесу, решил заморить себя голодом. Просто лечь на печку и лежать, пока бы не помер. Жить ведь больше незачем. Обида брала, особенно когда думалось ему, что убили сына не враги по сути, а свои же. Русские люди, каким был он сам. Слезы наворачивались на его глаза, когда представлял он беспомощного сына. И охватывало неимоверное зло на тех, кто даже пули пожалел для человека.


Единоличник Ерофеев остался совсем один. Лишь скорбные, злые мысли пытали его пока он лежал на остывшей печке застуженного дома. Не стало в жизни ни дня, ни ночи, только долгое ожидание исхода. Только изредка мигающие глаза выдавали жизнь, в укутанной тулупом фигуре, которые наблюдали из маленького окошка за слабеющей весенней метелью. К вечеру метель утихла и глаза закрылись.


Ближе к рассвету старик вновь открыл глаза. Его потревожил шум, доносящийся из сарая, рядом с домом. Дрожь прошла по всему телу Корнея Петровича. Неужели люди доставили и без того немало зла, что решил поживиться его имуществом? Да пока он живой? Ну, сейчас задаст им! Он соскочил с печи, схватил железную трубу и вышел из дома.


Во дворе же увидел знакомую ему медведицу, которая бывало, грабила его лесные запасы грибов и ягод. Все попытки изловить хитрунью были тщетны. Уж больно ловко избегала ловушки и капканы. А теперь изрядно исхудавшая, после спячки, будто специально привлекала внимание. Встав передними лапами на хлипкий сарай, и со скрипом раскачивая его.


Ерофеев в оцепенении несколько минут наблюдал за этим, затем прокричал в сторону медведицы:

- Чего пришла? Не нужна ты мне больше! Иди ты отсюда, люди теперь совсем злые! Разделаются с тобой и съедят, глазом не моргнешь!

Медведица же продолжала раскачивать сарай с дровами.


Ерофеев начал бить трубой по дому издавая громкий звук. Медведица отбежала от двора на отдаление, но все равно издалека продолжала реветь. Старик почесал затылок и подумал: «Зовет будто? Что это ей вздумалось?» Но отпустив любопытство и зайдя в хату, снова лег на печь. Через время из оконца, послышался рев медведицы стоявшей на отдалении от дома. Охотник вздохнул, натянул валенки и тулуп. Заткнул за пояс топорик с ножом, да надел снегоступы. Снял со стены ружье и отправился, по мокрому снегу в лес, по следам гостьи.


Пробираясь через чащу Ерофеев узнавал свои зарубки на деревьях. Медведица вела его в знакомое место. И после двух часов преследования старик, наконец, натолкнулся на причину беспокойства. Медведица обнаружила его забытую лесную землянку, с осенним урожаем сушеных грибов, ягод, рыбы и прочих даров леса. Рядом с этим схроном была оставлена ловушка - «медвежья яма». Из нее доносилось глухой скулящий звук. Мать, увлекшись трапезой, потеряла из виду медвежонка, который угодил в ловушку. Благо ему удалось избежать деревянных кольев, но и самостоятельно вылезти маленький комок шерсти не мог. Попытки медведицы также отказались тщетны. О ее стараниях говорил вытоптанный снег вокруг и обвалившиеся под ее весом края ямы, которые от этого стали ещё более пологими.


Старик наклонился над ловушкой и стал вытаскивать деревянные колья из ямы, медвежонок же забился в противоположную сторону ямы и испуганно начал реветь, что оставались силы. Корней Петрович оглянулся по сторонам. Медведица издалека недовольно фыркала носом, то встав на задние лапы, продолжала следить за охотником.


Ерофеев как бы вслух обращаясь к медвежонку продолжал:

- Ну, тихо - ты! Вытащу тебя, да и пущу к матери! Не зверь, ведь какой-то!

Спустившись аккуратно в яму, старик потянул руки меж кольев, к меховому комку. Но тот не желал просто так сдаваться, всячески кусался и извивался, пока охотник не сумел схватить его за загривок. Тщательно оглядев мишку, и не обнаружив у него никаких ран Ерофеев небрежно подкинул его на вытоптанную матерью твердую землю.

Сам с трудом покинув яму, старик обнаружил, что медведица, встретив свое чадо, никуда не ушла, а терпеливо ждет. Усмехнувшись, охотник кивнул головой в сторону землянки:

- Ну да, куда теперь уйдешь.… Теперь -то медом здесь намазано! Погоди, долю свою заберу и уйду.


Он достал из землянки лыжи, соорудив из них импровизированные сани, начал грузить на них корзинки с щедрыми запасами. На сани поместилась ровно половина, что осталась от первого визита медведицы. Другая половина так уж и быть останется ей, а то медвежонок совсем мелкий. Глядишь, без этих запасов не выкормит. А без медведя в лесу нельзя. И Ерофеев потащил сани за собой в деревню.


На обратном пути начала отзываться слабость от голода: кружилась голова и темнело в глазах. Старик падал и снова вставал, продолжая тянуть за собой добро. Солнце клонилось к закату, на холме показалась деревня.

Однорукий мужчина в накинутом на плечи ватнике сидел на крыльце сельского клуба и задумчиво курил самокрутку. Это был председатель колхоза, наблюдавший за играющими во дворе детьми, которых оставили на его поручения партийные начальники. Легкие были заполнены горьким дымом, а голову занимал только один вопрос: «Как пережить весну?». Неожиданно к частоколу клуба весь взмыленный Ерофеев притянул, какие то сани. Глаза его были абсолютно стеклянными, похоже был пьян. Привязав к забору свою ношу и поймав взгляд председателя, он пальцем указал на детей и глухо проговорил:

- Это – им!


Развернулся и, качаясь, поплелся к своей хате на отшибе. Добравшись до дома, он с трудом взобрался на печь. Закрыл глаза и больше никогда их не открывал. Умер не единоличник, а человек Ерофеев. Не стало больше Ерофеевых в деревне. Только после войны, все собаки иногда в деревне срывались на лай, когда медведь заходил на окраину поселения, посещая то место, где раньше стоял дом семьи охотника.


Автор: Nikita Berezovskiy

Однажды, ранней весной Деревня, Война, Медведь, Длиннопост
Показать полностью 1
1830

Верните Галину Васильевну!

В деревне в Новосибирской области уволили директора местной школы, Галину Васильевну. Она сделала так, чтобы в школе вообще не было поборов, а питание, школьные автобусы, учебники, тетрадки и даже подарки на Новый год были бесплатными. Благодаря ей родители переводили своих детей из поселковой школы (вроде как большой и приличной) к ней в деревню. Она любила всех и знала всех поимённо. И работала так аж 40 лет.


История классическая: на её место решили посадить молодую жену чиновника, новоиспечённую выпускницу педагогического вуза. А Галину Васильевну уволили, мол, уже 20 лет как на пенсию пора.


Родители взбунтовались. Теперь по деревне проходят одиночные пикеты, в соцсетях запустили хэштег #вернитегалинувасильевну. Даже Путину видеообращение отправили. Вот вам и про пенсионную реформу, и про Ивана Голунова и про всё это добро, которым нас кормят.


Источник и подробности здесь.

