"Мальтийский сокол" (1931): классика Голливуда, "который мы потеряли"⁠⁠

Да, перед легендарной версией с Богартом (1941) было еще два фильма по тому же роману :) Представьте в 41-ом такое:

А сам фильм начинается с выхода из кабинета Спейда некой дамы, поправляющей чулки на камеру :)

Далее главный герой немедленно флиртует с секретаршей и устраивает секс по телефону с  женой партнера.

Вообще любой женский персонаж в 1931 году выглядит как сексбомба, некоторые - кассетная:

«Уйми своего бойфренда» в адрес полиции (!) прилагается. Наглядный пример — каким был Голливуд до кодекса цензуры Хейса.

Как и Богарт, Рикардо Кортес не слишком подходит под: «Росту в Спейде было добрых шесть футов. Могучие покатые плечи придавали его телу почти коническую форму, из-за чего свежеотутюженный серый пиджак сидел на нем неважно».

Шварца, извините — не завезли :)  

Зато Кортес отлично подходит возрастом и лицом. Хотя его Спейд — не угрюмый Богарт, а больше «ловелас-авантюрист» типа Кторова или Уильяма Пауэлла тех же лет.

«Но можно и по морде»

«Она поерзала на своем краешке козетки, и глаза ее, обрамленные густыми ресницами, дрогнули, словно она попыталась отвести взгляд – и не сумела. Она казалась такой маленькой, такой беззащитной, такой юной»

Отношения персонажей здесь гораздо более живы, если кто еще не заметил :). И вопрос «Ты убил своего партнера?» смотрится куда логичнее.

Для сравнения:

Толстяк внешне похож на книжное описание, но против  Сидни Гринстрита... :)

Финал «немного предсказуем» — но отличается от 1941 года, как и от книги.

И Богарт тут, пожалуй, куда лучше. Весь фильм отыгрывает циничного хладнокровного  сыщика — а в финале поступает как надо,  потому что... «знаменитая речь о партнере». Тут зажатость персонажей цензурой внезапно работает в плюс.

Хотя любопытно, каким был бы Голливуд, не растопчи цензура фильмы "до кодекса".

P. S. А еще у Спейда стоял домофон :). В 1930-то.