Ответ на пост «Ничего не меняется»⁠⁠7

Про борьбу с коррупцией. Где успешно боролись с коррупцией

Хрестоматийный пример успешной борьбы с коррумпированностью госаппарата — Сингапур. В 1952 году британская колониальная администрация создала в стране Бюро по расследованию случаев коррупции (CPIB). В 1960-м был принят Акт о предотвращении коррупции (PCA), который наделил бюро широкими полномочиями и ввел жесткую систему санкций за взятки. PCA предусматривал презумпцию виновности для чиновников, неспособных объяснить происхождение принадлежащих им активов, даже при отсутствии прямых доказательств коррупции. Акт запретил госслужащим принимать подарки и установил штрафы, эквивалентные размеру полученных взяток. В 1989 году был принят закон о конфискации имущества коррупционеров. Независимость CPIB, имеющего право начинать расследование в отношении любого госслужащего или бизнесмена, обеспечивается прямым подчинением премьер-министру. Бюро рассматривает все поступающие обращения о возможных случаях коррупции, гарантируя отправителям сохранение анонимности. Важной составляющей успеха Сингапура стало сочетание мер в правоохранительной сфере с формированием среды, сводящей к минимуму коррупциогенные факторы: отсутствие административных барьеров, прозрачность и подотчетность госслужб обществу, конкурентные зарплаты в госсекторе.

Сингапурский опыт был использован Гонконгом. В начале 1970-х годов в британской колонии под покровительством правоохранительных органов процветала организованная преступность. В 1973-м власти учредили Независимую комиссию по борьбе с коррупцией (ICAC), напрямую подчинявшуюся губернатору. Комиссия комплектовалась преимущественно людьми без опыта работы в правоохранительной системе, главным образом молодыми выпускниками ведущих университетов. ICAC получила чрезвычайно широкие полномочия: ее члены могут арестовывать, имея всего лишь обоснованное подозрение в факте взятки, в некоторых случаях содержать подозреваемых под стражей без предъявления обвинения, замораживать банковские счета, получать от органов власти любую необходимую информацию. Один из законов закрепил презумпцию виновности для чиновников, чьи расходы превышают официальные доходы. Для исключения возможности проникновения коррупции в саму ICAC ее сотрудникам установили высокое жалованье, а надзор за их деятельностью возложили на общественные комитеты. Всего лишь за год существования комиссия добилась удвоения доведенных до суда дел о коррупции.

В начале 1990-х годов в Италии существовала разветвленная система коррупционных связей между бизнесменами, оргпреступностью и политиками. Сокрушительный удар по ней был нанесен в ходе операции "Чистые руки", начавшейся после ареста за взятку в 14 млн лир (примерно $5 тыс.) директора дома для престарелых в Милане Марио Кьезы. В ходе расследования выяснилось, что Кьеза выступал в качестве теневого казначея правящей Социалистической партии. Заурядное дело о взятке вылилось в масштабную антикоррупционную кампанию. Под следствием оказалось около 20 тыс. человек, в том числе более половины членов обеих палат парламента. На скамью подсудимых попали, по разным данным, от 2 тыс. до 4,5 тыс. человек. Общественная поддержка операции обеспечивалась показательными конфискациями имущества коррупционеров, которое передавалось государственным и муниципальным учреждениям. В этот же период в продаже появилось вино, украшенное надписью "Сделано на винограднике, отобранном у мафии".

https://www.kommersant.ru/doc/1919888

Акцентирую внимание:

PCA предусматривал презумпцию виновности для чиновников, неспособных объяснить происхождение принадлежащих им активов, даже при отсутствии прямых доказательств коррупции.

Вот оно - ключевое. И не будет свадеб детей судей за миллионы долларов, недвижимости записанную на родителей и т.п.