В общем, разругался он с другом и стал сам искать себе объекты. Потом долго ходил и злился на бывшего друга, как тот его наёбывал на деньги.

Я у Олега спрашивал, мол, не видит ли он тут противоречий со своей идеологией, как бы, его друг тут выступил как капиталист, который наживался на его труде.

Но Олег ответил, что "это другое".

Готовивший же революцию Ленин в 20-е годы XX столетия адаптировал идеи Маркса под реалии Российской империи, которые позже Сталин объединил в единую доктрину «марксизм-ленинизм». Это было сделано для кодификации официальной государственной идеологии Советского Союза.

Также для понимания всей картины стоит развеять миф о добром и мудром дедушке Ленине. Если в деятельности Сталина есть однозначные, описывающие его с плохой стороны моменты, например «сталинские репрессии», то к Ленину принято относиться более лояльно, исходя из того мнения, что он скончался слишком рано, чтобы успеть реализовать свои идеи в СССР, а Сталин начал движение по другому курсу.

«адаптированные» Лениным идеи Маркса можно назвать «натягиванием совы на глобус», поскольку в первую очередь революция Ленина подразумевала под собой восстание рабочего класса, в то время как Имперская Россия была на 80%+ аграрной страной. Все известные лозунги революции , например «фабрики - рабочим»; «земли - крестьянам»; «власть - советам» и т.д. - это ультра упрощенные идеи марксизма, для транслирования на непросвещенных крестьян. Так же концепцию осознанного и мироного перехода к социализму, Ленин изменил на насильственную революцию , поскольку рабочие сами по себе способны лишь на экономическую борьбу (требование повысить зарплату или сократить рабочий день). Чтобы поднять их на политическую революцию, необходима «авангардная партия» - профессиональные революционеры, которые привнесут социалистическое сознание в массы - «большевики».

Название возникло в 1903 году на II съезде РСДРП в Брюсселе и Лондоне. При голосовании по Уставу партии произошел раскол на сторонников Ленина - «большевиков» и сторонников Юлия Мартова - меньшевиков, выступавших за более мягкую, широкую партию европейского типа, куда мог войти любой сочувствующий.

Большевики никогда не скрывали, что отрицают буржуазную демократию и делают ставку на вооруженное восстание и диктатуру. Тем не менее, в реальности большевики до полного захвата власти всегда были в абсолютном меньшинстве.

Главным и самым честным доказательством этого стали выборы во Всероссийское учредительное собрание в ноябре 1917 года - первые и последние полностью демократические выборы в тот период. Результаты показали реальный расклад сил:

• Партия эсеров (социалисты-революционеры): получили около 40% голосов. Их поддерживало крестьянство, так как эсеры обещали отдать землю общинам.

• Большевики: получили всего около 24% голосов.Увидев, что они проиграли выборы, большевики в январе 1918 года просто разогнали Учредительное собрание силой, окончательно встав на путь однопартийной диктатуры.

Можно сказать прямо - те самые «адаптация» и «развитие» идей Маркса, были не логическим продолжением, а очевидным инструментом захвата власти.

В марксистской критике СССР ,например, у Троцкого в «Преданной революции» или у западных левых мыслителей вроде Тони Клиффа, часто подчеркивается, что советский строй не был ни социализмом, ни коммунизмом. Его чаще называют «номенклатурным государственным капитализмом» или «деформированным рабочим государством», важно подчеркнуть эту подмену понятий которую транслировали граждан.

Но всё же, для полной объективности стоит упомянуть Новую экономическую политику 1921–1928 гг. Переход к НЭПу был осознанием Лениным того, что жесткий «военный коммунизм» провалился. Это временно вернуло в страну элементы рынка и частной собственности, а так же послужило послаблением репрессий. Сталинский же «великий перелом» 1929 года (коллективизация и форсированная индустриализация) стал повторным сворачиванием этих рыночных элементов.

Вторая важнейшая проблема — экономическая система. Сам Маркс пошагового описания или готовых чертежей того, как именно должна функционировать идеальная плановая экономика, не оставлял, так как сам критиковал фантастов и социалистов-утопистов за «рецепты для кухни будущего». Тем не менее в его фундаментальных работах «Капитал» и «Критика Готской программы» он сформулированы ключевые теоретические принципы, на которых базируется экономическая модель бесклассового общества. Согласно Марксу, коммунистическое производство ликвидирует частную собственность, товарно-денежные отношения и сам факт купли-продажи. Все товары планируются ассоциацией свободных производителей и поступают в отрасли напрямую, минуя куплю-продажу. Это устраняет стихийные кризисы перепроизводства, безработицу и инфляцию, свойственные капитализму.

