ЛЕДЯНОЕ ВИНО
ЭПИЛОГ
Судья замолчал, сжимая ладонями пустой бокал. Глаза его были закрыты. По лицу бежали тени тех давних событий.
Ни один из слушателей не решался нарушить тишины. В окно барабанили капли, непогода совсем разгулялась. Очаг почти погас, но Ила незаметно удержала Фаера, хотевшего было подкинуть поленьев.
Судья Мартен тяжело вздохнул.
— Но, — тихо начал Людвиг, — что было потом, дядя?
— Потом?
— Да. Что стало со всеми людьми?
Судья провел ладонью по лицу, отгоняя морок.
— Через несколько мгновений они начали подниматься на ноги. И, что поразительнее всего, совершенно ничего не помнили о случившемся. Даже пастор Дюваль. Они с Бишаном подбежали к монсиру и стали его поднимать. Но у старика словно ноги отнялись.
А я стоял и смотрел на серебряную птичку в своей руке. Кто-то окликал меня, но я просто стоял и смотрел.
Как-то вышло, что история повернулась другим боком. И пастор и мажордом заявили, что Олен сошел с ума и напал на монсира. Крестьяне забрали тело великана, конечно. К тому времени, как все закончилось, он истек кровью. И ни один из них не помнил ни... Нотиэли, — голос его дрогнул, — ни тех, кто пришел за ней. Может быть, только сам Д'Эпиньи, но он не мог говорить.
Фаер взглянул на бутылку, покрутил по стенкам напиток в бокале.
— Удивительно, что все забыли, — тихо проговорил он и разлил по бокалам остатки янтарного вина.
— Вот видите, — пожал плечами судья. — Вы мне не верите. И сам я не раз за все эти годы сомневался в себе. Но сумасшедший ли я, если помню то, что помню? Да, иногда я пытался убедить себя, что все это могло быть галлюцинацией после удара. Или после айсвайна. Вы же знаете, как странно он на меня действует. Но...
Его длинные сильные пальцы распустили узел шейного платка, и он достал длинную цепочку с украшением. Отблеск гаснущего пламени сверкнул на боку маленькой серебряной птички. А в глазах молчаливой Илы они отразились синими искрами в самой глубине. Она подалась вперед.
— Я верю. Расскажите, что случилось с Д'Эпиньи?
Судья горько усмехнулся.
— Вы можете понять мое потрясение. Я словно был там со всеми и помогал, но словно бы и не был. Мы вернулись на виноградник и с величайшей осторожностью усадили монсира в бричку.
Кажется, я видел заспанное бледное лицо Элозы, когда они с Женевьевой хлопотали, устраивая совершенно разбитого хозяина в постели. Она смотрела на меня с немым обвинением. Но мне было не до чужой укоризны.
Я ушёл к себе и запер дверь. Кто-то стучал ко мне потом, Элоиза или пастор, но я не открыл. Стоя у окна, взглядом я безнадежно искал во тьме светлый образ нежной лесной девы, которую погубили мои горячность и опрометчивость. И даже ледяное дыхание гор не спасало от жгущего меня бессилия.
Д'Эпиньи скончался за час до рассвета. Старый рыцарь не выдержал удара судьбы. Вот так я остался единственным, кто помнит всю историю несчастной Нотиэли.
Судья напрасно истолковал замечание Фаера как неверие. Ила видела сожаление, мелькнувшее на его лице, когда Мартен показал птичку. И это было отнюдь не сочувствие, от того, что пожилой человек сошёл с ума.
— И что же вы сделали? — спросила она, не спуская с судьи внимательного изучающего взгляда.
— Я? Проявил малодушие. Кое-как приведя в порядок свои пояснения и записи, я отдал их Дювалю, чтобы он в ближайшее время отправил их Шантиньяку. А сам сел на лошадку и помчался прочь, стремясь покинуть места, где за каждым деревом, за каждой лозой мне мерещился белый призрак моей скорой любви и не менее скорого горя.
