Часть первая: Белый шум⁠⁠

Меня зовут Милл. Это не имя, а звук, который издает стирающаяся резина о землю. Так меня прозвали когда-то, в другой жизни, в Европе, где все было возможно. В 2018 году меня стерли. Депортация — это не просто перелет. Это хирургическая операция без анестезии. Вырезают кусок будущего и зашивают грубыми нитками прошлого, в которое ты уже не вписываешься.

Москва встретила меня не холодом — равнодушием. Оно хуже. Я стал призраком, застрявшим между мирами. Ни здесь, ни там. Деньги таяли быстрее, чем самоуважение. Работа — черновая, временная, унизительная. Друзья... друзья остались там, в инстаграм-ленте, за стеклом экрана. Сначала писали, потом ставили лайки, потом просто скроллили мимо.

Моя жизнь превратилась в белую комнату с белым шумом. Тишина была бы милосердием, но вместо нее — постоянный гул тревоги, стыда, неопределенности. Я копал. Каждый день копал свою яму глубже. Неудачи сыпались, как земля сверху, и я даже не пытался от них отмахиваться. Я думал, это мой новый ландшафт. Моя вечная почва.

И были девушки. Много будо знакомств. Мимолетные связи в полутьме баров или в пустых чатах приложений. Мы использовали друг друга как громоотводы для одиночества, а наутро снова становились чужими. Я искал в них спасения, но они были лишь кратковременным обезболивающим. Никто не видел дна ямы. Или не хотел видеть.