Глава 3

Нежич отпрянул в сторону от летящего на него упыря. Чудовище попыталось в полете его задеть когтями, но не достало самую малость. Дланник в ответ без замаха направил клинок в открывшуюся спину вурдалака, но тот уже приземлился на ноги и успел уклониться.

Меч в пустую разрезал воздух, охотник пошатнулся и выругался про себя. Неудобную позицию выбрал, теперь потеря равновесия может стать роковой в схватке с довольно быстрым чудовищем.

Упырь словно прочитал его мысли. Он мгновенно развернулся мордой к охотнику, который еще стоял к нему боком, и молниеносно ударил по руке. Нежич почувствовал ослепительную боль около локтя, изо всех сил оттолкнулся и прыгнул в сторону за телегу, на которой еще несколько мгновений назад стоял монстр. Приземлился неудачно на израненную руку и повернулся на спину.

Три удара сердца. Буквально три удара сердца нужно упырю для того, чтобы прикончить охотника, который даже не успеет встать. И Нежич это прекрасно понимал. Поэтому он еще в прыжке залез рукой в висящий на поясе мешочек и нашарил в нем последний молвик, который остался у него после охоты на ведьму. Из-за этого-то он и ударился рукой об землю при падении. Но главное дланник уже сделал. Сжал шершавый высушенный человеческий язык и сжег его молнией из наладонного глаза, не разжимая хватку.

Чур спал до сих пор, но пробуждение молвика он сделал сквозь сон. Настолько въелось это действие в суть утробника, что для этого ему не нужно было даже напрягаться.

Два удара сердца. Пепел сожженного молнией утробника еще не успел просыпаться в мешочек через пальцы дланника, как вдруг Нежич почувствовал смещение воздуха. Упырь уже перепрыгивал телегу и вот-вот должен был появиться перед лежащим охотником.

Одновременно с этим по груди разлилось что-то, что отдаленно напоминало вздутие живота после того, как очень плотно поужинаешь. Но ничего общего с едой это ощущение не имело.

Молвик подействовал. И как раз вовремя. На третьем ударе сердца, как и предсказывала интуиция дланника, на него уже падал вурдалак. Тварь раскрыла пасть, обнажив ряды острейших клыков, и, видимо, намеревалась впиться ими сразу охотнику в лицо. Однако дланника такой исход событий не устраивал. Он сложил губы трубочкой и резко выдохнул вверх. Заговор, который пробудился молвиком, наполнил легкие дланника большим количеством воздуха. И этот самый воздух с огромной силой сейчас ударился в упыря.

Тварь завизжала и подлетела от удара воздушной волной вверх так высоко, что, если бы у вурдалака было бы желание, то он без труда смог бы рассмотреть верхушки деревьев. Нежич не стал дожидаться, пока монстр сверзится на него с высоты, и откатился в сторону. Он встал, услышал оглушительных грохот и треск ломающихся деревяшек. Рывком развернулся и увидел разрушенную телегу.

Упыря на ней уже не было. Видимо он последние силы пустил на то, чтобы как можно скорей удрать с места битвы. Преследовать его сейчас было бесполезно — вурдалаки умели развивать бешеную скорость, хоть и не надолго. Ни одна лошадь не смогла бы за ними угнаться, не то что живой человек.

Нежич отпустил меч и устало выдохнул. Повезло. Мог и не уйти живым. Молвиков больше нет, а без них драться с такой сильной нечистью — смерти подобно. А так — отделался рваной раной на руке. Обработает, не первый раз, а дальше заживет, как на собаке. Да и заражения от слюны упыря ему не грозило. Не укус же.

Охотник усмехнулся с горечью. А ведь права была та колдунья из сна. Он ошибся и жестоко. И эта ошибка едва не стоила ему жизни.

Что ж, на сегодня все, представление окончено. Можно возвращаться в комнатушку и спать до утра. Вурдалаку не составит труда его найти, но в ближайше сутки он к нему не сунется. Наверняка при падении переломал себе большинство костей и получил множество ранений острыми деревяшками, которые торчали из поломанной телеги. Вот именно поэтому ближайшие сутки он будет восстанавливаться. А утром он уже придумает, как найти эту тварь.