— Но... — Фаер помедлил, формулируя вопрос. — Это же прошло? Вы же как-то объяснили нотиару, что случилось, вернувшись?
— Вернувшись? — на лице судьи появилось недоумение. — Но я не вернулся в Руа-де-Дивэйн. Спустя некоторое время, вновь обосновавшись в Жироне, я написал письмо с извинениями моему бывшему патрону, просил передать мое глубочайшее раскаяние Сесилии. Шантиньяк ответил довольно сухо, что всё понимает и потрясение от событий в лесу не могли не сказаться на моем душевном спокойствии. Но, как вы можете предположить, судари, меж строк читалось завуалированное презрение к "слабому дворянчику". И я порадовался факту, что любезный нотиар более не считает свою дочь достойной для меня партией.
Поверьте, я не был более тридцати лет в Шарли и окрестностях. Но отчего-то думал, что вспомню дорогу.
Ила немного поболтала вино в бокале.
— Вы хотите купить там виноградник? — спросила она внезапно.
— Откуда... Дядя, я не говорил, — Людвиг перевёл взгляд с Илы на Мартена.
— Скажем так, я умею слушать и делать выводы, — улыбнулась Ила.
— Удивительно точные выводы, — в тоне судьи скользнули уважительные нотки. — Да, это правда. Я планирую написать прошение об отставке и удалиться от дел.
Ила неопределенно покачала головой и зябко повела плечами, словно могла замерзнуть.
— Фаер, огонь почти погас... И... не проверите ли вы с Людвигом еще раз лошадей. Заперта ли дверь в амбаре?
Она чуть подняла бровь и быстро указала глазами на парня.
Фаер давно научился распознавать такие молчаливые просьбы. Значит, Ила не хочет, чтобы паренёк что-то слышал.
— И правда. Такой ветрище, что не мешает проверить засов. И прихватим еще поленьев, в комнатах для постояльцев сегодня холодно.
Он встал, не выказав недовольства, хотя ему тоже было любопытно, что именно хочет рассказать Ила.
— Пойдем, парень. Возьми со стойки пару яблок для животных.
...
Подождав, пока дверь закроется, Ила еще немного выждала и спросила:
— Вы хотите их найти? Позвать, как позвала она?
Судья откинулся на стуле и прищурился.
— Более чем верные выводы, — протянул он тихо. — Я пытался, но игрушка сломалась и не издает ни звука. Следовательно...
— Вы, как человек, умеющий вести расследование, решили проверить всю эту мистику. И добраться до того самого места? В ночь святого Лаврентия.
— Возможно. Я кажусь глупцом? Таким же как был? Тоска снедает меня, как снедала Д'Эпиньи. И для меня все реально. Да, я хочу знать, было ли все на самом деле. И не собираюсь умирать, смирившись, как старый рыцарь. Странные заявления для старика, верно?
Ила пожала плечами.
— Вам не стоит этого делать.
— Почему?
— Во-первых, они не отзовутся. Подарок был для Нотиэли и только для неё. Он выполнил своё предназначение. Во-вторых, на зов могут прийти другие... э... существа.
— Что вы об этом знаете? — судья снова выпрямился, глядя на Илу, словно на допрашиваемого в зале суда.
Но леди-призрак осталась спокойна.
— Ах, мастер Ренар... Я знаю достаточно, чтобы желать вам добра. Я вам верю. У всех кроме вас они просто изменили воспоминания. Они это умеют. Я удивлена, что Филамель не сделала этого раньше, когда ушла из шато. Наверное, это из-за того, что ее дочь оставалась с отцом.
Лицо судьи постепенно сменило суровое выражение на удивленное, а затем и на недоверчивое.
— Вы... что? Что вы знаете? Умоляю!
Ила вздохнула.
— Это Эльтенвальд. Иногда здесь происходят странные вещи, которые я не вправе объяснять людям. Ваши лесные пришельцы не принадлежат этому миру, они... пришли с другой стороны. Я не знаю, как объяснить, чтобы вы поверили, как я верю вам. Тропы в лесу путаются и выводят не туда. Но они и... я и... еще кое-кто, умеем по ним ходить. Но это неважно.