Верните Галину Васильевну! Негатив, Школа, Поборы, Чиновники, Пенсионная реформа, Новости, Деревня
235

Иванушка

Итак, второй ОГЭ остался позади. Не пойму, почему многие коллеги не любят быть ответственным организатором, а предпочитают тупо сидеть в дальнем углу и сверлить взглядом детские затылки. Тут хоть какое-то развлечение: заполнить протокол, выдать очередной черновик, выпустить в туалет, принять работу у завершивших экзамен, самому почитать КИМы и убедиться, что не вся школьная программа безнадёжно забыта. А ещё люблю наблюдать за лицами детей. Давно заметил, что даже не обезображенные интеллектом физиономии во время умственного напряжения выглядят красиво.

Прямо передо мной за первой партой второго ряда приземлился щуплый лохматый белобрысый паренёк в старенькой, но чистой белой рубашке, застёгнутой, что интересно, на все пуговицы. Такие дети сейчас встречаются только в маленьких деревнях, и то редко. Я глянул в список и понял, что не ошибся. Имя у пацана оказалось подходящее - Иван. Такой, знаете, сказочный младший братец Иванушка: добрый, простой и бесхитростный...

Ровно в десять я вскрыл пакет, раздал задания, дети шустро всё заполнили и приступили к работе. Белобрысый Ванька шмыгал носом, что-то старательно решал, но потом всё зачёркивал. Я подумал, что он закончит первым, но ошибся: раньше всех сдался парень из нашей школы, которого я считал вполне способным побороться за тройку...

Аудитория потихоньку пустела, и я стал робко надеяться, что успею на последнюю дообеденную электричку. Но всё было напрасно. В час дня осталось двое: похожая на отличницу девушка, исписавшая четвёртый черновик и попросившая третий лист ответов №2, и Ванька, уже давно мечтательно смотревший в потолок и как-то очень светло улыбавшийся своим, далёким от математики мыслям. Вскоре отличница закончила работу, и мы остались втроём. По идее, я должен был испытывать к этому зависшему мальчишке острую неприязнь: конечно, перспектива застрять до вечера изначально рассматривалась как наиболее вероятная, но из-за него я не успею сделать кучу дел, которые запланировал, если не уеду днём. Теперь бы на вечернюю не опоздать: все остальные организаторы уже закончили экзамен, и моя очередь - самая последняя, а документы принимают не быстро. Но никакой злости не было, очень уж хорошее и доброе было лицо у Ваньки. Мне даже показалось, что он вообще забыл, где находится и сочиняет стихи.

- Ваня, с тобой всё в порядке? - тонко намекнул я.

- Всё в порядке, - как эхо откликнулся паренёк и беззащитно улыбнулся.

Ну как на такого сердиться?

Лишь когда я напомнил, что до конца экзамена осталось тридцать минут, Иван глубоко вздохнул и стал собираться. Его единственный черновик был исписан только с одной стороны, листы ответов №2, естественно, были девственно чисты, но клеточки в тестовом задании он заполнил, уж не знаю, насколько правильно. На прощание Ванька снова улыбнулся своей ясной и доброй улыбкой, и я подумал, что хоть и не верю в бога, но мне очень хочется, чтобы бородатый дед на облаке сделал так, чтобы пацан получил-таки свою тройку, не сейчас, так хоть на пересдаче. И вообще, чтобы всё у него было хорошо...

2225

Про навоз.

Тамара Ивановна на своем первом в жизни уроке в роли учителя русского языка в деревенской школе задала на дом пятиклассникам стандартное "Как я провел лето".

Всю жизнь прожив в городе, Тамара Ивановна после окончания пединститута решила начать трудовую деятельность именно в деревне, так как по разговорам ее знакомых в деревне работать проще.

Сочинение Усольцева Васи вызвало у ней некоторое недоумение. Она еще раз прочитала его, но текст не изменился. Слово "навоз" в тексте было употреблено 12 раз.

Тамара Ивановна хоть и была городской жительницей, но прекрасно представляла себе, что такое навоз. Конечно, она не ожидала увидеть в сочинениях фразы, типа, "я все лето провел на Черном море" или "я гостил у бабушки в Прибалтике", но чтобы ребенок написал такое.

На следующий день на уроке русского языка она решила немного уточнить у Васи.



- Вася, вот ты пишешь в сочинении, что утром, когда вставал, ты шел в конюшню и убирал навоз. Ты так родителям летом помогал?

- Не, не помогал, - поправил ее Вася, - это моя обязанность. Мамка в 5 утра уходит на ферму, а батя в полседьмого уезжает на бригаду. Вот и положено мне навоз за коровами убрать. Им то ведь некогда.

- Хорошо, - согласилась учительница, - у тебя написано, что каждое утро ты варил кашу. Вы одной кашей питаетесь?

Вася засмеялся.

- А вы тут неправильно поняли. Я имел ввиду кашу свиньям. Там же написано дальше, что у нас пять свиней.

- Поняла. А вечером был тоже навоз?

- Конечно, - удивился Вася. - Батя уставший приезжает, а мамке некогда - ей надо нам сварить. Вот я за телятами навоз и убираю.

- А потом у тебя написано, что ты его куда-то везешь?

- Ну, да. Корыто же нужно вывезти, оно же полное. Да и за свиньями приходится постоянно убирать. А еще у нас кролики есть, клетки у них раз в неделю чистил. Тот же навоз, только маленький.

Вася хихикнул над своей шуткой.

- А ты что-то еще летом делал? - поинтересовалась учительница.

- Конечно, мы еще с батей сено косили.

- Так, - взбодрилась учительница, поняв, что можно вывести ученика на дорожку без навоза, - а ведь ты мог написать, как весело было на покосе?

- Весело? Да я как только представлю, как я это сено в виде навоза должен буду вывезти, так мне дурно делается!

- Ну, а ягоды ты собирал? - пошла другим путем учительница, вспоминая, чем еще можно заниматься в деревне летом.

- Да я чего, баушка старая что ли на корячках то за этими ягодами ползать?

- А грибы?

- А грибы, да. Пару раз, когда мы с покоса ехали, останавливались с батей, чтобы грибов собрать. Представляете, мы две худых бадьи синявок и обабков набрали. Мамка нам потом их нажарила. Нормально тогда поели.

- Да уж, - вздохнула учительница. - Твои одноклассники разнообразнее написали. Вон Петя пишет, что летом купался ...

- Кто пишет? Петька? - закричал от негодования Вася. - Да нынче лето холодное было, я сам видел, как он на бродке по колено зашел и сразу вышел. Купался называется.

- Надя в Свердловске отдохнула, - привела другой пример Тамара Ивановна.

Вася засмеялся:

- Ну если поездку на совхозном скотовозе с батей за новыми сапогами вы считаете отдыхом. Так то и я мог написать. Ко мне вообще бабушка из Курбышева приезжала.

- Может быть из Куйбышева?

- Во-во, оттуда. Но я ведь этим не хвастаюсь.

Учительница решила закончить разбор сочинений. Пристыженные Петя и Надя сидели с красными лицами, а Вася уже начал зевать, поглядывая под парту и сравнивая цвет надетых носков.


Все основано на реальных событиях, но в моем вольном пересказе. Это был примерно 1987 год.

А Вася вырос и стал машинистом поезда.


©Дневник начинающего учителя.