Обо всем этом Нежич думал, пока возвращался на постоялый двор. Внимание дланника приглушили мысли, поэтому он не обратил внимание на тень, стоящую в углу его комнатушки. Охотник закрыл за собой дверь и шагнул к кровати. А в следующий момент он ощутил холод металла, слегка вдавленного ему в горло.

— Не дергайся, — прошептал над ухом девичий голос. — Ты сорвал мой план, который я готовила больше месяца!

Нежич принюхался и разочарованно понял, что понятия не имеет, кто за ним стоит. Запаха не было никакого. Если бы не голос и кинжал, то дланник мог бы поклясться, что находится один в комнате. Это очень сильно напрягало.

— Знаешь, для начала неплохо было бы представиться. Я вот Нежич Кметых, дланник. И, если ты хотя бы немного знаешь о Длани, то ты уберешь железку от моей нежной кожи и согнешься в поклоне. А если тебе, ну вдруг, захочется повторить, то ты сто раз подумаешь перед этим.

— Я прекрасно знаю, кто ты такой, охотник, — кинжал сильнее надавил на кожу. Еще чуть-чуть и прольются первые капли крови. — Поэтому именно ты поможешь мне с тем, что разрушил. Садись! Говорить будем.

Лезвие исчезло, а Нежич получил пинок под зад в направлении кровати. Ладно, поиграем по твоим правилам, незнакомка. Охотник, развернулся, плюхнулся на край кровати и увидел, что перед ним стоит Филька.

— Оп-па! — Нежич картинно взмахнул руками. — Какие люди. Как тебя там назвал сотник? Местная блудница? Так ты бы и сказала сразу, что я тебе приглянулся. Но учти: я за дешево не продаюсь! Как минимум...

Договорить он не успел, девушка с бешенным выражением лица попыталась ударить дланника в сердце, но тот играючи схватил ее руку и отвел, даже не вставая с места.

— Брось. На твоей стороне была внезапность. В открытом бою ты не сможешь меня победить. Никак. Даже смертельно уставшего, — посоветовал Нежич, продолжая крепко держать руку Фильки. Та выругалась и рванула ее. Безуспешно.

— Не-а. Пообещай, что не будешь баловать. Тогда отпущу.

— Да пусти уже! Поняла.

Охотник разжал хватку.

— Как легко, оказывается, бороться с обычными людьми после схватки с вурдалаком... Так о чем ты говорила? — ехидно улыбнулся Нежич. — Я прослушал. Что-то про план.

Бешеное выражение потихоньку уходило с лица Фильки. Она кивнула и села прямо на дощатый пол напротив дланника. В таком положении она осталась беззащитной в случае, если охотник решит ее атаковать. Но ей уже было все равно.

— Я давно выслеживала этого упыря. Почти год шла по его следу, но всегда опаздывала, он успевал скрываться. И в Вероместье я впервые за столь долгое время оказалась с ним рядом, но... — на щеках Фильки появились слезы. — Так и не смогла понять, кто именно из них — вурдалак.

И тут Нежич понял, кто сидит перед ним. Он мысленно хлопнул себя по лбу и укорил в недостаточном внимании. Ведь еще тогда, когда он сидел с сотником в кабаке, он отметил, что от подавальщицы не исходит вообще никакого запаха. И это должно его было по меньшей мере насторожить, но усталый рассудок не придал этому никакого значения.

— Сестра-кровавица, — задумчиво пробормотал охотник. — А я считал, что вы все вывелись. Давненько я не встречал кого-то из твоего рода.

— Все верно, — кивнула Филька. — И я не видела уже больше десяти лет ни одной сестры. Как и упырей в этих краях. Пока не появился этот!

Сестры-кровавицы не были людьми в привычном понимании этого слова. Как и нечистью их тоже нельзя было назвать. Больше всего своей сущностью они походили на утробников — тоже созданное колдунами оружие. Но целью этого оружия было одно конкретное существо. Вурдалак. Сознание сестры-кровавицы было устроено таким образом, что, когда она чует упыря, то не сможет думать почти что ни о чем другом, кроме как об убийстве чудовища. Она будет преследовать его столько, сколько потребуется. Месяц, год, десять лет — не важно. Кровавица найдет его и убьет. И получится это у нее гораздо лучше, нежели у дланника или ватаги добрых воинов, прошедших не одну битву.

