Как Черчилль в Севастополе колено преклонял⁠⁠

Вокруг визита премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля в Севастополь в феврале 1945 года – сразу после Ялтинской конференции лидеров антигитлеровской коалиции - ходит много слухов. Вроде визит и описан в книгах, справочниках и газетах, но зачастую скупо и сухо. Попробуем пролить более яркий свет на некоторые события тех времен...

Герцог Мальборо Сразу после завершения Ялтинской конференции 11 февраля Уинстон Черчилль вместе со своей дочерью Сарой выехал в Севастополь. На время пребывания в Крыму лидеров "большой тройки" - Сталина, Рузвельта и Черчилля – были предприняты беспрецедентные меры безопасности. Охрану первых лиц обеспечивали тысячи сотрудников служб охраны и безопасности, в том числе Англии и США.

На участке от болгарского Бургаса до крымских Сак протяженностью примерно 300 километров с интервалом в 30-40 миль были рассредоточены боевые корабли. В конце января в Севастополь прибыли единицы флота союзников, в частности три американских тральщика, корабль связи президента США Catoctin и британский военный транспортник William Blount, который выступал в качестве штабного корабля.

За заходом иностранцев в Севастопольскую бухту с большим интересом наблюдали жители города. Они собрались на Приморском бульваре. В честь американских и британских моряков в доме офицеров флота устроили праздничный банкет. В Севастополь Черчилль заезжал по единственной на тот момент дороге, ведущей в город, – Лабораторному шоссе.

При въезде премьер Великобритании смог видеть последствия обороны и освобождения – разбомбленные и почти полностью разрушенные остатки малоэтажной застройки Корабельной стороны и Лазаревских казарм. В уничтоженной базе ЧФ пригодных для проживания премьера зданий не было, поэтому Черчилль разместился на британском корабле.

Прежде всего, британского аристократа в Севастополе интересовали места, связанные с Крымской войной, которая оставила значительный след в жизни Королевства, а имена "Севастополь", "Балаклава", "Инкерман", "Альма" стали частью мировой истории. Любому британцу известно понятие "тонкая красная линия".

Оно появилось тогда, когда во время Балаклавского сражения была разбита бригада легкой кавалерии, в состав которой входили представители и наследники самых известных семей королевства. Под Севастополем тогда погиб и предок британского премьера – герцог Мальборо. Первым делом Черчилль попросил представителей командования ЧФ и властей Севастополя показать ему английское военное кладбище.

В повести ветерана морской пехоты Анатолия Галкина "Рассказы Кудланова" (Александр Трифонович Кудланов – глава Балаклавского райкома партии в 1944-1949 годах), которая написана по устным воспоминаниям политического деятеля, приводятся слова Черчилля, сказанные в здании горисполкома: "Здесь, под Севастополем, в районе Сапун-горы в Крымскую войну погиб и где-то похоронен мой дед. Он был командиром английского конного эскадрона. Я хотел бы посетить его могилу".

При этом в мемуарах Черчилля, где описывается визит в Севастополь, упоминаний об этом эпизоде нет.

Группа сопровождения повезла политика на Катрактов холм, где с 1882 года находилось английское военное кладбище. По утверждению историков, во время боев за Севастополь кладбище пострадало, но многие плиты и монументы сохранились.

Премьер остановился возле одного памятника, стал читать надписи, затем снял фуражку, встал на колено и какое-то время застыл в размышлениях.

В своей книге Галкин утверждает, что Черчилль нашел могилу своего предка.

После этого Черчилль направился в Балаклаву. С высоты Араб-Табия он осмотрел Балаклавскую долину, которая в Великобритании известна как "долина смерти" после трагической атаки британских кавалеристов.

"Перед нами лежала долина, вдоль которой наступала легкая бригада, и мы могли видеть гребень, который так доблестно защищали горные стрелки. Поскольку сцена лежала перед нами, можно было понять ситуацию, с которой лорд Раглан (командовал британской армией во время обороны Севастополя) столкнулся около 90 лет назад", - писал Черчилль в своей книге "Вторая мировая война.

В мемуарах премьер-министр утверждает, что перед Балаклавской долиной ему показали могилу Раглана: "Мы посетили его могилу утром, и были очень поражены заботой и уважением, с которыми к ней относились русские".

На самом деле этого быть не могло, поскольку тело британского фельдмаршала, который скончался от холеры 28 июня 1855 года, на корабле "Caradoc" отправили в Британию. Его останки были захоронены примерно через месяц в фамильном склепе в Бэдминтоне.

"В Севастополе в районе 6-го километра Балаклавского шоссе, рядом с главной квартирой британских войск, находилось штабное кладбище. Там осталась плита с надписью о смерти Раглана, очевидно, ее и увидел Черчилль", - разъясняет казус историк Валерий Иванов.

В Балаклаве, в бухте которой в середине XIX века стояли британские корабли и развернулась база союзных войск, Черчилля заинтересовали параметры бухты и руины Генуэзской крепости. Британский премьер даже настойчиво направлялся к останкам укрепления, но сопровождающие убедили его повернуть назад – на скале оставались неразорвавшиеся снаряды и мины.

После исторических мест периода Крымской войны Черчилль направил свое внимание на события текущей войны. Осмотрел Сапун-гору, проехал по рубежам Севастопольского плацдарма, зашел в остатки здания панорамы, на Графскую пристань, оценил разрушения города.

Существует версия, что Сталин был заинтересован в поездке Черчилля и Рузвельта в Севастополь. Он рассчитывал, что на примере этого разрушенного города главы стран-союзниц смогут понять объем катастрофического ущерба, который понес Советский Союз из-за войны. В этом плане задумка оправдалась. Разрушенный Севастополь произвел впечатление…

Источник