Генрих
... наша песня хороша, начинай с начала: Генрих
- Что это, «дед»? – спросил Рэй, увидев Кросслита с графином.
- Думаю, пойло какое-то! – пожал плечами Сэм.
Тишина, примерилась, было, повиснуть, но Катана проронил:
- После твоего ПИВА!, алкоголь пить долго не буду.
- Да-а, - протянул Рэй. – Напиток года – в моём личном рейтинге.
- Х-ха! Если до конца твоей… – Сэм задумался – … или – моей жизни, ты попробуешь что-то лучше – сообщи, я подарю тебе своего «циклопа» - носимую пушку «Гаусса», если по-простому.
В проёме появился беглец.
- Что с графином-то делать? – «дедок» всё держал посуду.
- Эмм… Угощайтесь! Вы должны удивиться: возможно, лучше этого вы никогда не пробовали. Турист нырнул в броневик. Оставшиеся переглянулись, и уставились на графин. – В принципе, я ничем не рискую: не будет лучше, так не будет, а будет – винтовку получу. Рэй размышлял вслух, подходя к Кросслиту. Остальные тоже поднялись. – Х-ха! – Сэм криво усмехнулся – Если его пойло, хотя бы не покажется скипидаром, после моего пива, то я ему всю свою заначку отдам. Клянусь бородой! Ламаа вынул откуда-то из мотоцикла несколько гильз от подствольного гранатомёта. Разлив напиток, они чокнулись и выпили. Минут через пять, Катана погладил графин рукой, посмотрел на Сэма, и спросил: - Большая у тебя заначка?
Санька спешил: - БАК, ты готов?
- Готов. – голосом машинистки, сидящей в нирване, ответил ассистент.
- Давай, бей. Ну? Всё?
- Ну. Да.
- Слушай, БАК, а ты можешь через планшет к базе подключиться?
- Не знаю.
- Так, попробуй!
Санька, по-свойски, залез в отсек в подлокотнике, и достал гарнитуру.
- Ну, как там у тебя? Времени нет вообще! – турист был возбуждён.
- Я вошёл в систему. Все мои «закладки» на месте. Желаешь чего-то конкретного?
- Посмотри – много ли ещё закрытых помещений?
- Все помещения не заперты. – через секунду ответил БАК.
- Ясно. Ты можешь найти в базах информацию обо мне? – Санька помолчал, потом, вспомнив, добавил – И про Реликтов и их связь! Работай, а я – побежал.
Беглец вышел из машины, и увидел Катану, Рэя, Ламаа и Сэма, задумчиво смотрящих в небо. Удивление, не сумев зацепиться, вылетело из головы, и его сознание вновь оккупировали напряжение и паника.
Монах, де Боке и Санька стояли возле лестницы, ведущей к железнодорожной платформе.
- План простой. – спокойным голосом говорил сильно волнующийся турист – Эндрю встречает резерв, сообщает, что на базе авария: утечка какой-нибудь вашей гадости. Гадость – гидрофильная, поэтому пришлось спустить воду из системы. Это уменьшило концентрацию, но вода, отравила поезд. Вы отправляете их назад, сделав, предварительно, укол лекарством «от памяти», под видом антидота.
- По протоколу резерв, прибыв, не покидает базу, даже по прямому приказу эмиссара. – надменно сказал де Боке.
- Вот и прояви смекалку. Ты ж, тысячи человек стоишь.
- Мне это ни к чему. – холодно ответил де Боке.
Турист вдохнул воздух, и выдохнул огорчение и раздражение от того, что, как обычно, проходилось биться за каждый шаг. – А знаете, что, Эндрю? Это Ваш шанс проявить логическую осознанность и выбрать преданность идеалам. Или выбрать жизнь свою - уникальную. Как Вы говорили - интересы общества превыше интересов личности? Вот и выбирайте: если Китайский резерв останется, то его ликвидируют, а у Вас не станут извлекать «жучок» - последствия Вы знаете.
Санька не знал, почему снова перешёл на «Вы» в своей тираде, но это тоже легло на «нужную чашку весов». Де Боке, молчал.
