Откуда берутся Мальчиши-Плохиши? Из обычных людей, запутавшихся в метаниях собственного эго⁠⁠

ВиПиэН как дорога в ад

Одновременно волну разгоняют и сотни либердотных пабликов: «В российских городах (Подмосковье, Тула, Новосибирск, юг России, Смоленск) появились надписи на табличках: «VPN‑трафик запрещен», «VPN блокируется». Перестал работать публичный Wi‑Fi при включенном VPN: не открывается страница авторизации». Забавно, что публикуются крики отчаяния большей частью в заторможенном Telegram’е.

Расчет либерды на то, что боньи голоса будут восприняты как «глас народа», не оправдался даже в интернете. Но расчет‑то — был!

И если российские бони привычно‑нагло пользуются запрещенным им Инстаграмом, то белорусское виртуальное пространство еженедельно качает туда‑сюда новая сеть Тредс.

Как специально созданная именно для этого: эмоциональные качели, «глас народа» и «доколе».

В наше время интернет заменил вражескую пропаганду — точнее, она переползла в созданную для нее триаду «интернет — гаджеты — соцсети». Каждый нынче носит «вражьи голоса» с собой, а они достают его через всё, что только на личном экранчике ни появляется.

На заре «всемирной паутины» отключить отдельные источники, сделать конкретные сайты недоступными для пользователя казалось делом неподъемным. Этакий закат солнца вручную. Сейчас технологии шагнули далеко вперед: про «черные и белые списки» слышали уже, наверное, все.

Защита работает примерно так: существует глобальная «система доменных имен» Domain Name System (DNS), она переводит буквенный адрес сайта, который набирает пользователь, в цифры IP‑адреса. В апреле 2019 года в России был принят «закон о суверенном интернете», в рамках которого Роскомнадзор создал «Национальную систему доменных имен» (НСДИ), которой обязаны пользоваться все компании.

НСДИ дублирует DNS, стоит между ней и Россией. И если НСДИ перестает обрабатывать такие — пусть даже и мировые — домены интернет‑ресурсов, как YouTube, WhatsApp, Instagram, то их в российском интернете все равно что и нет. Тот ресурс, на который хочет зайти пользователь, больше не может получить от НСДИ‑сервера цифровой IP‑адрес по буквенному имени сервера.

Типа «абонент временно недоступен» — но для целых доменов и платформ.

Кстати говоря, ничего принципиально изуверского россияне не делают. «Блокировка по DNS используется с конца 1990‑х в странах мира как один из самых дешевых инструментов цензуры и фильтрации в интернете», — говорят источники Forbes.

Как обойти запрет? Самое простое: «пятая колонна», коллаборанты, предатель внутри крепости. «Еще не все российские провайдеры реально работают с НСДИ», — утверждают эксперты. Ну, это дело СМЕРШа — найти и заставить выполнять закон.

Можно также попытаться дать пользователю этакий «ВиПиэН по ДНС», то есть соединить со «сторонними DNS‑провайдерами, предоставляющими публичный доступ к глобальной системе доменных имен». Но это для очень‑очень продвинутых пользователей.

Например, для шпионов. Но тогда опять же — СМЕРШ, его дело.

И есть VPN (ВиПиэН) — Virtual Private Network, «виртуальная частная сеть». Грубо говоря, это когда запрос на соединение с запрещенным ресурсом делаете не вы, не ваш гаджет, а некий удаленный провайдер вместо вас. Он может даже «находиться» в другой стране, давая вам возможность нарушать законы своей.

Важно здесь вот что: ВПНом каждый пользуется совершенно сознательно. Отдавая себе отчет, например: я хочу смотреть порно. Но не хочу, чтобы окружающие об этом знали.

До чего можно дойти в такой логике «желаний», скажите сами.

Откуда уверенность, может спросить внимательный читатель, что Запад только и думает, как залезть к нам в головы, раз, и что западная пропаганда — это обязательно плохо, два?

Для ответа надо сначала договориться о терминах. Например, о том, что западные ценности — не наши ценности. Их ЛГБТ + трансы, их наркоманские кварталы, их педофилия и растление всего вокруг, их деньги вместо совести и прибыль вместо морали — все это нам не подходит.

