Происхождение 2⁠⁠

Переполненный ужасом я не смог выдавить из себя ничего внятного и он открыл свои глаза. От его взгляда в голове моей помутнело. Он был пронзительным, будто заглядывал мне в душу и вселял страх ещё больший чем его голос. Я ослаб, обмяк и потерял сознание.
* Сны, сны, сон. Что то яркое и красочное опустилось на то место где у меня должны быть глаза. Я пытался их открыть, но никаких изменений не происходило. Свет становился все ярче и ярче. Хлопок! Меня будто выдернули из забвения.

Приходя в себя я подумал о солнце. Как же давно я не видел солнца. Меня окружали те же четыре человека которых я повстречал накануне. Они обратились ко мне на том же языке что и вчера, но на этот раз я удивительным образом понял что они говорят.

- Беги. Тебе здесь не место. Сейчас же собирайся и уходи.
Они швырнули мне мешок с чем то довольно увесистым. Далее один протянул мне древко с навершием в виде продолговатого лезвия. Осмотревшись, я понял что сижу в чане с какой-то жижей. Видя, что я замешкался они рывком выдернули меня из него отворили дверь и вытолкнули меня наружу.
- Аааааааааа.
Глаза обожгло ярким светом. Сзади раздался хлопок и меня оттолкнуло вперёд будто взрывной волной. Я попытался открыть глаза, боль была невероятная. Какое то время я крутился на месте, пытаясь привыкнуть к этому, поняв что это безуспешно, я вывернул мешок и натянул на голову. Глазам стало легче и теперь я уже мог разглядеть хоть что то под ногами. Там лежал узелок, топорик и что то скомканное из желтой ткани. Развернув желтую ткань я обнаружил что это балахон наподобие того который носили те мужчины. Как только я его одел и натянул капюшон на голову, на подобии того как это одеяние носили те мужчины мне стало значительно легче. Я, вдруг, понял, что без него меня будто сжигало адское пламя. Капюшон на глазах позволял мне смотреть сквозь него и отчетливо видеть все что происходит. Я взглянул было на небо и мои глаза снова будто зажгло пламенем ада. Я решил более не делать так, до тех пор пока глаза более менее не привыкнут этому жгучему свету.
- ну что ж, я хотя бы могу смотреть себе под ноги.
На месте где должна была бы быть та дверь из которой я вышел были только заросли какого то, цветущего ярким золотым цветом, колючего куста. Развязав узелок, я обнаружил в нем немного порошка в стеклянной таре. На ней чёрным было выведена пара рун.

Их значение всплыло в моей голове и дало понимание того, что этот порошок используется для восстановления жизненных сил и лечения легких ранений. Ещё там были плоды какого то растения, я решил попробовать их и обнаружил их чрезвычайно питательными и сочными. На вкус они были совсем никакими, будто съел кусок камня и запил водой, зато давали ощущение сытости и утоляли жажду. Набор из двух камней, очевидно, для добычи огня и разделочный нож в чехле.

Что ж, весьма неплохой базовый комплект. Собрав все обратно в мешок, я собрался было в путь, но абсолютно не понимал куда мне идти и что искать. Балахон, конечно, давал некоторую защиту от невероятного жара, но хотелось все же найти какое то укрытие. Я решил, что бездействовать менее эффективно, чем действовать и направился хоть куда то. Тело снова будто перегруппировалось и позволило мне довольно проворно и эффективно двигаться.

Все время, пока я шёл я изучал окружающую меня среду. Так как из-за яркого света я не мог смотреть вдаль, я хорошо изучил то, что было у меня под ногами. Земля была сухой, травы не было. Кое-где росли заросли сухого колючего кустарника. Деревья напоминали баобабы. Их корневая система была настолько развитой, что они будто взрывали землю изнутри, вырываясь из неё своим мощным стволом. Я хотел было найти приют в тени одного из этих могучих растений, но обнаружил, что тени нет ни с одной стороны. Я продолжал идти в одном и том же направлении, изредка замечая различных жителей этого места, в основном, ящероподобных шестилапых с жесткой чешуей, которые проворно, несмотря на их размеры разбегались в стороны как только они замечали мое приближение. В высоту они достигали моего пояса, а в длину превышали мой рост в полтора раза. Несмотря на их габариты, ни одно из существ не проявляло ко мне враждебности. Я спокойно проходил мимо них, даже когда они не разбегались при моем приближении.