- Проблема не в согласии резерва вернуться в Китай – Монах смотрел на беглеца странно – Пешком им не дойти – расстояние очень большое.
Турист опешил – словно стоял на вершине Мира, и глупо поскользнулся. Но его тут же озарило, и это было очень насыщенное эмоциями ощущение – словно он сделал сальто и снова оказался на вершине.
- Сколько вагонов в поезде?
- Десять. – Монах ответил быстрее эмиссара – Он хорошо снаряжён: оружие, связь, электростанция, боезапас и продовольствие.
- Погрузите в два последних, предварительно отцепив - разгоните, они и докатятся.
Монах пару секунд подумал: - Подойдёт, хотя вагонов жалко. Слово за эмиссаром.
Де Боке, не глядя на Саньку, произнёс: - Побочным эффектом препарата, влияющего на память, является потеря сознания на пять часов.
- Сразу? – погасшим голосом спросил турист.
- Три – четыре минуты. – отсутствующим голосом прошелестел эмиссар.
- Можем успеть. – словно нехотя, согласился Монах.
- А, может, раздать им дозы – пусть сами, или друг другу колют? – спросил Санька.
Монах, что-то сказал в пространство, на своём непонятном языке. Потом замер, прислушиваясь, повернулся к беглецу и эмиссару, и сказал: - Поезд будет через семь минут.
Санька повернулся к де Боке: - Вы сделаете это, Эндрю?
Эмиссар пребывал в новом для него состоянии: огромный опыт и сила воли, словно мощные стальные канаты, держали его, и не давали упасть в пучину отчаяния и паники. Но страх, ворвавшийся в бастионы его сознания, и не пытался сбросить Эндрю в эту пучину - страх лишь открыл её, чтобы оттуда поднялось нечто глубинное, хтоническое и ужасное, которое просто заполнит и поглотит сознание. Де Боке прекрасно понимал, что он не выберет интересы Клана: все разговоры про приоритет общественного над личным – для плебса, а элита, может думать о глобальном, потому что обеспечены все их личные интересы. Конечно, иногда приходится жертвовать и людям из их слоёв, временами – даже жизнью, но, во всех случаях – принудительно. Возвращение в Клан было невозможно, Эндрю понимал это, и выход был очевиден – сотрудничать. Тем не менее, страх продолжал держать его в состоянии прострации – эмиссар боялся, что Ордену он, действительно, не нужен. Сейчас было самое время для торга за свою жизнь. Он нахмурился и сказал:
- Да.
Турист спустился вниз, вслед за Монахом. На платформе стояли странные конструкции – туристу они показались подъёмными механизмами для разгрузки.
- Монах, что это?
- Это. – он посмотрел на беглеца – Это на случай, если они не послушают эмиссара.
Саньке ничего не хотелось больше говорить и доказывать. Ему не хотелось смотреть на эти пулемёты, или пушки, или что там у них. Ему хотелось хоть немного не думать – он вдруг понял, насколько это ценно. Турист повернулся, и молча пошёл наверх – в холл, а оттуда – к «Светлячку». – Ты обещал отдать планшет. – мягко напомнил в спину Монах. Беглец развернулся, впился взглядом в глаза «клирика», и сказал: - Вот уедет Китайский резерв – живой и здоровый – получишь. Он взбежал по лестнице, и пошёл на выход, к броневику.
Все четверо временных союзников сидели всё так же тихо. Когда турист подошёл к ним, Сэм посмотрел на него, и спросил вкрадчиво: - Александр, а где ты взял этот графин?
- У Эндрю конфисковал. А что? Отравлен? – запаниковал Санька.
Кросслит вздохнул: - Отравлен мой вкус, боюсь – навсегда. Скажи, у тебя есть идеи, как потратить шесть миллионов в очень твёрдой валюте.
- Я ничего не понял, Сэм. У вас, вообще, какие планы?
Все переглянулись, потом ещё раз – в другой комбинации, и пожали плечами.
- А сам ты, «Борода», что думаешь делать? – спросил Рэй.
Санька посмотрел в небо, на союзников, и сказал: - Вернусь домой. Учиться пойду, наверное.
- Не рекомендую. – усмехнулся Рэй – Я два раза пытался «выплыть наверх» этим путём – только глубже утягивало. Сам, вот, видишь, где я теперь.
Турист выслушал перевод Катаны, и ответил британцу: - Мы с тобой в разных мирах живём, Рэй. Ты – наёмник, я – турист. Я не собираюсь никуда «всплывать», я хочу вернуться в свой «слой», где живут простые люди. Переведи, пожалуйста, Катана.
Стало тихо. Так как, тишина была неловкая, Санька понял, что она пришла на его слова.
- Ну что ещё? – уставше-стеклянным голосом спросил он.
Сэм, сидя в коляске «Урала», ласково произнёс: - Ты, Александр, пойми: никто, разумеется, не верит, что ты – простой турист, человек со стороны, влетевший, по случайности, в чужую «струю», слишком быструю и жёсткую для него. Такие сгорают сразу. В кино, в книжке, какой-нибудь дурацкой, там – да, пожалуйста: обиженный бухгалтер разгромит военную базу, библиотекарь обезвредит сеть террористов… Думаю, за тобой кто-то стоит – новый игрок. А может, кто из старых – «в маске». Вот, нам было бы очень полезно знать, для планирования своего будущего - кто это?
- Да пошёл ты, Сэм. – турист повернулся, и сам пошёл – к машине.
В салоне Санька молча сидел, пытаясь понять – что делать? Вот прямо сейчас, в данный момент, какие действия? Он не был в опасной обстановке, где действия диктуются текущим положением, и адреналином в крови. Но не был и в спокойствии, когда можно не думать о следующем шаге, или думать не торопясь, без напряжённости. «- Так, что мне надо? Чтобы меня оставили в покое. Сейчас это так? Почти. А в будущем могут начать поиски.».
- БАК! Ты нашёл данные по мне и Реликтам? Стёр из базы?
- Да. Нет.
- Нет – не стёр? Почему? – беглец почувствовал, что внутри начал расти новый росток беспокойства.
- В базе нет данных о тебе, и о Реликтах.
- А как же твоё «Да»? Я считал, что ты нашёл их.
- Да.
Турист вдохнул и задержал дыхание, сколько смог. Потом выдохнул, подождал, пока дыхание выровняется, и спросил: - БАК, где ты нашёл данные обо мне и Реликтах?
- В планшете, через который я первоначально подключился.
Санька взял, лежавший на пассажирском сидении, планшет в руки, повертел его, и спросил: - Можешь показать? На экране появились две цифры: один и два. Турист коснулся пальцем двойки. Появилась инфограмма – фигура человека, с рюкзаком в руке, с бумагами в другой руке, и часами на той, в которой рюкзак. У фигуры на экране было лицо, фотографически близкое к оригиналу.
Турист отложил планшет через пару минут: ничего нового он не нашёл. Бумагу – временный документ, данный Генрихом, всё-таки прочитали, в свёрнутом виде, во внутреннем кармане – будущее наступило. А в данных по Реликтам, он ничего не понял. Но что-то его терзало.
- На подлёте три транспортных самолёта. – констатировал БАК.
- Кланы? – спросил Санька.
- Они не представились.
«- Надо срочно сообщить Монаху!» - беглец открыл дверь, но вспомнил про планшет – обещал отдать. Он схватил прибор в руки, и замер.
- БАК, так ты говоришь – все двери в комплексе не заперты?
- Да, их отпирали поэтапно, при зачистке. Есть журнал – показать?
- Не надо. Заблокируй оружейную, научную, и центр обработки информации. Ну, или как здесь всё это называется!
- Я тебя понял. – спокойно ответил «бортовой».
- Они всё успели скачать?
- «Они» - это?...
- БАК! Они – это люди Ордена! – Саньке было горько, что его использовали и обманывали, но не так, чтобы очень уж угнетало.
- Они не скачивают ничего.
- То есть, как? – удивился турист.
- Судя по количеству серверов с данными в сети на данный момент, они их просто отключили. – сказал, после секундной паузы, БАК.
- Они их на поезде собрались увести! Тем более – закрывай серверную, скорее.
- Не волнуйся ты так, Санька – всё уже готово. – успокоил электронный ассистент.
- Ты, вот ещё что сделай: данные обо мне и Реликтах – сотри, и выведи на планшете кнопку, которая делает из него «кирпич». Я буду с гарнитурой, слушай меня постоянно: если скажу – блокируй доступ Ордену к управлению базой. Ну, и меня прикрой, если, что…
Турист подошёл к мотоциклу.
- Ну, вы определились? Я собираюсь уезжать, только с Монахом попрощаюсь.
- Мы пока с тобой. – Сэм, почему-то, стал делегатом, от группы снайперской поддержки. – До развилки, а потом – к Лео и Камбару, они помогут выбраться.
- До какой развилки? – не понял Санька.
- На которой мы разъедемся. – пояснил «дедок». – Только сбегаю за барахлишком – я быстро. Эй, британец, подсобишь?
Глядя, как Кросслит с Рэем исчезли в проёме здания, Санька подумал, что Сэм, очень уж ладно, говорит по-русски: «- Глубокие, видать, русские корни у «дедка».». Катана, показав жестом – «по нужде», исчез в темноте. Турист собирался взять в салоне планшет, и идти прощаться с Монахом, но всё медлил.
- Ламаа, а откуда ты так хорошо знаешь русский? – неожиданно спросил он.
Старый монгол посмотрел на гильзу от подствольной гранаты, понюхал и залпом выпил остатки. Потом посмотрел на беглеца, и сказал просто: - Выучил. Он опустил импровизированную стопку в карман, достал папиросу, и продолжил:
- Сложнее всего был, именно, русский – алогичный и слишком «заточен» под эмоционально-интуитивное восприятие. Уча его, я вспоминал африкаанс с умилением.
Санька печально помахал, летящей в бездну, самооценке.
- Ламаа, ты – хороший человек, есть что-то… Слушай, помоги им, а?
Старик смотрел на небо и молчал, потом, не поворачиваясь к туристу, спросил:
- Ты про этих троих наёмников? А с чего ты взял, что я могу им помочь? – Ламаа помолчал, и добавил: - Да и что тебе за них? Они же тебя убить хотели.
- Они помогли мне, жизнью рисковали.
- Сэм бы легко пропетлял, а Рэй с Катаной – вообще издалека наблюдали. – пожал плечами Ламаа.
- Они могли уйти, но остались. И гарантий не было ни у кого. – Санька повёл плечами – Они, вроде как, «свои» для меня – такое, вот, моё мировоззрение.
Монгол вынул папиросу изо рта, посмотрел на неё задумчиво, и заговорил.
- Сюда я попал из Африки – небольшое государство, денег у Департамента разведки хватило только на резидента в Монголии. Африканское общество не особо замысловатое – за полтора года я поднялся там с должности уборщика, до лучшего оперативника континента. А попал я туда, с Аравийского полуострова – одна разведка, одной армии одного принца, одной из арабских стран, расширяла географию влияния. У арабов всё неспешно и витиевато, три года я горбатился там, по заданию Моссада - это, на всякий случай, Израиль. Вот там, кстати, был весело – полгода я вникал в колорит сообществ, и виды отношений в иерархии. А затем, всё пошло, как по маслу: наладил маленький гешефт, ну, может, пять или шесть гешефтов, заработал денег, карьера пошла в гору. Но, нашлись завистники, вот меня и заслали к арабам. Приехал-то я в Израиль из Китая, считай, без копейки – чины из НОАК решили, что в Израиле меня лишат всех денег в два счёта. В чём-то они были правы. Азия – регион непростой, сколько раз я проклинал начальство, пославшее меня нелегалом в Китай!
- Погоди, так ты сейчас на кого работаешь? – спросил турист, ошалевший от такой «мозаики», чехарды и глубины вложений в судьбе Ламаа.
- На Лео. Номинально, конечно. – Ламаа достал маленькую жестяную коробочку из-под леденцов, спрятал папиросу, и сказал – Помогу, если понадобится. Хотя, ребята они взрослые. Ну, до Лео доедем - там решим.
Сознание Саньки отдышалось, подняло взгляд и увидело раздражительное белое пятно, на самом интересном месте повествовательного этюда Ламаа. Что удивительно – как только оно обнаружилось, сразу стало нестерпимо зудеть.
- Ламаа, так, а… В итоге то ты – откуда? То есть, не в итоге, а – изначально? Кто ты? Из какой страны? Если не секрет, конечно.
Из темноты вынырнул Катана. Глаза его блестели, движения стали уверенней, и упруже.
- В общем, спасибо. – завершил разговор Санька. Такеши стрельнул глазами в каждого из беседовавших, и сел в коляску мотоцикла. Сзади раздалось звяканье и шикание вернувшегося Сэма: - Осторожнее, лось неуклюжий!
Санька смотрел на всех троих, и думал, что, вот – люди знают куда ехать, у них есть направление для следующего шага. А куда ехать ему?
- Так, я пошёл, увижусь с Монахом, и поедем – не доверяю я Ордену.
Турист перехватил взгляд Катаны, и оглянулся – за спиной стоял Монах.
- Это ты запер оружейную, лабораторию и серверную?
- Так они же были заперты – с твоих слов. – холодно сказал турист.
- Александр, сейчас не время для споров. Прошу – отдай планшет.
- Ты лгал, и мне это неприятно.
- Мне тоже это не нравится, прости.
- Понятно. А про поезд зачем врал? Вы же транспортные самолёты ждёте.
- Объём… - Монах запнулся лишь на мгновение – трофеев оказался слишком велик.
- Конечно – парировал беглец – Сервера решили все утащить! Почему просто не скачали данные.
- Связь глушится, - спокойно объяснил «клирик» - А на диски копировать – выигрыш по весу и объёму вывозимого – небольшой.
Санька подошёл к броневику, ввёл код, и открыл дверь. Планшет светился экраном на сидении. На экране планшета светилась кнопка, весьма натурально стилизованная под кирпич. Турист проверил гарнитуру с ларингофоном, спрятанную под воротником – БАК обещал, что кроме связи, она ослабляет воздействие «РАПСа». Немного, к сожалению. Санька потрогал два маленьких «рожка» гарнитуры, упирающихся в череп сзади. Надо только активировать функцию, голосовой командой, разумеется – той же, что является сигналом для включения «РАПСа». Турист выбрал ёмкое слово из трёх букв. «РАПС» был наготове – беглец переживал, что если он отдаст Монаху «кирпич», то Орден может расстроиться. Санька закрыл дверь автомобиля.
- Что с Китайским резервом?
- Их догружают в вагоны. Отправка через полторы минуты. – Монах изо всех сил не смотрел на планшет.
- Что с де Боке? – турист посмотрел на «кирпичную» кнопку.
- Он дождался окончания «вакцинации» резерва, и сейчас ему извлекают прибор.
Санька, прошедший школу БАКа, умел добиваться ответа:
- Вы оставите его в живых?
Монах помедлил, затем кивнул: - Да. Полагаю, Орден разместит его в одной из «камер хранения», чтобы снизить риск.
«- Люди правят – или собираются править – планетой, а придумывают всякие «секретные» языки. – возмущённо размышлял турист. – «Камера хранения»! Для кого эта конспирация? Ну, скажи, просто – «убежище». Да и не оставят они его живым, сволочи.». Он медленно, но без сомнений, нажал на «кирпич», и протянул планшет «клирику».
- Ну, на твоей совести его жизнь. Так-то он мужик башковитый. Прощай, Монах. – Санька повернулся к двери броневика.
- Я не рекомендую тебе покидать Орден. – раздался твёрдый голос Монаха.
Санька набирал код: - Я в него и не вступал.
- Орден настоятельно не рекомендует тебе покидать сейчас расположение базы.