— А что же важно?
— Важно то, что... Нотиэли не изменилась ни на каплю. Она только наполовину альв, но... Альвов сложно убить.
— Альв? То есть, это те люди с рогами? Альвы? — судья взволновался, но держал себя в руках.
— В венцах с рогами. И это не люди. А уж милосердие, это нечто, что среди них не совсем принято.
— Но Нотиэли?! Как? Жива... Я... я видел, как она бездыханно лежит и... И... все эти годы...
Голос судьи сорвался на сип. Ила укорила себя, что милосердие точно так же не входит в список ее добродетелей.
— Мастер... Ренар...
— Вы ее видели?
— Достаточно того, что я знаю, — еще раз сказала Ила.
— Вы отведете меня? Что мне нужно сделать? Ох... — судья прикрыл глаза ладонью. — Я веду себя как мальчишка. Простите меня.
Ила молчала, давая ему прийти в себя и собраться с мыслями.
— Не уверена, что вам стоит... Я не смогу привести вас обратно.
Судья протер лицо и взглянул на Илу горько, но уже спокойно.
— Она не изменилась?
— Простите...
Мартен встал и прошел до очага, остановился, глядя в огонь. Он очень старался держать плечи расправленными. И Ила почти увидела того высокого молодого дворянина, каким он был в свои двадцать пять.
— Вы правы, любезная хозяйка. Я стар. Что я скажу ей, если она всё то же лучезарное дитя? Сможет ли она полюбить меня?
Ила допила свой айсвайн, немного растянув ощущение терпкой сладости.
— Вы теперь понимаете, зачем дорога привела вас сюда, в место, которое можно найти только случайно?
Казалось, он не слышит.
— Вы можете передать ей...
— Ренар...
— Да. Да, не стоит. Верно. Но... жива... Боги мои. Жива... Где-то...
Проклиная свои обязанности приносить людям горькое утешение, Ила подошла к судье и положила ему руку на плечо.
— Купите виноградник, Ренар. И это я вам должна. Больше, чем две бутылки айсвайна.
Она собрала бокалы со стола и понесла их за стойку, оставив мужчину в его невеселых думах.
...
Двери снова распахнулись, впуская сырой холод ночи. Фаер почти ввалился с охапкой дров, за ним появился Людвиг, тряся кудрявой головой и разбрызгивая капли. Парень тоже был не с пустыми руками и, несмотря на дождь, даже выглядел довольным.
— Складывай вон там, — кивнул демон на поленницу.
Фаеру не особенно нравился дождь, учитывая его огненную природу, и сейчас было заметно, почему — от него тонко струился пар, высушивая одежду.
Проходя к поленнице, демон не увидел, скорее почувствовал сгустившееся напряжение. Что же такого судье сказала Ила, что тот мрачен как та самая ненастная ночь?
Он подошёл к стойке и улыбнулся.
— Тепла теперь хватит надолго. Может, ещё по бокалу вина? Конечно, если уже не слишком поздно.
Ила вздохнула, приподняла брови и кивнула в сторону гостя.
— Я бы выпила чая. На сегодня вина достаточно. Мастер Мартен?
— А? Нет. Мы ничего не будем. Что там с погодой?
— Хлещет как из ведра, дядя,— отозвался Людвиг. — И темно, хоть глаз выколи.
— Глаза колоть мы не будем, — пробормотал судья и наконец отвернулся от огня. — Нам всё же придется заночевать, верно?
— Растопишь в комнатах камин, милый? — тихо спросила Ила, чувствуя неминуемый откат после такой порции принятой на себя печали. Зато судья будет спать спокойно, несмотря на то, что ему сейчас так не кажется. — Проводи их и спускайся, хорошо?
— Хорошо, — мягко улыбнулся Фаер и обратился к гостям. — Пройдёмте со мной, судари.
