Не слушается живых — мёртвые объяснят
ПРАВИЛЬНОЕ ВОСПИТАНИЕ. В далеком городе жила-была обычная семья: мама, папа и сынишка. С раннего детства был он хулиганом — сплошное наказание для родителей. Воспитывали как могли, по-людски. А толку — ноль. Дома все ломает, школу прогуливает, телефоны из рук не выпускает, кричит на родителей, огрызается. Отец за голову хватается, мать рыдает ночами. И не знают, что делать. Даже к психологам этим вашим возили. Не помогло. Будто бес вселился. И вот однажды они поняли: все обычные методы не помогают. "Не слушает живых, — говорит отец, — пусть мёртвые попробуют".
Была у отца мать, но помёрла еще незадолго до рождения внука. Родители про неё почти не говорили сыну, да и он сам не интересовался своими родственниками. Ни памяти, ни привязанности — только фото где-то в альбоме да в серванте среди хрустальных рюмок.
И вот ночью, пока оболтус мертвецким сном спал после очередного стрима в тиктоке, родители его спеленали. В багажник закинули, как мешок картошки и повезли на старое кладбище — к самой бабкиной могиле. На сырую землю у плиты положили, одеяло тонкое кинули, рюмочку за упокой налили по старой традиции и тихо сказали: "Получи бабушка, внучка. Вразуми его!" — и уехали в темноту.
Проснулся пацан через пару часов — холод, туман, сырость в кости лезет. Вороны каркают, кресты вокруг торчат, а под спиной камень ледяной, сырой. Поворачивает голову — а там прямо у лица фотография и подпись: "Любимой маме и бабушке". И фамилия его. У парня сердце в пятки: "Это сон, сон?!" — закричал. А потом доходит до его мозговины: "Бабка". И вот тут туман как будто еще больше сгустился, ветер по траве прошелся, и голос...
— Проснулся, неслух? Хорошо с бабушкой спалось? Не помнишь меня — а я тебя помню. А я тебя жду... давно жду. Смотрела, как ты мать свою доводишь, отца в грязь втаптываешь.
Пацан в обморок чуть не грохнулся. "Бабушка, прости!" — заскулил. А она продолжает:
— Слышишь, этот тихий шорох под землей? Это не листья, это они пробуждаются. Черви! Чуют тебя, чуют, какой ты у меня ленивый да неблагодарный стал. Им на твои оправдания плевать, им ты нужен – целиком! Я уж вижу, как твои пальцы, что вечно в телефоне зависали, начинают… гнить… Медленно так… И сердце твое, что никого не грело… Его черви пожирают, не спеша…
Целую ночь выл пацан у могилы. Слушал бабушкины наставления да каялся в содеянном. А когда родители вернулись, то увидели, что это уже другой ребёнок. Послушный и покладистый. «Поехали домой» – сказал отец. Тот молча кивнул, раскопал окоченевшими пальцами маленькую ямку, положил в нее свой телефон, поцеловал фотографию бабушки и побежал в машину.
"Помогла тебе бабушка все осознать?" — спрашивают родители. Он только кивнул, всхлипнул и продолжил выковыривать черную сырую землю из-под своих ногтей.
С тех пор он слушается. В школу ходит. Интернет забыл. Портрет бабушки на стену повесил. Но ночью не перестает слышать шорох червей.