Месть дочери⁠⁠

Ирина Никифоровна была нашей соседкой. Эта старая сварливая женщина под конец своей жизни осталась одна. Её сын наркоман сидел в тюрьме, а дочь уже многие годы никто не видел.

Жила Никифоровна на скромную пенсию. Вечерами сидела на лавочке, ругала правительство, перемывала косточки соседям. О детях своих она вспоминала, но не с теплой материнской нежностью. Если вдруг речь заходила о детях, она начинала их проклинать.

Особенно дочь. Дело в том, что последняя в 23 года обворовала мать и сбежала. Никифоровна была очень жадной бабкой и такого простить не могла. Сын же обворовывал мать постепенно, и каким-то образом Никифоровна упускала его дела из виду. И вот однажды дочь Алина вернулась. Зашла в квартиру, сказала: «Здравствуй, мама», пропустила мимо ушей весь поток брани родительницы. Где она была, почему вернулась, неизвестно.

Известно только, что в доме матери жизнь для неё не была сладкой. Никифоровна делала все, чтобы выжить её из квартиры. Скандалы слышал весь дом. Никто не вмешивался в эти семейные разборки. Обе женщины могли орать друг на друга на лестничной площадке, во дворе, даже их крики в квартире можно было услышать, поднимаясь по лестнице или подходя к дому из магазина.

Никифоровна колола дочь иголками, бросала в неё вещами. Алина это терпела. Было видно, что ей идти некуда. Она изо всех сил старалась наладить отношения с матерью. Где-то работала, помогала по хозяйству, по мере возможностей ухаживала за Никифоровной, а та заботу принимала, но спокойно сосуществовать с Алиной не могла.

Однажды мать просто не впустила её в квартиру. Алина вышла купить Никифоровне таблеток, а когда вернулась, её мать просто забрала таблетки, захлопнув перед Алиной двери. Алина 12 часов просидела на лавочке у подъезда. Около семи вечера начался скандал. Алина рвала и метала, тарабанила в двери, на что Никифоровна окатила её кипятком. Знаю, что кто-то вызывал милицию, кто-то скорую. Алина забилась в углу и выла как раненый зверь, но когда приехала скорая, её нигде не было.

Алину нашли утром на чердаке. Она повесилась на бельевой веревке. Прямо под её телом на полу было написано мелом: «Я тебя сварю в твоем же кипятке». Никифоровна из квартиры в тот день так и не вышла.

После этого случая в дома начались проблемы с проводкой. Свет выключался по два, по три раза в неделю без видимых на то причин, при этом в соседних домах все было хорошо. А через два месяца после смерти Алины нашему дому отключили горячую воду.

За эти месяцы многое изменилось в поведении Никифоровны. Она стала гораздо реже бывать на улице. А однажды рассказала бабкам из нашего дома, что Алина к ней каждую ночь во сне приходит и угрожает.

А потом она исчезла. Её не видел никто. Свет в её квартире не включался, достучаться до неё не могли. Потом выяснилось, что она буквально сварилась заживо у себя в ванне. Набирала воду купаться и подогревала её кипятильником. Потом поставила кипятильник в чашку, но не выключила. А когда залезла в ванну, вероятно, потеряла сознание и, падая задела чашку. Нашли её через две недели, когда запах варёного мяса в подъезде уже не выветривался. Все эти две недели она варилась в своей ванне.

Проблемы с проводкой и водой исчезли сами собой сразу после её смерти.