Сказ о том как я хочу умереть
АННОТАЦИЯ
О том, как Сказ о том, как я хочу умереть самоуверенность приводит к роковой ошибке на пожаре в Таллинском Ласнамяэ. Что видит человек, когда кислород в системе КИП-8 заканчивается, и почему «неземной» свет за порогом сознания — это милосердный дар по сравнению с тремя месяцами жизни под гнетом ошибочного смертельного диагноза. Сравнение двух страхов: мгновенного затухания и долгого ожидания конца.
ТЕКСТ
Сказ о том, как я хочу умереть
После пары лет службы чувство опасности у меня при работе на пожаре притупилось. Такое часто бывает у начинающих водителей: поездил полгода-год за рулем — и вот готово, он ас. Такая самоуверенность приводит к ошибкам, порой трагическим.
Вызов поступил из Ласнамяэ. Жители города знают этот дом, его еще называют «Китайской стеной» из-за его несоразмерной длины. В ванной одной из квартир из вентиляционного отверстия валил дым. На лестничной площадке было чисто. Проверили соседние квартиры — везде порядок, осталось посмотреть смежную с задымленной. Дверь железная. Надо вскрывать. Бойцы притащили инструменты. Я включился в КИП (это специальный противогаз для работы в дыму).
Здесь надо отступить от рассказа и объяснить, как работает этот прибор. Противогаз КИП-8 работает по замкнутой (круговой) схеме. При выдохе смесь очищается в регенеративном патроне от углекислого газа, идет в дыхательный мешок и там обогащается кислородом из баллона. Чтобы прибор начал работать, нужно открыть вентиль. Так я и сделал.
Еще не начали вскрывать дверь, как появилось растрепанное существо. Оно принялось расталкивать парней и истерично орать. Из потока ругательств удалось понять: дверь жутко дорогая, а мы, варвары, ее сейчас испортим. Нас ждет геенна огненная: зачем мы ломаем красоту, если у нее есть ключи? Которых, правда, нет у сестры, оставшейся внутри...
Наш начкар Слава Царев, экономя время и нервы, просто вырвал из рук женщины сумку, достал ключи и открыл замок. Площадка сразу наполнилась дымом. Я подошел к месту и по пути решил еще раз проверить, открыт ли баллон. Внимание, ключевой момент: я покрутил вентиль до упора, но в другую сторону. Сам себе отключил подачу кислорода. Начал дышать тем, что оставалось в системе.
Страха не было. Планировка стандартная, в такой «однушке» жил я сам. Переступив через тело женщины, лежавшей у порога, я вошел в дым. Мозг на автомате зафиксировал: "объект", но чувства были выключены. В системе спасения всё четко: моё звено идет на очаг, чтобы квартира не превратилась в огненную ловушку для всего подъезда. Я знал, что буквально в шаге за моей спиной идут полиция и медики — их задача была вынести пострадавшую, пока я давлю огонь. В задымленной "однушке" диван просто тлел — в замкнутом пространстве мало кислорода для пламени, зато достаточно для создания смертельной камеры...»Диван просто тлел — в замкнутом пространстве мало кислорода для огня. Вдруг сработал звуковой сигнал. Я был спокоен: решил, что в запасе еще минут сорок, и продолжал проливку. Закончив, я вышел в прихожую, увидел отблески света на площадке и потянулся расстегнуть каску...
Следующая картинка: на меня смотрит Слава сверху вниз. Оказалось, я упал под ноги полицейскому патрулю. Царев сорвал с меня маску и привел в чувство.
— Ты чего? — спросил я, не понимая, почему лежу на бетонном полу.
— А ты сам чего?! — ответил начкар, лупя меня по щекам.
Я надышался собственным углекислым газом. Концентрация отравы достигла смертельного уровня. Но перед тем как упасть, я не чувствовал ни страха, ни боли. Только помню необычно яркий свет — на Земле такого не бывает.
Такой смертью умереть не страшно.
Мне есть с чем сравнивать. В 2021 году доктор Jaama, едва взглянув на снимок, поставила мне ошибочный диагноз — рак. Я жил с этим приговором три месяца. Поверьте, это не лучшие воспоминания: засыпать и просыпаться, зная, что ты смертник. Пропускать всё через сито того, что тебе осталось немного. Это страшно тяжело. Лучше уж так: упал и ничего не понял.
Ссылка на книгу
Занавес.
ВОПРОС К ЧИТАТЕЛЯМ
Как вы считаете, что требует большего мужества: встретить смерть внезапно, на посту, не успев осознать финал, или три месяца смотреть ей в глаза, зная дату, но не зная исхода?