Если кто не согласен — скатертью дорожка, ехайте к своим, путь в беглые всегда открыт.

Всё, что делает Запад (абсолютно всё и всегда!), — это подчиняет своим западным ценностям окружающее пространство. Lebensraum. И если какие люди, пространство то населяющие, мешают, Запад «решает вопрос». Холокостом, геноцидом, мигрантским кризисом, голодом и разрухой, чем угодно: смотрите вокруг.

Дьявольская триада «интернет — гаджеты — соцсети» предназначена в первую очередь для тотальной западной пропаганды. Еще для слежки, для сбора личных данных, для удаленного собирания людей в толпы и управления ими, для анонимного финансирования шпионажа и терроризма, наркотрафика и торговли людьми... — и только после всего этого для ваших котиков в вашей ленте.

Доказательство: вот прямо сейчас США пытаются сломать об колено Кубу, устроив на Острове свободы гуманитарный кризис. Их главные требования: «провести экономические преобразования для привлечения иностранного капитала» — читай, пусть Кубу снова скупят новые мафиози.

«Экономические изменения также должны включать компенсации гражданам и корпорациям США, чьи активы и имущество были конфискованы в 1960‑х годах» — и заплатите старой мафии с процентами.

«Также необходимо освободить политических заключенных и предоставить им большую политическую свободу» — создание в стране «пятой колонны».

И еще одно в числе главных требований: «Делегация США предложила провести на остров спутниковый интернет Starlink и обеспечить бесплатное подключение». Всё дадим, всё поставим и подключим, только предоставьте возможность гадить в головы кубинцам напрямую, без ограничений, 24/7.

Такова важность «свободного интернета» для англосаксов. Не для нас — для них.

Вывод прост и пугающ одновременно. Каждый, кто сейчас выступает «за ВПН», каким бы благом он это для себя ни оправдывал, предает свою страну.

Однажды нас ведь уже купили: согласившись с удобствами геолокации, мы фактически легализовали шпионаж. Согласившись с удобствами виртуальных платежей, мы сами отдали свои персональные данные на серверы англосаксам. Согласившись на милоту социальных пузырей, мы добровольно стали объектами опытов по удаленному управлению толпами.

Согласившись на анонимность крипты, мы сами поддерживаем и порно, и педофилию, и торговлю органами, и черт знает еще какие извращения.

А еще раньше, напомню, мы продали свое же государство социального равенства и справедливости, первое на земле. Нас купили джинсами, жвачкой и цветными целлофановыми пакетами... и мы еще смеемся над индейцами Манхэттена?

Тем, кто захлебывается от криков о «свободе информации», надо бы задуматься и о свободе государства и общества защищать себя от чужой, враждебной пропаганды. Если государство считает, скажем, что газет или телеканалов должно быть сто, — откуда идея, что интернет‑каналов должна быть тысяча, причем все неуправляемые?

Советские еще диссиденты, говорившие «Голосом Америки», показали доподлинно: сначала ты подсаживаешься на западную пропаганду. Потом на их гранты и стипендии, гонорары и премии. Следом ты неизбежно предаешь родину.

И нет никакого другого пути, никаких «свобод», никаких «прав». Есть западный манок, за ним — западные деньги, следом — полицайство и коллаборационизм.

* * *

Интернет должен регулироваться точно так же, как и пресса. Как все СМИ. Как культура с образованием, как политика в области морально‑нравственных ценностей. Потому что если это не регулируем мы — будут регулировать они.

Кто не согласен — скатертью дорожка, беглый путь в плечи. Сидя там, вы можете обкричаться о «свободе информации» и «правах на получение и обнародование». Если вас кто‑то будет слушать из ваших гетто и от ваших баков с просрочками.

Ратовать за «свободу доступа к любым каналам» означает соглашаться с вечным желанием англосаксов гадить в головы наших сограждан непрерывно, целенаправленно, 24/7. Рассчитывать же, что все это обернется «божьей росой», схлынет «как с гуся вода», к сожалению, не приходится. Опыт показал: обязательно застрянет, засядет, загадит.

Англичанка гадит. Нам надо с этим бороться. Всегда и везде. Не считаясь с неудобствами. Вот и весь ВиПиэН.