Железнодорожная романтика до революции⁠⁠

Железные дороги начали строиться в Российской империи еще в 1830-х, но свое место они отвоевали не сразу. Кто-то, как Пушкин, смотрел на них с оптимизмом и надеждой, а Герцен в 1840-х ерничал, что теперь из Москвы в Петербург будут быстрее доставлять икру, а в Москву из Петербурга постановления об очередных запретах. Да и само строительство, как это часто бывает, превращалось в кормушку кучи сомнительных персонажей, которые в итоге быстрее строили себе дома и именья, чем дороги. Основанное в 1857 году печально известное акционерное общество ГОРЖД в штате имело 800 управленцев, а за 4 года построило меньше 800 верст пути.

А. Ф. Кони в своих воспоминаниях описывает первые поезда так: «Николаевская дорога была по времени сооружения второю в России. Первою построена Царскосельская железная дорога, как кажется, третья, по времени, в Европе… У нас публика относилась с недоверием и страхом к новому средству сообщения. Бывали случаи, что остановленные у переездов через рельсы крестьяне крестили приближавшийся локомотив, считая его движение нечистой силой. Для обращения этих страхов в более веселое настроение первые месяцы впереди локомотива устраивался заводной органчик, который играл какой-нибудь популярный мотив. Вагоны третьего класса на Царскосельской дороге, до начала шестидесятых годов, были открытые с боков, что представляло некоторую опасность для глаз пассажиров от летящих из трубы искр». Паровоз поначалу не имел кабинки для машиниста, и тот мерз на открытой площадке, а вагоны были без нормальных вентиляции и отопления. Вместо него люди кутались в пледы или могли за дополнительную плату заказать себе жаровню и греться от нее. Туалетов тоже вначале не было, терпели до станции. Потом  туалеты появились в каждом вагоне.

Бум строительства дорог начался в конце 1860-х, тогда же и начали появляться многие привычные нам особенности железнодорожных путешествий. От Петербурга до Москвы в это время можно было доехать за 19 рублей первым классом, за 13 рублей вторым, третьим за 10 рублей. До Сергиева Посада соответственно за 2 рубля, 1 рубль и 50 копеек. До Нижнего Новгорода за 12 рублей 30 копеек, 9 рублей 22 копейки и 5 рублей 12 копеек. Дорога из Петербурга до Москвы сократилась до 12 часов.

Дизайн вагонов и их интерьеры год от года менялись. К тому же многие поезда были частными, поэтому это зависело ещё и от конкретных хозяев. Но все же были и обязательные правила. Вагоны в поездах были первого, второго и третьего класса, а позже появился и совсем уж спартанские четвертого, чаще для перевозки солдат. Снаружи они отличались цветом. «Вагоны шли привычной линией, Подрагивали и скрипели; Молчали желтые и синие; В зеленых плакали и пели» - писал А. Блок в стихотворении «Железная дорога». Первого класса были синими, второго желтым или светло-коричневыми, третьего зелеными, четвертого серыми. Также были вагоны багажные, почтовые. На часто указывалось направление, например, «Москва – Санкт-Петербург». Иногда были вагоны «микст», половина первого, половина второго, или половина третьего и половина четвертого. Первых с третьим не мешали никогда. В первом и втором классе было разделение для курящих и не курящих. В остальных дымить можно было свободно. Билеты сначала были в виде длинных «портянок», позже стали компактнее. Но места нигде не прописывались, только класс. Пассажиры просто подходили с билетом к нужному вагону (в некоторых случаях сдав багаж), и проводник сам их рассаживал. С учетом того, что из-за дороговизны первый, а часто и второй класс обычно были до конца не заполнены, теоретически можно было и пересесть и коротать дорогу с каким-нибудь благообразным собеседником, примерно как Анна Каренина с маменькой Вронского.

Транссибирская магистраль, 1900-е

В первом и втором классе пассажиры сдавали багаж в вагоны для багажа и получали квитанции на каждое сданное место, как у Маршака (хоть и написано позже): «корзинку, коробку, картонку». Маленькую собачонку могли разрешить взять с собой. К концу века провоз одной единицы багажа стоил примерно 3 копейки. В свой вагон можно было взять небольшую ручную кладь. Для нее были предусмотрены сетки, примерно как в современных поездах, только побольше. Разница в оформлении между первыми двумя классами была не такая уж серьезная и, по впечатлениям современников, российские поезда были удобнее иностранных. Поначалу «благородия» сидели в удобных креслах или на диванах, которые откидывались как в современных автомобилях. Но кроватей и постелей не было, они появлялись по мере увеличения протяженности маршрутов. Все же сидеть или даже полулежать 12 часов от столицы до Москвы – еще куда ни шло, а вот до Иркутска не получится. Кстати поезд в Иркутск был роскошен и по западным меркам, и там был только первый и второй класс. Стали появляться «вагоны для спанья». А еще поезда с маркировкой СВПС – спальные вагоны прямого сообщения, они были дороже и престижнее, потому что не было пересадок.

В вагоны третьего класса пассажиры заходили вместе со всем своим багажом. Садились где понравится, быстро знакомились, могли свободно курить, а курили многие и много. Ездили третьим классом самые разные люди, как беднота, так и просто не желающие переплачивать. Атмосфера часто складывалась веселая и душевная. Не удивительно, что герои «Идиота» князь Мышкин и купец Рогожин легко познакомились, а болтливый чиновник им еще и все сплетни рассказал. Но все же долгое время это было больше место для мужчин. Поэтому товарищ Раскольникова Разумихин из «Преступления и наказания, был искренне возмущен, что скупердяй и не состоявшийся жених Дуни Лужин отправил свою невесту и потенциальную тещу третьим классом. В 1890-х все же появились и отсеки только для женщин. Спальные места кстати появились в третьем классе раньше. Сиденья можно было ночью раздвинуть. Спали там рядком по трое человек.

Ну и какая же романтика железных дорог без чая? И что же ели? А вот долгое время обходились, увы, без привычного нам чая в подстаканнике и перекусов. Пассажирам первого и второго класса неприлично было глодать, сидя в роскошных креслах, куриные ножки, чистить яйца и хрустеть булкой (даже французской). И проводник им чаек не приносил. Они ходили в вагон ресторан. Ну а публика попроще вполне могла достать припасы, делиться с соседями, распивать с ними заранее припасенное винишко, а потом и плакать, и петь. А на станциях было что-то типа современных кулеров с горячей водой, куда можно было сбегать во время остановки с чайником и устроить чаепитие с попутчиками.

Вот так поезда со временем и потеснили привычные почтовые станции, путешествовать стало проще и дешевле, а люди стали мобильные. Для сравнения приложу картины середины и конца века. Вначале британского художника Соломона Абрахама, где действие происходят в первом и втором классе, написаны они в 1850-х. У меня есть подробный разбор этой серии (всего картин три), его можно увидеть тут Житейские истории и скрытые детали английских картин
В данном случае присмотримся к самому интерьеру. Наш второй класс намного лучше, английский второй выглядит примерно как наш третий.

А вот картина Леонида Пастернака (отца Бориса Пастернака) " К родным" (1891). На картине женщина в трауре, возможно, вдова, с ребенком и кормилицей едут к родственникам. Можно увидеть сверху сетку для багажа, надпись "для некурящих"

Пост о том, как путешествовали до поездов  Дорожные радости и печали 19 века. Как это было до поездов

Мой дзен, там тоже есть интересное
https://zen.yandex.ru/id/5edf83405d6a463a369793b5