Демон чувствовал, как сердце Илы отзывалось в нём. Значит чай должен быть сегодня не простой.
На растопку камина ушло несколько минут. Фаер запалил бы дрова моментально, но не показывать же вот так сразу свои пугающие особенности. Он спустился и, пока не задавая вопросов, заварил чай. Тишина вдвоём порой намного важнее слов, и сейчас это ощущалось как никогда. Ила снова что-то исправляла в тонких эмоциональных планах, а значит, ей нужна помощь.
Только протянув кружку с горячим напитком, пахнущим цветами, апельсином и уютом, демон тихо проговорил:
— Я чувствую, что упустил что-то важное. Он же не забудет?
Ила потерла руками лицо.
— Я рассказала ему про альвов. Надеюсь, он будет благоразумен и откажется от своего плана искать их в Эльтенвальде. И еще больше надеюсь, что лес, вернее... Гхм... Не решит пошутить и открыть ему тропинки.
— Вот как? — выдохнул демон. — Но зачем ему знать про этих высокомерных... Проклятье, они же просто придурки.
Спустя мгновение Фаер оказался близко к Иле, обнял её.
— Будем надеяться, что для шуток у Него времени не найдется, и тропинки не откроются. Судья хотел виноградник, вот и пусть покупает виноградник.
От такого негодования демону и самому стало смешно, но он лишь снова улыбнулся.
— Прости, я что-то малость вспылил.
Ила тоже тихо засмеялась, отбрасывая напряжение вечера.
— О... Альвы Его любимцы. Хорошо, я не скажу им, что ты нелестно отзывался об их... эээ... образе. Но как бы я объяснила судье, что он не сумасшедший и ему все это не привиделось? Он мне отчего-то понравился... Такое... старинное благородство и прямота. Жаль, что все случилось именно так.
Ила помолчала, перебирая пальцами волосы Фаера.
— Мы просто не можем их понять, вот и всё. Сложная иерархия, сложные церемонии, сложная магия... Филамель могла бы забрать девочку сразу. Но... предпочла эти игры со спрятанным подарком. Как-будто Нотиэли должна была пройти какие-то испытания, чтобы стать достойной их народа! Ах... я начинаю злиться. Это нехорошо. Просто упоминание об этих, как ты сказал, высокомерных придурках, немного раздражает.
— Могла бы не дарить ребёнка человеку сразу, — проворчал Фаер, обнял Илу, подаваясь навстречу её пальцам. — Не злись, моя хорошая. Я знаю, как это бывает, и понимаю твой выбор.
Демон тихо выдохнул.
— В один из моментов рассказа показалось, что Нотиэли осталась жива. Реакция матери была слишком спокойной. Или... — Фаер пристально посмотрел в глаза Илы, понимая, что было сказано, когда они с Людвигом вышли в непогоду. — Это знание не сведёт с ума судью?
— Нет-нет, не нужно вешать на меня еще вину. Я сказала, что не поведу его через Эльтенвальд. Ты же знаешь... Если это сделаю я, дороги обратно не будет. И он уже со мной согласился. В нём еще достаточно сил, чтобы перевести тоску в работу... Но ты прав. Ему повезло, что девочка осталась жива для магии ее родни. В ином случае король бы никого не пощадил той ночью.
Ила снова поморщилась, выскользнула из объятий и заходила по пустому залу.
— Что я могу сделать? Они бросили ребёнка с неконтролируемыми способностями в чужой реальности! Сломали чужие жизни, на которые им наплевать с высоты их "священных" дубов! Потом оказали милость – забрали память! Фаер!
Ила повернулась к наблюдающему за ней демону. Глаза ее потемнели.
— Ты понимаешь, что это девочка была благоразумна?! Она оставалась в одиночестве все годы! Если бы у нее было хоть на каплю меньше ума и благородства, думаю, одной деревней не обошлось бы. Нет... давай постараемся в ближайшее время не встречаться с альвами. Боюсь, что я могу сказать королю несколько резких слов. А ты его знаешь... Все эйсворфы потом "случайно" будут наши.