Утомившись от перехода ко мне пришла отличная, на первый взгляд идея. Я взял копьё покрепче и направился к ближайшему гиганту-баобабу. Скинув мешок, я принялся вырубать в нем убежище для отдыха.

Удар. Второй. Глухой стук раздавался все чаще, но ни одной щепки не отскочило от дерева. Я присмотрелся к стволу дерева и не увидел ни одного повреждения на его поверхности. Я был весьма озадачен и попробовал ударить что было сил. Я оставил бессмысленные попытки долбится чего-то от этого дерева и продолжил свой путь будучи весьма удрученным сложившимися обстоятельствами. Идти не зная цели, ожидая хоть каких то происшествий и намеков на то, что там впереди, меня ждёт хоть что то кроме одиночества, пустыни и ящериц.

Время тянулось бесконечно долго.
Во время своего путешествия я наблюдал за своим состоянием с помощью своего рода внутреннего анализатора, который негласно давал мне ощущение того, что моё самочувствие со временем становиться только лучше и лучше. Я сделал из этого вывод, что это своего рода развитие, адаптация и постижение нового опыта.
«Скука смертная, подумалось было мне» - как вдруг, словно из ниоткуда на меня нахлынул жуткий холод, словно поток густой вязкой жидкости меня окутало это ощущение. Оно давило и будто пыталось согнуть меня пополам, что бы сломать. Я собрал в себе всю свою волю и направил внутреннюю энергию на согрев, но это явно разозлило эту невидимую энергию и она начала давить с удвоенной силой. Я стал размышлять о том, как справиться с этой ситуацией и мне в голову пришла другая мысль : «если ты не можешь побороть это, прими, впитай эту энергию до конца, стань ей и тогда ты найдёшь её слабое место».

Я ослабил волю ровно на столько, что бы дать этой силе покрыть меня, впитаться в мою физическую оболочку, течь по венам, заполнить каждую клетку моего организма. Я стал медленным. Как бы странно это ни звучало, время, как и все жизненные процессы в моем организме снизилось настолько, что я чувствовал как мое сердце медленно растягивает стенки одного желудочка, затем сокращаясь перенаправляет кров в следующий и гонит плотную как плазма кровь по всем лимфатическим узлам, сосудам и даже капиллярам.

За секунду, которая мне показалась вечностью, я вобрал в себя все знания о холоде, о лютом морозе, непроницаемой, убивающей и истощающей тьме. Одновременно это пугало и вызывало эйфорию соотносимую тысяче оргазмов, но в этом всем было так мало жизни, что я отверг это нашёл способ побороть этот холод. Он не мог высосать из меня больше того, что я ему уже дал, а дальше брать мою энергию и силу было не выгодно, так как он убил бы меня.

Я осознал что ему одиноко.

Это было его ошибкой. Когда ко мне пришло осознание его одиночества я мысленно создал его образ и распростер для него свои объятия. Дух прильнул ко мне, поднял меня над землёй и понёс далеко от того места где я был. Я не видел глазами, но ощущал подсознательным взором, что он пронёс меня над пустыней много миль на север.