В реальности экономика СССР очень сильно отличалась от теоретических идеалов Карла Маркса. Вместо «ассоциации свободных производителей» и прямой рабочей демократии в Советском Союзе сформировалась сверхцентрализованная командно-административная система, управляемая партийной бюрократией.

В вопросах товаров потребления госплан физически не мог корректно рассчитать реальный спрос на тысячи мелких потребительских товаров, а у самих предприятий не было стимула производить то, что нужно людям. От этого складывался всем известный и главный феномен плановой экономики: «нужны шапки - дефицит, но платья в избытке; нужны платья - дефицит, но шапки в избытке».

В то же время политбюро формулировало глобальные политические цели (например, «догнать и перегнать США по выплавке стали» или «освоить целину»). Госплан переводил эти цели в конкретные цифры и спускал министерствам, а те - заводам. Заводы всегда пытались занизить свои реальные возможности и завысить потребности в ресурсах, чтобы план было легче выполнить. Госплан, зная это, искусственно завышал плановые показатели. В итоге план составлялся не на основе точных математических расчетов, а в результате административного давления и компромиссов.

Поскольку рынка и свободных цен не было, успешность завода оценивалась по выполнению и перевыполнению плана в количественных показателях (в штуках, тоннах, метрах), который называли «валом». Это порождало абсурдные перекосы:

Если план гвоздей утверждали в тоннах, завод выпускал только огромные, тяжелые гвозди. Если в штуках — мелкие и тонкие.Предприятия были материально не заинтересованы в повышении качества товаров или внедрении инноваций. Зачем останавливать конвейер на модернизацию и рисковать срывом текущего плана, если за это лишат премий и объявят выговор.

Естественно советская экономика не смогла бы выжить без нелегальных рыночных механизмов, которые компенсировали неповоротливость Госплана:

• Толкачи: Специальные снабженцы на заводах, чьей неофициальной задачей было «выбивать», выменивать или доставать в обход официальных каналов дефицитное сырье и детали, чтобы завод не сорвал план.

• Цеховики: Подпольные предприниматели, которые внутри государственных фабрик организовывали нелегальное производство дефицитной одежды, обуви или аксессуаров и продавали их на черном рынке.

• Рынки и огороды: Значительную часть овощей, картофеля и мяса советские граждане покупали не в госмагазинах, а на легальных колхозных рынках, где цены формировались относительно свободно.

Кроме того, личные приусадебные участки колхозников, занимая крошечный процент земли, производили огромную долю союзных продуктов питания.

Экономика СССР продемонстрировала колоссальную эффективность, когда нужно было сконцентрировать все силы страны на одной-двух сверхзадачах: индустриализация 1930-х, победа в Великой Отечественной войне, создание ядерного оружия и полет в космос. Однако она оказалась неспособной эффективно и гибко удовлетворять повседневные, постоянно меняющиеся материальные потребности обычного человека какой якобы задумывалась изначально.

1. Мы не можем однозначно сказать, был ли советский эксперимент плохим: он определённо был неудачным, но принёс и немало положительных результатов относительно огромных потерь. Но всё же, возможно, если бы после падения монархии к власти пришли демократические группы, Россия всё равно получила бы те же системы, за которые хвалят СССР, вроде профсоюзов, ОМС и бесплатного образования, подобно тому, как они появились во Франции, Британии или Германии, где тоже были сильные социалистические настроения, но революция так и не случилась. Именно эволюционный, осознанный путь (практически по Марксу) оказался устойчивее революционного.

Конкретно этот разбор основан именно на сравнении оригинальных идей Маркса и реально сложившейся ситуации в СССР, хотя что бы рассматривать всю картину целиком надо учитывать тысячи событий и людей участвовавших организации государства.

Реальный СССР стал результатом радикального искажения идей Карла Маркса, при котором освободительные лозунги были превращены в ширму для оправдания жестокой тоталитарной диктатуры. Вместо обещанного отмирания государства и свободы трудящихся советский режим выстроил всевластие партийной бюрократии, заменив капиталистическую эксплуатацию полным подчинением личности нуждам государственной машины.

Изменено: для комментаторов хочу ответить, я не яростный борец с коммунизмом - я не признаю его в том виде, в каком описал в тексте выше.

В нем нет трескучих политических лозунгов, красивых фраз и пламенных ораторов – в рамках жанра это было бы лишним и неуместным. И именно это, на мой взгляд, делает его особенно сильным в качестве пропагандистской картины.

Диалог между отцом местного предпринимателя Аяо – «председателя», как называют молодого человека сельчане, и главной героиней Сюй Хундоу, на мой взгляд, центральное место сериала. Он демонстрирует качественный сдвиг политики КНР.
Раньше, со времен Дэн Сяопина, главной своей задачей партия и правительство видели максимально быстрое экономическое развитие, пусть и в ущерб некоторым другим сферам. И именно в этом направлении власти призывали работать граждан. Это было вынужденное решение, поскольку социалистическое строительство требует развитой экономики. А именно производственно-технологической базы.