Показать полностью
403

Хрустик

Хрустик Кролик, Собака, Деревня, Война, Обознались, По заслугам, Домашние животные

Когда я рос в деревне, в мои обязанности входила кормёжка кролей в количестве штук 50-ти.
Один из моих подопечных назывался Хрустиком, поскольку хрустел всем, чем мог... Ветки, дверца клетки, ворота хлева, например.
В клетке Хруст жил всего несколько дней в году - только во время знакомства с новыми барышнями для увеличения поголовья, так сказать. В остальное время он тупо сбегал и жил где-нибудь в сарае или под стогом сена. Дикая жизнь натренировала его способности к выживанию и силу. Больше всего порадовала история с Лапкой...
Соседская собака породы двортерьер, в холке около 50 см., дико злая на всех, душила наших кошек и сбежавших кроликов. Пока не попробовала поймать Хрустика...
Однажды зимой пёсия узрела чёрные уши в сугробе. Мгновенно было принято решение атаковать потенциального врага. Взметая в воздух снег, Лапка пулей понеслась к цели. Когда она её достигла, поняла, что зря... Морду разорвали в кровь, на брюхе две глубокие царапины, псина летала как лист в осеннем парке...
Самые страшные удары (даже для человека) кроль наносит сильными задними лапами с огромным когтями, что причиняет серьезный урон. Бъет эта сволочь с космической скоростью, поэтому просчитать траекторию очень сложно.
Все выжили, но Лапка больше не интересовалась кролями. Остыла, видимо.
А так, кролики - это не только ценный мех
...

6552

Деревня приёмных детей

В Смоленской области, в 50 км от границы с Беларусью, есть деревня Шапы, которая, в прямом смысле слова, спасла сама себя. Случилось это, когда 13 лет назад в единственной местной школе «закончились» дети. Учеников стало так мало, что школа оказалась под угрозой закрытия. И это значило, что в деревне больше не останется молодых семей с детьми, что всё просто разъедутся. И тогда трое учителей решились на отчаянный поступок — они взяли из интерната 5 детей с тем, чтобы усыновить их. После чего, их примеру последовала почти вся деревня.

Сегодня из 36 школьников в Шапах — только пятеро «своих» детей, остальные все — приёмные. А всего за эти годы деревенские усыновили более 70 ребят из окрестных детдомов и интернатов. Так, местная школа стала самым настоящим «градообразующим предприятием». А в деревне теперь всегда слышен детский смех.

142

Счастливое детство

Коллега сказала, что мне повезло, раз мое детство прошло в деревне. Чистый снег и свежий воздух, здоровая еда.

До почти 7 лет жила у бабушки и дедушки, там из развлечений мультики максимум полчаса в день, детская радиопередача тоже полчаса, ну, игрушки были. Со двора нельзя, во дворе качели, зимой горка. Во двор не особо пускали, но так-то было весело.

С 7 лет жила в деревне со всеми вытекающими. Развлечения - летом речка, на которую лет до 10 без взрослых было нельзя, потому что там сидят алкаши. Взрослые туда тоже не ходили, потому что там же алкаши. Зимой горка, с которой нельзя кататься, потому что одежда не казенная. Библиотека в школе два стеллажа, в основном издательства Малыш, в деревенской библиотеке еще шесть, два из них детские. И дома шкаф, забитый Анжеликой, Корсарами, Дрюоном, позже Незнанским.

Еще хорошо было, когда в деревне Масленица или выборы. На Масленицу приезжала машина с мороженым, если потолкаться, можно было урвать стаканчик. Раз в год, если мать даст денег на него. На выборы привозили пирожные.

Чистый снег - у нас в деревне на площади был магазин, а в соседних деревнях его не было. Из соседних деревень ездили на телегах закупаться, засирая все вокруг магазина навозом. А деревня такая, что все дороги проходят через площадь, то есть при каждой оттепели везде запах лошадиного говнеца, текут радужные лужи и все это раскатано машинами.

В деревне примерно поровну живущих в частных домах и владельцев квартир, я из квартиры. Когда алкашей не пускали домой, они шли бухать компанией, спать и ссаться под себя в подъезд потеплее. До райцентра километров 15, участковый там - если позвонить и пожаловаться на алкашей в подъезде, на следующий день приедет дядя милиционер. Или через день. А так как все же близость города, к нам в клуб на дискотеки каждую неделю приезжали жуткие компании, и из дома и совершеннолетние не все выходили вечерами пятницы-субботы, мелких тем более не выпускали. В понедельник в школу, так что в воскресенье вечером тоже не погулять.

Из того, что для детей - лазалки, качели и горки на территории детсада, куда кроме детсадовцев никого не пускали. Хотя, что я ною - еще было футбольное поле у школы, и даже с воротами. Одними, у елок. Туда тоже хода не было, потому что до снега там сидели теплые компании, а после снега накатывалась лыжня для школы и охранялась дворниками.

Так бегать по деревне, играть в прятки, догонялки, строить шалаши, закапывать секретики - ну, это можно было, лет до 10, и только днем. После определенного возраста про играющих шли слухи, что такие маленькие, а строят шалаш, чтобы в нем ебаться, пить, курить, складывать наворованное, достойные люди своими глазами видели.

То есть, даже если бы моя мать была не неуравновешенной, мое детство было бы довольно унылым. Но моя мать была именно недиагностированной параноидальной шизофреничкой, так что по ее словам, если у кого-то взломали сарай и украли стадо гусей, я в этом участвовала, на речку я ходила, чтобы смотреть на хуи спящих алкашей, шалаш строила, чтобы упарываться в нем, а встречным людям улыбалась, потому что рассказывала им гадости про родную мать, а дружу с кем-то, чтобы в компании обнести чужие сады и сломать скамейку у школы, урны у магазина и остановку на площади.

Итого, мои детские развлечения в деревне - это посещения с матерью старух, которые уж точно не пьют, праздники в компании их же, перебирание, посадка, окучка и копка картошки, работа в огороде, летом покраска веранд-скамеек-шкафчиков в садике. Редкие, по сравнению с остальным, походы с друзьями за грибами-ягодами, еще реже прогулки. А самый отвязный поступок, это когда лет в восемь пришла с матерью к ее подруге, они вышли в другую комнату, а я взяла с трюмо тюбик с кремом, и, ужас, держала его в руках, когда они вернулись. Они обе кинулись на меня "ты мазалась кремом, отвечай, это дорогой крем, если нет, почему твои руки такие мягкие, как тебе не стыдно трогать чужие вещи". Это реально был самый ужасный проступок в моей жизни, потому что мать мне припоминала, Как Ты Взяла Чужой Крем и после окончания школы. Еще как-то меня послали в магазин за лимонадом, обычным, в полторашке, а я на все деньги купила две фанты, потому что того лимонада не было. Но это ужасное расточительство припоминалось всего-то чуть больше года.

По поводу здоровой еды - если бы у нас не отрубали часто электричество на сутки-двое-неделю, возможно, мать бы покупала по дешевке в колхозе или у соседей нормальное мясо. По крайней мере, она сама так говорит. Но из-за стабильно текущего холодильника она брала в основном тушенку и рыбные консервы, которые, из-за алкоголизма и щедрости брата, хранились в основном у соседок. А из-за плохой памяти и странной стыдливости матери она брала их обратно, только когда сами соседки напоминали ей об этом. Потому что "что я буду у них спрашивать, подумают, что у нас еды дома нет".

Ну и по мелочи - те книги, которые я все же брала в библиотеке, читать было нельзя, когда мать дома. Потому что читаешь, значит делать нечего, иди поделай дела, вечером выключала свет часов в 9, и я лет до десяти смотрела в потолок, пока не засну. Потом догадалась читать в туалете. А еще - все учителя из деревни знакомы с родителями всех учеников из деревни. Так что при встрече обязательно скажут что-нибудь о поведении на своем уроке, и передадут через испорченный телефон про поведение на уроке учителей из города.