Фаер не подошёл, а будто перетёк ближе к Иле. Поправил прядь волос, словно та выбилась, но это был лишь жест, чтобы коснуться её щеки.
— Эйсворфов будет жаль. Но да, девочка была не в пример многим их вида, с которым в ближайшее время мы точно не пересечёмся.
Он поманил, кончиками пальцев соскальзывал по щеке, подбородку, оставляя тёплый след, зная, что взгляд в это мгновение сменится.
— Чувствую, ты что-то задумала?
Лицо призрака приобрело обиженное и детское выражение, это было забавно, если вспомнить о том, сколько лет ей самой.
Она прикрыла глаза и выдохнула, успокаиваясь.
— Да. Нет. Не знаю. Вы все хотите от меня новых миров, возможностей, хорошего конца. Но я всего лишь последний проводник... Разве от меня зависит, насколько хорош будет новый мир?
Ила ткнулась лбом в плечо Фаера.
— Ладно. Ладно. Я попробую найти Нотиэли. Но ничего не могу обещать... Если я правильно ориентируюсь, то она какая-то родня королю, поэтому они пришли. Из-за простой интрижки с человеком кого-то из нижнего круга они бы и не почесались. Поэтому всё очень сложно... Это же альвы.
В грудь Фаеру ткнулся палец.
— Учти, — ноздри Илы раздулись, — я делаю это для тебя. Потому что ты тоже всегда хочешь "жили долго и счастливо". Я видела твоё лицо. И не смей сказать ни слова судье. Просто проводи их утром верной дорогой и молчи.
— Ты же знаешь, я – могила. Просто кремень. Ни одного слова, — Фаер принял уморительно-серьезный вид, но горячие руки легли на её спину.
— Фаер...
— Что, моё сердце?
...
В прохладном воздухе, на траве, ветвях, везде ощущалась сырость, оставленная ночной бурей. Однако небо расчистилось и сквозь прорехи в облаках выглядывало утреннее ленивое солнце. И если бы кто-то пригляделся, то среди сверкания капель, увидел, что вдоль кромки леса мчится небольшой огонёк. Завидев трактир, он свернул к нему.
Часом ранее оттуда демон вывел вчерашних гостей.
Огонёк плюхнулся у порога, немного вырос и... Взъерошил волосы, распахивая дверь, впустил внутрь свежий лесной запах.
— Вот и всё, Ила, — улыбнулся он, запирая дверь на засов изнутри. — Судья с племянником уже почти в Шарли, а у нас...
Демон хитро посмотрел на призрака, что держала в руках кружку с кофе, и подошёл ближе.
— У нас теперь будет "свой" поставщик вина, когда дела у судьи пойдут на лад.
— Ты отдал им обещанный айсвайн? Не хватало ещё, чтобы мы прослыли мошенниками, бесплатно вымогающими секреты у путников? — Ила усмехнулась.
Презрев нормы приличия, она не вышла проводить судью Мартена и Людвига ранним утром.
— Но... Получается, что ты сменял пару бутылок на будущие поставки? Хм, коммерция, — она улыбнулась и отпила кофе. — Тебе сделать?
Фаер улыбнулся во все тридцать два.
— Конечно! К тому же, их ждёт небольшой сюрприз, когда они проверят, сколько бутылок на самом деле.
Демон потянул аромат кофе, прикрыв глаза, и улыбка сменилась, став спокойной.
— Пожалуй, я откажусь, — почти прошептал он, приобняв Илу.
Он чувствовал, что призрак всё равно напряжена после ночной сказки. Хотелось отвлечь её, тем более, когда они остались одни.
— Но я не могу отказаться от другого. Тебе нужно немного развеяться. А я знаю одно местечко с дивным пляжем у разбитой башни...
Ила склонила голову к плечу, глядя на демона скептически и насмешливо, потом перевела взгляд на дверь.
