Игры богов⁠⁠

Выбив дверь ногой, я ворвался к Демиургу.

– Что это такое? Я всего один день выходного взял! У меня сестра замуж выходила. Тебе не стыдно? – пылал возмущением я.

Возле кресла и на столе лежали бутылки. Пустые. Запах спирта был практически невыносим. Я поморщился, обводя глазами комнату. В кресле сидела Деми, потягивая виски из очередной бутылки. И без того короткая юбка задралась достаточно высоко. Остановив на мне мутный взгляд, девушка ухмыльнулась:

– Привет, Ай, как делишки?

– Убери алкоголь, или я за себя не отвечаю! – прорычал я и, повернувшись к двери, рявкнул в коридор: – Тащи сюда!

– Фи, как грубо! – наморщила носик блондинка, но бутылку поставила рядом. – Что я сделала-то?

– Она ещё удивляется, что я в бешенстве! Что наделала! Вот это вот что такое?

Я смахнул со стола бутылки, и они со звоном покатились по полу. В комнату внесли три ящика, накрытых тряпками.

– Ой, подарочки! – захлопала в ладоши Деми. – Это всё мне?

– Не тебе, а ты! Ты сколько выпила, чтобы это сотворить? И почему на отдел размножения подана заявка на пять миллионов каждой твари? Причем подписанная замечательной фразой «Не обсуждается»?! – продолжал выходить из себя я.

– Да что не так-то? Я вроде милых зверушек создала, пока тебя не было… – наигранно обиделась девушка.

– Милых?! – я сорвал тряпку с ближайшей клетки. – Ты мне объясни, что это такое?

– Шмелеёжик. Правда миленький?

– Деми, милая, у тебя всё хорошо? Ты понимаешь, что это полосатая жёлто-чёрная крыса? Это не мило! У него иголки! Иголки, которые вибрируют!

– Ничего не знаю. Он миленький. Мы его оставляем.

– Допустим, – протянул я на выдохе, снимая тряпку со второй клетки, – а с этим тогда что?

– Это феечка. Розовенькая. Я же девочка. Мне захотелось розовенького.

– То есть птицы с ярко-голубыми лапами тебе было мало? – взвился я снова. – Это кролик в розовом панцире! Это не миленько. Это, блин, жутко! Как минимум, потому, что по ТЗ у него лапы как у крота! Ты себе как представляла кролика в розовом панцире с лапами крота?

– Ты скучный. Животные должны быть красивые. Мне этот нравится. Оставляем.

– Это мы ещё посмотрим. Ты лучше скажи, зачем ты это животное обидела? – открыл я последнюю клетку.

– Ой, какая прелесть. А я не помню, чтобы я его создавала… А кто это?

– Это ты мне должна объяснить, кто это! Почему оно и яйца откладывает, и молоко дает?

– Я вспомнила! – перебила меня смехом Деми. – Мне омлета захотелось. Ну, я и решила, что брать для него продукты у разных животных слишком сложно. Вот и создала его. У него есть мех, потому что омлето-животное должно быть мягеньким.

– А клюв зачем?! – не выдержал я.

– Ну… Сначала я сделала ему зубы как у котиков, но он меня укусил. А клювом – это не больно.

– Значит так! Никаких пяти миллионов каждой из этих тварей мы делать не будем. По паре тысяч сделаем, и хватит. – Деми попыталась возразить, но я не дал ей такого шанса, накрыв её рот рукой. – Это моё последнее слово.

Я вышел из кабинета, направляясь в отдел размножения. Иногда хорошо быть наставником молодого бога. Впрочем, я и сам в юности вытворял. Вспомнить только драконов и саблезубых кошек. Ничего. Она ещё наберется опыта.