Телевизор включать было нельзя, потому что испортится трансформатор. Если мать его смотрит, тоже нельзя смотреть, потому что она до 16 лет не видела, как люди целуются, и мне нечего.

В гости к своим друзьям нельзя, потому что они тоже захотят прийти, а у нас неприбрано. И вообще, я у них усядусь жрать и позорить свою мать, потому что я голодная и злая.

Слухи вообще вырастали в черт знает что. Как-то по дороге в школу мы компанией играли со щенком, он прыгал, мы приседали и подкидывали вверх снег, он подпрыгивал за ним. На следующий день оказалось, что мы загнали этого щенка к сараям и закидали его льдом чуть не насмерть. Наш класс собрали на классный час и зачитали жуткие рассказы про смерть животных, потом кто-то выяснил бабку, пустившую слух, и развалил ее поленницу. Оказалось, сжег дровяник старушке, вон ей новые дрова привезли и рассыпали.

Показать полностью
147

Носитель, мать его ети

Подходил к концу второй год моей спонтанной этнографической вылазки в сибирскую деревеньку. Я уже знала, что, скорее всего, нас ждет переезд. В качестве дембельского аккорда хотелось показать детям, что эти пару лет мучений с английским прошли не зря, и кой-что они уже умеют. Мы уже пели песни, смотрели фильмы, читали книги, но не хватало живого общения. Надо провести проверку боем и заманить в нашу тайгу «носителя»!

Но вот что-то не получалось. В свои выходные в городе я звякнула паре бывших коллег, даже иеговистов поискала, полазила по форумам, пустила клич, посулив оплату, но толку не было. И с мужем договорилась об отвезти-привести. Но никто не заинтересовывался.

И тут удача: знакомый моего знакомого имеет знакомого, друг которого иногда приезжает в нашу деревеньку к матери и у него есть знакомый из Нигерии, который с удовольствием приедет к нам в школу. Он, дескать, периодически и сам занятия проводит и "носителем" подрабатывает.

Хех, из Нигерии… черный англоговорящий чувак… да это же джек-пот! В тех краях – то не то что негров, даже узбеков и прочих мигрантов никогда не водилось

В назначенный час наш нигерийский друг (извиняюсь, не помню, как зовут) прибыл в сопровождении того самого знакомого. Отработал обычную для «первой встречи с носителем» программу в формате вопрос-ответ, обменялся со мной телефонами для продолжения сотрудничества и отбыл. Он был стандартно приветлив, много шутил, фотографировался и рассказывал о себе.

Дети были в восторге. Я была довольна. Наконец-то они могли позадавать свои коронные where are you from, do you like computer games? и прочее, не друг другу, а настоящему, говорящему по-английски человеку.

Носитель, мать его ети Деревня, Школа, Носитель английского, Подкат, Длиннопост

Вот он рассказывает, где успел поработать, когда уехал из Нигерии. Рассказ этот меня слегка смутил, потому что было озвучено какое-то абсурдное количество, порядка двадцати стран. Но вслух сомневаться я не стала, лишь спросила о профессии. "Craneman": ответил он.

Ну… может быть. Интересно только, неужто в нашем сибирском миллионике такой дефицит крановщиков, чтоб из Нигерии их выписывать –подумала я про себя, продолжая улыбаться.

Мы расстались друзьями, я закрыла гештальт и забыла. До вечера


Вечером раздался звонок, Мой новоиспеченный друг жаждал продолжить общение. Ну что-ж, хоть по-английски побалакаю, а то совсем заржавела - решила я, и мы начали ниочёмный small talk.  Он как-то  подзатянулся, а мои попытки закруглиться были проигнорированы. В конце концов, беседа свелась к тому, что горячий нигерийский мужчина начал осыпать меня комплиментами, вроде бы приличными, но я все равно чувствовала себя маленькой девочкой в компании педофила. Как назло, обычно хреновая связь в этот раз была отличной.

Вишенкой на торте стало его предложение вот прям щас поехать вдвоем в домик. У того самого друга недалеко в лесу есть домик, погнали?

O_o

WTF, dude, a hunting lodge nearby? Seriously?

К такому повороту я была не готова. Съехав с темы я соврала о неотложных делах и мы, ура-ура, распрощались.

На утро меня ждала смска в стиле «доброе утро, милая! как спалось?» А мне вчера еще перехотелось болтать по-английски и отвечать я не стала. Но мужик оказался настойчивым, и продолжал названивать и писать.

Через несколько дней с вахты вернулся муж и раз, увидев, как я привычным жестом сбрасываю звонок, спросил, чегой-то я не отвечаю. Я обрисовала ему ситуацию и…

И его это все знатно повеселило. Сашка ржал надо мной, подкалывал негром-любовником и недоумевал, отчего это я избегаю общения. Мне было совсем не смешно, потому что я (думаю, резонно) опасалась, что этот галантный мужчина в избушку то не только меня зазывал, а если к девчонкам полез? На вилы, небось, родители сначала меня наколют. Все усугублялось еще и тем, что он запросто мог приезжать в нашу деревеньку, было к кому, и куда.

На уроках я честно предупредила девчонок, чтоб не велись на экстравагантного иностранца и даже опасались его. Но они лишь отмахнулись, мы-де уже не маленькие и все под контролем.

Все обошлось:) Ко мне, со стенаниями «кого ты притащила?!» не приходили, хотя, по рассказам, наш чернокожий друг не раз приезжал. Спасибо, хоть в гости не заходил.

p.s. да, да, я знаю. Нигерия – одна из беднейших стран Африки (а с другими там туго) и оттуда бегут все, кто при ногах. Мне не приходилось выбирать, да и не первый это был нигериец, с которым я имела дело. Первый, правда, тоже был…с нюансами.

Да и сама я не без них:)

Показать полностью
1291

Завтра в школу.

Вчера младшая внучка получила по гуманитарке от Красного Креста школьный портфель. Роскошный светло-сиреневый ортопедический ранец, плотно набитый необходимыми для второклассницы вещами: тетради, альбомы, цветная бумага и картон, красивые ручки, карандаши, кисточки....Как завершающий аккорд- брошюра "Мины и другие опасные предметы. Что нужно знать." Такой вот актуальный набор для школьников 1-4 классов. Это Донбасс, ЛНР. Война 5-й год. Когда закончится- неизвестно. А сегодня в республиках в 14-00 водители дружно сигналили в память о погибших детях, о тех, кто уже никогда не пойдёт в школу.

545

Ожившая история

Ожившая история Reddit, Nosleep, Без сна, Timkinut, Перевод, История, Война, Школа, Длиннопост

Что я меньше всего люблю в работе учителем — так это из года в год задавать детям на лето ахинею под названием “Ожившая история”. Суть проекта в следующем: ученики сидят со своими бабушками-дедушками и записывают (в тетрадь, на диктофон или на камеру) их самые давние воспоминания, якобы для будущих поколений, — на самом же деле это просто лёгкий способ поднять свой средний балл.


Это продолжалось семнадцать лет подряд. В очередной раз получив от учеников выполненные проекты, я ожидала, что они будут такими же нудными, как обычно, — и это ещё в лучшем случае. Н-да, далеко не самый блестящий мой класс.


Итак, пришла я домой, налила вина и приготовилась к длинной ночи из сплошных “А вот в твои годы у меня было только две пары штанов” и прочих “Моего брата как-то раз драли газетой за то, что он загнал мяч на соседскую лужайку”. И как же в таких историях без типичных для стариков комментариев — по уровню сексизма или расизма порою доходящих до абсурда.


