Как легко определить стадию переезда⁠⁠

Совсем недавно зарегистрировалась на Пикабу и полезла искать интересующие меня сообщества, а именно — жизнь пикабушников за границей. Интерес не праздный, так как сама на данный момент живу в Швейцарии.

Что любопытно, практически с первых строк любого поста становится понятно, когда именно переехал ТС. Попробую проиллюстрировать это наглядно.

Стадия первая, длится примерно три месяца с момента прибытия. В тексте буквально все будет вопить о том, насколько там, в новом месте пребывания, все лучше. И трава зеленее, и колбаса вкуснее, и даже собаки бродячие (если таковые в новой стране пребывания имеются) ласковее и кусают даже как-то нежнее, по-доброму. «Алоха, неудачники, которые остались на родине».

Стадия вторая, всеотрицающая. Когда решены основные вопросы с документами, открытием счетов, поиском жилья, наступает лютейшая депрессия. Казалось бы, все, что было так желанно, уже достигнуто — живи да радуйся. Но я не знаю ни одного экспата, кого бы этот кризис миновал. Начинает раздражать абсолютно всё (и все) — новые условия быта, новые люди вокруг, мозг плавно сходит с ума от увеличившейся языковой нагрузки. Выясняется, что у нового места обитания куча минусов — как реальных, так и мнимых. Длится эта стадия до года-трёх. Именно в этот период многие не выдерживают и возвращаются обратно. Ну или не возвращаются, но в истерике чемоданы собрать могут. Посты про то, как в новой стране Y все хреново, написаны именно в этот эмиграционный период.

Стадия третья, адекватная. Нервная система становится вновь нежной и шелковистой, существующие плюсы уже не вызывают щенячьего восторга, но и имеющиеся в наличии минусы тоже воспринимаются как обычная часть бытия. Самая приятная часть эмиграции, когда не хочется доказывать, какие соотечественники лохи или же какие эмигранты дураки, раз они вообще уехали.

Отдельная категория — это, конечно, те, кто уехал в 90-е. Люди застали страну (или, вернее, развал страны), и в целом не хотят верить, что с тех пор могло что-то измениться. Что характерно, они даже одеваются так, словно на дворе девяностые — наверное, самая застрявшая во времени категория эмигрантов.