Короткий рассказ. Прошу оценить)⁠⁠

Проснулся, как будто с похмелья. Всё расплывалось, никак не мог сосредоточить взгляд. Но сегодня мне гораздо лучше, я чувствовал это, хоть и не мог понять, чем именно. Что вчера было? Я не особо отчётливо помнил, видимо ничего интересного. На часах около 9-30, спросонья плохо понятно сколько показывает минутная стрелка.
Раз уж мне стало лучше, решил сходить прогуляться. Дойду ка до бара "Крот", проведаю старину Барни.
Благодать на улице, солнце так и слепит, улица яркая, цвета просто пестрят, не разобрать. Прохожих немного, но какие-то они странные сегодня, так и налетают на меня, - эй, не видишь что ли куда идёшь?
Так, ну вот только улицу перейти, и впереди "Крот".
Рядом остановилась милая блондиночка. Хм, пахнет духами "Нина Риччи", всегда нравился этот аромат. Стоит рядом, ещё и ножками переступает, платьем своим мои ноги в шортах задевает. Повернулась, улыбнулась, кажется - даже подмигнула. А я ведь видел её уже, эта милашка в фиолетовом платье часто тут ходит. В следующий раз встретимся - обязательно познакомлюсь, я теперь человек свободный. Солнце прямо в глаза бьёт - даже не разобрать какой там горит: красный, зелёный? Вспомнил вдруг эту вспышку от взрыва. Хорошо, что всё-таки комиссовали. Хотя странно всё же - помню, полежал немного в госпитале, да голова гудела, но в целом-то - здоров как бык! Ох, как эта фифа каблучками впереди зацокала, зелёный наконец.
Да, "Крот" всё прежний, громила Джонсон как всегда в углу сидит да кашляет. Серую шляпу на густые чёрные брови надвинул, даже усы точь-в-точь такие же, как четыре месяца назад.
"Хей, Барни!" - как обычно за прилавком возится, старый жучара.
"Привет, Пит" - удивительная тут всё же акустика, звук идёт будто немного со стороны.
"Ну колись, как поживаешь?" - я шлёпнулся на своё любимое место у стойки.
"Да потихоньку, Пит", - он робко улыбнулся, этот чудак Барни, - "А ты как теперь? Ну, я имею в виду..."
"Всё отлично, старина" - я перегнулся через стойку, чтоб хлопнуть его по плечу, но он видимо уже отворачивался куда-то, так что я попал по воздуху.
Сзади подвинули стул, странно, я не заметил никого, кроме Джонсона, когда входил.
"Я так рад", - Барни вдруг просиял, - "А доктора говорили, что контузия и шок ещё месяцы могут продлиться".
"Какая контузия?" - я аж засмеялся, - "Я чувствую себя прекрасно. Так, небольшая усталось".
Мне вдруг показалось, что он прячет глаза.
"Ладно, довольно болтовни, приятель, налей ка мне пинту своего фирменного розового лагера вон в ту кружку с поросёнком"
"Конечно, Пит", - он был чем-то расстроен, мой милый Барни, - "Так жаль, что это случилось с тобой, Пит".
"Да брось, Барни", - я усмехнулся, разглядывая старый постер за его спиной - раньше он менял их каждый месяц, - "О чём ты говоришь?"
"Ну...то, что ты ослеп на войне..."
Тьма.