Во время путешествия мы обменивались воспоминаниями и образами. Я поведал вкратце свою историю и внимательно выслушал его. В его истории было много боли и печали, хоть она и начиналась с прекрасного образа социума, который насчитывал миллионы таких же как и он живых, добрых и миролюбивых существ живших на севере. Они строили дома, охотились на животных и рыбачили на необъятных территориях своей родины. У духа была семья, у каждого из них была большая любящая семья. До тех пор пока тьма непришла в их края. Она выжгла их землю, уничтожила охотничьи угодья и убила каждого молодого и сильного мужа который посмел выступить против неё. Я ощутил всю боль этого духа, хранившего память целого поколения таких же как он. Он остался один, все его сородичи исчезли и он вынужден был пребывать в одиночестве. Блуждая по миру он наткнулся на бредущего по пустыне меня и был настолько рад этой находке, что не раздумывая бросился на меня, не из злости, а только потому, что хотел найти утешения и поделиться своей историей, а когда я принял его и впустил в своё тело он понял что я тот, кто ему нужен, что бы передать все свои знания, опыт и память, которые нажил за долгую жизнь и ещё более долгое пребывание в образе неупокоенного духа севера.

Я почувствовал как мое тело отмерзает и раскрыл сперва глаза, а затем рот из которого вырвалось облако ледяного воздуха. Перед собой я увидел склеп невероятной красоты созданный изо льда. Его словно высек сам мороз.

Я вошёл внутрь.

Величественное сооружение изнутри оказалось ещё впечатлительнее. Преодолев входную арку я застыл от потрясения. Тысячи ледяных статуй стояли вдоль стен коридора который тянулся на несколько сотен метров в глубине которого разгорался мягкий мерцающий бирюзовый свет. Я сделал несколько медленных шагов по направлению к первой статуе и был изумлён ее невероятно сложной, детализированной поверхностью. Каждый фрагмент ее одеяния был проработан до мелочей, каждая складка ткани, каждая застежка, узоры на плаще и рубахе, которые когда то принадлежали живому существу были высечены в глыбе льда настолько превосходно, что при попадании на них лучей света казалось будто скульптура дышит и в любой момент может сделать шаг, струсить с себя ледяную оболочку и отправиться со своими сородичами в поход, но они продолжали безмолвно и неподвижно стоять на своих местах.

По мере моего продвижения вдоль этого склепа я рассматривал каждую скульптуру, старался запомнить все их лица, ведь я был причастен к их прошлому, я знал историю каждого и их имена. Каждая скульптура была отличной друг от друга, но во всех прослеживалось что то что выдавало их родство. За мужчинами пошли статуи женщин которые были ещё краше и искуснее высечены, затем дети. Дети, в основном, были изображены группами и были очень похожи друг на друга.

Закончилось все это зрелище небольшой, на первый взгляд, комнатой в своде которой было небольшое отверстие, через которое, очень ловко отражаясь от отполированных поверхностей преломлялся и попадал внутрь, этого произведения искусства, свет. Когда я осмотрелся повнимательней я увидел панель которая слегка выдавалась вперёд. Располагалась панель напротив входа и была сделана так, что попадая в это помещение ты не мог обнаружить ее до тех пор пока не встанешь слева от неё так, что бы свет падая на неё отобразил ее отличие от сплошной стены льда, которая окружала это пространство.

Я надавил на эту панель и она просто растаяла под моей ладонью. За ней я обнаружил рукоять меча. Ладонь сама собой потянулась и изо льда на свет явился невероятной красоты, отливающий голубым светом клинок. Этот клинок принадлежал повелителю этой погибшей рассы, он был наполнен могуществом и знаниями целых поколений. Мой разум заполнился опытом целых поколений, их быт, жизненный опыт, достижения, ошибки, тактики боя и навыки охоты, а так же тайные знания их магических искусств. Вместе с этой силой в меня потоком хлынула сила духа севера, он снова был во мне, но в этот раз он не пытался мне ничего передать или сказать, он упокоился в глубинах моего сердца и поддерживал своей силой и знаниями.

Я покинул склеп с полной уверенностью и пониманием своих дальнейших действий. Я использовал навыки которыми меня одарили и направился в глубь хвойного леса в поисках определенного вида древесины. Мне нужно было особое дерево из которого я смог бы сделать себе лук для охоты, оно росло в глубинах этих земель на вершине самой высокой горы. Несмотря на то, что температура вокруг была очень низкой я не терял вырабатываемое мной тепло, очевидно, защищаемый тем духом севера, что теперь таился у меня внутри.

