Какой была инквизиция на самом деле?
С чем у обычного человека ассоциируется европейское Средневековье? Костры инквизиции, крестовые походы, чума, грязь, антисанитария... А между тем не все эти «штампы» относятся к эпохе Средневековья. Сегодня мы будем разбираться, когда действительно заполыхали костры инквизиции и так ли все было ужасно.
Строго говоря, особый церковный суд католической церкви под названием «инквизиция» возник в 1215 году, то есть действительно в эпоху Высокого Средневековья. В 1229 году в Южной Франции Папа Римский Григорий IX с целью обнаружения, наказания и предотвращения ереси учредил церковный трибунал. Таким образом, речь идет не обо всей Европе. Однако своего апогея этот церковный институт достиг лишь в конце XV века, а именно в 1478 году (то есть на излете эпохи Средневековья и в начале Нового времени). Именно в тот год король Фердинанд II Арагонский и королева Изабелла Кастильская с разрешения папы Сикста IV учредили знаменитую испанскую инквизицию.
Педро Берругете. «Божия Матерь католических королей», ок. 1493 г.
Перед Пресвятой Девой склонились Фердинанд II и Изабелла Кастильская.
Приведем цифры. В архивах Верховного суда инквизиции в Испании хранится чуть менее 50 тысяч досье. Смертные приговоры вынесены только 775 обвиняемым. И это за период с 1560 по 1700 год. Среди казненных большинство – иудействующие, другие – еретики, порядка 50 людей нетрадиционной сексуальной ориентации и всего несколько ведьм. Стоит отметить, что инквизиция никого сама на кострах не жгла, но в случае, если соответствующая степень вины обвиняемого была доказана, дело передавали светским властям. Из всех обвиняемых 98 процентам был вынесен оправдательный приговор либо назначено легкое наказание в виде штрафа или покаяния.
То, что касается периода до 1560 года, не имеет полнейшего обоснования с точки зрения источников, поскольку сохранилась лишь небольшая часть архивов в Испании. Так что история, засевшая в умах обывателей, про пылающие костры средневековой инквизиции в основной массе есть продукт в стиле «раздувания из мухи слона», навеянный деятелями искусства и массмедиа.
Мы ни капли не оправдываем тех казней, но хотим внести некоторую ясность. Например, многие инквизиторы, бывшие людьми образованными, весьма недоверчиво относились к ценности пыток для выявления ереси на допросах. Более того, чтобы дать церковному трибуналу возможность вести следствие, на суде два свидетеля (бывшие в одном месте в одно время и слышавшие одинаковое из уст обвиняемого) должны были дать показания: если возникало противоречие, обвинение разваливалось. По разнящимся данным, выходит, что с 1550 по 1800 год из 125–150 тысяч человек, представших перед судом инквизиции в католических странах, было приговорено к смерти около 3000 человек, из них около 100 – за колдовство. Кстати, в Испании иногда практиковалось сжигание чучела осужденного, а не самого человека.
Куда страшнее обстояли дела с протестантскими (а не католическими) странами, то есть с теми, которые оказались затронуты церковной Реформацией. В период с середины XVI и примерно до середины XVIII века в этих странах проходила так называемая большая охота на ведьм. Тогда из 100 тысяч обвиняемых около 50 тысяч распрощались с жизнью – но это было дело рук уже не католической святой инквизиции, поскольку в кальвинистских и лютеранских странах распространились свои законы о колдовстве, во многом более суровые, чем католические. Вдобавок слухи и доносы, обвинявшие того или иного человека в колдовстве, по своему характеру не отличались от политического доносительства, практиковавшегося в государствах XX века: очень удобный был инструмент для разрешения конфликта с неугодным человеком, будь то сосед, родственник или коллега по работе.