Мне 45. Я вырос в лихие 90-е, и за моими плечами — такой багаж жизни, что меня сложно чем-то удивить или шокировать. Слова «героин», «марихуана», «вена», «опиум» для меня — не страшная тайна, а давно известная реальность.
Поэтому я искренне недоумеваю: зачем, когда я слушаю музыку, меня пытаются отгородить от авторского текста? Неужели кто-то верит, что если вырезать эти слова, я вдруг о них забуду и моя ранимая душа пострадает? Это выглядит не как забота, а как насмешка.
Если вы так трепетно оберегаете юных слушателей — создайте для них отдельный «чистый» контент, с «Синим трактором» и безопасными песенками. Но я — взрослый человек, который платит за подписку своими деньгами. Дайте мне, пожалуйста, возможность слушать песни так, как их задумал автор. Без купюр и цензуры.
Мне 45. Я вырос в лихие 90-е, и за моими плечами — такой багаж жизни, что меня сложно чем-то удивить или шокировать. Слова «героин», «марихуана», «вена», «опиум» для меня — не страшная тайна, а давно известная реальность.
Поэтому я искренне недоумеваю: зачем, когда я слушаю музыку, меня пытаются отгородить от авторского текста? Неужели кто-то верит, что если вырезать эти слова, я вдруг о них забуду и моя ранимая душа пострадает? Это выглядит не как забота, а как насмешка.
Если вы так трепетно оберегаете юных слушателей — создайте для них отдельный «чистый» контент, с «Синим трактором» и безопасными песенками. Но я — взрослый человек, который платит за подписку своими деньгами. Дайте мне, пожалуйста, возможность слушать песни так, как их задумал автор. Без купюр и цензуры.