Немного лирики
По тропинке в одежде белой
Древний старец шагал, хромая.
Черный посох в руке умелой
Пусть искал, версты отмеряя.
Долго ль коротко, дни иль ночи,
Брел один по земле родимой.
Как вода крепкий камень точит,
Источили лицо морщины.
Строгий взгляд обнимает небо,
Шепчут губы напев несложный.
Нет тех мест, где бы старец не был,
Где б не слышал он гомон дорожный.
А в глазах две мечты да разлука,
Ярким следом прощанье с домом.
И летит его голос без звука,
Возвращаясь небесным громом.
***
Немедленно! Тотчас же… отпустите!
Я душу вам отдам за пол цены.
Под каменной плитой меня похороните
Я там такие буду видеть сны
И где-то за кладбищенской стеною
Окончу свой весьма недлинный путь
Прошу не лейте слезы надо мною
Повеселее лучше спойте что ни будь
И если на посмертия тропинках
Однажды повстречаю я творца
То попрошу, чтоб люди на поминках
Не допускали грусть в свои сердца
По тропинке в одежде белой
Древний старец шагал, хромая.
Черный посох в руке умелой
Пусть искал, версты отмеряя.
Долго ль коротко, дни иль ночи,
Брел один по земле родимой.
Как вода крепкий камень точит,
Источили лицо морщины.
Строгий взгляд обнимает небо,
Шепчут губы напев СЛОГ несложный.
Нет тех мест, где бы старец не был,
Где б не слышал он гомон дорожный. - либо здесь лишний слог, либо необходимо добавить слог во вторую строку тоже. Иначе, на четвертой строке заминка.
А в глазах две мечты да разлука,
Ярким следом прощанье с домом.
И летит его голос без звука,
Возвращаясь небесным громом.
В первых двух строфах размер более выверенный, паузы стоят на своих местах, все очень четко. Хорошие рифмы.
Только опять же, о смысле. Это как натюрморт, можно даже строфы менять местами без изменения смысла. Куда идет, зачем идет? Как в стихотворении Лермонтова про парус, только у него эти вопросы озвучиваются. А у вас остаются зарисовкой. Последние две строки могли бы намекать на его божественное славянское происхождения, эдакий Перун. Но, оно не закончено.