"Зов", Цикл "Невоскресший"
Привет пикабушники! Наконец-то решил выложить свою книгу здесь. Она большая, поэтому будем запрягать потихоньку. Если вам понравится, то могу скидывать куски покрупнее.
Единственное, что, как мне кажется, нужно знать - это альтернативная реальность, постапокалипсис.
ПРОЛОГ
Эта мысль - она разъедала его душу,
туманила его рассудок.
Оставляя после себя лишь осколки грез
и ядовитый привкус несбывшихся надежд.
1
«Столько лет прошло», – думал майор Максимилиан Коган, сидя в баре «Койот» и сжимая в руке старенький диктофон. Жилистая рука крепко держала устройство. Большой палец напряженно завис над кнопкой «PLAY». Решение нажать давалось ему тяжело, поэтому он перевалился через барную стойку и взял первую попавшуюся бутылку, а вслед за ней и стопку. Он наполнил наполовину миниатюрный стеклянный стакан и поднес к губам. Резким движением руки Макс опрокинул рюмку, и жидкость приятно обожгла горло. Постепенно, волнами тепло начало расплываться по всему телу. Взглянув на этикетку, он довольно улыбнулся и нажал на «PLAY». Динамик хрипло затрещал. Спустя несколько секунд помехи исчезли, и раздался равнодушный механический женский голос:
– Контрольная запись номер тридцать четыре. Сделана восемнадцатого…
Большой палец надавил на другую кнопку и диктофон, мерно зашипев, перемотал запись. Спустя несколько секунд из динамика раздался низкий, приятный, размеренный мужской голос:
– Запись идет? Отлично, – из динамиков донесся посторонний шум и помехи. – Слышно будет хуже. Я положил диктофон на стол, но думаю…– голос стал тише, но все еще был разборчив. – Запись не для отчета или другой подобной ерунды, так что это не критично. Ее я делаю для семейного архива и своей любимой жены – Киры. Она вот-вот должна вернуться со смены из госпиталя, и я приготовил для нее сюрприз, – на несколько мгновений повисла пауза, после чего из динамика раздался треск. – Так! Вот! Она кажется уже пришла. Все готовы? Отлично! Тогда как репетировали. Тихо вы! Она идет!
Почти пол минуты динамик просто шипел, но вскоре послышался звук открывающейся двери, и раздался мелодичный женский голос:
– Макс, я дома. О господи!
Десятки голосов слились в один и полились из динамика:
– С днем рожденья тебя! С днем рожденья тебя! С днем рождения Кира! С днем рожденья тебя! – в окончание поздравления из диктофона раздались восторженные крики, аплодисменты и множество различных возгласов.
– Тихо народ! Тихо! Вы ее напугали!
Динамик притих. Лишь изредка из него доносились обрывки чьих то разговоров, но вскоре тихое шипение вернулось, а вместе с ним и голоса:
– Макс, – растерянно произнесла Кира. – Не может быть, это оно? Это правда, оно?
– Ну что же ты стоишь дорогая. Подойди, посмотри.
Из динамика раздались звуки приближающихся шагов. Голос Киры стал громче и отчетливее:
– Макс, но как? Где ты смог её раздобыть? Это же настоящая детская коляска, а это! Господи! Да это же детский манежик! Как тебе удалось?
– Вообще-то, это не только моя заслуга, тут еще и…– речь Макса оборвалась на полуслове, некоторое время из динамика раздавался только фоновый шум, но вскоре голоса вернулись:
– Да вы на них посмотрите, – раздался еще один голос из динамика. – Ничего не стесняются! И как вам не стыдно? Оторвитесь уже друг от друга. Если вам уж совсем невтерпеж, то пойдите и уединитесь!
– Да ладно старик! – раздался голос Макса в ответ. – Разве муж и жена уже не могут обменяться страстным поцелуем у себя дома?
Из динамика прозвучал слегка смущённый смех Киры, и она попыталась перевести разговор на другую тему:
– Ах! Какой у вас стол! Где вы все это раздобыли?
– И это еще не все! – торжественно прозвучал еще один голос и раздался звук открывающегося шампанского.
– Ох, нет! – быстро прокомментировала Кира – Я кормящая мать, мне нельзя, Макс, – ее голос стал тише и тверже. – Пойдем, поговорим.
Из динамика вновь донеслись резкие звуки. Большой палец вновь нажал на перемотку и спустя несколько секунд отпустил кнопку.
– Ты опять был там, да? Опять работал с контрабандистами? Я же тебя просила. Нам ничего…
– Т-с, – Макс произнес это очень нежно и любя. – Не шуми. Он спит.
– Макс. Не увиливай от ответа, – уже тише, но с тем же напором звучал голос Киры. – Я же тебя просила. У нас все есть. Такие мелочи, они ни к чему. Это пустой риск. Ты мне нужен здесь и живой.
В ответ из динамика прозвучало только молчание.
– Что вы делали там на этот раз? Ответь мне Макс, или я…
– Мы почти нашли то, что искали, – перебил ее тот. – Почти.
– Господи, милый. Я же просила. Забудь об этом. Прошлого не изменить.
– Но я должен знать! – резко ответил Макс. – Я так не могу. Всю жизнь прожить во лжи и неведении, и когда предоставляется возможность приоткрыть завесу, то что? Просто взять и отойти?
– Мне нужен ты, Макс, а не твое прошлое.
Из динамика раздался резкий звук, как будто кто-то вломился в дверь.
– Гай? – удивленно произнес Макс. – Чего тебе?
– Парни из Песчаной Бухты, пол часа тому назад дали добро. Если мы хотим застать груз на месте, то надо выдвигаться сейчас.
Из динамика вновь стали доноситься непонятные звуки. Макс и Кира стали о чем-то оживленно спорить, но было сложно разобрать, о чем, так как пленка была старая. Точно было понятно лишь одно: спор намеревался перерасти в скандал. В разговор вмешался третий голос, который попытался угомонить обоих. После этого, несколько долгих мгновений из динамика раздавались только шипение и треск, но неожиданно все помехи исчезли и прозвучал гневный голос Киры:
– Максимилиан Коган! Я тебя заклинаю! Не вздумай меня вновь оставить одну, твои подарки тут не помогут, а не то!
Голоса на диктофоне стали еле различимы, а после, исчезли совсем.