Ритуальные пляски, не имеющие связи с реальностью⁠⁠

В продолжение темы российской науки и публикаций научных исследований на английском языке, начатой вчера и продолженной сегодня, взгляд англоязычного автора, статья в жанре, который популярен на Западе и называется provocative thinking. По-русски самое близкое "будоражить мысли" читателя или "искушать читателя обдумать".

Автор статьи: Ниссим Талеб. Основная сфера научных интересов — изучение влияния случайных и непредсказуемых событий на мировую экономику и биржевую торговлю.

Боль­шую часть моей, ска­жем так, ака­де­ми­че­ской ка­рье­ры я ра­бо­тал вчет­верть­си­лы. У тебя есть место, куда можно прий­ти, когда в Нью-Йор­ке дождь — и к тебе никто не будет при­ста­вать. Но од­на­ж­ды ко мне при­шел глава от­де­ла (позже его уво­ли­ли) и ска­зал: «Как биз­не­смен и автор книг вы мо­же­те за­ви­сеть от оцен­ки дру­гих биз­не­сме­нов и ав­то­ров, но здесь вас оце­ни­ва­ют уче­ные. Все мы за­ви­сим от того, что о нас ду­ма­ют кол­ле­ги».

Это было от­вра­ти­тель­но. Я никак не могу при­вык­нуть к тому, как ра­бо­та­ют люди, не бе­ру­щие на себя ни­ка­ких рис­ков — они и прав­да не по­ни­ма­ют, как устро­ен ре­аль­ный мир. Нет, пред­при­ни­ма­те­ля не ин­те­ре­су­ет мне­ние дру­гих пред­при­ни­ма­те­лей — важно, что о тебе ду­ма­ет твой бух­гал­тер, и толь­ко. В про­тив­ном слу­чае ты не биз­не­смен, а вин­тик в си­сте­ме.

Да, если тебя ули­ча­ют в неэтич­ном по­ве­де­нии, это плохо, но не более того. Одоб­ре­ние кол­лег — это ерун­да; мало того, лучше стре­мить­ся к об­рат­но­му. Од­на­ж­ды во время ра­бо­ты ко мне по­до­шел ста­рый трей­дер и ска­зал: «Если ты здесь всем нра­вишь­ся, зна­чит, ты где-то ошиб­ся».

Сво­бо­ду можно опре­де­лить как неза­ви­си­мость от оцен­ки окру­жа­ю­щих.

Да и как автор я за­ви­шу не от суда дру­гих пи­са­те­лей, ре­дак­то­ров и кри­ти­ков, а толь­ко от чи­та­те­лей. Более того, это не се­го­дняш­ние, а зав­траш­ние или по­сле­зав­траш­ние чи­та­те­ли. То есть мой един­ствен­ный на­сто­я­щий судья — это время; меня можно будет счи­тать успеш­ным, если меня про­дол­жат чи­тать и в бу­ду­щем. То же ка­са­ет­ся моей ра­бо­ты трей­де­ром: я мог бы об­ма­ны­вать сво­е­го бух­гал­те­ра, по­ка­зы­вая вы­со­кие до­хо­ды за счет рис­ко­ван­ных ин­ве­сти­ций, но время рано или позд­но рас­ста­ви­ло бы все на свои места.

Суд кол­лег или чи­та­те­лей имеет смысл толь­ко в том слу­чае, если это бу­ду­щие кол­ле­ги или чи­та­те­ли.

И еще:

Сво­бод­но­му че­ло­ве­ку не обя­за­тель­но вы­иг­ры­вать в споре — ему до­ста­точ­но про­сто вы­иг­рать.

Впро­чем, по мере ин­сти­ту­ци­о­на­ли­за­ции лю­бо­го про­цес­са ста­но­вит­ся по­нят­но, что оцен­ка кол­лег — это еще цве­точ­ки. Бю­ро­кра­ти­за­ция со­зда­ет класс новых судей: ре­шать, кто чего стоит в науке, на­чи­на­ют ад­ми­ни­стра­то­ры, ко­то­рые не имеют ни ма­лей­ше­го пред­став­ле­ния о ра­бо­те уче­ных и могут су­дить о цен­но­сти их ре­зуль­та­тов толь­ко по кос­вен­ным при­зна­кам.

Есте­ствен­ные науки к таким вещам более устой­чи­вы, так что по­смот­рим на более уяз­ви­мый пред­мет — науки об­ще­ствен­ные. За­ви­си­мость толь­ко от оцен­ки кол­лег ведет к воз­ник­но­ве­нию па­то­ло­ги­че­ско­го клуб­ка вза­им­но­го ци­ти­ро­ва­ния: ку­куш­ка хва­лит пе­ту­ха, и все до­воль­ны. В этом смыс­ле мак­ро­эко­но­ми­ка удоб­нее мик­ро­эко­но­ми­ки — чем аб­стракт­нее пред­мет ва­ше­го ис­сле­до­ва­ния, тем уве­рен­нее можно по­рож­дать любую ерун­ду, ведь все равно никто не про­ве­рит.

Так на­уч­ная среда пре­вра­ща­ет­ся в ри­ту­аль­ные игры во­круг пуб­ли­ка­ции ста­тей.

