Пеплом наступали на врага⁠⁠1

Но существенно меньшее число людей слышало о его верном ближайшем сподвижнике - Исайе (или Исааке - тут разные версии) Израилевиче Презенте, который, вопреки фамилии, тоже был совсем не подарок.

Родился Исайя Израилевич под Тверью в 1902, в 1921 вступил в Комсомол, и с того момента стабильно двигался по научно-партийной линии: в 1926 закончил то ли биологический, то ли юридический факультет ЛГУ, к 1930 (или 1936) стал доктором биологических наук (тему диссертации мне найти не удалось), с 1934 стал ближайшим доверенным лицом и, фактически "личным редактором" и секретарём при Лысенко, заведовал различными кафедрами и редакциями журналов, и до 1951 года неизменно работал в ЛГУ (есть, правда, упоминания о том, что во время ВОВ он эвакуировался вместе с частью ЛГУ в Саратов, но источник я не нашел). По воспоминаниям современников, главное, чем отличался Исайя Израилевич - это великолепными навыками устной и письменной речи, а также умением быстро улавливать, в каком направлении движется мысль начальства.

Здесь мы ненадолго оставим Исайю Израилевича и перейдём ко второму еврею в нашей истории.

И имя ему - Иосиф Абрамович Рапопорт.

Родился он десятью годами позже Исайи Израилевича - в 1912 году, в Чернигове. Он тоже поступил на биофак ЛГУ в 1930-м и явно сталкивался там с Исайей Израилевичем, но в аспиранты пошел к ученому ещё "имперской" закваски и соратнику Н.И. Вавилова Н.К. Кольцову - на свою беду одному из ведущих советских генетиков того времени.
Степень кандидата биологических наук Рапопорт успел получить в 1938.
Однако к тому времени маховик "лысенковщины" уже начал раскручиваться и, возможно, Иосифа Абрамовича ждала бы та же печальная судьба, что и его старших коллег... но тут случился 1941-й и все стало не до научных разборок.
В первые же дни Войны, имея "академические" основания оставаться в тылу и готовую к защите докторскую диссертацию, Иосиф Абрамович пошел добровольцем на фронт.
Дальше были Крым в 41-м, Кавказ в 42-м, форсирование Днепра в 43-м.
Первый орден Красного знамени. Тяжелое ранение. Орден Отечественной войны.
Второе тяжелое ранение. Защита докторской диссертации "в госпитале".
Венгрия и потерянный в бою глаз в 1944-м.
Эпическое отражение во главе разведроты немецкой танковой атаки у озера Балатон с помощью отобранных у немцев же фаустпатронов в марте 1945-го. Второй орден Красного знамени.
Рейд по немецким тылам на Амштеттин с захватом и уничтожением четверти арсенала немецко-венгерской группировки в регионе. Соединение с упершимися в немецкую оборону американскими войсками и окружение остатков сил противника. Американский орден "Легион почета".

После войны Иосиф Абрамович вернулся к активной научной работе и, фактически, стал первооткрывателем химического мутагенеза (явления мутации генов под воздействием химических соединений). Но, увы, вернулись к своей активной работе по борьбе с генетикой и Лысенко с Презентом.
И вот как ещё один еврей Симон Эльевич Шноль описывает встречу Рапопорта и Презента на печально известной "августовской сессии ВАСХНИЛ" 1948 года:

Исай Израилевич Презент — главный идеолог безграмотного Лысенко. Презент — человек блестящий. Как красиво и пламенно он говорит. Как резко и соответственно стилю собрания, как грубо и демагогично его выступление! … Как он беспардонен и мелок! Как он, упоённый собой, был неосторожен.
Он повторил часть текста, вставленного им ранее в доклад Лысенко. Он сказал, «когда мы, когда вся страна проливала кровь на фронтах Великой Отечественной войны, эти муховоды…». Договорить он не сумел.
Как тигр, из первого ряда бросился к трибуне Рапопорт — он знал, что такое «брать языка». Презент на войне не был — он был слишком ценным, чтобы воевать — там же могут и убить… Рапопорт был всю войну на фронте. С чёрной повязкой на выбитом пулей глазу он был страшен. Рапопорт схватил Презента за горло и, сжимая это горло, спросил свирепо: «Это ты, сволочь, проливал кровь?» Ответить почти задушенному Презенту было невозможно.
(Насколько это описание событий точно мы не знаем, но знаем, что в стенографический отчёт сессии они попали как "хулиганская выходка Рапопорта").

Даром для Рапопорта это не прошло - в 1949-м его исключили из партии (куда приняли как героя в 1943-м) и следующие 8 лет он, при всем своем подорванной Войной здоровье, провел в качестве выездного научного сотрудника в палеонтологических и геологических экспедициях.

Вернулся к научной работе по основной специальности он только в 1957-м, после "Письма трёхсот" и отстранения лысенковцев от руководства советской наукой. Есть упоминания, что в 1962-м за исследования химического мутагенеза его собирались даже выдвинуть на нобелевскую премию, но достаточных подтверждений в архивах нобелевского комитета этому пока не найдено.
До самой своей смерти в декабре 1990 года (был сбит грузовиком при переходе дороги) Иосиф Абрамович активно и плодотворно трудился на благо всего советского народа, многие из разработанных им методов до сих пор используются в селекционном деле и других прикладных направлениях биологии.

Исайя Израилевич Презент умер в 1969-м, последние годы проработав научным сотрудником на исследовательской станции в Подмосковье. Ныне его недобрым словом вспоминают даже сами евреи.

В общем, воевали евреи. И не воевали тоже. Просто еврей еврею рознь. Как и все люди.