Питоху: Ядовитая птица. Потрогал — отравился. Съел — умер
Вот орнитолог по имени Джек.
А это учёная экспедиция,
В которую парень один напросился,
Чтоб стажировкой в тепле насладиться.
То был орнитолог по имени Джек.
А это чудная двухцветная птица,
Которая в сеть умудрилась свалиться,
Которую ставили всей экспедицией.
Включая стажёра по имени Джек.
И вот, орнитолог-стажёр был отправлен трудится
Спасать ту смешную двухцветную птицу,
Которой в сети совсем не сидится,
Которую вешали всей экспедицией.
Включая стажёра по имени Джек.
Однако, смешная двухцветная птица
Облегчать ему ношу совсем не стремится.
И сильно дерётся, дерётся как птица,
Царапая пальцы лапой когтистой
Бедняги-трудяги по имени Джек.
И вот, бедолаге сегодня не спится,
Ведь он лизнул ранку, что осталась от птицы,
Которую днём выпускал из темницы,
Которую строили всей экспедицией,
В которой денно и нощно трудится,
Стажёр-орнитолог по имени Джек
Ведь ядом его закошмарила птица
Крутая и очень токсичная птица,
Ту жуткую птицу весь остров боится.
Не в курсе об этом состав экспедиций,
Что ставили сети, чтобы с ними возился
Стажёр-орнитолог по имени Джек.
Вот так, благодаря Джеку Дамбахеру, научное сообщество узнало, что бывают ядовитые птицы. И познакомилась с самой опасной из них.
Особи, которых держат в неволе, быстро теряют ядовитые свойства. Почему же так?
Пробовать их яд на вкус было необязательно, достаточно было просто спросить гвинейцев. Ведь «питоху» в переводе с одного из языков Новой Гвинеи означает «мусорная птица». Местные жители давно и прочно запомнили, что питаться ими — глупость, чреватая судорогами, рвотой и тахикардией, которые будут мучать гурмана в течение нескольких дней. А при слабом теле можно и помереть. И это если птичку приготовить по всем правилам!
Правильное латинское название птицы — pitohui, но в русском языке учёные тактично опускают окончание, чтобы их не обсмеяли пятиклассники.
Все ткани и органы питоху (даже перья!) содержат батрахотоксин — крайне мощный яд. Этот яд обладает выраженным нервно-паралитическим действием: он активирует рецепторы и нервные клетки, а потом забирает у них возможность выключиться, чем доводит бедняг до полного истощения. Именно поэтому батрахотоксин причиняет столь сильные страдания, последствия которых могут не исчезнуть до конца жизни. Ведь нервная система, конечно, восстанавливается, но у неё есть пределы.
Параллельно орнитологу Джеку, на другом конце света таксидермисты превращали тела питоху в тушки. Они тоже обратили внимание на боль в глазах и онемение пальцев при работе с материалом.
А знаете, что самое страшное? Противоядия от батрахотоксина не существует. Об опасности птицы нам известно с 1989 года, а сам яд известен человечеству примерно с 60 годов, но мы до сих пор не знаем, как от него спастись. Люди долгое время пытались найти ответ в организмах ядовитых жучков и лягушек-древолазов. Но всё было тщетно, их способ неумирания от своего же яда неприменим для человека.
Все эти чрезвычайно красивые древесные лягушки под завязку набиты батрахотоксином. Его концентрация может быть в 30 раз выше, чем у питоху! Именно в их честь и был назван токсин.
Жучок семейства мелирид — ещё один носитель батрахотоксина.
Поэтому тот факт, что питоху тоже оказались ядовиты как будто даже обрадовал биологов и медиков — ведь это ещё один вариант для поисков противоядия. Только вот мы так до сих пор и не разобрались, а как именно питоху получили иммунитет к токсинам. На сегодня главным подозреваемым считается специальный белок, который связывает яд, не давая ему атаковать клетки жертвы. Однако, существование этого белка доказано лишь теоретически, его ещё предстоит найти.
Вы ничего не докажете. Это обычная магия устойчивости к отравлению.
Как и предстоит найти источник этого яда. Дело в том, что ни жуки, ни древолазы, ни питоху не вырабатывают его в своих телах, они получают его из неизвестного пока что источника — какого-то растения или насекомого, которое использует батрахотоксин для защиты от хищников. Очевидно — им он помогает не очень.
На сегодняшний день известно более 10 видов ядовитых птиц. И одной из них является, как ни странно, обыкновенный перепел. Он способен накапливать в своём теле канитин — опасный яд, вызывающий судороги и боли в мышцах. Вероятно, перепел впитывает этот яд, когда в миграциях питается растением под названием болиголов пятнистый (тот самый, которым отравили Сократа). К счастью, большую часть года птица неядовита.
Интересно тут другое: насекомые, амфибии и птицы независимо друг от друга разработали один и тот же механизм использования чужого яда, отчего стали весьма успешны в своей нише. Этот феномен всего лишь частный пример конвергентной эволюции — явления, при котором самые разные животные приходят к одному и тому же решению. Ведь оно является идеальным.
Хорошую птицу питахуей не назовут.