Эти существа были единственными в мире, кто мог пить кровь вурдалака. Они питались ею, их жизненная сила зависела от крови нечисти. Упырь созданный, чтобы выпивать упыря. У них не было запаха, поэтому вурдалак никак не мог бы понять, что перед ним — не человек. Он бы вообще не обратил на нее внимания. Связано это с тем, что вурдалаки ориентируются больше по запаху, чем по остальным чувствам. У них не было страха перед первобытным ужасом, который умели внушать упыри своим жертвам. Помимо них, не трепетали перед этими монстрами только дланники.

И когда сестра-кровавица настигала свою жертву, то чудовищу в большинстве случаев приходил страшный конец. Потому что против обворожительной песни этой охотницы не смог бы устоять ни один вурдалак. Словно загипнотизированный он шел бы навстречу своей погибели и добровольно подставил бы шею под маленькие, но острые зубки кровавицы.

У Нежича оставался всего один вопрос. И его необходимо было прояснить, ведь иначе кусочки картины никак не хотели вставать полностью на место.

— Скажи мне, кровавица, — обратился он к плачущей, сидя на полу, девушке. Лицо ее от слез не стало менее красивым, нет. Разве что губы добавили в пухлости. — Я могу понять, что ты целый год гонялась за призраком и не могла его догнать. Но ты здесь уже целых два месяца. Времени, которое прошло, должно было хватить с лихвой, чтобы ты нашла и прибила эту тварь.

Девчонка кивнула.

— Да, должно. Но упырь не обычный человек, который бегал от меня. Он вообще не знает, скорее всего, про то, что в Верхоместье есть сестра-кровавица, которая его столько преследовала. Потому что эта проклятая сука — один из солдат, которые здесь стоят.

Ага. Вот и картина собралась, великолепно. Теперь все стало гораздо понятнее. Осталось определиться с тем, что дальше делать. Хотя Нежич охотнице действительно только мешался бы.

— И он очень прекрасно скрывает то, что он — не человек. Я чую, что он где-то рядом, но не могу понять, кто именно! — рассказывала Филька. — Поэтому я и придумала эту историю с тем, что я легкодоступная блядь!

По щекам девушки снова покатились слезы. Было видно, что ей нелегко это все рассказывать, но все, что она сделала — часть сущности сестры-кровавицы. Той сущности, через которую она не сможет перешагнуть никак. Если так она чувствовала, что сможет найти упыря, значит никуда от этого ей не деться.

— И... и я начала вынюхивать каждого, с кем трахалась. Ко мне частенько ходили бойцы из сотни, но и простые мужики тоже захаживали. И не раз. Мне... было противно с ними спать, но рушить легенду, чтобы спугнуть жертву, я не хотела. Поэтому я...

Нежич кивнул. Он прекрасно понимал, что кровавице пришлось пойти не жертвы ради выполнения своей задачи. Паршивые жертвы, ведь она не только оружие, клинок, направленный острием на монстров, но и женщина тоже. А какой порядочной женщине захочется продавать себя? Он подошел, присел на корточки рядом с ней и обнял ее. Плечи Фильки затряслись и она уткнулась в грудь дланника.

— Тише, тише, — приговаривал Нежич, поглаживая ее по спине. От бессмысленных слов утешения ей сейчас легче не станет. Лучше просто выплакаться, а уже потом с ясным сознанием продолжать разговор.

Филька недолго плакала, убиваясь по своей нелегкой судьбе. В один момент она резко успокоилась, вытерла слезы выпуталась из ненастойчивых объятий охотника и села на кровать. Нежич опустился рядом с ней. Первым он продолжать разговор не хотел, отдав это право сестре-кровавице. Та не заставила себя долго ждать.

— В конечном итоге это все было зря, — тихо, но уже спокойно начала она. — Упырь не зашел ко мне ни разу за два месяца, хотя я знаю, что у этих монстров свербит между ног не хуже, чем у смертных. И менять обличие они могут не хуже заправских оборотней, поэтому он мог бы прийти ко мне под любой личиной. Но нет. За два месяца... За два месяца распутства я не почуяла его даже близко, хотя запах вурдалака уже успел пропитать эту деревню. Но чудо случилось тогда, когда я и не ожидала.