В этом классе была девочка, — назовём её Оливия. Оливия была пухленькой, миленькой, тихонькой и училась на одни четвёрки. В общем — особо ничем не примечательная ученица. Её проект обещал быть таким же средненьким, как и её автор. Отчасти именно поэтому я была настолько поражена тем, что увидела той ночью на самом деле.


По какой-то причине Оливия сдала два диска. Я начала проверку с того, который был подписан как “Интервью”. По экрану компьютера пробежала рябь, после чего стартовала зернистая видеозапись. В кадре — зал, заваленный всяким барахлом. Оливия сидит в кресле с блокнотом в руках и выглядит как испуганный котёнок. Напротив неё сидит мужчина с мрачным выражением лица и покуривает сигарету, выжидательно вглядываясь в девочку.


“Начинай”, — из-за камеры послышался женский голос. Большие глаза Оливии метнулись в сторону объектива, затем — обратно к человеку напротив.


“Я у своего двоюродного дедушки Стивена, — пробормотала девочка, — Он расскажет нам о том, как когда-то давно служил в армии”.


Выражение лица у дедушки Стивена было такое, будто он предпочёл бы всему происходящему снова оказаться в окопе, однако он терпеливо дождался вопросов.


Как и ожидалось, Оливия вслух зачитывала заранее заготовленные мной вопросы, которые я раздала всему классу. Пару раз за интервью мама девочки шёпотом просила: “Говори погромче, Оливия”. Ну и скукотень.


Для меня было большой интригой, когда Оливия наконец положила блокнот и спросила: “Тебе нравилось в армии?”


Совсем не по сценарию. С характерным для заядлого курильщика хрипом в голосе дедушка Стивен ответил: “Нет. Но было приятно уехать подальше от родного города”.


“А куда ты поехал?”


“На Балканы”.


“Угу-у”, — промычала Оливия. “Похоже, она впервые слышит о Балканах”, — подумала я. Через мгновение моё предположение подтвердилось: “И как там, на Булканах, всё по-другому, не как тут?”


“Да”.


За кадром мать девочки осуждающе покашляла, чтобы дедушка Стивен был чуть поразговорчивее.


Но Оливия, кажется, всерьёз заинтересовалась: “Деда Стивен, а какое твоё самое худшее армейское воспоминание?”


Старик потушил сигарету о пепельницу и медленно поднялся со стула. “Сейчас приду”, — пробурчал он, и изображение погасло.


Когда камеру сняли с паузы, всё осталось по-прежнему; разве что дедушка Стивен успел разложить какие-то бумажки в файлах поверх всякой всячины, разбросанной по кофейному столику. Он взял один из файлов.


“Я пошёл служить ещё ребёнком, — сказал он Оливии. — Ровесником твоего брата”.

Оливия кивнула.


“Я не участвовал в боях. Обе мои операции проходили в восточноевропейских городах, разрушенных в ходе гражданских войн. Я вот что скажу: хе-ро-та. Я там был как уборщик какой-то, твою ж ма…”


“Кхе-кхе!” — прозвучало из-за камеры.


Дедушка Стивен вздохнул и перевёл взгляд на файл. “Наш отряд прикрепили к развалинам школы. Разбитые окна, провалившиеся потолки… но больше всего меня удивило то, что к нашему прибытию в таком состоянии школа пробыла уже несколько лет. То есть, никто и пальцем о палец не удосужился ударить, чтобы привести её в порядок. Мимо меня проходили детишки — наверное, шли выпрашивать деньги или ещё что, мля...”


Камера резко обратилась к полу, и недовольная мама Оливии отчитала Стивена. Было трудно расслышать, как именно — но вполне возможно было представить.


“Да ну тебя, вы вообще хотите дослушать или нет? — огрызнулся он. — То-то же. Буду говорить то, что хочу”.


“Мам, — вклинилась Оливия, — пожалуйста, не перебивай”.


“Ты же не будешь это перед всем классом презентовать?”


“Нет, мам, мы просто сдаём работу учителю”.


“Ну тогда тем более. Что, учитель — не мужик, ругани не слышал?” — подметил дедушка Стивен. В принципе, с ним трудно было не согласиться — разве что, я действительно не «мужик».


Камера вернулась в изначальное положение, и, после того, как объектив нашёл фокус, кадр полностью восстановился.


“Эх-х, всё равно я слишком многого прошу, — проворчал Стивен. Он поднёс лист бумаги ближе к лицу. — Это письмо я нашёл в школьном подвале. Тогда я понятия не имел, что в нём написано, но мой приятель его перевёл. Теперь я его зачитаю. А после — расскажу, что увидел в том подвале”.


У меня по спине пробежал холодок. Мама Оливии навела крупный план на дедушку Стивена. Руки, в которых он держал письмо, судорожно дрожали. Вот что он зачитал:


«Уважаемый г-н,


Я никогда не любил свою страну. Все эти битвы — порождение ярого патриотизма, борьбы за власть над осколками некогда великой державы. Но мне, откровенно говоря, плевать, какими буквами мой дом обозначен на карте. Война лишена всякого смысла, и я пытаюсь держаться от неё как можно дальше.


Но не бесконечные атаки и не безразборное насилие отняли у меня жену и ребёнка. Нет, — то была болезнь. Над малышом зараза сжалилась, и всё закончилось быстро. А вот Надя страдала дольше. Мне приходилось лишь в ужасе наблюдать за их муками, не в силах хоть как-то помочь. Единственное моё утешение в том, что я был рядом. В какой-то момент я просто перестал ходить на работу — и никто не стал меня искать. Хотя я сомневаюсь, что там заметили моё отсутствие. Школу видно из окна, и я мог бы уходить туда на пару часов в день, а потом возвращаться и сидеть с родными — но в чём смысл? Вся моя работа состояла в том, чтобы драить полы. Для мира я был так же бесполезен, как и для своей семьи.


Я хотел отвести Надю в больницу, но ей было слишком тяжело, и мы вернулись домой. В ту же ночь она скончалась.


После того, как они умерли… я мало что помню. Я не вылазил из своего барака, толком не ел, не спал и часто помышлял о самоубийстве. Но, увы, как бы заманчиво оно ни было, — я был напрочь скован собственной беспомощностью.


Радио не давало мне потерять рассудок. Я не выключал его ни на секунду. И это притом, что к словам-то я, на самом деле, не прислушивался. Даже так: канал, на котором было меньше всего помех, был на английском (кажется), в котором я полный ноль. Но звучание голосов, музыки; осознание того, что где-то там, за пределами этого чёртова города, продолжается жизнь — всё это помогало мне держаться.


Не знаю, сколько прошло времени, пока я снова не увидел солнечный свет. С голоду в глазах начинало темнеть, и моей главной задачей было раздобыть чего-нибудь съестного. Радио я, конечно же, взял с собой. С того момента, как я закрылся в доме, я с ним не расставался. Оно говорит со мной, пока я сплю и когда просыпаюсь. Без понятия, что именно оно говорит, но знаю, что без него я бы и минуты не протянул.


Добыв еду и воду, я понял, что осталось только вернуться на работу — и я вернулся. Уже на следующее утро я снова был в школе, где работал уборщиком, и взялся за дело.


Никто не поднимал эту тему. Как я уже говорил, Надя болела довольно долго, и в школе об этом знали. Я благодарен, что никто не стал силой тащить меня на работу в самые тяжёлые дни в моей жизни. Учителя редко говорили со мной — обычно мы просто улыбались друг другу в коридорах. Если подумать, то это взаимное уважение — и есть та самая причина, по которой я вышел на работу.


