Не забудем и не простим: манифест непрощения от Азарёнка⁠⁠

Так они кричали на улицах Минска. Орали во все горло. Вопили с безумными глазами, которые вылезали из зрачков. Они жгли чучела государственных служащих. Они мечтали добраться своими грязными когтистыми руками до горла сына Президента. Они подожгли дом депутата с маленьким ребенком внутри. Они хотели отрезать языки. Они мечтали о кровавых расправах. А что мы слышим сейчас?

О, ведь это же не мольба о пощаде. Это требование, наглая претензия — а ну-ка, немедленно прекратите сажать. Взяли быстренько и перевернули страницу. Ну нет, ребята, читаем дальше.

Это извечная свинская подлость и наглость нашей интеллигенции. Еще из 19 века. Сначала бомбист убивает царя, он лежит без ног и истекает кровью перед сыном и внуком, но тут же вылезает какой-нибудь бородатый граф и кричит — непротивление злу силой! Власть, не смей отвечать! Будь доброй! Будь выше этого! Не защищайся. Жди, пока поубивают вообще всех.

Скажу страшную вещь для кого-то. Но иногда быть добрым — это слабость. Это очень просто. И всем понравится. Кому же не понравится доброта? Стоишь такой весь в белом, слушаешь овации.

Я прошел большой личный путь в деле осмысления прощения. Писал заявления о непривлечении к уголовной ответственности тех, кто распускал ручонки на митингах, вызывая недоумение у прокуроров и судей. И что же — прямо у дверей суда ликующая старая змагарка восклицала — так мечтал сделать каждый — в смысле вмазать по морде пропагандисту. Ну и много еще было случаев. Когда простил маргинала, что за одну лишь фамилию толкнул мать в автобусе — Батька как отрезал — «зря».

И тут я задумался. Меня как громом поразила мысль — а как же все-таки это иногда подло и трусливо — прощать. Мол, пусть все жесткое, все принуждение, все право на силу берут на себя силовики и Президент. А ты такой хороший весь из себя. Только по телевизору болтать. И мне стало стыдно за себя. И в следующий раз, когда было очередное дело за махание кулаками на митингах, и мне звонила плачущая жена змагара — я молча выслушал детский плач в трубку и положил ее. Государство, я беру все, что ты делаешь, на себя в том числе. Действуй, действуй жестко.

Они хотели устроить здесь ад. Они бы никого не пожалели. Они бы «люстрировали» — убивали, вешали, насиловали. Если в какой-то революции происходило по-другому — назовите мне такой пример. Не назовете.

Нельзя поддаваться на соблазн быть добренькими. Нельзя примерять беленькие перчатки. Иначе полюбоваться ты сможешь ими в конце концов на плахе.

Добреньким был Янукович. И хрен с ним, с тем, что он уехал. А кто вернет тысячи и тысячи жизней, кто ответит за слезы вдов, за детей-сирот. Его тогдашняя доброта сильно кого-то сейчас утешает?

Я провозглашаю МАНИФЕСТ НЕПРОЩЕНИЯ. Зло не понимает добра. И высшее проявление любви — искоренять зло.

ГУБОП просит помочь в установлении участников беспорядков в разных городах. Смотрим внимательно видео. Узнаем мятежных острокопытных. Набираем заветный номер.

Это и будет проявление любви.

Григорий Азарёнок