Приближалась ночь, и я знал что мне нужно делать. Я начал срезать ветки с ближайших хвойных деревьев и выстраивать их наподобие забора в том месте, где собирался впервые за все время отдохнуть и насладиться своим пребыванием здесь. В центре небольшой окружности созданной из веток, которые я сорвал, я выстроил небольшой костёр который по своей конструкции, а так же из-за плотности дерева, которое я использовал для его создания, должен был прослужить мне всю ночь. Был ещё один нюанс. На дне костра необходимо было расположить один необычный камень. Найти его было непосильной задачей в данной местности, но мне была открыта тайна, я находился рядом с захоронением такого камня и дух позволил мне его использовать, так как этот камень уже давно утратил свою силу, в ином случае я мог умереть просто попытавшись рыть снег в том месте.

Соорудив свою конструкции я разжег огонь как раз к тому моменту, как последний лучик солнца скрылся за горизонтом. Я уселся лицом к востоку и устремил свой взгляд в сторону востока. Я наблюдал за всем, что происходило в поле моего зрения. Проще всего было наблюдать за проявляющимися на небосводе звёздами. Они одна за одной вспыхивали в разных частях неба и образовывали замысловатые фигуры и узоры. К тому моменту как зажглись все звёзды пробудился дух ожидавший у меня в нутре и он тёплым мягким голосом в виде песни поведал мне историю о том, как родилась эта часть мира.

Давным давно, существовала одна сущность, она дрейфовала в беспроглядной тьме этого мироздания и наблюдала за всеми красотами, которые окружали ее. Больше всего эта сущность мечтала о том, что бы ее окружали такие же как она создания, что бы она могла поделится с ними своими наблюдениями и создать что то новое, невероятное, такое же уникальное, как оно и тот потрясающий и восхитительный мир который окружает сущность. Времени не существовало, было только существование и оно было бесконечно, нигде не кончалось и нигде не начиналось.

Пока в какой-то момент не произошёл сдвиг. Реальность изменилась, сущность это почувствовала, она почувствовала как что то отделилось от него и стало существовать и жить своим пониманием и своим разумом, но этот некто пока не решался являться ему и выходить на какой либо контакт, несмотря на то, что первичная сущность была всемогущей в понимании мироздания и влияние ее распространялось на всю вселенную. Кварки пульсары и галактики откликались на его малейшие проявления внимания к ним. Они разговаривали с ним на своём языке, дарили ему знания о себе и делились своим текущим состоянием, но новообразование находилось там где оно находилось в состоянии тишины и отторгало любые попытки сущности выйти с ним на связь. Таким образом они были. Каждый в своём везде и нигде одновременно, будто полностью рассинхронизированые частицы одного целого они существовали равноотдаленно друг от друга и взаимодействовали на уровне неведомом никому до этого времени. Первичное существо отдавало все свои знания и пыталось связаться вторичным существом, которое поглощало всю информацию и отторгало какое-либо общение.

Второй сдвиг произошёл так же неожиданно как и первый и изменил базовые законы существования этого измерения. Он внёс коррективы дающие возможность первичному и вторичному существу обмениваться информацией и общаться как два абсолютно разных сознания. Они владели всеми базовыми знаниями об измерении в котором они находились. Они знали его объём, физические законы по которым оно существовало, а же знали о всех процессах которые происходят и могут происходить в пределах известного им пространства. Знали они также и о том, что не могут действовать вне ограничений этого измерения и его физических, химических и логических принципов. Невозможность создавать из ничего что то это важнейшая аксиома его мироздания.

-Приветствую тебя, вторичная сущность
-Здравствуйте, первичный элемент.
-Теперь, когда мы знаем цель нашего существования, предлагаю приступить к созиданию, изучению, и анализу.
-Поддерживаю инициативу первичной сущности. Принятие директивы эксперимент 01.