В моё отсутствие школа катилась в тартарары — я достал из своего шкафчика швабру и тряпки и сразу приступил к уборке. Все довольны, что я вернулся, куда ж без этого. Но лучше всего то, что никому нет дела до моего радио. Я выставил звук пониже, чтобы не мешать учебному процессу, и ношу его повсюду. Никто пока не жаловался. Я даже подозреваю, что им нравится.


Само здание школы не очень большое, но за ним нужен глаз да глаз. Полы постоянно липкие и грязные, и на их оттирание у меня уходит больше всего времени. Дети любят наводить бардак — наверное, поэтому я и остаюсь востребован. Время от времени приходится двигать всякие предметы по полу, чтобы достать до каждого пятнышка, но я горжусь преданностью своему делу.


Ой, точно, ещё ведь есть починка! В школе то и дело нужно подкрутить пару гаек — и я тут как тут. Иногда я чиню поломанные парты, присвистывая в такт радио, а иногда — занимаюсь чем-то посерьёзнее, например, ремонтом. В такие дни я чувствую себя незаменимым — как шестерёнка в механизме. Как школа вообще без меня выживала? Наконец-то я снова кому-то нужен.

За школой есть кладовая с консервами. Вместо зарплаты руководство разрешает мне брать оттуда столько еды, сколько мне хочется. И меня это устраивает — в самом деле, на кой чёрт мне сдались деньги? Сначала я таскал еду домой, но потом стал ночевать в подвале. Никто, собственно, не возражал. Эта школа заняла особое место в моём сердце, и я не могу оставить её без присмотра.


Когда на меня сваливается память о жене и малыше, я просто делаю звук на радио погромче. И это работало.


Вплоть до этого утра.


На этот раз я проснулся в полной тишине.


В панике я начал осматривать радио. Даже и не предположу, сколько дней подряд я держал его включённым. Неужели оно отслужило свой срок и больше никогда не заработает? Целый день я пытался его починить. И почти весь этот день я не мог остановить слёзы. Я схожу с ума.

Если не починю радио до заката, то лишу себя жизни. Я пишу это письмо, потому что солнце уже близится к горизонту, и я не сомневаюсь в своей участи.


Я думал о том, чтобы пройтись по коридорам школы в последний раз и попрощаться со школьниками и преподавателями. По мне будут скучать, я знаю. Но я не могу заставить себя покинуть эту комнату. Не могу уйти, зная, что моё радио мертво.


Я выплакал все слёзы. Кажется, я даже не могу вдохнуть полной грудью. Всё скромное содержимое моего желудка вышло наружу, и в глазах опять стало темнеть. Но ничего, — мне уже совсем недолго осталось.


Но перед тем, как покончить с собой, я закрыл дверь в свою каморку и подпёр ручку стулом. Это единственное помещение в подвале, и в нём есть крохотное окошко — через него внутрь проникает достаточно света, чтобы я мог разглядеть петлю. Если найдётся добрый человек, который отправится меня искать, то я не хочу, чтобы первым, что он увидел, была такая картина. Нет, — пусть увидит закрытую дверь, почувствует запах моего полуразложившегося трупа и просто забудет о том, что я когда-либо существовал.


Я оставлю радио и эту записку возле двери. Уважаемый г-н, если вы это читаете, то у меня к вам одна скромная просьба: почините радио. Пожалуйста, спасите его. Оно не заслужило так бесславно умереть во сне, и мне стыдно, что я не смог его воскресить.


Теперь я готов вновь увидеть Надю и малышку-Людмилу. Надеюсь, школа найдёт нового уборщика, который будет любить её так же, как любил её я.


Всё. Пора. Не забудьте про моё радио.


Станислав»


Когда кадр отдалился, Оливия была в слезах. “Спасибо, деда Стивен, — сказала мама девочки, тоже плача. — Думаю, этого хватит”.


“Постой! — прощебетала Оливия. — он сказал, что это не всё. Что ты увидел в том подвале?”

Но, до того, как дедушка Стивен успел что-то сказать, изображение пропало. Я сидела с открытым ртом. Что он там увидел? Что же?!


Очень кстати я вспомнила про второй диск. На нём не было пометок, но я надеялась увидеть продолжение интервью.


Видео на нём не было, но была аудиодорожка. Послышался голос Оливии:


“Здравствуйте, мисс Джеррити. Извиняюсь за маму, но она не захотела снимать остальное. Я попросила его продолжить и втайне от мамы записала всё на диктофон телефона. Помню, вы говорили нам, что, пусть историю пишут те, кто побеждает на войне, но… — она глубоко вздохнула и сорвалась на плач, — но история любого, даже самого маленького и слабого человека, по-своему важна, и не важно, что этот человек ни разу в жизни не одерживал побед. Я завершила свой проект вчера и не могла уснуть этой ночью, но вы должны услышать то, что мой дедушка сказал дальше”.


В моих глазах тоже стояли слёзы. Искренность в её голосе была прекрасна. И меня очень умилило то, что она запомнила одну из сотен банальных фраз, которых я когда-то понахваталась от своего учителя истории.


Пока сантименты ещё не успели окончательно взять надо мной верх, звук появился вновь:


“Ну ладно, — раздражённо бросила мать, — хочешь услышать конец — пожалуйста. Но для школьного проекта это слишком”.


“Да дай ты мне уже закончить, — не на шутку разозлился дедушка Стивен. — Если для тебя это слишком, то иди на кухню и перекуси. Оливия вот хочет знать, что было дальше”.


Было слышно, как женщина что-то пробубнила и вышла из комнаты. Оливия и её дед остались вдвоём. Девочка смотрела на Стивена взглядом, полным нетерпения — по крайней мере, так я изобразила это у себя в голове.


“Так ты нашёл радио? Или оно исчезло, когда школу подорвали?”

Он прокашлялся, и послышался щелчок зажигалки. “На том письме, — начал он медленно, — была дата”.


“Какая дата?” — жадно спросила Оливия.


“Оно было написано за две недели до того, как мы начали восстанавливать школу”.


“Но разве ты не говорил, что школу разрушили как минимум за два года до этого?”


“Да, — ответил дедушка Стивен. — Да, её и разрушили”.


Молчание. По моим рукам пробежали мурашки. Мои догадки трудно было передать словами, но у дедушки Стивена это прекрасно получилось, без малейшей запинки. Было видно, что он уже долго живёт с этой мыслью.


“Этот человек, Станислав, жил в развалинах школы и убирал кровь и обломки, будто это были разлитые напитки и пыль. Он улыбался мертвецам и думал, что они улыбаются в ответ, потому что что им нравится его радио. Он перетаскивал трупы, чтобы протереть под ними пол. Крыша была обвалена, но он был так отрешён, что не чувствовал на себе капель дождя”.


Было слышно, как Оливия плачет.


“Я нашёл тот склад, с которого он таскал еду. Внутри — сплошные квашеные консервы — наверное, отвратительные на вкус. И почти всё это поросло плесенью”.


“А ты… ты видел его тело?”


“Да. Оно свисало с потолка, но было почти как… почти как живое. Он не разлагался. Прошло совсем немного времени”.


“Он выглядел умиротворённым?” — спросила она с ноткой отчаяния в голосе.


“Трудно сказать. Стояла дикая вонь, его лицо было синюшное, глаза выпирали из глазниц. Вот так,” — видимо, изобразил он на себе.