Итак, когда речь за­хо­дит о кон­ку­рен­ции, мы на­блю­да­ем уни­что­же­ние зна­ния.

В неко­то­рых об­ла­стях, на­при­мер в пси­хо­ло­гии или ген­дер­ных ис­сле­до­ва­ни­ях, все эти ри­ту­аль­ные пляс­ки уже прак­ти­че­ски не имеют связи с ре­аль­но­стью — у уче­ных есть соб­ствен­ные цели, име­ю­щие мало об­ще­го с це­ля­ми кли­ен­тов, опла­чи­ва­ю­щих их ра­бо­ту, то есть об­ще­ства и сту­ден­тов. На ака­де­ми­че­ском жар­гоне «эко­но­мист» не дол­жен что-то по­ни­мать в ре­аль­ной эко­но­ми­ке, ему до­ста­точ­но ори­ен­ти­ро­вать­ся в ра­бо­тах дру­гих эко­но­ми­стов.

Об­ра­зо­ва­ние до­ро­жа­ет — ро­ди­те­лям при­хо­дит­ся де­ся­ти­ле­ти­я­ми ко­пить на уни­вер­си­тет для ре­бен­ка, — и при этом оно пре­вра­ти­лось в мод­ный ат­ри­бут. Вы вы­во­ра­чи­ва­е­те кар­ма­ны, а ваш от­прыск за­ни­ма­ет­ся кри­ти­кой кван­то­вой ме­ха­ни­ки с ген­дер­ных по­зи­ций.

Наи­бо­лее убе­ди­тель­ны те за­яв­ле­ния, про­из­но­ся ко­то­рые че­ло­век чем-то се­рьез­но рис­ку­ет, из-за ко­то­рых он может все по­те­рять; и наи­бо­лее неубе­ди­тель­ны те, с по­мо­щью ко­то­рых че­ло­век явно (хоть и неосо­знан­но) ста­ра­ет­ся по­вы­сить свой ста­тус, не внося при этом ощу­ти­мо­го вкла­да (на­при­мер, как де­ла­ет боль­шин­ство уче­ных: ни­че­го не утвер­жда­ют, ничем не риску­ют). Од­на­ко это не вы­се­че­но в камне.

Вы­став­лять себя на­по­каз — это нор­маль­но, это в при­ро­де че­ло­ве­ка. Пока на чаше весов зна­чи­мость от­кры­тия пе­ре­ве­ши­ва­ет сте­пень хва­стов­ства, все в по­ряд­ке. Не бой­тесь быть че­ло­ве­ком, бе­ри­те мак­си­мум, но пом­ни­те, что от­да­вать нужно боль­ше, чем по­лу­ча­ешь.

Стоит об­ра­щать осо­бое вни­ма­ние на ра­бо­ты ис­сле­до­ва­те­лей, ко­то­рые точно сле­ду­ют на­уч­ной ме­то­де, но од­но­вре­мен­но вы­ска­зы­ва­ют про­ти­во­по­лож­ную боль­шин­ству точку зре­ния, осо­бен­но если она может по­влечь ре­пу­та­ци­он­ные по­те­ри для ав­то­ра.

К тому же:

Че­ло­век, ко­то­рый вы­ска­зы­ва­ет про­ти­во­ре­чи­вую и даже рис­ко­ван­ную точку зре­ния на ши­ро­кую ауди­то­рию, вряд ли стре­мит­ся всех об­ма­нуть.

Я не ис­пы­ты­ваю ни ма­лей­ше­го со­чув­ствия к про­фес­си­о­наль­ным ис­сле­до­ва­те­лям. Я лично про­вел 23 года на крайне стрес­со­вой и очень тя­же­лой ра­бо­те, од­но­вре­мен­но учил­ся, про­во­дил ис­сле­до­ва­ния и но­ча­ми писал пер­вые три книж­ки; с тех пор я тер­петь не могу вся­ких при­твор­щи­ков.

Статья полностью здесь

https://ru.insider.pro/opinion/2017-01-10/nassim-taleb-zhizn...

Об авторе:

Родился в 1960 году, в ливанском городе Амиун. Его семья исповедовала православие. Во время гражданской войны, начавшейся в 1975 году, они были депортированы. Отец Нассима Николаса, доктор Талеб, был врачом-онкологом, занимался антропологическими исследованиями. Среди его предков — политики, представлявшие интересы православного сообщества Ливана. Так, его дед и прадед по материнской линии были заместителями премьер-министра Ливана, дед по отцовской линии занимал пост верховного судьи, а ещё в 1861 его прапрапрапрадед служил губернатором полуавтономной Оттоманской провинции на горе Ливан.

Талеб занимал руководящие посты в брокерских фирмах Лондона и Нью-Йорка, а также работал на бирже, прежде чем основал собственную компанию хедж-фонд «Эмпирика Эл-Эл-Си» (фьючерсные сделки и продажа опционов). Он получил степень магистра делового администрирования (MBA) в Уортонской школе бизнеса и защитил диссертацию доктора (эквивалентную российской кандидатской или американской PhD) в Университете Париж-Дофин.

Автор книг «Динамическое хеджирование», «Одураченные случайностью», «Чёрный лебедь. Под знаком непредсказуемости», «О секретах устойчивости. По следам чёрного лебедя» и «Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса».