Гиперболоид инженера Цимлянского
Стоит произнести слово «гиперболоид», как многие читатели тут же вспомнят об инженере Гарине и его приключениях, описанных блистательным пером А.Н. Толстого. В свое время, как известно, Алексей Николаевич учился в Петербургском технологическом институте. А потому, наверное, на всю жизнь сохранил интерес к техническим новинкам и научным идеям. Его фантастические романы «Аэлита» и «Гиперболоид инженера Гарина» – тому подтверждение.
Но знаете ли вы, что даже у героев фантастических произведений были вполне реальные прототипы. Вот какая история на самом деле предшествовала написанию знаменитого романа «Гиперболоид инженера Гарина».
…Летом 1924 года литератор отдыхал в Царском Селе. Здесь он и познакомился с изобретателем Аполлоном Аркадьевичем Цимлянским, который зарабатывал на жизнь, преподавая в местной школе физику и математику. В свободное же от уроков время он разрабатывал устройство, которое назвал «тепловой пушкой».
Впрочем, в то время многие ученые и самоучки занимались чем-то подобным. Тема стала модной после выхода в свет романа Герберта Уэллса «Битва миров», где аналогичными лучами треножники агрессоров-марсиан сжигали все и вся.
Идея затем перекочевала со страниц книги в лаборатории. Так в прессе, в частности, в журнале «Радио», сообщалось, что в Великобритании физик Гринделл Мэтьюз, начиная с 1911 года, работает над созданием лучевого генератора, способного поражать на значительном расстоянии военную технику и живую силу противника, а также взрывать пороховые склады.
Радея об интересах отчизны, в 1921 году и Цимлянский изобрел «тепловую пушку». Как он рассказал литератору, ему якобы удалось извлечь из стеклянной колбы тонкий луч яркого света, который запросто резал броневые листы на расстоянии в десятки метров.
Толстой использовал эту идею в своем романе, чем еще больше подогрел интерес специалистов к подобного рода оружию. Известно, например, что 13 декабря 1931 года в кабине председателя Реввоенсовета Михаила Тухачевского состоялось специальное заседание, в котором приняли участие профессора Иоффе, Шулейкин и другие. Они обсуждали плюсы и минусы установки, которая была создана в лаборатории Иоффе и испускала «лучи смерти» на расстояние до 400 метров.
Потом, правда, выяснилось, что таинственная установка представляла собой всего-навсего мощный рентгеновский аппарат, испускавший лучи и в самом деле губящие все живое. Но вот резать броню, а тем более разрушить бетонную стену такому аппарату было не под силу.
А что же Аполлон Аркадьевич? Его, оказывается, к тому времени уже не было в СССР. Разочаровавшись в советских порядках, устав обивать со своими идеями и разработками пороги наркоматов, бывший студент Петербургского технологического института выбил себе загранкомандировку и уехал в Европу, а точнее – в Германию.
Так в 1929 году Цимлянский оказался в Германии, в лаборатории атомной физики, которая работала при концерне Круппа. Здесь Цимлянский заинтересовался работами с радиоактивными веществами и создал принципиальную модель цепной реакции. Инженера из России окружили вниманием и заботой, проявили интерес и к другим его нереализованным проектам, материалы которых он вывез за границу.
Именно после этого, возможно, и началась возня с таинственными «двойными Х-лучами» в секретной лаборатории на территории концлагеря Бухенвальд. Курировал эти работы некий таинственный доктор Блау. Согласитесь, довольно странная фамилия для немца, больше смахивает на псевдоним…
Однако особо заинтересовали немцев разработки Цимлянского, связанные с ракетой-носителем на жидком топливе. В 1932 году он стал советником конструктора Вернера фон Брауна – руководителя новой, специально созданной ракетной лаборатории.
Тут уж спохватилась и советская разведка. Однако и доклады агентов «наверху» поначалу клались под сукно, поскольку многие «красные профессора», выступавшие в качестве экспертов, заявили, что идеи Цимлянского не стоят и выеденного яйца.
Лишь когда агенты стали докладывать, что на Западе Цимлянский стал вхож в самые высокие кабинеты, оказался вовлечен в закрытые проекты, получил доступ в самые секретные зоны, в Кремле поняли, какой ценный кадр они упустили.
В Германии тем временем с Цимлянским встречался сам Мартин Борман. Они поговорили о ракетном проекте, который предусматривал создание баллистической ракеты и реактивного самолета вроде нашего «Бурана» в качестве второй ступени. Такой самолет немцы хотели использовать как сверхдальний бомбардировщик. Цимлянскому было предложено участвовать в этом проекте.
Документация по ракете-носителю была сосредоточена у Вернера фон Брауна, перенесшего свое конструкторское бюро из Куммерсдорфа на полигон Пенемюнде. Он начал делать ракету А-3, вошедшую затем в историю под названием «Фау-2».
Материалы по реактивному самолету были отправлены в авиационные фирмы Мессершмитта и Хейнкеля, где уже в 1939 году были проведены первые испытания реактивных истребителей Ме-163 и Хе-176.
Говорят также, что в 1936–1937 годах конструктор разработал знаменитый фаустпатрон, от которого ведут родословную нынешние гранатометы. Только настоящее имя Цимлянского ввиду особой секретности, а также его национальности нигде и никогда не упоминалось.
По данным историка Валерия Сафронова, успешно потрудился Цимлянский и в атомной области. Говорят, в 1936 году в Саксонии в заброшенной шахте под его руководством был произведен испытательный взрыв ядерного заряда на основе урана.
Когда в СССР, наконец, разобрались, насколько важными делами занимается в Германии Цимлянский, на него началась охота. А потом вдруг дело как-то заглохло, словно чекисты потеряли к нему интерес…
Только в конце XX века стало известно, как закончил свои дни конструктор. В октябре 1938 года его пригласили на прием в советское посольство в Берлине. С инженером состоялся разговор, в ходе которого ему предложили вернуться на родину. Цимлянский отказался.
«Хорошо, выпьем по бокалу вина и забудем этот разговор», – сказал тогда ему специально прибывший из Москвы чекист. Чокнулись, выпили, расстались по-дружески. А утром инженер был найден мертвым на своей квартире в Потсдаме. По официальным данным, 24 октября 1938 года Цимлянский умер от пищевого отравления.
Впрочем, не все так просто в этой кончине. Вспомните, Цимлянский был командирован в Европу. А добиться этого в те времена в СССР было, ох, непросто. Так, быть может, изобретателя специально отправили за границу? Ведь, говорят, в ночь его смерти с испытательной базы Мессершмитта взлетел и не вернулся назад новейший образец самолета. Так как Цимлянский имел допуск и на этот аэродром, впоследствии появились предположения, что «отравленный» ученый вполне мог попросту улететь, например, в Швецию, откуда посол Александра Коллонтай переправила его в СССР. Здесь, на родной земле, он и умер в 1944 году. Шестью годами ранее в Германии скончался всего лишь его двойник, труп которого был специально подброшен в квартиру Цимлянского нашими чекистами.
Так все это или нет, какому варианту биографии Цимлянского верить, разобраться пока не удается. Ведь многие архивы Лубянки не рассекречены и по сей день.
«100 великих заблуждений», Станислав Николаевич Зигуненко, 2016г.