Глава первая. Лицемер 1.1.2⁠⁠

Глава первая. Лицемер

1.1.2 Прошлое, ноябрь 2009. Лицемеры,

недорого


Ну так что? Готова я теперь делиться историями о том, как меня избивает муж, о том, с кем у меня был с..кс, о том, как я рожала детей, о том, как я напивалась в стельку, о том, как я обосс...сь?


Смогу ли я себе и людям объяснить, зачем мне это нужно? Это бравада тем, что я порочная? Нужна всё же определённая смелость - во-первых быть настолько мерзкой, во-вторых рассказать об этом.


О да! Я как червивый гриб изъедена своими пороками и жуткими обстоятельствами своей жизни. Я жертва! Я жертва насилия... Бедная-несчастная заблудшая овца! Что? Вам меня ещё не жалко, нет? Я взываю к жалости? Значит, это всё - вопль о помощи?


И что есть правда? Может, я вижу какие-то галлюцинации, и ничего на самом деле не было... Может, показуха лучше, много лучше переливания-пережёвывания тайн?


"Растяни рот в улыбке - и настроение твоё улучшится."


Не могу видеть свою рожу с больными глазами и идиотски растянутым ртом в зеркале. Не радует меня это совершенно.


Когда я буду вылизывать свою жалкую лачугу перед редким приходом гостей, я буду убеждать себя, что не скрываю какая я грязнуля, нет. А просто стараюсь для хороших людей, чтобы им было приятно. Но я никогда не стараюсь для своей семьи - получается, я не люблю своих бедных детей, гораздо больше люблю чужих дядек и тётек - вон как перед ними корячусь.


Я люблю себя в роли хорошей женщины, а не мерзавки Майки-алкоголички. Я люблю играть роль невинной, беззащитной жертвы, которая столько перенесла, но выжила, не сломалась, и интересный собеседник, и творческая личность. Это для Подруги С., с которой я в школе за одной партой сидела - образ.


Когда я привожу ребёнка в сад, я с ним там разговариваю показушным добрым голосом, фразами, которые рассчитаны не на ребёнка, а на воспиталок, вдруг они за стенкой слышат.


Фотографии в моём фотоальбоме так красивы, они яркие и праздничные. Никто не догадается, что я могу месяцами не мыть пол, и у меня воняет в холодильнике тухлятиной.


И никого я не люблю, если честно. Кроме вымышленной, сыгранной себя. Себя реальную я предпочитаю спрятать подальше, и пожалуйста, пусть никто не увидит.


Чего я парюсь? Другие тоже показушничают вовсю. Знаю одну, которая дома одевается, как бомж, и злобная, как сволочь, зато на работу вся из себя, причешется, разоденется, и голос слаще мёда... Ну и все думают, что она и дома тоже такая милая женщина. А дома - она глядит и ненавидит, просто кипит самоваром от злобы. Она не одна такая, это я точно знаю.


Или вот, любящие жёны, мужу дают и считают - считают фрикции до шестидесяти, сбиваются, начинают снова, ждут. Ждут не дождутся, когда он кончит, и постанывают, делают вид, что хорошо им, просто замечательно. Это их работа. Терпеть ради выгоды и подмахивать. На самом деле они давно мужей не любят.


И что у каждого в голове - никто не знает и не узнает.


Ведь если кто-то узнает, какие мы на самом деле без притворства - кто в нас тогда в таких влюбится? Кто будет с нами дружить? Кто возьмёт на работу? Никто. То есть абсолютно. В этом-то всё и дело...