“А что с радио?” — Оливия всхлипнула.


Дедушка Стивен глубоко затянулся сигаретой.


“Оно было там. И знаешь что? Оно было включено”.


---

Оригинал


Переведено мной совместно с командой редакторов. Вот моя группа ВК. Если этот перевод вам понравился, то можете подписаться и почитать остальные.


More to come :)

Показать полностью
557

Война

Мама живёт в частном доме. Из живности старый пес и десяток кур во дворе. Ну и кошка дома. В конце февраля, во время морозов, маму положили на обследование в районном центре. Так как брат был в отпуске, то остался за старшего. Охранять дом и кормить эту веселую компанию. Мама сразу предупредила, кошка в 5 утра будет проситься в туалет на улицу. Далее со слов брата: "День первый. Сплю. Настойчивое "Мяу!". Встаю. Одеваю валенки и куртку. Открываю дверь. Жду. Кошка сидит. Явно не хочет на улицу. Но так как проснулся, решил сходить до туалета. Зашёл обратно. Запер все двери. Разделся. Поднял одеяло и тут настойчивое "Мяу". "Бл*, ты уверена?". "Мяу". Опять одеваюсь, открываю двери. Мы соизволили выйти. День второй, полный повтор. День третий. Сплю. Настойчивое "Мяу". Встаю. Одеваю валенки и куртку. Открываю дверь. Жду. Кошка сидит. Явно не хочет на улицу. Кошка птица гордая, пока не пнешь не полетит. Взял в охапку. Выкинул на улицу. Заснул с чувством исполненного долга. День четвертый. Настойчивое "Мяу!". В лунном свете вижу убегающую с хохотом в другую комнату кошку. С криком: "Стой, с*ка!" успел схватить в последний момент, перед тем, как она успела юркнуть под диван. Выкинул. День пятый. Настойчивое "Мяу". Встаю. Кошки нет. Но откуда-то доноситься глуховатое "Мяу". Понимаю что из под кровати. Время 3 утра. Я в бешенстве поднимаю кровать, оттуда с воплями ужаса выбегает кошка. Не успел поймать. Спряталась под шкаф. Светил фонариком под шкаф, обещал отправит ее душу прямиком к ее Владыке. Плюнул. Уснул на диване. День шестой. Кошку с вечера выкинул на улицу. Плевать, что мороз. Заснул сном младенца. Резко проснулся. На часах 5 утра. Тваюжежмать. Не смог уснуть. Впустил матерящуюся кошку".
159

Вендетта в деревне

Вот говорят, что вся жизнь в городах бушует. Скука, мол, на селе несусветная. А я могу сказать: в нашей деревне что ни день, то какая-нибудь комедия случается. Не со всеми конечно, но есть два – три чудика, которые нам скучать не дают. Вот, к примеру, Василий с Петром, два соседа – как Монтекки с Каппулеттями сейчас, а когда-то ведь друзьями были. С чего все началось? С ерунды. С курей. Хотя нет, не с курей, а с петуха.

Съездил Вася к родне в соседнюю губернию и очень ему тамошняя птица понравилась. Решил он в своем хозяйстве породу улучшить и приволок с собой домой петуха. В результате породу он улучшил на всей улице. Петух тот оказался не простым, а прямо-таки маньяком каким-то. Если он за калитку выходил, то все соседские петухи, побросав свои гаремы, разбегались кто куда. Их куриных мозгов не хватало, чтобы объединиться для отпора, а по одиночке этот агрессор их так отходил, что через некоторое время все куры на улице были уже одной породы. И такие все одинаковые, как близнецы однояйцовые. С этого все неприятности и начались.

Уж больно недовольные были хозяйки тем, что свою птицу от чужой с первого раза отличить не было никакой возможности. Вот тут то супруга и заявила однажды Василию мол, коли ты все это безобразие сотворил, то хотя бы пометь нашу птицу, чтобы соседских курей не кормить да не пустить в суп по ошибке. И главное, говорит, зеленкой помажь, чтоб сразу в глаза бросалось. А это сколько ж той зелени надо, если в пузырьке аптечном ее на одно перо, а по двору три десятка кур перемещается? Короче, наш фельдшер и ветеринар по совместительству дал обменял у Василия бутыль зелени на бутыль самогогнки. Самогонку, правда, они вместе тут же оприходовали и в хорошем уже настроении принялся Вася кур метить. И так он при этом разошелся, а для удобства пользовался кистью побелочной, что через часок куры его больше на попугаев были похожи. Процедура им, судя по всему не очень понравилась и после «смазки» они на соседний двор к Петру перекочевали. Благо дыр в заборе между огородами было достаточно.

Аккурат в это самое время Петр на полном автопилоте домой возвращался. Зрение то у Пети не шибко хорошее и обычно он в очках ходит, но после пары стаканчиков обязательно их снимает, чтобы не потерять или не разбить по неосторожности. Мужики уж приметили: если Петро «шасси» убрал, значит собрался автопилот включать и до дому топать. И вот отворяет он свою калитку, а из под ног в разные стороны чертенята зеленые разбегаются. Ну, конечно у него волосы дыбом, добежал он через все село до брата. «Спасай – орет – горячка белая, черти мерещатся». А тот, не долго думая, запихнул его в машину да в райцентр переправил. Там, конечно же особо разбираться не стали и предложили сразу и подлечиться и закодироваться на будущее. Петр с испугу на все согласился, а когда и подлечившись и закодировавшись вернулся да разобрался что к чему, обиделся на Василия крепко, да делать нечего. Закодировали его на всю катушку. Лет на пять.

А Васю совесть мучает. Он, чтобы реабилитироваться хоть как нибудь, наплел со своей стороны забора каких то проволочек, Кулибин хренов, и поставил все это под напряжение, чтобы живность любая, если вознамерится в Петров огород проникнуть, получила бы хороший ударчик токовый и более к соседу уже не совалась. Только он системку эту к розетке приспособил, как и Петя с работы опять же возвращается. Ну а Петр, теперь хоть и не пьющий совсем, но от коллектива не отрывается и традиций не нарушает. У мужиков после работы порядок такой: они перед тем, как по домам разбежаться, по паре бутылочек пивка под разговор принимают. Петя с ними ситро или фанту какую потягивает, так как кодированный организм пиво не принимает. А пиво ли, лимонад ли все жидкость. И жидкость эта естественного выхода требует. Поэтому Петя как калитку прикрыл, так сразу у заборчика огородного пристроился и тут же вместо облегчения такой удар получил, что даже не мог вспомнить потом как со спущенными штанами в один миг опять у брата очутился.
С тех пор в нашем селе, как на Сицилии какой такая вендетта бушует, не приведи господи. Но зато скуки, я вам скажу, уже никакой…

Показать полностью
172

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи.

Добрый день, уважаемые читатели. Вот, почти через полгода тишины, я вновь решил публиковать некоторые интересные материалы.
В прошлом месяце удалось записать воспоминания своего соседа, малолетнего узника фашисткой неволи, ветерана труда Голямина Владимира Петровича.  
Далее с его слов:

"Я, Голямин Владимир Петрович, родился 5 августа 1938 года в деревне Масальская Моховицкого сельсовета Володарского района Орловской области. Деревня в прошлом принадлежала помещику, но фамилии его не помню. Отец мой, Петр Акимович, работал в городе столяром-краснодеревщиком, дома бывал очень редко, а потому я его не помню, даже фотографии не осталось. Кроме меня, в семье был старшие брат и сестра, нас воспитывала мать. Жили голодновато, но репрессиям мою семью не подвергли. С началом войны отца забрали на фронт и он пропал без вести, никаких известий о нем. Осенью 1941 года пришли немцы. Были недолго. Особых зверств я не помню, да и не было. Хотя, жил у нас один старик, воевал еще в русско-японскую, раз он начал что-то дерзить оккупантам, а те его повесили.