Турист открыл дверь, и повернулся к Монаху, чтобы спокойно и доходчиво предложить, что останется Ордену, вместо него, и замер. «- Де жавю?» - промелькнула в голове мысль. Рэй, Такеши, Ламаа и Сэм целились в Монаха и троих его соратников, стоявших у проёма. От предыдущей, ситуация отличалась ещё тремя монахами, стоявшими сзади группы снайперов, и целившимися в них.
- Прости. Это действительно важно, хотя такие методы я не одобряю. – бывший союзник смотрел Саньке в глаза, и взгляд его был спокоен, но чувствовалось некое напряжение. Турист наивно надеялся, что это сожаление и призрачные проблески совести, а это были настороженность и опасение – Монах верил опыту, который молча нашёптывал ему о судьбе людей, охотившимися за беглецом.
- Слушай, Монах! Если тебе всё время не нравится то, что ты делаешь, может – ты не тем занимаешься? – Санька понял, что уйти по-английски не получится.
- А у меня автомат выдает триста выстрелов в минуту – пока меня грохнут, я тебя, «крёстный отец», нафарширую. – внезапно подал голос Сэм. Все снайпера выглядели такими же злыми, как и в недавнем противостоянии с бойцами Ордена, но теперь их лица были не мрачными – в глазах резвились весёлые искорки. «- Наверное, действительно, хороший коньяк у де Боке. – подумал турист, глядя на свирепо-довольные лица соратников – Зря я не попробовал.». Он переживал, что их «зацепит». Но, другого выхода он не видел.
Монах пожал плечами и поднял руки: - Возможно, вам так будет легче. – он повернулся к Саньке - Мои приказы, даже – моя жизнь, сейчас значат меньше, чем поставленная задача.
- Какая задача? – беглец почесал шею, проверяя гарнитуру, под воротником спрятанную.
- Уберечь тебя. – на голубом глазу, ответил Монах.
- Ясно. А если будет накладно, то в расход - безопасность же, я помню – ты рассказывал.
- Орден не думал об этом. – «клирик» и сам почувствовал, некую бумажную наивность своих слов, и добавил – Логически это невыгодно, учитывая твою ценность.
Вооружённые монахи оружия не опустили, и начали смыкать круг.
- И сколько я стою? – со жгучей иронией, ледяным голосом спросил Санька.
- Я имел ввиду статус. – спокойно поправился Монах.
«Псы» Ордена приблизились к Саньке достаточно близко. Водительская дверь броневика была не заперта – турист не захлопнул её. Быстро открыть и вскочить в салон, турист успел бы, но закрыть за собой дверь – нет: Монах, или его подручные, ворвутся и вырубят его. Беглец коленом захлопнул дверь.
- Да-а. – протянул «дедок», развернувшись автоматом к, приближающимся не спеша сзади, супостатам. – Тут Александр, конечно, ситуация: если ты супермен – как все считают, то тебя они не отпустят. А, если нет - тебе не вырваться.
Санька никак не решался – Монах всё подозрительнее смотрел на него, и было ощущение – готовился наброситься.
- А, по-моему, наоборот: Если я обычный человек – незачем меня держать. Если же я артефактный уникум, то всё равно уйду, но тогда они потеряют больше, чем могли бы приобрести. Опять же – проще отпустить с миром. – Санька посмотрел на визави – А, Монах?
- Это псевдо-логика. – сказал «клирик», и мельком осмотрел своих людей.
- Это не псевдо-логика. Вот тебе псевдо-логика: БАК-БАК, РАПС на сцену, человек имеет цену, не копейки и не центы, мощь – на все, что есть, проценты!
Монах сжался ещё сильнее, глаза его расширились, он повернул голову к броневику, что-то поняв, затем снова к беглецу и прыгнул.
Турист, увидев, как напрягся и посмотрел Монах на «Светлячка», понял, что враг сейчас прыгнет, и закричал: - Жги, БАК!
Скорее всего, Монах успел бы свернуть Саньке шею, или просто лишить сознания, но лишь в прыжке он осознал, что держит в руке драгоценный планшет, и всё оставшееся время потратил на то, чтобы сунуть прибор в одежду и сгруппироваться.