К сегодняшнему дню такая база построена – китайские «черные и белые кошки» научились «ловить мышей» лучше всех в мире, благодаря чему была успешно решена задача ликвидации нищеты. А именно это и являлось первейшей задачей начатой Дэном модернизации.

Теперь пришло время, когда плоды ускоренной модернизации нужно начать распределять более равномерно в рамках концепции «Общего процветания». Конечно, речь не идет о банальной и глупой уравниловке – отобрать у богатых и отдать бедным. Идея в том, чтобы поднять бедных на уровень богатых. А где все еще сохраняется бедность в КНР? Конечно, в деревне…

На съезде Компартии в 2017 году был утвержден план по превращению Китая в модернизированное социалистическое государство к 2049 году. И одной из главных задач в рамках этого плана стала стратегия возрождения сельских территорий. Ведь как сказал Си Цзиньпин, без сельского хозяйства нет модернизации.

Смысл в том, чтобы разбогатевший и технологически продвинувшийся за годы политики реформ и открытости китайский мегаполис подтягивал отстающую деревню.

В представленном эпизоде отец «председателя» олицетворяет еще прошлый, устаревший взгляд, согласно которому достичь успеха можно только в крупном городе. Он воспринимает деревню как депрессивное место для тех, кто не смог закрепиться в Пекине. Но в представлении самого Аяо деревня имеет огромный потенциал, раскрыть который, впрочем, можно только вместе с местными жителями. Он же готов вложить в эту задачу свои деньги, время и полученные в городе знания.

Таким образом, сериал продвигает и легитимизирует обратный процесс, при котором выходцы из деревень начинают возвращаться домой. Не потому, что потерпели неудачу в городе, совсем нет. Они привозят с собой не только деньги, но и современные управленческие навыки, цифровую грамотность (для той же электронной коммерции) и понимание запросов городского потребителя. В конце концов, даже сама героиня Сюй Хундоу, вроде как приехавшая в деревню чисто отдохнуть и расслабиться, оказалась вовлечена в этот процесс. Она использует полученные во время работы в гостинице знания и навыки, обучая деревенских женщин качественному сервису.

В сериале также продвигаются и другие идеи из обновленного курса КПК. Ведь составной частью стратегии возрождения села является поддержка местных культур. Государство всячески поощряет сохранение и развитие традиционных ремесел, народных промыслов, культуры и искусств – в общем, всего нематериального культурного наследия.

При этом власти упирают на то, чтобы не превращать деревни в застывшие, мертвые музеи под открытым небом, а интегрировать традиционную культуру в современную экономику – например, через развитие экотуризма, креативных индустрий, этнографических и ремесленных проектов.

Уверен, вы уже успели ознакомиться с проявлением этой политики в виде множества китайских блогеров на «ютубе» и в «тиктоке», которые занимаются изготовлением шелка и одежды по старинным технологиям, музыкальных инструментов, традиционных блюд и т.д. Известная блогер Ли Цзици – одна из пионеров этого направления. И речь не только о собственно ханьской культуре, в интернете вы также можете найти видео китайских монголов, тибетцев, мяо и даже «угнетаемых» уйгуров.

Аналогично, данный сериал тонко доносит мысль о том, что сохранение культуры – это не убыточная благотворительность государства. Что все эти чайные церемонии, резьба по дереву, традиционная кулинария – не устаревшие и отжившие свое пережитки из прежних времен, а вполне себе элементы, на которых можно построить современную, богатую деревню.

Частью Стратегии является и инициатива построения экологической цивилизации в рамках концепции «Зеленые горы и чистые воды». В сериале это не декларируется, не проговаривается словами, но демонстрируется визуально. Красота природы Юньнаня здесь не просто фон, а часть истории. Истории возрождения села. Это то, за чем в том числе горожане и едут в деревню.

«Ветреное место» заслужило любовь и признание зрителей даже за пределами Китая именно благодаря тому, как органично и эстетично создатели вплели масштабные государственные задачи в уютную историю о душевном исцелении.

Отсутствие прямой агитации делает посыл максимально убедительным, превращая идею возрождения регионов в красивую и вдохновляющую мечту. А то, как рассказана история, заставляет иностранного зрителя подсознательно симпатизировать ценностям, которые продвигает китайское государство. Так КНР демонстрирует миру, что строительство социализма – это не голая, оторванная от жизни теория из учебников, не пластмассовая утопия, а живой и по-настоящему привлекательный образ настоящего и будущего.