Брови Нежича вопросительно приподнялись. Филька горько усмехнулась, кивнула на него и продолжила:

— После той ночи, когда оголодавшая тварь сожрала того бедного мужичка, явился ты. И вы с сотником Мешичем пришли куда? Правильно. В кабак. Он неоднократно хаживал к нам и оставлял немало денег, но до этого я не обращала на него внимания. Ведь упыриным запахом от него не пахло. Но в этот раз я поняла одну интересную и важную вещь. Ты пах по особенному, как и все дланники, которых я имела честь встречать до этого. Вас с закрытыми глазами ни с кем не перепутаешь. А вот Мешич Польш не пах вообще никак. Даже обычным человеческим духом от него не несло. А в каком случае это может быть?

Нежич быстро смекнул, к чему ведет кровавица.

— Только в том случае, если упыреныш носит с собой один из охранных камней. Полностью от запаха он его не избавит, он все равно будет пробиваться, но напрямую ты его никогда не почувствуешь.

— Именно! — торжествующе воскликнула Филька. И в тот день, пока ты спал, я придумала план, как его можно выманить из казарм. Они вместе с сотней заняли церковь и несколько домов рядом, выгнав оттуда жителей. Солдатня распоясалась совсем, но местные ничего им не могут сделать, остается только терпеть. И вот тут-то я и хотела встать прямо напротив окна, где спит Мешич, и спеть ему песню... Но в эту ночь вмешался ты. Вышел, сука, на улицу, а упырь, будто прочитав твои мысли, пошел охотиться на тебя! Я как дура прождала его в засаде возле дома, но его, оказывается там и не было! Когда я это поняла, то вернулась обратно в постоялый двор и заглянула к тебе в комнату, которая оказалась пустой. Ну а дальше ты знаешь.

Нежич в ответ поведал ей о своей схватке с упырем. Также рассказал ей о том, что сначала посчитал ее нечистью, которую нужно истребить, и глубоко уже успел раскаяться в этом.

— Тварь поломанная, — рассказал он. — Убить я ее не убил, но покалечить успел знатно. Вряд ли он вернулся к себе в казармы. Скорее всего где-то в окрестных лесах зализывает раны. Ну или...

— Или он по пути зайдет в какой-нибудь из домой и высушит очередного невиновного, чтобы восстановление прошло быстрее, — закончила за него Филька.

— Или так, — согласно кивнул Нежич. — В любом случае, я, раз нарушил твои планы, как порядочный мужик, должен тебе помочь.

Филька фыркнула насмешливо.

— Ты-то порядочный мужик? Я прекрасно видела, как ты пялился на мою задницу и разглядывал сиськи. Порядочный он.

— Ничего не мог с собой поделать, — охотник выставил руки вперед, будто защищаясь. — Я в первую очередь, между прочим, человек, а уже в третью — дланник.

— В третью?

— Ага. Во вторую очередь я чертовски симпатичный охотник на не менее симпатичных ведьм. А ты, между прочим, тоже не человек. Вряд ли мне кто-то запретит поохотиться на тебя, — захохотал Нежич. Филька присоединилась и ее смех, похожий на перезвон колокольчиков, заполонил комнату.

— Обойдешься, наивный. Ничего тебе не светит. Поохотиться он захотел, — она вполсилы толкнула его, а дланник притворно упал головой на подушку и схватился за грудь.

— Все, убила!

— Дурак! — кровавица снова фыркнула.

Нежич полежал, полюбовался красивым лицом почти что коллеги по охотничьему ремеслу и медленно сказал:

— Идти нужно уже сейчас. Действительно, он мог кого-нибудь выпить. В таком случае до утра тварь полностью восстановит силы, а это нам и не нужно. Собирайся.

Филька встала и только сделала шаг к двери, как та медленно открылась. Нежич резко вскочил на кровати и потянулся к мечу, который он положил на пол рядом.

На пороге стоял маленький мальчик лет семи от роду. Он сонно тер глазки кулачками и смотрел на Фильку, не обращая внимания на дланника.

— Ма-а-ам, протянул он. — А когда ты придешь спать?

Хей-хей, ребятушки, постов пару дней не будет. У меня в доме прорвало аж три радиатора отопления, поэтому я пока буду в запаре, чтоб мы тут не замерзли к чертям собачьим. Поэтому читайте, наслаждайтесь и... ждите.

Ссылочки тоже ждут:

https://author.today/u/nikkitoxic

https://t.me/anomalkontrol

https://vk.com/anomalkontrol