Турист почувствовал, как череп завибрировал. Гарнитура подавала на черепную кость матрицу импульсов, которые резали поступающие сигналы на широком диапазоне частот. Обрезки, в виде нот, кусков нот и групп нот падали на мозг, и Санька постиг, что такое звуковая мозаика. Иногда, правда, падали музыкальные ключи и диезы, что доставляло сильный дискомфорт. Упавший рядом Монах, не шевелился. Секунд пятнадцать беглец провозился, пока попал в броневик.
- О-о – обессилено произнёс турист, сняв гарнитуру – ещё секунд десять, и меня б стошнило.
- А зачем носишь, если не нравится?
- Сам знаешь. Как кстати, отключать эту функцию? – спросил Санька, трогая рожки гарнитуры, еле ощутимо вибрирующие.
- Тем же словом, если не назначено иное. – невинно сказал БАК.
- А почему не сказал? Если бы я там второй раз сказал: «-Жги» – гарнитура отключилась бы, и мне бы все мозги «РАПСом» вынесло.
- Выстрел длился полсекунды, потом гарнитура была не нужна. – назидательно сообщил «бортовой».
- Значит, я зря себе мозг массировал столько времени?
- Ну, хоть убедился в наличии. – приходил в прежнюю форму БАК.
- Отвали! – зло огрызнулся турист – Голова как не своя теперь.
- Под пассажирским сидением есть нос. – отметил ассистент.
- Нос?
- Назальный Оздоровляющий Стабилизатор.
- А я уже представил себе человеческий нос. – проворчал турист, доставая небольшую коробку – Хотя - не удивился бы.
В коробке лежали два футляра, чуть меньше ладони. Санька открыл один, и увидел нос. Человеческий.
- БАК?
- Слушаю.
- Здесь НОС!
- Да. Я сам тебе об этом сказал. – радостно согласился БАК.
Турист повысил тон: - ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ НОС!
- Да, в основном – для людей. – подтвердил «бортовой».
- Вот это твой «стабилизатор»? В форме носа? – прозрел беглец.
- Назальный Оздоровительный Стимулятор. Ты понимаешь, что значит слово «назальный»? В форме чего ты предпочитаешь: уха? глаза? Или, может…
- Ладно, ладно. Как он работает? – Санька вертел стимулятор, разглядывая и примеривая.
- Ароматерапия и стимуляция определённых участков мозга и сегментов нервной системы. – доложил БАК.
- Ясно, а как действует?
- Сбоку спрятаны два пьезогенератора. Вырабатываемая энергия делится на два контура: подогрев и испарение ингаляционного состава, и – генерация импульсов определённых частот.
- БАК! Что мне с ним делать? – нервничал беглец – Как применять-то?
- Прижать к лицу, вставить сопла в ноздри, и сдавить с боков. Лучше – дважды.
Санька почувствовал, как нервные волокна, аксоны, и все эти прочие синапсы, стали выходить за границу его головы. Через пару секунд, он чувствовал себя висящим внутри сферы… нет - внутри куба (от сфер уже тошнило) из всего, что формирует его сознание. В таком положении, аромат, вползающий в ноздри, казался светло-зелёным, с аквамарино-лазурными блёстками. Он щёлкнул ещё раз. Восстановительный эффект был тоже впечатляющим: после второго щелчка по носу, турист раскрыл глаза очень широко, и закричал: - БАК, сколько у нас времени? Когда монахи очнутся?
- Начнут приходить в себя через семь-десять минут. Даже с их подготовкой, не раньше, чем через пять. – обнадёжил виртуальный ассистент. – Времени у нас – минута-две.
- Почему? - снова запаниковал беглец.
- Их гарнитуры глушились залпом – на секунду, но, полагаю, это заметили. И подозрительную тишину, после бурного спора, заметили. Скоро появятся остальные братья. Ещё повезло, что они были заняты погрузкой Китайского резерва.
Санька выскочил наружу, обернулся, крикнул: - БАК, смотри за мной, если что – прикрывай, любыми средствами на твоё усмотрение. – и захлопнул дверь, оставив гарнитуру на сидении.