— М, господин соблазнитель... Уже и дверь запер? То есть, моё "нет" ты не рассматриваешь ни в каком случае? И трактир снова будет пустовать?
Демон подался навстречу, почти касаясь кончиком своего носа её, голос стал тише и проникновеннее.
— Ни в каком. Трактир может подождать, а мы пока сходим на пляж. Или на те скалы, где часто бушует море, разбивая волны в мелкую водяную пыль?
— Или и туда, и туда... Правда, я знаю, чем заканчиваются такие походы. Мы встреваем в неприятности. И пока мы в них встреваем, у эйсворфов есть шанс кого-нибудь сожрать.
Ила раздумывала. В конце концов судья не знает, что она затеяла, она никому ничего не обещала, поэтому и ждать никто не станет. А прогулка пойдет на пользу, чтобы тщательнее выбрать слова для общения с альвами.
— Ладно... Соберёмся на пикник?
Отставив чашку, Ила обвила руками шею демона, посмотрела в веселые глаза, потянулась поцеловать.
...
В дверь снаружи грохнул кулак. И еще раз. И третий.
— Соберёмся, — улыбнулся демон.
И лишь едва раздался стук, Фаер мгновенно вспыхнул от такой бесцеремонности. Не буквально, но одно от другого отделяло несколько мгновений. Всё же, он не подал виду, поцеловав Илу. И только потом, будто по старой привычке, сурово спросил у закрытой двери:
— Кто?
— Открывай, Фаер. Это Стрелок.
Ила закатила глаза и развела руками, предоставляя Фаеру спровадить незваного гостя.
— Стрелок? — неопределённо пробурчал демон, глядя на Илу.
Такой момент испортил, доходяга!
— Не открою! Я сегодня вредный, — сказал он громче и уверенно, беззвучно ворча о радости встречи. — Когда тебя эйсворф сожрёт...
— Что тебе нужно, Том? — громко спросила Ила. — Мы закрыты.
— Когда вы здесь, вы не закрыты, — в голосе человека за дверью уверенности поубавилось, а вот усталость дала о себе знать. — Ты будешь держать меня под дверью?
— Я... сейчас совсем не настроена тебя видеть... Стрелок, — немного ядовито ответила Ила.
Но она уже кивнула Фаеру, чтобы тот снял засов.
— Ну, прости. Неприятности устали ждать нас на пляже и пришли сами. Мы просто узнаем, с чем не справился наш мужественный герой-одиночка, и тогда решим, хорошо?
— Хорошо, — вздохнул тихо Фаер, раздумывая, как бы случайно не покалечить "гостя".
Засов загремел, и демон воззрился на Тома, желая его испепелить. Однако голос прозвучал вкрадчиво и мягко:
— Добро пожаловать в "Сказки Эльтенвальда", путник.
Стрелок слишком хорошо знал местные порядки. Они и правда не могут не открыть любому путнику. Однако, по-хорошему, Том и не гость, он один из тех, кому позволено беспрепятственно ходить через лес. И Фаер приготовился моментально отшить в своей манере столь не вовремя появившегося человека.
Том слабо ухмыльнулся, распознав настроение. На глаза из-под шляпы свисали сальные пряди светлых волос, на щеках клочками пробивалась многодневная щетина. Он оперся на дверной косяк и начал заваливаться вперёд, словно перебравший эля бродяга.
Фаер едва успел подхватить оседающее на пол тело.
— Простите, леди. Мне нужна помощь... — едва пробормотал герой до того, как рухнуть без сознания.
КОНЕЦ
[Но это, безусловно, не точно. Ведь в Эльтенвальде историй много... Мы просто пока отпускаем судью Ренара ле Мартена. Но сказки Илы и Фаера на этом не заканчиваются.
Спасибо, что были с нами и переживали за судьбу персонажей! Будем весьма признательны за обратную связь в комментариях!
И да. Авторы всё еще не одобряют употребление алкоголя по заветам законодательства РФ.]
___________________________________
Предыдущая часть: