Эзен значит "Здравствуй"⁠⁠

Они пробирались сквозь густой подрост, обходя подножие скалы в поисках тропы наверх. Шли уже больше часа, обливаясь потом и отмахиваясь от мелкой мошкары, густым облаком висевшей в тени. Теснина протянулась почти на версту, скала и того больше. С этой стороны она до середины была покрыта редким лесом, а выше протянулся пояс можжевельника. Вершина скалы была каменистой и покрыта жесткой низкорослой травкой. В разных местах лежали валуны размером с баню, и за одним из них они обнаружили, наконец, тропу.

Матвей, шедший впереди, вдруг поднял руку – стой. Петро замер, пытаясь из-за его плеча разглядеть, что там впереди.

- Тропа – одними губами прошептал Матвей.

Они постояли некоторое время, прислушиваясь.

- Давай сначала вниз по тропе пройдем, посмотрим, куда она ведет, а потом уже и наверх.

Тропа тянулась по подлеску, пересекала ручей и терялась в тайге, покрывавшей уходившие вдаль холмы. Матвей знал такие тропы, они распадались на десятки отдельных тропинок, ведущих в разные стороны. Вот и здесь они дошли до первой развилки. Левая тропа уходила в тайге, а правая тянулась воль подножия и исчезала все в том же подлеске.

- Пора возвращаться.

- А эта тропа? – Петро кивнул на правую тропку. – Куда она ведет? А если тоже наверх?

- Скорее всего. Но сначала разведаем что там. Да и поверху всегда сможем до нее дойти, заодно вершину осмотрим.

Петро пожал плечами и сделал шаг назад…

- Б-бах! - где-то выше них по склону треснул винтовочный выстрел.

Они задрали головы вверх, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь листву, но тщетно. Матвей сорвался с места, устремившись назад по тропе, забиравшей все круче вверх.

- Куда? – Петро легко нагнал его.

- Поближе посмотреть, кто стрелял.

- А если бандиты? Под пулю и выскочим…

Матвей замедлил шаг – Петро был прав. Но не похоже, что бандиты, больше похоже на охоту. Так обычно зверя бьют. Но лучше осторожнее, конечно.

По тропе поднимались с оглядкой, останавливаясь и прислушиваясь, но пока ничего не слышали, и Матвей ломал голову над тем, кто же стрелял и, главное, в кого. Долго гадать не пришлось. Сначала они услышали, как шуршат осыпающиеся мелкие камешки, затем тихое всхрапывание лошади. Прижались к большому валуну, который огибала тропа, замерли. Шуршание камешков прекратилось, и сверху донесся странный гортанный окрик:

- Эй, кто там есть? Выходи давай, знаю, что ты там, эй!

Парни переглянулись – такого говора они еще не слышали. А тот сверху продолжал:

- Эй, не выйдешь – стрелять стану тебя. Я хорошо стреляю, метко. Марала застрелил и тебя застрелю.

Матвей решился:

- Не стреляй, я выхожу – и, повернувшись к Петро, протянул зашептал – Я пока с ним говорю, ты стороной обойди и на прицел его возьми. И если что, стреляй коню под ноги.

С этими словами Матвей вышагнул из-за валуна и уставился на говорившего. В паре десятков шагов выше него по склону верхом на невысоком коньке сидел…ну, наверное, парень. Широкоскулое лицо с раскосыми темными глазами, прямые черные как смоль волосы увязаны в хвост, грубая темная рубаха, подпоясанная широким поясом, кожаные штаны и мягкие сапоги. По лицу парня очень сложно было определить возраст. В руках всадник держал такую же, как у Матвея берданку, из сапога торчала костяная рукоять ножа. Алтаец. Отец ему рассказывал про этот народ. Говорил, что лучших охотников и стрелков он не видел.

Увидев Матвея, парень настороженно осмотрелся по сторонам:

- А где второй, а? – спросил с вызовом, и Матвей снова подивился странному говору.

Матвей не стал юлить:

- Стороной пошел, на всякий случай. Ты стрелял?

- Марала убил – парень пожал плечами – А зачем стороной? Почему со мной не говорит?

От такого прямого вопроса Матвей опешил. А правда, зачем? Точнее, он знает зачем, но как это сказать? Мол, я тебе не доверяю и на всякий случай… Или как?

- Тут плохие люди бывают, и мы…

- Я не плохой человек, хороший – парень улыбнулся белозубо и легко соскочил с коня, скрипнув подошвами сапог на мелких камешках, шагнул к Матвею. – Плохих тут нет. Никого нет, мы только.

Матвей тоже шагнул парню навстречу:

- Я – Матвей.

- Ма-та-вей – парень с трудом выговорил его имя и снова улыбнулся – Что значит?

- Что значит? – Матвей удивился – Да ничего не значит. Просто имя.

Алтаец расхохотался, да так задорно, что Матвей невольно улыбнулся. Отсмеявшись, парень сказал:

- Странный ты. Как так – просто имя, ничего не значит? Все что-то значит.

- А тебя как зовут?

- Аржан.

- И что значит?

- Родник.

Матвей задумался. Прав Аржан, все что-то значит.

- Как по-вашему будет «здравствуй»?

- Эзен – улыбка Аржана стала еще шире.

- Эзен, Аржан – Матвей протянул парню руку.

- Эзен, Матавей – Аржан руку жать не стал, положил крепкую ладонь на плечо Матвею.

Матвей повернулся в ту сторону, куда ушел Петро, крикнул:

- Петро, давай к нам!

- Петро? – Аржан смешно наморщил лоб – Тоже…не значит?

- Тоже – Матвей рассмеялся.

- Урусы? – Аржан ткнул пальцем в Матвея.

- Русские, да. А ты?

- Мен алтай кижи – Аржан прижал ладонь к груди – Алтайский человек.

Петро, шумно отдуваясь, скатился сверху по склону, держа в руках винтовку и с любопытством глядя на алтайца.

- Там ниже марал битый лежит. Я поглядел – хорошо попал, за ухо.

Аржан довольно улыбнулся:

- Я же говорил, что хорошо стреляю. Эзен, Петро – и хлопнул парня по плечу. Тот вопросительно посмотрел на Матвея, и он поспешил объяснить:

- Это по-алтайски «здравствуй». Его зовут Аржан.

Петро кивнул и присел на тропу, быстрый подъем и такой же спуск нелегко ему дались.

Аржан подошел к своему коньку, все это время спокойно стоявшему на месте, легко запрыгнул на него и толкнул пятками в бока, посылая вниз по тропе:

- Я марала заберу и приду. Будем мясо варить – объехал парней и отправился вниз по тропе.

Матвей пожал плечами, забрал у Петро винтовку и зашагал вверх по тропе. Им еще костер разводить.

Устроились в удобном месте на вершине под большим валуном, который прикрывал огонь от гулявшего на вершине свежего ветра. Все вокруг было покрыто невысокими кустиками чабреца, и в знойном воздухе витал его чудный запах. Неподалеку из-под такого же почти камня бил ключ, тонким ручейком стекавший вниз по склону. Дров на вершине не было совсем. Да и откуда им тут взяться, если вся пригодная для костра растительность заканчивалась гораздо ниже по склону? Матвей вздохнул и пошел вниз…

К моменту, когда Аржан появился на тропе, костер уже вовсю пылал, и рядом был сложен хороший запас дров.

Аржан спешился, позвал Матвея:

- Матавей, помогай – он потянул со спины конька тяжеленные арчимаки, полные мяса.

Совсем скоро над огнем булькал полный котел мяса, распространяя вокруг головокружительный запах.

- Аржан, ты как здесь оказался? Ваши земли ведь дальше.

Аржан остро глянул на Матвея, поворошил в костре и ответил, обведя рукой все вокруг:

- Здесь везде наши земли. Алтай.

Петро лежал на спине, глядя в небо и как будто не прислушивался к разговору.

- А отсюда далеко до твоего дома? – Матвею было очень интересно узнать побольше об алтайцах.

- Тут везде мой дом – Аржан улыбнулся – Каждая гора – моя гора, вода в каждой речке моя. Только Кадын-Бажи не моя, она вообще ничья.

Матвей встрепенулся, услышав знакомое название:

- Кадын-Бажи? Белуха, да? Катунь с нее начинается, да?

Аржан удивленно посмотрел на Матвея:

- Откуда знаешь про Кадын и Кадын-Бажи? Был?

Матвей погрустнел:

- Нет, не бывал…отец рассказывал. Он бывал…

- Хороший человек значит. Кадын-Бажи плохих не пускает.

Петро перевернулся на бок:

- Аржан, а чужих не видел здесь?

- Вы чужие – парень пожал плечами и ткнул ножом в кусок мяса, проверяя готовность. Удовлетворившись результатом, потянул из котла большую кость с добрым куском мяса и принялся с аппетитом уплетать, срезая ножом тонкие пластики. Парни себя упрашивать не заставили и тоже принялись за еду. Сказать, что кусок маральего мяса, сваренный даже без соли, был вкусным – ничего не сказать. Голод ли тому причиной или еще что, но Матвей давно не ел такого вкусного мяса. Петро потянулся было к фляге, но Аржан придержал его руку, покачал головой:

- Ты что, нельзя так. Живот болеть будет, нельзя после дикого мяса воду пить. Бульон пей, вкусно.

После сытного обеда, выпив еще и горячего чая, они расположились в тени от камня. Легкий ветерок приятно обдувал разгоряченное едой тело, жужжали шмели над цветами, высоко над головой выписывал круги коршун, и его тоскливый клич далеко разносился над горами.

- Аржан, а теперь ты куда?

- С вами побуду – алтаец лежал на животе, положив подбородок на скрещенные руки, и с хитрецой наблюдал за Матвеем.

- С нами? А ты не торопишься домой?

- Зачем торопиться? Торопиться опасно, голову можно свернуть.

- А как же марал? Его ведь домой надо отвезти.

Аржан усмехнулся:

- У нас тут стоянка недалеко. Жара кончится – пойду. А вы куда идете?

Матвей рассказал Аржану про маму с Лешкой, ждущих их возвращения, про Петро и его деревню, про бандитов… Аржан слушал и удивленно качал головой. Когда Матвей закончил рассказ, сказал:

- Петро, иди сейчас. К ночи дойдешь, а к завтрашнему вечеру тут будете все. А мы с Матавеем походим, поглядим. Может, и встретим кого.

- А мясо как же? Пропадет ведь.

- Матавей пока отдыхает, я уже вернусь. Помогай давай – Аржан выудил из арчимака добрый кусок мяса, бросил на траву в тени, остальное принялся торочить к седлу.

Петро ушел, Аржан тоже, Матвей остался один. Поднялся, подошел к самому краю, сел, свесив ноги вниз. Вид отсюда на Теснину открывался замечательный. Видно было все как на ладони, и Матвей подумал, что лучшего места для нападения на обозы и придумать сложно. Как они тогда прорвались, он теперь и представить не мог. Будь бандиты чуть толковее, и обоз бы разбили. Но им повезло, и они сумели пройти…

Петро пойдет быстро и к ночи будет на стоянке. Завтра рано утром они тронутся в путь и ближе к вечеру будут здесь. А ему теперь остается только ждать.

"Говорящий с травами. Звери"

Продолжение следует

Фото мое