Феномен "осевого времени".
Ученые называют эту эпоху (период 800–200 гг. до н.э.) «осевым временем», подчеркивая, что это был поворотный момент в духовном развитии человечества. Религиозные и философские течения, зародившиеся в тот период, и по сей день питают дух современного человечества.
«Осевое время» знаменовало собой зарю развития современного человечества. Люди впервые осознали свою крайнюю беспомощность в жестоком мире, и это побудило их в поисках абсолютной истины обратиться к глубинам собственного сознания. Великие мыслители того времени учили их, как примириться с жизненными невзгодами, преодолеть свою слабость и обрести душевный покой в несовершенном и несправедливом мире. Все зародившиеся в ту эпоху новые религиозные системы — даосизм и конфуцианство в Китае, буддизм и индуизм в Индии, монотеизм в Иране и на Ближнем Востоке, древнегреческий рационализм в Европе, — при очевидных различиях объединены рядом фундаментальных сущностных признаков. Несмотря на всю важность «осевого времени» для человечества, знаем мы о нем очень немногое.
Так, неизвестны причины, которые дали импульс этому массовому нравственному и интеллектуальному преобразованию, как неизвестно и то, почему оно имело место лишь в четырех регионах Древнего мира: Китае, Индии, Иране и Восточном Средиземноморье. Почему только китайцы, индийцы, иранцы, иудеи и греки открыли для себя новые горизонты познания и пожелали отправиться на поиски освобождения и спасения души? Вавилон и Египет тоже создали великие цивилизации, но в то время не восприняли идеологию «осевого времени» и двинулись по этому духовному пути лишь позже: и христианство, и ислам, безусловно, возникли под влиянием отголосков того импульса, который дал толчок зарождению «осевого времени».
Документированная история человечества начитается только с III в. до н.э., так что о том, как жили люди первобытной эпохи, как и в каких формах существовало первобытное общество, мы можем только догадываться. Но люди всегда пытались представить, что происходило с их далекими предками 20 тысячелетий назад, в надежде до самых истоков проследить свои корни. События тех доисторических времен нашли отражение в мифологии, которая присутствует в культуре любого народа, проживающего в любом уголке земли. Мифы не имеют под собой никакой исторической почвы, но рассказывают нам об утраченных райских кущах и первопричинных катастрофах]. В частности, они повествуют, что в «золотой век» человечества боги спокойно разгуливали по земле среди людей. История про Эдемский сад, в представлении западного человека символизирующая утраченный рай, о котором рассказывается в Книге Бытия Ветхого Завета, во многом типична: были времена, когда еще не существовало грани между человеческим и божественным. Пробуждение сознания обитатели этих райских садов восприняли как болезненное падение из благодати. Такое состояние гармонии и совершенства Ветхий Завет называет словом шалом; Гаутама же называл его нирваной. Когда-то, считал он, люди жили в согласии, а потом прошло время и они просто позабыли дорогу к нему.
Так что же произошло? Никому еще не удалось представить внятных причин того скорбного состояния духа, которое дало импульс рождению новой духовности «осевого времени». Ведь и прежде человеческая жизнь была полна страданий и скорби. Почему нравственные страдания достигли своего пика именно в четырех «осевых регионах»?
(Теперь – PapaSilver) человек должен стремиться самостоятельно, своими силами познать истину. Достаточно вспомнить Сократа, который подвергал сомнению все, казалось бы, незыблемые установки своего времени. Сам Сократ подвергал сомнению все и вся, заставляя собеседников усомниться в своем всезнании, заражая их собственным сомнением. Ибо, только осознав свое незнание, человек способен устремиться на философский поиск истины. Соблюдение внешней стороны культовых обрядов не дает спасения души, священный закон и заветы должны быть начертаны в сердце каждого человека. Бог требует от него не жертв, а милосердия и сострадания. Зародившиеся в «осевое время» религии выдвинули на первый план человека и его поступки.
Мыслителям и пророкам того времени, которые дерзнули оспорить принятые религиозные догмы, была уготована незавидная участь: преследования, страдания и изгнание. Но истина, поиску которой они посвятили свою жизнь, позволила им наперекор притеснениям и политическому произволу со стороны власть предержащих обрести мир, ясность, спокойствие в душе. Вспомним, как мужественно и спокойно Сократ принял яд по принуждению суда Афин. Его пример словно бы говорит: люди все равно будут страдать и умирать, и никакие магические обряды не позволят ему избежать этой участи. Зато в пучине жизненных трагедий, среди ее жестокостей и несправедливости он может обрести спокойствие духа, которое придаст сокровенный смысл бытию человека наперекор несовершенству мира.
Новые религии «осевого времени» были сосредоточены скорее на духовной глубине, нежели на внешней магической обрядности, с помощью которой люди пытались управлять реальностью. Мыслители той поры не желали больше мириться с существующим конформизмом, поскольку понимали, что человек наделен мощным духовным потенциалом, который требует реализации. Они стремились исследовать глубины человеческого сознания и постичь сущность интуитивно воспринимаемых нравственных и бытийных категорий. Сократ, например, полагал, что человеку изначально дано истинное знание о сути вещей, но перипетии суетной жизни заслоняют их, мешая осознать, оставляя лишь смутные представления о них. Человек, считал Сократ, должен пробудить в себе эти знания, вновь познать сущность своей души. Конфуций, другой представитель плеяды мыслителей «осевого времени», подвергал осмыслению древнее наследие своего народа, обряды, которые всегда воспринимались как нечто данное свыше, и потому никому не приходило в голову задуматься о заложенном в них смысле. Люди должны заниматься самопознанием, анализировать причины своих неудач, открывая для себя красоту и порядок мира, который не исчезает и не лишается смысла с их смертью.
Мудрецы «осевого времени» скрупулезно изучали мифологию предков и обогащали ее новым смыслом, переводя старые как мир истины, в разряд этических категорий. Отныне центральное место в религии отводилось морали и нравственности. Не посредством магии, а только познанием этики человек мог пробудиться к истине, осмыслить свою сущность и предназначение, познать глубины своей души, овладеть своим нравственным потенциалом и тем самым избавить себя от темноты невежества. Осмыслив прошлое, мудрецы «осевого времени» пришли к убеждению, что корни несовершенства мира в том, что человек утратил фундаментальные истины, заложенные в основах его бытия. Всех их объединяла уверенность в существовании абсолютной истины, которая лежит за пределами несовершенства мира — одни называли ее богом, другие — нирваной, дао, брахманом. И все мыслители древности стремились ввести ее в искаженную реальность человеческой жизни.
И наконец, вместо того чтобы, подобно браминам, ревностно оберегать сокровенное знание от посторонних, мыслители «осевого времени» стремились сделать его достоянием всех людей. Иудейские пророки обращались к простому народу с вдохновенными проповедями; они пытались донести свет новых истин до каждого, кто их слушал. Сократ заводил философскую беседу с каждым встречным афинянином. Конфуций много путешествовал по своей стране, наставляя как бедняков и обездоленных, так и благородных мужей. Каждый из них жаждал на практике проверить свою теорию. Письменность уже перестала быть привилегированным знанием духовенства, превратившись в способ широкого распространения новых религий. Важнейшими компонентами религиозной деятельности становятся изучение, размышления и полемика. Отныне не надо было слепо мириться с существующим положением вещей и бездумно следовать навязанным идеям. Те, кто стремился обрести истину, верили, что смогут обрести ее в этой жизни.
Из книги Карен Армстронг "Будда"