В 1943 году на Орловско-Курской дуге дали немцу хорошо по хребту, он дрогнул да и побежал. И нас, меня, мать, сестру брата, в рабство угнали вместе с односельчанами. Гнали огромной колонной в Белоруссию, голодно было, холодно, это же осень 1943 года была. А по бокам две колонны немцев, конвоиры и просто отступающие. Хорошо помню, как над нами гудели советские самолеты, некоторые даже снижались и пикировали, но не бомбили и не стреляли. В общем, летом 1944 года пригнали тех, кто в пути выжил и нас в том числе, в Белоруссию, под Гомель. Готовились нас уже отправить в Германию на принудительные работы, но наши отбили почти в тот момент, когда эшелон с теплушками прибыл за нами.

Вернулись мы в родную деревню, а тут только трубы торчат - все сгорело. Но делать нечего: стали обживаться. Мать вырыла в склоне холма землянку, тогда все односельчане в землянках жили. Брата на войну призвали весной 1944. Два года он воевал, а еще четыре потом служил в армии на срочной службе. Помню, ели так называемые чибрики. Это были такие своего рода оладьи из гнилого картофеля. А все-таки мы были детьми, хотелось двигаться, играть. Были катки, такие, ну вроде бочонков, из них сделал себе первые лыжи. Учился я после войны в школе, кончил 7 классов, тогда все ребята учились и это считалось священной обязанностью. В конце 40-ых вернулся брат, который забрал меня с собой в город Советск Тульской области. Там брат работал на шахте. И я в 14 лет отправился учится в двухгодичное горное училище и с 16 лет работал на шахте 1-я Липковская по специальности электрослесарь ремонтной смены на очистном участке. Мне повезло, я работал на погашенном участке, где не было воды и уголь почти кончился. А со мной жил друг Виктор Власов, так тот на "молодом" участке был, где работали по колено в воде. Ох и "хлебнул воды" он. Раз промок, два и три, а тут уже и чирьи от холода выскочили.

Приходилось выходить на смену в три часа утра, а потом, после работы, приходилось еще бежать в вечернюю школу, три года я ее посещал. Один раз со мной случился неприятный инцидент. Я проспал и не вышел в 3 часа утра на работу, а появился в восемь. Начальник участка товарищ Пачев кричать не стал, а просто рассчитал. А потому я подал в суд, ведь был закон, который защищал учащихся вечерней школы и предписывал им работать только в первую смену т.е. в восемь часов утра. Вот и восстановился я. Неделю, которую я не работал по причине судебных тяжб мне в итоге тоже оплатили. Ох и грязная, и тяжелая работа шахтера! Хотелось быть инженером-конструктором, а потому, после окончания вечерней школы, я подал документы в Тульский университет, но по конкурсу не прошел, но подал потом документы в Тульское Горный техникум и приняли.

Это были лучшие годы моей жизни. Мы, студенты, жили как у Христа за пазухой. Было общежитие, было питание, да стипендия была 200 рублей. Словом, прекрасно жил. Директором был Крымцев Василий Яковлевич, настоящий горняк, крупный мужчина. Мы его уважали. На парах я любил поболтать, но, случалось, спросит учитель меня после того, как болтал: "А ну, повтори что я сказал?"

А я повторял все точно. Раньше ум хороший был, память отличная, все на лету схватывал. Всего в техникуме было 4 группы.

А шахты начали вырабатываться и мне пришлось перебраться в город Кимовск и там продолжить работу на 1-ой Зубовской, а затем на 12-ой Гранковской. О Дрогайцеве? Слышал, но я уже после него работал, хотя старые шахтеры его всегда добрым словом вспоминали.

В 1963 познакомился со своей женой Марьей Макаровной на катке. Я же спортивный был. Затем, поступил в Новомосковск, в университет, а после уже работал на производстве, не связанном с шахтами и горным делом. Вот такая моя юность, рабочая, ученическая, тяжелая.
1. Владимир Петрович в 1956, город Советск.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

2. Владимир Петрович (крайний слева) в 1959 году на шахте 1-ая Липковская.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

3. Оборот с дарственной подписью для меня.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

4. Владимир Петрович с товарищем по техникуму Елкином Михаилом.  1961.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

5. Оборот с дарственной подписью.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

6. Владимир Петрович с другом веселятся. 1961 год.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост

7.  Владимир Петрович в наши дни.

Детство, опаленное войной. Воспоминания малолетнего узника фашистской неволи. Воспоминания, Война, Детство, Деревня, Шахта, Мемуары, Великая Отечественная война, История, Длиннопост
Показать полностью 7
3014

Кому война, а кому...

До 5 класса я учился на одни пятерки. Родители доверяли мне и никогда не проверяли как дела у меня в школе. К тому же, моя классная руководительница была подругой мамы, и время от времени они встречались за чашкой кофе. Классная довела нас до конца 4 класса и летом умерла. Я даже не помню как так вышло, но в 5 классе я забил на учебу. Пришли новые одноклассники, те еще отморозки. Мы постоянно прогуливали уроки, начали курить. По итогу я получил 3 двойки. В году. Меня должны были оставить на 2й год. Из дома в школу не сходили ни разу за учебный год. В конце года я сказал, что получил одну тройку, по грузинскому языку, за что получил знатных пиздюлей и прозвище "позор семьи".

Это было, наверное, самое нервное лето в моей жизни. С 4 часов дня я начинал представлять, как приезжает мать и начинаются разборки... Каждый будний день я смотрел вернувшейся с работы маме в глаза, ожидая страшной кары, я был абсолютно уверен, что из дома меня выгонят если узнают. И каждый день выдыхал, не видя в ее глазах особенного гнева.

В начале августа в город неожиданно вошли танки. Они шли по шоссе через 5 домов от нашего и время от времени стреляли из пулеметов. 5 домов они прошивали легко и все лежали на полу пока они ехали. Через 3 дня мы уехали из города. В городе была паника, нас вывозили на российском военном корабле, практически без вещей мы уезжали из города в котором прожили всю жизнь. В море над кораблем завис военный вертолет, моряки начали расчехлять крупнокалиберные пулеметы,  всех гражданских срочно спускали в трюм. Вокруг плакали дети, причитали женщины. Я, наверное, понимал, что происходит лютый пиздец, но четко помню только одно чувство - огромное облегчение. Я до этого момента и не понимал как эта ситуация меня грузит.

Мы переехали в Питер, меня взяли в школу без документов, так как в моей школе случился пожар и доки мои сгорели. Вот так такое печальное событие как война помогло мне не получить знатных пиздюлей.

P.s. Мне сейчас 35, матери рассказал про 3 двойки только пару лет назад. Поржали.

1196

Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г.

Девушка нашла на даче вот такую тетрадь. Немного поизучав её, я понял что она представляет из себя вполне интересный экземпляр, как и материал о котором в ней говорится.
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Тетрадь, ученика 2 "А" класса, Ванина. 1935г. Школа, Война, Старая школа, СССР, Ленин, Военное дело, Длиннопост
Показать полностью 17
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: