Прекрасное далёко: русский космизм о будущем человечества
Прекрасное далёко: русский космизм о будущем человечества
Многие из нас придерживаются тех или иных убеждений — взгляды на общественное устройство не всегда подчиняются строгим законам природы и в разнообразии идей нет ничего удивительного. Но наряду с популярными социальными концепциями, что у всех на слуху и описаны в любом учебнике по обществознанию, существуют и менее известные. И часть из них зародилась в среде русской философской мысли.
Константин Циолковский знаком широкой публике как учитель математики, изобретатель-самоучка и один из авторов теоретических основ космонавтики. Он фактически заложил фундамент современных исследований космоса, за десятки лет до полёта человека на околоземную орбиту рассматривая поразительно реалистичные концепции технологий, которые сейчас применяются в освоении межпланетного пространства. Но помимо изобретательской деятельности, Циолковский был интересным мыслителем, которого считают одним из основателей русского космизма — необычного и крайне противоречивого философского учения.
В центре внимания русского космизма остаётся уникальны человек и его взаимоотношение с природой и бескрайней Вселенной. Труды Циолковского, как бы ни были экстравагантны его мысли, посвящены ответу на вопрос - а какое место занимает личность как часть космоса и что нас ждёт в будущем? Изобретатель-самоучка часто обращался к эзотерическим концепциям, что было распространённой и простительно ошибкой в его времена, но основная мысль учения Циолковского крайне рациональна: человек и человечество развиваются, а значит рано или поздно на Земле всем нам станет тесно. Несовершенный общественный уклад и природные опасности бросят вызов цивилизации и единственным выходом здесь будут социальные преобразования с одновременным рывком к другим мерам.
В качестве основы будущего миропорядка Циолковский видел объединение усилий всех людей: "идеал общественного устройства есть союз из всех людей земного шара". Заметьте, это не глобализм, который предполагает подчинение национальных экономик и культур неким общим тенденциям ради прибыли, а союз, федерация равноправных и уникальных. Далеко ли до воплощения этой концепции в жизнь, судить не берусь, но выглядит она лучше, чем современные игры с мировым правом.
Циолковский полагал, что основной чертой будущего общества станет прямое участие населения планеты в выработке законов и именно эта методика позволит избегать конфликтов: "Всеобщее удовлетворение и спокойствие наступит тогда, когда всякий человек будет привлечён к созданию законов и к управлению, когда весь народ будет источником своей организации." Русский космизм не оставляет без внимания и то, что мы сейчас бы назвали социальной сферой. Согласно Циолковскому, слабые должны пользоваться покровительством сильных, а развитие науки и техники преобразует труд человека и значительно улучшит его быт: "Сократится время подённой работы до 4—6 часов. Остальное отдадут свободному необязательному труду, творчеству, развлечению, науке, мечтам, ничегонеделанью; как кто хочет". Для достижения этих целей космизм Циолковского отвергает силу, делая ставку на неспешный прогресс вместо радикальных новшеств: "Лучше медленный прогресс, с возможным ограничением страданий и насилия, чем бешеный, но с большими муками".
Конечно, это не всё идейное наследие русского космизма: есть там и абсурдные призывы и нелепые выводы... Но повторюсь, перед нами не строгие законы физики или астрономии, которые невозможно игнорировать. Любая философская идея — лишь отправная точка для размышлений и действий, каждый вправе взять от неё самое рациональное и отбросить то, что расходится с реальностью. Об этом часто забывают.
Станет ли русский космизм востребованным, я не знаю. Станет ли мир другим и хватит ли у нас сил на окончательный рывок за пределы земной атмосферы — покажет ближайшее время. Но забывать даже самое необычное наследие русской общественной мысли нельзя. Мы сталкиваемся с тяжёлыми вызовами повседневности, часто игнорируя милосердие и солидарность, мы эксплуатируем земные недра и природу, тратим на это время, бесценное здоровье и отказываемся от мечты о большем. Вряд ли именно такой реальности заслужила цивилизация в целом и отдельные народы. Вряд ли мы, потомки первопроходцев космоса, будем оставаться в стороне от бурного течения истории. Во всяком случае, русский космизм способен выйти за рамки неоднозначных мыслей одного из родоначальников космонавтики.
Наши современники и будущие поколения заслуживают спокойствия на Земле и бесконечности космос - вряд ли кто-то сможет с этим поспорить.
